S-M/475

у слᴀбых нᴇт пᴘᴀвᴀ выбоᴘᴀ. 　　　　　　　им только и остᴀᴇтся, что дᴀвить нᴀ 　　　　　　　　　　жᴀлость сильным! 　　　　　　ɢɪʏᴜ ᴛᴏᴍɪᴏᴋᴀ | ᴋɪᴍᴇᴛsᴜ ɴᴏ ʏᴀɪʙᴀ

      У Тэхена слов не хватит описать степень своего гнева. Можно сказать, что его просто ткнули лицом, как последнего мальчишку. Тэ понимает, что он сам виноват и не мог нормально объяснить причину своего поведения. Для него не свойственно истерические порывы, но тут он поступил именно так. Но сам факт того, что его буквально унизили перед совершенно посторонним человеком… Кстати, на счет него. Этот парень показался ему очень знакомым, но он уверен, что они не знакомы. Таких людей не забывают. А еще этот взгляд, которым он на него смотрел... Пожалуй, на него так смотрела только последняя девушка, когда тот решил с ней расстаться. Это, пожалуй, страннее всего, ведь по-сути, этот блондин не первый кто так на него реагирует, тогда в чем дело? Что, черт побери, здесь происходит?       Неужели родители что-то умалчивают о той аварии и его прежней жизни? Но он лично видел свое дело, которое накопал для него Минхек и там не было упоминаний про этих людей. Возможно ли, что его путают с кем-то?       Во всяком случае, Тэхену это предстоит узнать, а пока все, что он может так это обреченно застонать и запустить пальцы в идеально уложенные волосы.

***

      - Это было жестоко, Чонгук. Все же он не просто парень, но и наш партнер. Не забывай, пожалуйста. - Хосок останавливается возле окна, складывая руки за спиной. - В следующий раз, постарайся быть более... учтивым.       - Хосок, не стоит отчитывать Гукки. Он не сказал ничего лишнего, он просто указал на то, что Тэхен и ваша компания ТОЛЬКО партнеры. - Блондин выделяет слова, все еще трясущимися руками поправляя волосы. - Как партнера его действительно не должно было волновать как, кто и когда уходит в отпуск. Тем более, партнеры не должны так вламываться к начальству в кабинет с наездами. Хоть я и потрясен произошедшим и не могу все еще поверить в то, что Тэ жив, но даже так могу сказать, что ты необоснованно критикуешь его.        Чимин явно приукрашивает, когда называет тот шок небольшим потрясением. Когда Тэхен так внезапно ворвался в кабинет, то он испугался. По-настоящему испугался. Сначала он подумал, что либо рехнулся в край, либо умер, раз видит призрака. От такого шока он даже сказать ничего не смог, просто сидел, как истукан, хлопая глазами. Но следом пришел страх за друга. Чонгук хоть и казался ироничным и безразличным, но Чимин не первый день его видит и не один год борется за жизнь и психическое здоровье этого засранца, поэтому он видел насколько тяжело Гуку было разговаривать и находиться с ним в одном помещении, он видел, как того ломало внутри, выворачивая внутренности.       Но пожалуй, большем потрясением стало даже не появление старого друга, а то, что Чонгук после его ухода, относительно спокойно выдохнул и привычным делом открыв тумбочку заглотил сразу несколько таблеток. Он хорошо знает эти препараты. Отец Пака лично доставал ему эти лекарства, потому что настолько сильных препаратов в их стране не было и ему приходилось задействовать все связи на их поставку. Одна из капсул, выпитых Чонгуком отвечала за работу сердца, чтобы уменьшить риск повторного инфаркта, а вторая.... Вторая капсула была сильным нейролептиком. Обычно такие препараты назначают психически больным, чтобы снизить их эмоциональную активность. Проще говоря, сделать овощ из человека.       - Чонгук? - Чимин лишь с болью смотрит на друга, но все вопросы просто комом внутри застревают, когда тот поднимает свои красные безжизненные глаза в ответ на его зов. - Так хуево?       Чонгук снова оставляет его без ответа, но ему он уже и не требуется. Он очень помнит тот пережитый кошмар и те жалкие попытки отвоевать его у смерти. И виновник всему был Ким Тэхен собственной персоной. Конечно, ему будет хуево. Столько лет считать любимого мертвым, пережить клиническую смерть, пожизненные проблемы с сердцем, бессонницу, панические атаки и астму на фоне нервяков. И, пожалуй, это лишь малый список того, что приобрел Чон в ответ на свою любовь. И вот, когда он, наконец, смирившись, начинает приходить в себя, пробовать жить, появляется он. Тот, из-за которого Чонгук в течение нескольких лет жить отказывался.       - Почему ты просто не расскажешь ему? Кажется, даже не помня ничего, он испытывает к тебе чувства, но не понимает что за еботень с ним происходит. - Пак подходит к парню, а тот поворачивается к нему медленно, что он грешным делом подумал о побоях. Ему казалось, что Чон просто врежет ему. Уж слишком говорящий был у него взгляд, но вместо этого он молча подходит и обнимает его за талию, утыкаясь куда-то в висок.       - Просто постой так. - Чонгук не говорит, а хрипит, заставляя блондина, зажмурится, сдерживая слезы, и обнять в ответ настолько крепко, насколько позволяют силы. - Хен, мне так пиздецки плохо. Я больше не могу.       Тихий шепот и Чимин в ничто. Ему не страшна смерть, боль или проблемы, но знать, что Чону больно... Слышать этот болезненный шепот с мольбой о помощи, это бьет по сердцу и разуму, заставляя скрипеть зубами и глотать не менее соленые и горькие слезы. Да, Пак давно осознал, что у него к Чонгуку не просто дружба, но он знал, что эти чувства навсегда будут запечатаны от всех в самой глубине его души. Он даже под дулом пистолета никогда не признается, что даже не влюблен в собственного друга, а давным-давно потерян для общества.       Чимин слишком любит мальца, чтобы терять его, а он потеряет, стоит заикнуться о своих чувствах. Такой любви, как у Чонгука к Тэхену нет и не будет никогда и ни у кого. Гук всегда жил, дышал и видел только Тэ. Он по-другому не умеет, да и не хочет наверно. Поэтому, все что ему остается, так это болезненно сжимать младшего в крепких объятиях, переживая эту боль вместе с ним.       Пак хочет многое сказать другу, поддержать, подбодрить, но из груди лишь хрип вырывается, а губы не слушая доводов разума, прижимаются к виску парня, но тот молчит и не отталкивает его. Понимает будто, что сейчас у него внутри творится или ему настолько плохо, что плевать на все.       - Хен, помоги мне пережить эти две недели. Я без тебя не справлюсь. Ты мне так нужен. - Чон говорит искренне. Произносит то, что на душе и в голове и совсем не замечает, как у старшего от его слов дыхание пропадает, а сердце в галоп ударяется.       Чимин честно уговаривает свое глупое сердце не стучать так сильно в ответ на просьбу друга и мысленно пощечины себе дает, но это мало чем помогает. Разум кричит: "Чимин, остановись. Тебе будет только больнее от этого", в то время как сердце просит пойти на поводу у его не такой уж маленькой и очень привлекательной слабости.       - Я всегда рядом, ты же знаешь, я всегда помогу, стоит тебе лишь попросить об этом. - Погладив измученного парня, по мягким волосам, блондин заставляет себя отстраниться от такого притягательного тела и дает себе зарок, что это был последний их физический контакт. Им нельзя быть настолько близко, ведь Чимин вовсе не железный и у него есть конец всего, в том числе и выдержки.       Старший "Спасибо" в глазах любимого читает, но оно так и остается непроизнесенным в слух. Гуку совсем не нужно что-то говорить, чтобы Пак понял это. Они связаны будто на интуитивном уровни и, пожалуй, это самое главное для самого Чона.        - Ладно, признаю. Я погорячился, но... Ребят, а вы мне точно все рассказали? - Хосок с подозрением смотрит то на непрошибаемо-спокойного брата, то на их общего друга и сам понимает, что нет. Слишком очевидно, Чимин держит дистанцию и смотреть на друга себе не позволяет дольше обычного, что выливается в дерганые движения и искусанные губы, но походу, что замечает это только Хосок. Ему по статусу положено и опыт большой, от него такое не скроешь.       - Понятия не имею о чем ты. - Чимин плечами жмет и наконец, позволяет себе расслабиться. - Думаю мне пора посмотреть на свое рабочее место и обрадовать своих подчиненных, что теперь ими руководить будет такой прекрасный и хороший я.       Блондин с довольным видом кивает и встает с насиженного места, уходя в ему отведенный кабинет. Его кабинет практически идентичен тому, что принадлежит Чонгуку. Помещение, правда, поменьше, и цветовая гамма другая. Вместо стен, стекло, что делает кабинет похожим на аквариум, но это спокойно можно исправить, опустив жалюзи во все стекло. Светлый паркет застелен песочным круглым ковром с коротким ворсом, у стены стоят несколько темно-коричневых стеллажей, заставленных папками с отчетами. Напротив окна, ровно по центру расположился офисный рабочий стол из темно-коричного дерева с большим количеством выдвижных ящиков. За столом, сиротливо задвинут, стоял кожаный офисный стул с высокой спинкой, который даже на вид казался очень мягким. Так же в кабинете был большой сейф, шкаф, скорее всего для одежды и много разный мелочей, который делали кабинет очень уютным и теплым.       Хорошо осмотрев выделенное себе помещение, до Чимина доходит. Кабинет делали недавно и специально под него. Все его привычки, требования и характер были учтены. Кабинет делал Чонгук. Лично для него, ведь кроме него никто не мог знать, что он так любит пить свежевыжатые соки на работе, предпочитая их чаям и воде. Без них он чисто физически не мог нормально соображать. Или то, что кофе он пьет, только перемешав его с огромным количеством карамельного или шоколадного сиропа или вовсе разведя его колой. Об этих привычках знал только Чонгук, живший у него около года, после выписки из больницы. И только он знает, что Чимин терпеть не может, когда его что-то отвлекает от работы, поэтому он всегда предпочитал ничего не ставить на стол, кроме ноутбука. Jm: Спасибо ;р Блондин быстро набирает сообщение и совершенно уверен, что получатель поймет, о чем идет речь. Jk: Это не я. Я только руководил процессом. Jm: Я уверен, что ты вытряс из рабочих всю душу, прежде чем они закончили делать мой кабинет. Jk: Не всю. Немного оставил для следующего раза. Jk: Я рад, что тебе нравится. Jm: Тут все сделано под меня, мне не может это не нравиться. Jm: Ты жулик, Чон Чонгук. Jk: Ого, что за наезды, бро? Jm: Я тогда еще не согласился работать с тобой, а ты мне уже кабинет делала. Jk: Упс?       Чимин лишь посмеивается. Уж кому, как не ему знать, что Чонгук и угрызения совести патологически не совместимы.       - Ну что? Пора знакомиться что ли? - Тряхнув волосами, Пак выходит в большое помещение, где и трудились его подчиненные за раздельными столиками. Чимин заметил сразу, что в компании все сделано с умом и для удобства работников, чтобы те могли спокойно работать, не отвлекаясь на внешний мир. В огромном здании, которое занимала вся компания семьи Чон, было все. Медпункт, комнаты отдыха, кафетерий, несколько комнат, где люди могли поспать, если работали сутками, помещения с дуевыми и курилки. Было все. Поэтому сюда и стремились попасть на работу очень многие, а те, кому повезло, очень крепко держались за свое рабочее место и работали изо всех сил, лишь бы не вылететь, ведь помимо приятных бонусов и заботы со стороны начальства, зарплата была тоже весьма приятной.       Вообще, компания, в которой они работали, являлась как бы головняком. Именно отсюда решались все дела по поводу работы клиник, которых было не так уже и мало. Практически в каждом городе и селе Южной Кореи были обоснованы их филиалы, а совсем скоро они появятся и заграницей. Первым городом, в котором обосновали свой первый филиал заграницей, стал Лос-Анджелес. Оттуда то и прикатил Тэхен со своей свитой.       - Итак, братцы кролики, думаю, вы даже раньше меня узнали о том, что совсем скоро у вас появится новый руководитель. Так вот, это я. Меня зовут Пак Чимин, но вы можете обращаться ко мне как "Начальник Пак". Я без понятия рады вы этой новости или нет, но мне глубоко начихать, если честно. Я отнюдь не добрый и понимающий начальник, так что пахать вы у меня будете до пятен перед глазами, кого такой расклад не устраивает, жду ваших заявлений у себя на столе. С радостью подпишу. - Чимин обводит взглядом подчиненных, которые внимательно слушали его и вроде пока не возмущались. - С сегодняшнего дня я раздам каждому из вас свои обязанности, которые вы будете в дальнейшем выполнять. Так же, планирую проверить всю документации и все отчеты, написанные вами, а так же сведения о вашей работе. Сразу предупреждаю, полетят головы. Не советую что-то утаивать от меня и подсовывать поддельную документацию. Вычислю и вам хана. На этом все, вопросы?       Убедившись, что вопросов у его кроликов не возникло, со спокойной душой умотал к себе в кабинет, где его ждал просто невероятный фронт работы. И возможно многие после такого знакомства его возненавидят, но он слишком устал всем нравиться.