—Не кричи. Просто люби меня.

—Что?—он ожидал всего, но не этого—Что ты сейчас сказал? —Боже, что тут непонятно? Трахни меня, говорю.—Чимин встает с кровати и подходит в плотную к Мину. Парень смотрит в непонимающие глаза и решает первым сделать шаг. Прохладная рука ложиться на пах, сжимая его.— Ну ты же тоже ведь хочешь. —Убери руку— Юнги стоит с каменным лицом, только зло прищурив глаза. Возможно сейчас в них взрываются целые вселенные, но так нельзя. Он ведь ругал себя за грубое отношение. А теперь Чимин сам просит от него того, от чего недавно бежал. Пак осторожно убирает руки и смотрит в глаза с какими-то непонятными эмоциями. О чём он вообще думает? —Не хочешь меня?— в этих словах чувствуется столько... обиды? —А ты сам хочешь?— если бы Юнги был действительно уверен в его словах то, не медля ни секунды, просто бы накинулся на Чимина, вжимая в любую поверхность, кусая губы, а сейчас он не знает как реагировать на такое предложение. —Пожалуйста...— аккуратная дорожка катится по щеке, пропадая под воротом кофты. Прямо сейчас мужчина видит, как человек рушится изнутри. Сделав пол шага, Юнги покрывает припухшие, от алкоголя, губы нежным поцелуем, не понимая, что случилось с его Чимином. Он аккуратно опускает руки на талию, боясь как-то отпугнуть парня, что сейчас со слезами на глазах целует его, лёгкими поглаживаниями пытаясь успокоить такое хрупкое тело. Они стоят так ещё какое-то время, пока Чимин не отходит первым. Мужчина все таки его спугнул? —Подожди немного, мне надо в душ.— после этих слов Юнги остаётся один в комнате и своих мыслях. Что ему делать, когда Пак выйдет? Может сейчас просто взять и уйти? Но, если Чимин сам проявил инициативу, о которой Мин мог только надеяться, то разве не стоит дать своим желаниям волю? Спустя пятнадцать минут дверь в ванную открывается, пропуская в спальню лучик искусственного света. —Ты забыл про полотенце? —Оно будет лишним.—Чимин стоит мокрый и абсолютно голый у двери, ожидая хоть каких-то действий со стороны. —Иди ко мне. Медленными шагами Пак проходит в глубь комнаты и ждёт дальнейших указаний. —Ты можешь делать все, что захочешь. По отношению ко мне тоже. —ладони опускаются на разгоряченное тело и аккуратно поглаживают талию. Чимин поднимает глаза вверх и резким рывком впичатывается губами в губы напротив, целуя с животным желанием. Мужчина отвечает с таким же рвением, кусая и зализывая маленькие ранки, что сам и оставил. —Можно я буду сверху? —Я же сказал,  ты можешь делать что хочешь—Юнги говорит почти задыхаясь. Им обоим сейчас катастрофически мало воздуха. Так хочется быть ближе, хочется жарче и быстрее. Чимин медленно ложит руку на джинсы в области паха, как тогда, часом ранее, и знает, что теперь ему не откажут. Он старается доставить удовольствие, хоть и эта грубая ткань сейчас так мешает. —Я так хочу тебя— прерывая поцелуй, дрожащим голосом от избытка самых разных чувств, говорит Юнги. Парень берет его за руку и ведёт к кровати, сразу же ложась. —Поможешь мне? Я давно не растягивал себя. Мужчина склоняется над прикроватной тумбочкой в поисках смазки и достает её из самого нижнего ящика с довольным лицом. Чимин устраивается поудобнее, в ожидании раздвигая ноги. Холодные руки касаются самого интимного места на теле. —Потерпи немного, ладно?— и Юнги погружает первый палец на половину, вырывая задушенные стоны из мокрого тела. Он вытаскивает и вводит его обратно, стараясь проталкнуть теперь уже второй палец—Ты как? —Все хорошо, продолжай.—Чимину это доставляет эмоции самого разного рода, от боли до наслаждения и желания.—Быстрее. Мужчина раздвигает пальцы в манере ножниц и не слаживая их обратно вместе, вытаскивает из него. —Тебе нравится? —Что?—парню сейчас не до вопросов, когда в нем три, довольно так и длинных, пальца растягивают его как следует. —Что я с тобой делаю. —Да, мне правда нравится. Пожалуйста, прошу, не останавливайся. Юнги выходит из Чимина и старается как можно быстрее снять с себя эти проклятые джинсы. Стояк уже несколько минут назад дал о себе знать,  больно впиваясь в грубую ткань. —Иди ко мне, я хочу помочь.— парень смотрит на мужчину с горящими глазами, рукой подзывая к себе. Теперь на кровати лежит Юнги. Чимин садится к нему на колени, не разрывая зрительный контакт. Молния джинс с характерным звуком расстегивается и его рука проскальзывает под резинку боксеров, доставая, уже сочящийся, член. Парень склоняется голову и дует. Юнги уже готов растечься лужей. Ему сейчас так хорошо. То, что он испытывает в данный момент с человеком напротив, не сравниться ни с чем. Из мыслей его вырывает язык, который вылизывает сейчас каждый миллиметров, погружая член глубоко в рот. Чимин сосёт активно и не давится, как это было раньше. За все то время, что он живёт в квартире Юнги, ему пришлось научиться и теперь он играется с его членом, как с леденцом, глубоко вбирая и поглаживая бедра мужчины. —Чимин-а, перестань...— парень толкается языком в уретру, доводят его до края— я сейчас кончу... пожалуйста, остановись... Чимин выпрямляется и продолжает стимуляции, теперь дроча рукой, большим пальцем проходясь раз за разом по сочащейся головке. Он наклоняется за поцелуем, но Мин ловкий движением убирает с себя руку и быстро садит на, ждущий скорой разрядки, член. —Ммм.... Так глубоко...— парень делает аккуратные движения тазом, привыкая к чувству заполненности. Мин гладит горячее тело, желая косаться так всегда. Он хочет, что бы этот вечер длился вечно. Хочется что бы Чимин всегда был таким. Что бы не прятался от него как раньше. Не смотрел на него с ненавистью и отвращением, а как сейчас, с желанием... —Помоги мне— парень двигается в неразборчивом темпе, пытаясь насадиться как можно лучше, но у него не выходит. Юнги кладет руки под его бедра, больно впиваясь в кожу, и начинает размашисто вбиваться в разгоряченное тело, ловя громкие стоны. —Ещё... мне так хорошо—Чимин скулит и раскрывает рот от удовольствия, чувствуя как головка члена проходится по комочку нервов внутри него. Юнги ускоряется,  наслаждаясь стонами,  прогнувшегося в спине, парня. —Можно я потрогаю себя— по щекам катятся дорожки слез из-за сильной стимуляции. —Подожди немного. Ты можешь и без рук,  я знаю. Юнги выходит из него. Парень чувствует неприятную пустоту внутри, но мужчина ставит его на колени. —В локтевую. Чимин слушается и чувствует, как в него резко входят. Юнги размашисто двигает бёдрами, выбивая заглушенные, в подушке, стоны. —Малыш, я хочу слышать тебя. Можешь быть хорошим мальчиком для меня? Конечно он может. —У тебя вообще соседей нет? —Если бы были, то я, скорее всего, сейчас бы не тебя трахал, а за решёткой сидел. —Точно...Я сейчас...сейчас...—и Чимин стонет. Громко и пошло. Очень грязно. Простынь под ним мокрая от семени. —Юнг... Юнгиии...Стой...Я уже кончил, ммм... остановиись. Мужчина продолжает грубо и до основания вбиваться в обмякшее тело, что хочет уйти от сверхстимуляций. Чимин пытается слезть с него, но не может. Сильные руки крепко держут его, не давая и шанса. Парня всего трясет и он кончает. Опять. —Чееерт...—Юнги изливается прямо в него и сжимает бедра трясущегося тела до синяков.—Ты умница, Чимин... Ты молодец. —Он ложится на парня и так они проводят ещё какое-то время. —Это было... хорошо—Чимин вытирает слезы и разворачивается,  смотря в глаза напротив. Юнги выходит из него, обнимая обеими руками, сгребая всего в тёплые объятья. —Ты в порядке?—мужчина говорит на ушко совсем тихо. —Да. Поцелуй меня... Пожалуйста... С нежностью и трепетом Юнги касается чужих губ, давая Чимину почувствовать себя в безопасности. —Прости меня. Я был очень груб. Никогда себе этого не прощу. Прости... Мне действительно жаль. —Тебе хорошо сейчас?—Чимина обжигают его слова, напоминая, что он все ещё в квартире похититель. Он не по своей воле тут. Но сейчас ему хорошо и физически и морально. Парень осознает, что забрёл в тупик своих чувств, но как из него выбраться? —Только если тебе хорошо. —Сейчас... я чувствую себя свободным. Хоть ты и превез меня сюда, похитив.— его губ касается улыбка. Он запутался, но в одном он сейчас уверен наверняка. В объятьях этого человека и именно в этом моменте, он готов остаться навечно.