Native blood

      Родные братья должны заботится друг о друге, особенно когда их родители погибли, так ведь? Да, должны, но не в нашем случае. Юнги конечно пытается быть добрым и понимающим, особенно когда его младший брат шляется непонятно где и с кем попало, при том приходя домой пьяным. И это в 19 лет-то! Нет, конечно Мин все понимает- совершеннолетний и все такое, но извините, даже старший так в свои 19 не бухал, как это делает Чонгук! Честно, Юнги пиздец как устал от всего этого. У него итак на работе дел много, так еще и этот мелкий нервы последние компасирует. Старший хоть и терпеливый, но если все-таки взорвется, то там такой словесный понос на человека обрушится, что Юн сразу его с полом сровняет.       Очередной вечер, а точнее уже глубокая темная ночь, когда младший соизволил появится. Старший слыша, что входная дверь открылась, запуская в дом этого малолетнего алкаша, сразу встаёт и направляется выяснять где тот был. Выйдя в коридор он видит абсолютно…трезвого? альфу, который снимая свои ботинки ставит их на место. — Чонгук, где ты так долго шлялся? Почему так поздно? Почему на звонки не отвечал? — Мин стоит в проеме двери сложив руки на груди и сердито смотрит на Чона. А тот что? Нет, что бы сказать " прости хён, просто с другом в приставку заигрались» выплевывает ядовито: — Не твоё дело где и с кем я был. Я в комнату, — идя на Юнги говорил Чон, а после остановился возле старшего и грубо сказал, — и да, отвали ты уже от меня. Заебал контролировать. Найди себе альфу, не будешь таким нервным. О, кстати, я съёбываю из этой мусорки к своей омеге. Так что думаю на этом, наше общение заканчивается, ХЁН — сделав на последнем слове акцент, младший удалился оставляя ошеломлённого парня в коридоре. Ну как Гук и говорил, на следующее утро его вещей уже не было, а ключи от квартиры лежали на столе у Мина в комнате.       Сидя на кровати и потирая глаза после недолгого сна, старший замечает ключи младшего с брелком, на котором они вдвоём в детстве. Так давно это было. Но они так были счастливы тогда. Вдвоем. Вместе. Сейчас этого нет. Чонгук изменился после смерти родителей. Да и татуировки набил тоже после их гибели. Юнги много раз любовался ими, особенно когда младший только из душа выходил в спортивных штанах. оооооооооооо       У Юнги тогда внизу живота узел скручивался из органов при виде такого Гука. Хотелось под него лечь. Хотелось его поцеловать. Хотелось просто его. Но Мин, благо, трезвым умом обладал, поэтому сразу такие мысли отгонял от себя прочь. Но всё равно, его всегда привлекал младший, да, Юнги это признал, но другим только не собирается говорить. В своем личном дневнике, который остается секретом, хён описывал всевозможные развития их секса. И в каждом из них, он всегда сидит у Гука на коленях, или ты-мать-природа-его-нахуя-таким-создала бедрах. У старшего коленки подкашиваются когда он чувствует природный запах мелкого — корица. И честно, Юнги становится немного страшно, когда он понимает, что их запахи просто блять прекрасно сочетаются и смешиваются в один — мандарин с корицей. Да-да, Юнги пахнет сладким мандарином. Даже прозвище получил «сахарок», из-за приторности природного запаха.       Знал бы он, что Чон, уехал не потому что Юн его раздражает, а потому что сил уже держаться просто не осталось. Каждую ночь эти сны с его хёном, который лижет головку, явно дразнясь; потом аккуратно и глубоко заглатывает полностью, словно это блять так просто и внушительный размер чонгука ему не мешает. Он устал постоянно просыпаться со стоящим колом членом и идти в ванную представляя, что, всё те же самые охуенные губы старшего заглатывающие его член после минета нежно его целуют лопаясь под натиском чоновых зубов. Ох, в реальной жизни это бы смотрелось и чувствовалось бы, чон уверен, просто бесподобно.       Со своими чувствами и желаниями, Гук свыкся уже давно. Лет так с 14, когда увидел тело старшего после душа. Этот образ у него останется в памяти навечно: молочная гладкая кожа, которая покрывается мурашками даже от лёгкого ветерка. Красивые крепкие бедра, на которых руки так и чешутся оставить синяки от крепко держащих их пальцев. Красивые розовые губы бантиком, по которым порой проскальзывает юркий язычок Мина. Темные, гладкие, мягкие и вкусно-пахнущие цитрусом волосы. Эта задница, в которой Чонгук хотел побывать и при том не раз, и даже не два. Чёрт. Когда младший вспоминает тот день, неважно где находясь и с кем, у него всегда жуткий стояк на брата. Он понимает что неправильно, но ничего не поделаешь. Сердцу не прикажешь, верно же?       Вот и Чонгук так же думает, потому что целую неделю просыпаться с огромным желанием выебать старшего уже не нормально. Ему уже даже больше хочется не выебать, а въебать. Потому что, ну раньше хотя бы помогал кончить слабый запах старшего, а теперь его вообще рядом нет и помочь Гуку некому. Так что подойдя к своей квартире, из которой исходил чудный слабый запах мандарина младший искренне улыбается, хён дома. Это не может не радовать. И плевать что у него какой день стояк не проходит и жить нормально мешает, плевать на все, потому что он сейчас всталяет ключ в дверь и хмуриться, понимая, что замки поменяны. — Вот щас не понял, — стоя истуканом сказал мелкий в пустоту и принялся стучать в дверь кулаком, надеясь что ему откроют.       И ему открыли. Только не Юнги, а какой-то незнакомый Чонгуку парень. Зло смотря на незнакомца Гук грубо произносит, явно давая понять что не в восторге от того, что у него дома тусуется какой-то левый чел: — Где Юнги? — На кухне, — отвечает паренек. Явно альфа. Гук это видит. Тот хорошо сложен, голос низкий, ну точно не омега и не бета.       Пройдя мимо ничего не понимающего парня младший направляется на кухню, где сидит хён. Юнги же видя в проёме не своего друга, а брата, рывком поднимается с места и сразу пытается оправдаться. Потому что знает, знает что Чону не нравится когда Мин с незнакомыми Гуку альфами общается. Знает, что у младшего фантазия хорошая и он явно уже нафантазировал что это альфа юна и что они вместе. — Ч-Чонгук, я-я всё объясню, это мой друг, мы с ним давно знакомы. Он пришел меня позвать на свою свадьбу. Между нами правда ничего никогда не было и не будет, — подойдя к альфе Мин посмотрел в его глаза, а после хотел сказать что-то ещё, но их прервал другой альфа находящийся в помещении: — Хэй-хэй, остынь парнишка. Я и вправду его просто пришёл пригласить на свадьбу. Кстати, тебя я теперь тоже там жду. А то не дай бог узнаешь что твой любимый брат в окружении многих альф один — шею же свернешь, — толкая Гука под бок парень ухмыляется явно давая понять, что он раскрыл секрет Чонгука и понял почему тот так злится, — я прав? — Прав, — рыча произнес Гук смотря на собеседника и открыто давая понять что не горит желанием продолжать разговор. — Ким Тэхён, — представился наконец альфа протягивая руку — Чон Чонгук, — пожав руку произнёс Чон.       После короткого объятия Юнги и Тэхена, конечно под пристальным взглядом Гука, они попрощались и альфа покинул дом. — Я вижу ты меня не ждал, — строго сказал младший смотря Мину прямо в глаза и расплавляя мозги своим пристальным взглядом, — что ж, я в комнату, приятного аппетита, — поставив на стол любимый торт Юна Гук удалился.       Свадьба Кима состоится в это воскресенье и братья, решив что нужно быть красивыми отправились по магазинам за костюмами. Первым выбрал себе костюм Гук. Он прекрасно подчёркивал подкаченное тело младшего позволяя всем увидеть явно крепкие мышцы под тканью. Мин даже успел представить как Гук его прижимает к стене на весу продолжая непрерывно трахать. Ну, а Чон во время примерки костюма Юнги просто пялился на него как влюблённый дурак. Даже консультанты заметили как Гук смотрит на омегу и сказали, что они прекрасно дополняют друг друга. На что оба парня смутились, и пришлось Гуку ответить, что они родные братья вообще-то, и любят друг друга только так. После признания все сразу извинились и примерка продолжилась.       После тяжёлого дня, что больше всего хочется? Правильно! В душ сходить и снять напряжение. Ну так решил Гук. Юнги же решил отправится в клуб. Младший был конечно не в восторге от такой идеи, но не полный же он эгоист, так что отпустил старшего, но только до полуночи. А уже после душа он вспомнил, что у Мина течка должна начаться, не сегодня, так завтра и от этой мысли он пришёл в бешенство. Его Юнги может кто-то присвоить себе. Нет! Чон не позволит! Так что быстро одевшись в худи и джинсы он выехал в клуб, по пути молясь всем богам что бы его Юнги никто в туалет не затащил. Припарковав машину он быстрым шагом направился в ночное заведение, прямо сквозь толпу. Удача была на его стороне, потому что может Мина пока не трахнули, но явно собирались это сделать в ближайшем времени. Он видел как его любимый брат вырывается из рук какого-то страшного толстого мужика, а тот его за волосы пытается в туалет затащить. — Отпустите! Я никуда с вами не пойду! Пустите меня! — громкая музыка перекрывала утробные крики беспомощного омеги. — Не бойся, за одну ночь с тобой я тебе такую сумму дам, что ты на неё век не заработаешь, — ядовито улыбнувшись сказал альфа обвивая талию омеги своими руками — Тебе не ясно сказали? -послышался обоим грубый и холодный голос за спиной омеги. Юнги знает обладателя этого голоса. И честно, он рад что Чонгук додумался к нему приехать, — отпусти его, он с тобой никуда не пойдет — властным тоном сказал Гук смотря на них с пылающей яростью и усиливая свои феромоны, которые даже омеги за дальними столами почуяли. А второй явно почувствовал этот взгляд и понял, что наказания ему не избежать. — А тебе чего здесь салага надо? Не видишь? Взрослые развлекаются, хах. Катись давай отсюда и не мешай мне наслаждаться этим омегой, — сказал мужик прислоняя нос к шее парня с запахом мандарина       Вот тут то у Чона тормоза и сдали. — Я вижу ты не понял. Хорошо, я объясню поподробней, — схватив подонка за шкирку он оттащил его от Юнги разворачивая к себе и давай кулаком прямо в нос. — Тварина, ты знаешь кто я? знаешь что я с тобой сделаю?! — налетев на Гука с кулаками мужчина вскоре понял что это была огромная ошибка, потому что уже через минуту он валялся без сознания от прилетевшего ему в голову стакана с барной стойки.       Подойдя к омеге он грозно посмотрел на него сверху вниз и сказал громко и чётко, так, что бы все услышали. — В машину, быстро. — Чонгук, я… — Что непонятного в словах: «быстро в машину»?!

***

      Дорога домой была тихой. Оба молчали. Но даже ничего не говоря Юнги понимал, что младший очень рассержен и на него самого, и на того мужика из клуба, в который Юнги больше точно не придет. Припарковав машину Гук молча вышел из неё открывая дверь мину тем самым выпуская его. Подъём на лифте тоже был без слов. Они также молча зашли в квартиру, а Чонгук, сняв обувь, ушёл на кухню открыто игнорируя старшего. Второго аж затрясло от испуга. Он знал что сейчас будет и мысленно молился всем богам что бы младший просто спокойно отреагировал на то, что произошло в ночном заведении. Все же Юнги был немного пьяным и ссориться как-то не хотелось. Так что он на ватных ногах пошёл к младшему на кухню, по пути придумывая разные отмазки, которые могли бы сработать. Гук был прав, клуб — не место для таких омег как Юнги. Он домашний, но сегодня захотелось только потому, что выдержать полуголого Чонгука его нервная система явно бы не смогла. Пока Юнги обо всем этом думал, он заметил что в коридоре один. Его трясло всю дорогу не от испуга быть изнасилованным, а от осознания того, что Чонгук может снова просто исчезнуть из его жизни. Снова оставить одного. Ноги сами подкашивались по дороге на эту злосчастную кухню, которую Мин теперь ненавидел всем сердцем. Все же достигнув цели, он увидел вроде бы обычную картину: Чонгук молча пьет только что заваренный чай всматриваясь в рисунок на обоих рядом со старшим, а после уже откровенно переводя взгляд на объект своих желаний и покусывая губу, младший тяжелым взглядом припечатал сознание Юна к полу. Да так, что ничем не оторвешь. От такого пристального, но не менее холодного взгляда со стороны Чона омегу бросило в жар. Нет, даже не бросило, а швырнуло. Так хорошенько причем, что остатки сознательности улетели далеко на орбиту и возвращаться явно не планировали.       Мурашки расползлись от грубого, сексуального при этом голоса сонбэ, что прожигал своими чёрными глазами дыру в парне перед собой: — Сядь передо мной, — холодный и злой тон голоса гука заставляет нервничать.       Конечно, младший бы не хотел так разговаривать со своим любимым хеном, но что поделать? Надо же его как-то наказать за то, что прямо перед течкой в клуб пошел, где между прочим Альф —вагон хуёв и маленькая тележка. Да еще и оделся так сексуально, все в обтяжку. Вот только интересно: специально или нет? Может Гука подразнить хотел? Хотя, они же братья. Ай! Да кого Чон обманывает, все равно как только старшего в клубе увидел сразу такой твердый стояк словил, что еле сдержался лишь бы хена там не завалить прямо на глазах у того жирного урода и показать, что этот омега только его и ничей больше. Нет, безусловно, Юнги ооочень шел этот наряд. Он подчеркивал все его достоинства, а их было не мало, например: округлые мягкие ягодицы, что раз увидишь — не забудешь; стройные ножки; тонкая хрупкая талия, но блять! Он же уже взрослый мальчик, должен был понимать что с ним могут в таком наряде сделать и все равно пошёл. Пошёл мать его видимо на зло Чону! Вообще Чонгуку всегда казалось, что он может хена на пополам сломать. Просто потому что тот казался таким хрупким и невинным, что когда мелкий узнал о том, что его брат с кем-то спит, то поверить не мог просто. Ерунда же, верно? Может и ерунда, но младшему в тот момент просто тормоза сорвало, да так, что он потом с этим горе-альфой Мина в полицейском участке оказался. Естественно Юнги хотел забрать Чона, брат, все дела, но когда он увидел что к тому на колени какой-то красивый омега садиться, то чувство ревности и гордости сыграло свою злую шутку. После такой шутки, когда Юнги забрал не того, кого действительно хотел, и не только в интимном плане, мелкий дома целые две недели не появлялся. Это было большим ударом по старшему. Ах да, вернемся к наряду. Юнги предпочитал носить в клубы темные цвета, что бы не выделяться. Но сегодня решил изменить своим вкусами, потому на нем красовалась красивая шелковая бордовая рубашка с большим вырезом на груди, что открывал вид на острые молочные ключицы с родинкой на одной. Чонгук бы её поцеловать хотел, но не об этом. Должное отдать нужно и штанами, черным правда, но зато плотно прилегающим к коже мина, тем самым обводя его фигуру. Волосы этот засранец успел перекрасить в черный цвет, как и у самого Гука, вот только когда — непонятно. Ну и напоследок, что бы окончательно видимо нервы Чона добить, подкрасил щечки румянами и на губы нанес бордовый тинт, при этом сделав очень красивый макияж также в бордовых оттенках. Дьявол.       Выполнив просьбу, нет, даже скорее приказ младшего, Юнги послушно сел прямо перед ним закусывая нижнюю губу и не видя как младший скалится то ли от злости, то ли от огромного желания въебать хёну. Он думал что всё пройдёт более-менее нормально, потому что надеялся чтобы у младшего начался гон и тот просто ушел в свою комнату, но нет. Удача явно не на стороне Мина сегодня, потому что Чон поднимает яростный взгляд на парня, который как бы уже даёт ответы на все вопросы Мина в виде словосочетания: «ты труп» — и это всё, что читается сейчас в глазах Чона сидящего напротив. — Чонгук, я-я всё объясню, — пытаясь совладать с самим собой говорит Юнги бегая взглядом по все кухне, лишь бы не чувствовать это напряжение между ними, — этот мужчина, он… — Не отводи свой взгляд от меня, не смей этого делать — прерывает его суровый голос брата и старший сдаётся переводя взгляд на темно-карие, почти чёрные глаза младшего. Юнги позволяет себя совсем ненадолго утонуть в них. —  А… этот мужчина как я понял какая-то шишка в городе, точно не знаю… — увидев что Гук сжал кулаки до побеления костяшек Мин решил не продолжать, — но я не хотел! ты сам видел! я правда не хотел! Чонгуки! — Не хотел?! Тогда какого хуя ты вообще поперся в этот клуб?! Ты же их не переносишь! Я ведь тебе говорил чтобы ты туда не ходил. Не хотел я тебя туда отпускать и правильно видимо сделал бы! Но я ведь не эгоист, поэтому разрешил тебе немного расслабиться! А ты поперся туда один! Хоть и клялся, что пойдешь с друзьями! — Я не думал что все так обернётся! Ясно тебе?! Я думал посижу часок другой и приеду обратно. Кто ж знал-то меня захотят трахнуть? — Я блять знал! Так, — успокаиваясь говорил Чон, — ладно, нужно успокоиться, я в душ. Если увижу что тебя дома нет — готовься к наказанию. И да, зато что поперся в клуб прямо перед течкой получишь по заднице.       Договорив все свои мысли Чонгук ушел в душ оставляя мина один на один с самим собой. Уже моясь, Чонгук почувствовал, как запах мандарина усилился и заполнил собой всю квартиру. «Блять, только не сейчас»       Подумал Чонгук когда понял, что сбежать ему в этот раз не удастся. Быстро накинув полотенце на бедра и выйдя с мокрой головой из ванны Гук пошёл туда, где запах был сильнее всего — в комнату Юнги. Молниеносно открыв дверь Чонгук увидел Мина, который прикрывал свою течную задницу смотря на Гука. — Чонгуки.       Младший понял что пиздец уже близко поэтому поспешил перебить старшего, хотя у самого разум был затуманен не теми мыслями. — Где телефон, наберём твоего врача, — найдя гаджет на прикроватном столике Гук набрал известный им двоим номер включая на громкую. — Здравствуй, Юнги, что-то стряслось? — пробасил на том конце провода мужской голос — Д-да. У-у меня течка, а таблетки уже не помогают. Что мне делать? — Ох, тебе нужен твой истинный, Юнги, только он тебе поможет. — Но, у меня нет истинного — пробормотал омега смотря Гуку в глаза и прикусывая губу. — Честно говоря, у тебя есть истинный альфа, просто я думал ты сам догадаешься кто это.       Оба парня впали в ступор — И кто он? — тихо спросил омега боясь услышать ответ — Твой, кхм, твой брат, Чонгук. Он твой истинный. У него запах корицы, а твой — сладкий мандарин, верно? Когда вы были вместе у меня на приёме последний раз, я почувствовал ваши запахи, они смешались у вас в один. Честно, впервые такое вижу, что бы родные братья были истинными. Но да, тебе сейчас нужен Чонгук и только он один сможет тебе помочь. — Я вас понял, до свидания — последние слова омега сказал на выдохе сбрасывая звонок, потому что к его губам прижались такие тёплые и желанные губы его альфы, его младшего, но от этого не менее желанного, брата.       Нависнув над омегой Гук нежно спустился поцелуями с губ на шею, а после скидывая с себя и с Мина ненужные тряпки, которые мешали им вдоволь наслаждаться друг другом, оставил яркий след от зубов на груди старшего. Метка — сделано. Чонгук начал кусать и лизать соски вызывая толпы марашек по хрупкому телу. Не скупился он конечно и на засосы с укусами, а особенно ему понравилось ставить шрам на злосчастной ключице, после которого старший начал дрожать, словно осиновый лист на ветру. Чонгук был безжалостен к сладким мучением старшего, от чего пару раз получал ладошкой по плечами или груди. — Чонгуки, прошу, помоги. Я так долго мечтал о тебе и твоем теле, я так тебя люблю альфа, больше всех на свете люблю. Я, боже! — вкрикнул Мин, когда понял что его укусили в плечо, а после перевернули на живот, — я ушёл в клуб что бы не видеть как ты выходишь полуголый из душа. Ай! — выгнулся омега чувствуя укус на заднице и сразу следом за ним горячий юркий язык, который обволакивал слюной только что появившуюся ранку на пятой точке, -боже, Чонгуки, пожалуйста, сделай что-нибудь… — Кто, малыш? Кто я? — не сильно шлёпнув по двум мягким половинкам ладошкой Чон навис на ухом обомлевшего от его ласк омеги, — попроси меня правильно исполнить твою просьбу мой малыш…-с хрипотцой в голосе произнес альфа прикусывая, а после облизывая мочку уха Юна. — П-папочка, прошу, выеби меня так, что бы я завтра не смог сидеть! Не смог стоять! Что бы я завтра пошевелиться блять не мог, потому что сегодня ты меня замечательно трахал! Пожалуйста папочка! прошу! — Тише малыш, тише. Скоро папочка исполнит твою просьбу и даст тебе всё и даже больше. Просто потерпи еще немного солнце, — мягко сказал Гук нежно целуя область между лопаток.       Встав с кровати он подошёл к небольшому комоду доставая оттуда смазку и презерватив. Во взгляде, теперь уже, своего парня он прочитал удивление и просто пожал плечами мол «ну она у меня тоже там лежит». Забравшись на обратно он попросил старшего раздвинуть его прекрасные стройные ножки, что бы Чонгук как следует его разработал. Омега ожидал, что сейчас в него протолкнется длинный тонкий палец, но почувствовав внутри себя язык, самого Чон Чонгука, он немножко коротнул. То, как старательно этот Аполлон растягивал его языком внутри, то, как его горячие большие ладони ложились на задницу Мина, все это было просто катастрофически прекрасно. Так прекрасно, что он пришёл после такого в себя только тогда, когда понял что Гук растягивает его внутри не языком, а пальцами. Длинными, прекрасными пальцами на манере ножниц. Третий палец так же добавился незаметно, потому что старший снова нырнул головой в ощущения губ на своей заднице и выше. Ему не было так хорошо никогда. Чёрт, он явно попросит Чонгука повторить этот раз, но позже, всё позже. Потому что сейчас Юн чувствует, как в него погружается твёрдый, венистый, горячий и не малых размеров член Чонгука. Вот тут-то у обоих и слетели тормоза, причём очень громко и очень быстро, да так, что их стук наверное соседи услышали. Спальню заполняли стоны и рыки обоих парней, что горели сегодняшней ночью в адовом огне под названием- дикий животный секс.       Уже после секс-марафона оба парня решили сходить в душ счастливо улыбаясь друг другу и целуясь даже по дороге в ванную комнату. Никто из них не хотел отрываться, потому что они слишком долго этого хотели и ещё слишком долго ждали, бесполезно, как оказалось, мучая себя.