Вымощена Благими Намерениями

– Тони, ты сидишь там уже тридцать четыре часа, выйди и подыши свежим воздухом, – позвал Стив через динамик коммуникатора рядом со стеклянной дверью, которая разделяла их с Тони. Вышеупомянутая причина его переживаний отвлёкся от работы и повернул голову на звук, будто пёс, услышавший позвякивание поводка. Затем он встретился взглядом со Стивом через стекло, где Стив терпеливо ждал с тарелкой сэндвичей в руке и недовольным выражением на лице. Правда, когда Тони расплылся в наисчастливейшей улыбке, увидев Стива, он не смог удержать свой нахмуренный образ на месте. Эта чёртова улыбка просто творила невообразимые вещи с его бедным сердцем. – Стив! – счастливо воскликнул Тони, выбираясь из деталей какого-то двигателя, которым он был увлечён в данный момент, и поспешил к двери, чтобы распахнуть её перед Стивом. – Ты именно тот, кто мне нужен, заходи, заходи. Тони протянул руку и схватил его за запястье, чтобы затащить в мастерскую, оставив при этом на его коже тёмные пятна от машинного масла. Стив просто вздохнул, позволяя Тони провести себя через огромное помещение, пока они не оказались у такого же огромного стола, практически полностью покрытого металлическими листами и различными механическими частями, раскиданными Тони. Стив явно видел, что Тони был изнемождён. Он понял это по одному лишь пульсу, когда тот взял его за руку, хотя тёмные круги под глазами тоже не особо утешали. Однако тому, казалось, было всё равно, и учитывая, что комната выглядела так, будто в ней уже лет сто не прибирались, можно было с уверенностью сказать, что Тони был очень занят всё это время. – Слушай, в общем, я работал над этими глупыми ракетами для Оби, потому что он никак от меня не отцепится с ними, и потом я подумал: ‘эй, Стиву бы, наверное, пригодилась ракета в его арсенале, да?’. Но потом я понял, что это было бы неправильно с моей стороны просто взять и подарить тебе целую ракету, плюс, ты бы не смог использовать её в деле… – Тони, – остановил его Стив, пытаясь спрятать улыбку, поставил тарелку на стол и положил руки на пояс. – Ты пытаешься мне что-то сказать? Тони на пару секунд замер, явно потерянный в своих мыслях, а затем вернулся с небес на землю и улыбнулся: – Стой здесь, – поспешно сказал он, похлопал Стива по груди и убежал. Стив снова вздохнул, но сделал так, как было велено, пока Тони носился вокруг него. Несколько раз что-то явно упало и даже разбилось, но затем Тони вернулся на прежнее место рядом со Стивом, как всегда абсолютно игнорируя понятие личного пространства. В его руке лежал пистолет, и надолго он там не задержался, потому что Тони вложил его в руку Стива, сложил его пальцы в правильном положении и поднял сцепленную ладонь повыше. В глазах Тони явно сверкнуло наслаждение, когда он положил палец Стива на курок и махнул рукой куда-то вглубь мастерской. – Попробуй, – сказал он. Стив нахмурился: – Я не могу просто начать стрелять посреди комнаты, Тони, пуля может отрикошетить… Чтобы перебить его, Тони хватило лишь закатить глаза и указать рукой на более конкретную потрёпанную мишень в виде человека у дальней стены. – Вот ваша мишень, мистер Телохранитель. А теперь давай посмотрим, стоишь ли ты моих денег. Стив лишь поднял бровь в ответ на подначку, бросил секундный взгляд на фигуру, повернулся обратно, поднял руку и сделал два выстрела, не разрывая зрительного контакта с Тони. – Да, думаю, ты заключил неплохую сделку, – ухмыльнулся он и повернулся, чтобы увидеть две свежие дыры: одна ровно между глаз и другая прямо в центре груди. Тони тоже посмотрел на мишень и на секунду впечатлился, но потом взял себя в руки и состроил невозмутимое лицо: – Да кто угодно так может. Нет в тебе ничего особенного, Роджерс. – О, кто угодно? – с вызовом спросил Стив и вложил пистолет обратно в руку Тони. – Ну, вперёд, мистер Старк. Покажите мне, насколько это просто. Тони замер, но, тем не менее, с опаской взял пистолет. – Я… разве я для тебя ‘кто угодно’, Роджерс? Стив пожал плечами: – Если ты не пришелец, то да, ты классифицируешься как ‘кто угодно’. Поэтому настала твоя минута славы, – самодовольно ухмыляясь, развёл он руками и приглашающим жестом указал на мишень, к которой Тони стоял спиной. – Только не задень меня. А то станет не так весело. Тони состроил обиженное выражение лица, но затем сжал челюсть, и его глаза загорелись этой искрой озорства, которую обычно можно было увидеть в глазах непослушного ребёнка. Это было довольно захватывающе. Он с любопытством посмотрел на Стива, и затем, даже ни разу не повернув головы, поднял руку. Брови Стива практически взлетели до волос, и он приготовился хорошенько посмеяться, ведь Тони явно мог попасть разве что только в потолок. Прозвучало три выстрела, вместо двух, как у Стива, и когда он повернул голову, его челюсть просто отвалилась. Тони лишь невинно ему улыбнулся, будто это не он только что сделал три идеальных выстрела мишени в голову, в сердце и… – Ну, это просто безвкусно, – слабым голосом промямлил Стив. – Нельзя стрелять мужчине в член, мистер Старк. Это считается невежливым. – Я представлял тебя, – объяснил Тони, пожав плечами. – В смысле, твои пропорции. После этого мне нужно было только вспомнить расположение мишени в комнате и вычислить угол, под которым пуля попала бы прямо в цель относительно твоего роста. Видишь, Роджерс, в конце концов, всё сводится к математике и науке. Ну да ладно, вернёмся к тому, зачем я тебя сюда позвал. Что ты думаешь? – Что я думаю? – О пистолете. Что ты думаешь о пистолете? Стив подумал об этом: – Он… на удивление хорош, – ответил он. – Вообще-то, я практически не почувствовал никакой отдачи, и сбалансирован он отлично. Сколько в магазине? С гордым видом Тони поднял бровь и ответил: – Двадцать. Стив присвистнул: – Разве качество не страдает от такого количества? Тони покачал головой и практически с нежностью провёл рукой по поверхности пистолета. – За кого ты меня принимаешь, Роджерс? Конечно, нет. Это более большая модель, что, скорее всего, не подойдёт большинству других людей, но она разработана не для других людей, так что… – затих Тони, пожимая плечами, и затем снова вложил пистолет Стиву в руку. Стив нахмурился: – Ты… это… ты это сделал для меня? – Не только это! – восторженно сказал Тони и хлопнул в ладоши. – Это я сделал в первые часов десять, а потом я подумал: ‘а зачем останавливаться на этом?’ Часто пользуешься ножами? – спросил он, открывая ящик стола. Это больше Баки по душе, подумал Стив, но потом вспомнил про складной нож у себя в носке и пожал плечами: – Один обычно всегда при себе, да. Тони даже головы не поднял, когда спросил на пробу: – Обувь? Стив замер, и Тони воспользовался возможностью, чтобы вытащить безобидно выглядящие ножны из глубин ящика. – Не переживай, это не заметно, я просто наблюдательный и знаю, куда смотреть, – он снова подошёл к Стиву и протянул ему нож. Стив с любопытством взял его и почувствовал, как резина рукоятки идеально вписалась в захват, будто бы подстроилась под все изгибы его ладони. Перекинув его из руки в руку пару раз и сделав им несколько движений, он восхитился лёгкостью, с которой нож скользил у него между рук, и идеальным балансом, благодаря которому он мог маневрировать оружием как ему вздумается. – Есть в этом мире что-то, чего ты не сможешь сделать? – не задумываясь, спросил он Тони с улыбкой на лице, не находя в себе сил расстаться с ножом. Тони промолчал в ответ, но когда Стив поднял взгляд, тот смущённо улыбался, и его щёки едва различимо покраснели. Стив только сильнее расплылся в улыбке и похлопал его по плечу. – Спасибо тебе, – серьёзно сказал он. – Это просто… эти вещи очень пригодятся. Но я всё ещё считаю, что тебе нужно поспать. Мисс Поттс приказала мне применить силу, если потребуется. Тони тут же покачал головой, отмахиваясь от него. – Не могу. Мне нужно закончить хотя бы каркас, это не займёт больше пары часов… – Тони, – отчаянно сказал Стив. – В тебе не осталось ещё пары часов. Что, если ты покалечишься? Я… – Должен защищать меня от сталкеров, а не от себя самого, – парировал Тони, закатив глаза. Стив только раздраженно вздохнул, опираясь на край стола, сложил руки на груди и сердито посмотрел на Тони. Тот упрямо отвёл взгляд. – Нет, я должен защищать тебя, точка. Так написано в контракте. И прямо сейчас моя интуиция подсказывает мне, что работа с тяжелой техникой тридцать часов подряд ничем хорошим не закончится… – Я неплохо выстрелил из этого пистолета, разве нет? – с вызовом спросил Тони, отрывая взгляд от стола, над которым уже склонился, и Стив засмотрелся на его напряжённые плечи, на прядь волос, которая упала на его красивые глаза, на брови, поднятые в несогласии, всё это было… это точно было что-то, это он мог сказать с уверенностью. Он отвёл взгляд, чтобы не потеряться в своих мыслях окончательно, и вскинул руки в воздух: – Дело не в этом, Тони… – Слушай, – перебил тот, копируя позу Стива. – Я откладываю эти планы уже слишком долго, и мне действительно нужно хотя бы начать. Я понимаю, что ты пытаешься помочь, и я знаю, что говорит Пеппер, но мне надо работать. Так что тебе придётся придержать немного свой материнский инстинкт ещё на пару часов, а потом ты можешь хоть на плече меня отсюда вынести. Тони серьёзно на него посмотрел, и по языку его тела Стив мог сказать, что тот не собирается менять своё мнение. Не желая больше ругаться, он просто вздохнул в миллионный раз и опустил плечи: – Ладно. Делай, что должен. Но я останусь здесь с тобой. Сказав это, он осмотрелся в поисках свободного места. Заметив диван в углу комнаты, он решительно подошёл к нему, опустился и закинул ноги на кофейный столик, устраиваясь поудобней и сцепляя руки в замок, прежде чем с вызовом улыбнуться Тони. Эй, Старк тут не единственный, кто умеет быть упрямым. Тони просто молча следил за всем этим, а потом отвернулся. – Ладно. Повеселись там на диване. – Обязательно. – Хорошо. – Тоже так думаю. – Рад это слышать. – Рад, что ты рад. Тони сжал челюсть и повернул голову в сторону всё ещё улыбающегося Стива. – Просто… ты… заткнись и сиди смирно. Я работаю, – отрезал он, качая головой, и провёл рукой по лицу, явно прилагая все усилия, чтобы скрыть собственную улыбку. Стив усмехнулся, довольный просто наблюдать за Тони, когда тот немедленно погрузился обратно в работу. Его пальцы опытно играли с проводами и механизмами, и Стива позабавило, что тот высовывает кончик языка, когда концентрируется на чём-то. Это было довольно мило. Стив пожалел, что у него с собой не было бумаги и карандаша – на него так давно не находило вдохновение рисовать, и вот внезапно оно смотрело ему прямо в лицо. На столе, однако, нашлась салфетка, а на ручке дивана опасно балансировала на краю гелевая ручка, так что Стиву пришлось довольствоваться тем, что имелось. Ему было неудобно, и пальцы не слушались из-за долгого отсутствия практики, но так время шло гораздо быстрее, и вскоре у него получился более-менее приличный скетч работающего Тони. Он нахмурился, проводя пальцем по линиям рисунка. Хотел бы он рисовать чаще. Но сейчас у него постоянно было столько дел, рутина затянула его, и у него просто… не было времени. Это сильно сказывалось на качестве его работы. Вздохнув, он бросил скетч на подлокотник и поднял взгляд на Тони. Тот наклонился над своим столом… нет, подождите… он… Да. Тони уснул на столе. Неодобрительно цокнув, Стив встал и посмотрел на часы. 11:45. Неплохо, учитывая обстоятельства… Стив ожидал, что придётся остаться здесь до утра. – Джарвис? – осторожно позвал он в пустую комнату, подходя к спящему Тони. – Он, эм, он сохранил все эти свои штуки? Или что там он обычно с ними делает? – Да, мистер Роджерс, вся работа была занесена в реестр. – Тогда можем мы выключить это всё? – спросил Стив. – Я не хочу, чтобы у него было искушение продолжить, когда он проснётся. – Мне нравится ход ваших мыслей, мистер Роджерс, – сказал Джарвис практически с усмешкой в своём механическом голосе. Стив улыбнулся и положил руку Тони на плечо, чтобы разбудить его. Тони пробормотал что-то несвязное, и его глаза медленно открылись и сфокусировались на Стиве. – М? – Я думаю, тебе пора спать, – решительно сказал Стив. – В настоящей кровати. Не на столе. Давай, пойдём. Он ткнул Тони пальцем в щёку, и тот раздражённо скривился и поднялся со вздохом. – Мне кажется, мне надо остаться здесь ещё чуть-чуть… – Тони, – Стив сложил руки на груди. – Просто сделай мне одолжение. Пожалуйста. Ложись спать. Он не хотел признавать это, но иногда какая-то его часть действительно переживала за Тони. Тот явно не спал достаточно, работал слишком упорно и иногда выглядел… немного опустошённым. Будто бы не мог понять, как он вообще здесь очутился. Стив хорошо знал это чувство. Было очень легко увидеть того человека, которого Тони хотел всем показать. Было даже легче поверить во всё это и не заморачиваться, пытаясь увидеть больше. Стив понимал, что сам сделал сначала то же самое. Но Тони… был гораздо более глубоким, чем он изначально думал. Более мягким. Добрым. Грустным. Вздохнув, Тони потёр глаза и молча кивнул, потягиваясь. Стив быстро окинул взглядом чертежи на несколько секунд, оценивая уровень разрушения, создаваемый Тони. Он подумал о человеке, который разлёгся на огромном листе бумаги и позволил детям рисовать вокруг него маркерами, пачкая его кожу всеми цветами радуги, ещё на прошлой неделе. Каким-то образом, эти двое были одним и тем же человеком. Хотя, говоря по правде, не Стиву было его судить. Стоило только вспомнить, чем он зарабатывал себе на жизнь. – В детстве я хотел был космонавтом, – неожиданно признался Тони, и Стив вздрогнул и перевёл на него взгляд. Тот смотрел на чертежи ракет и, по всей видимости, думал о чём-то подобном. Стив ничего не сказал в ответ, и Тони пожал плечами. В его взгляде снова появилась опустошённость. – Я… да. Я всегда хотел летать. Но посмотри на это, – он обвёл жестом комнату, натянув улыбку на лицо, но его глаза не лгали. – Вместо этого у меня есть больше денег, чем я мог бы когда-либо представить, и практически весь мир у моих ног, так что… Стив хотел спросить, действительно ли этого хотел Тони, но он уже знал ответ. – По крайней мере, у тебя хотя бы были амбиции – я всего лишь хотел открыть магазин, – сказал Стив, легко подталкивая Тони плечом и ухмыляясь, когда тот с удивлением на него посмотрел. – Решил не завышать планку, понимаешь? Не зазнаваться. Я не дурак, раньше я представлял собой маленькое худощавое ничего, поэтому не хотел надеяться на многое и думал, знаешь, что было бы классно проводить время, просто разговаривая с людьми. Плюс, у меня был бы прямой доступ к любой еде, так что, – в этот раз настал черёд Стива смущённо краснеть, когда Тони очень внезапно и шокирующе искренне засмеялся громким хрюкающим звуком, который он немедленно остановил, стыдливо прикрыв рот рукой. Стив не удержался и засмеялся в ответ, убирая руку Тони ото рта и качая головой. – Не останавливайся. Очень классный смех. Тони взглянул на него, а затем тихо фыркнул, опустив глаза в пол. – О, боже, нет, совсем не классный, прости, мне всё время говорят не смеяться так, но… – Ну, а мне нравится, – мягко сказал Стив, и они всё ещё стояли на полпути к двери, так и не закончив то, что начали, и не покинув комнату, потому что Тони начал смеяться над его глупой историей, и внезапно Стив перехотел уходить. Вместо этого он мог просто остаться здесь и смотреть на эту однобокую улыбку, слушать этот глупый забавный смех… – Ну, твоей жизненной целью было стать владельцем магазина, так что у тебя очень необычный взгляд на вещи, правда? – ответил Тони, улыбаясь от уха до уха. – Но что ещё более важно сейчас – что ты там говорил о маленьких и худощавых? Я просто не могу себе это представить, глядя на тебя сейчас. Стив поднял брови и открыл рот.

Тони

Он разговаривал со Стивом на диване в своей мастерской о чём угодно и обо всём, пока не взошло солнце. Он почти с полной уверенностью мог сказать, что это было ужасно непрофессионально с обеих сторон, но к чёрту это, Тони всё равно никогда не был в этом хорош. А Стив был… ну, Стивом. Этим человеком невозможно было не восхищаться. Судя по всему, он был маленьким. В смысле, по-настоящему крохотным. И слабым. Это было практически невозможно представить, глядя на него сейчас, но у Стива были фотографии. Доказательства, демонстрирующие Стива-подростка, который едва доходил своим друзьям до плеча и был худым как смерть. Безумие какое-то. Тони очень долгое время смотрел на эти снимки. – Моё детство не было идеальным, если говорить о здоровье, – тихо признался Стив, свернувшись рядом с Тони на диване и разглядывая свои ногти, но на его лице появилась улыбка, когда он сказал: – Но это было… это было здорово. Я скучаю по этому – по простоте, понимаешь? Сейчас всё так сложно. Тони фыркнул, закидывая ноги на стол: – Не могу сказать того же самого. Моё детство было отстойным – слишком много папарацци и слишком мало обнимашек – хотя, ты прав с той частью, где всё сложно. Взрослая жизнь не особо-то лучше. Он сказал это в шутку, но слишком поздно осознал, что его голос был слишком серьёзным для этого. Стив посмотрел на него; что-то в его взгляде Тони не мог прочитать, но это было очень похоже на грусть. Это немного выбивало Тони из колеи – Стива было так трудно понять, в конце концов, и Тони редко мог увидеть что-то… настоящее. После этого они не остановились и перешли на менее опасные темы разговора, но Стив придвинулся ближе к нему и оставался там всю оставшуюся ночь, и это было… приятно. Да. Это просто было приятно. Менее приятно, однако, было его пробуждение от резкого движения слева и громкого ‘блять’, разрезавшего тишину. Тони быстро сел, с трудом открыл глаза и посмотрел на Стива, который нервно оглядывался вокруг себя. – Эй, эй, приятель, тише, ты всего лишь в мастерской… мы, видимо, уснули, отставить, солдат, угроза отсутствует. Тони зевнул, и Стив повернул голову к нему, расслабился и снова упал на подушки. Ему было явно немного стыдно. – Чёрт. Извини. – Не переживай, – он снова зевнул, махнул рукой и спустил ноги на пол. Он чувствовал себя дерьмово. – Чёрт, на диванах спать всегда так неудобно. Я спины не чувствую. Стив фыркнул и немного неловко сел, очевидно, до конца осознав, что он вроде как провёл ночь со своим начальником. – Поверить не могу, что вообще заснул, если честно. Обычно я… не делаю этого. – Что, не спишь? – спросил Тони и поднялся с дивана, потягиваясь. – Конечно, нет, ты же Стив Роджерс, лучший телохранитель Америки. Сон просто ниже твоего достоинства. Стив закатил глаза: – Да, очень смешно. Я имел в виду… я имел в виду, я не засыпаю в непривычных мне местах. Кстати, прости. Это было непрофессионально. Тони просто засмеялся, скривил лицо и направился к кофемашине в углу. – Разве я похож на человека, которому есть дело до профессионализма? Хоть на полу моём спи, mi casa es su casa* и всё такое. И вообще, было весело. Прямо настоящий девичник. Надо было ногти друг другу накрасить. Стив засмеялся, тихо и прекрасно, и Тони не смог сдержать радостной улыбки. Странно, но ему нравилось заставлять Стива смеяться вот так. – Чёрт, где мой телефон? – пробормотал тот, оглядываясь и хлопая себя по карманам. – Мне нужно позвонить друзьям. Они, наверное, думают, что я валяюсь где-нибудь в канаве. Тони подошёл к своему столу и снова зевнул. Часы показывали 8 утра, и солнечный свет уже лился сквозь окна. Он чувствовал себя на удивление выспавшимся, несмотря на раннее время и очень неудобный диван. Это был первый раз за месяц, когда он нормально с кем-то поговорил. И, что ещё более удивительно, Стив его слушал. Когда Тони снова остался один в мастерской – Стив ушёл домой, успокаивая одного из своих взволнованных друзей по телефону – он позвал Джарвиса. – Да, сэр? – Это… – Тони оглянулся на диван; на подушки и скомканные пледы. – Это правда было, или мне приснился очень яркий сон? Джарвис практически усмехнулся, когда ответил: – Все записи показывают, что мистер Роджерс действительно провёл здесь ночь. Ваш разговор продолжался приблизительно четыре часа семнадцать минут, пока вы не уснули на подлокотнике. Мистер Роджерс укрыл вас пледом и тоже уснул. Тони оглядел пустую комнату. Он сжал рукой салфетку, которую спрятал у себя в кармане. На ней было нарисовано его лицо. – Ха, – только и смог сказать он. * mi casa es su casa (с испанского): мой дом - это ваш дом. *** После этого Стив стал чаще появляться в мастерской Тони. Может быть, потому что угроза его жизни возросла за последние несколько недель. Может быть, Стиву было что-то нужно – одолжение, услуга. Или, может быть, Тони слишком много об этом думал. Может быть, Стив просто был… рядом. Он всё время рисовал, когда спускался к нему. Сначала у него всегда был предлог наготове – ‘Поешь, Тони’, ‘Подпиши это, Тони’, ‘Просто проверяю, Тони’ – но когда с подобными заданиями неизбежно было покончено, Стив просто вздыхал и направлялся к дивану, где он теперь хранил небольшой скетчбук на кофейном столике. Это было его предлогом – фактически, он всё ещё делал свою работу, только теперь он мог ещё и рисовать. Тони казалось, что Стиву это очень нравится, если можно было судить по тому, как он всегда вздыхал и улыбался, глядя на бумагу. И он всегда был первым, кто предлагал больше рисования пальцами с детьми, если у Тони оставалось свободное время на занятиях. В другой жизни, возможно, Стив стал бы фантастическим художником. Но он всегда говорил Тони, что у него не было ни времени, ни денег на материалы. Серьёзно, когда Стив говорил что-то подобное, Тони нельзя было винить за его импульсивные решения. Он нервно поёрзал на месте, сцепил руки в замок, затем похлопал себя по коленям, ожидая Стива в своей мастерской. Попытался сконцентрироваться на чертежах перед собой, но его взгляд то и дело возвращался к камерам, которые показывали парковку. Когда Стив наконец-то припарковал свой байк и направился в сторону лифта, он застонал, потёр глаза и оглянулся на диван, заваленный разнообразными художественными материалами. Это было слишком. Стив точно будет в ужасе. Или обидится, или что-нибудь ещё абсолютно точно нехорошее. Вот видите, Тони был катастрофически кошмарен во всём этом, он не видел границ, он никогда не понимал, когда нужно остановиться, и сейчас было уже слишком, мать его, поздно… Вскочив на ноги, он понёсся к набору масляных красок, лежавших на скетчбуке с дорогущей бумагой, и схватил их в охапку. Он повернулся, схватил мольберт, матерясь себе под нос, прихватил набор простых карандашей и ещё какую-то глупую ерунду, которую он купил, пока в его руках не образовалась целая гора вещей. – Блять блять… блядское блять, – он в панике обернулся на 360 в поисках места, чтобы спрятать это всё от Стива, может, кинуть за диван, или запихнуть в шкаф, или… – Тони? Не раздумывая, Тони тут же бросил всё, что держал, себе за спину, не глядя, и повернулся к Стиву, который в недоумении стоял в дверном проёме. Его руки замерли на запонках, которые он поправлял до этого. Тони тоже застыл. Подумал над тем, что сказать. Открыл рот. Передумал и снова его закрыл. Стив поднял брови и немного наклонился вбок, заглядывая Тони за спину. – Это… почему у тебя на полу валяется куча художественных материалов? Тони подумал, как ответить на этот вопрос. Это был хороший вопрос. Логичный. Почему же, в самом деле, у него на полу валялась куча художественных материалов? Хм. – Тони… – медленно сказал Стив, начиная подходить ближе. – Ты… это всё для меня? – Господи, мне так жаль, – выпалил Тони, закрывая лицо руками в попытке спрятать свои покрасневшие щёки. – Я просто как бы… меня уносит, когда я считаю что-то хорошей идеей, а потом я осознаю, что это не было хорошей идеей, и я паникую, и да, прости, я знаю, что это очень странно, просто ты сказал, что у тебя… – Тони растерянно остановился. – Забудь. Я избавлюсь от всего этого. Пеппер говорила мне, что я всегда переусердствую… – Эй, – внезапно Стив взял его за запястья, останавливая его нервные размахивания руками, и с любопытством посмотрел ему в лицо. – Ты, правда… тебе не надо извиняться. Я… я поверить не могу… ты… в смысле, это правда для… меня? Казалось, что Стиву было так же трудно, как и Тони, и он всё время бросал восхищённые взгляды на кучу материалов за ногами Тони. – Ну, да, – ответил Тони, потирая шею. – Я явно не буду ими пользоваться, не думаешь? Стив замер, наконец полностью фокусируясь на вещах, разглядывая их. – Тони, они… они выглядят ужасно дорогими… – Ну, для меня они совсем не дорогие, – начал Тони, но потом осознал, как это будет звучать для Стива, которого всегда было легко вывести из себя разговорами о деньгах. – Но не в том смысле, что… я не имел в виду… я не пытаюсь… Окей. Ну. Это просто ужасно. Стив до сих пор смотрел на него, будто у него выросла вторая голова, а это никогда не было хорошим знаком. Не зная, что ещё сказать, или как это сказать, Тони просто убрал свои руки из рук Стива и отвернулся, направляясь к своему столу. – Ладно. Я собираюсь очень громко работать часов так семнадцать, так что… Наверное, ему стоило рассмотреть вариант просто выкинуть себя из окна. Не то чтобы ему когда-нибудь хотелось этого раньше, но с другой стороны, раньше он никогда не встречал никого, кто превращал бы его в полнейшую катастрофу так, как это делал Стив Роджерс. Боже, это было просто смешно, насколько неуверенным тот заставлял его чувствовать себя – раньше он никогда не прилагал столько усилий, чтобы впечатлить кого-то. Он что, подросток? Стив всего лишь его чёртов телохранитель. Тони в полной тишине сел на свой стул и включил музыку на полную громкость – или, может, Стив сказал что-то, но Тони не услышал. Как бы то ни было, вскоре он был полностью погружён в работу, не думая об одном конкретном телохранителе, который, скорее всего, до сих пор стоял у него за спиной с этим глупым удивлённым выражением лица. Он не знал, как долго он работал. Возможно, несколько часов, может, больше. Но когда он наконец оторвался от чертежей в поисках дозы кофеина, он заметил пару вещей: Во-первых, слева от него уже стояла дымящаяся кружка с кофе, и это было странно, ведь Тони не помнил, как делал себе кофе. Во-вторых, Стив всё ещё был здесь. Рядом с диваном. Использовал… эм… рисовал на мольберте чем-то из того, что ему купил Тони. И это, честно говоря, было ещё более странно, чем кофе. – Какого чёрта, – выпалил Тони. Стив вздрогнул и распахнул глаза, будто его поймали с поличным за чем-то ужасным. Все его руки были в краске; рукава были закатаны до локтей, а его волосы лежали далеко не так идеально, как обычно. Он выглядел в полном беспорядке, если говорить прямо, и он казался удивлённым не меньше Тони найти себя в таком положении. – Я… – начал Стив и провёл рукой по волосам, оставляя яркий красный след от краски. – Я не… это должен был быть просто скетч? – неуверенно сказал он, глядя на то, что он делал, так, будто в первый раз это видел. – Боже, я развёл такой беспорядок, прости, это не войдёт в привычку, честное слово… – А почему бы и нет, – предложил Тони, поворачиваясь на стуле лицом к Стиву, который уже начал что-то искать, скорее всего, тряпку или что-нибудь, чтобы вытереть всё. – Похоже, что ты хорошо проводил время. Извини за этот всплеск эмоций, кстати, я просто думал… я думал, тебе не понравилось. – Понравилось? – неверяще переспросил Стив, выгнув немного бордовую бровь. – Тони… я в восторге. Всё это просто прекрасно. Абсолютно всё. Это самые качественные вещи, которые я держал в руках. Им в них совсем не место, я не смогу использовать их правильно, но… – он замолчал, виновато глядя на свои руки, которые явно держали сейчас те самые вещи, которых он, по его мнению, по какой-то причине был недостоин. – Прости, я не смог удержаться, столько времени прошло… – Эй, эй, – Тони поднялся на ноги и взял кружку с кофе, чтобы ему было, чем занять руки. – Пожалуйста, не чувствуй себя виноватым за то, что используешь подарок, купленный для тебя. – Всё равно мне не стоило делать этого, – отвёл глаза Стив, сжав немного челюсть и выпрямляя осанку. – Это слишком сильно меня отвлекает. Я не могу позволить себе заниматься этим, учитывая специфику моей работы. Тони вздохнул, обводя мастерскую рукой: – Можешь, когда ты здесь. Поверь мне, это самое защищённое место в мире. Никто не зайдёт сюда, если я этого не захочу. Ты можешь позволить себе расслабиться. Стив снова посмотрел на него как-то странно. Он всегда заставлял его чувствовать себя не в своей тарелке – этот глупый взгляд. Именно его Тони никогда не мог понять. – Я… спасибо тебе, – тихо, даже как-то грустно, сказал Стив. Тони нахмурился: – За что? – За то, что хочешь, чтобы я здесь был. – Я… оу, – Тони замер, захваченный врасплох словами Стива. – Ну, ты же, ты… это же ты. Конечно, я разрешу тебе. Телохранитель. Тони хотел сказать ‘ты же мой телохранитель’, чёрт возьми, почему он внезапно разучился говорить… Перед ним Стив немного вздрогнул от неожиданности, и разве это было не смешно? Они оба стояли как придурки и вели, наверное, самый неловкий разговор за всю историю человечества. Тони был просто в ударе, серьёзно. Он попросит Джарвиса проиграть ему эту запись снова, когда он напьётся, так будет даже смешнее, чем сейчас. – Ладно, – резко кивнул Стив. – Хорошо. Я рад. Я… мне, наверное, стоит... – он махнул рукой в сторону двери. – Да. Спасибо, Тони. Правда. Спасибо тебе, они потрясающие. Надеюсь, ты не будешь против, если я оставлю их здесь, я просто… – Конечно, конечно, – безэмоционально ответил Тони. Стив, очевидно, хотел побыстрее покончить с этой неловкой ситуацией, и кто Тони такой, чтобы его останавливать? Он, скорее всего, отправит заявление об увольнении завтра же по почте после этого абсолютного пизде… – Эй, Тони? Он развернулся, чтобы посмотреть на Стива, который задержался в дверях, нервно размазывая краску по рукам и не замечая этого. Тони нахмурился, не понимая, почему Стив ещё не ушел. На его месте Тони уже давно бы сбежал отсюда. Он вопросительно махнул рукой, и Стив открыл рот. Несколько секунд он никак не мог выговорить ни слова и был похож на золотую рыбку в костюме. Наконец, он нашёл где-то смелость, потому что его челюсть Впечатляюще Сжалась, а плечи расправились. – Я подумал, может, ты захочешь навестить детей из детского дома вместе со мной как-нибудь. Хм. Ну. Учитывая, сколько просьб он слышал в своей жизни, эта явно выигрывала приз оригинальности. – Они… я знаю, что это прозвучало странно, – нахмурился Стив, но всё же продолжил. – И я знаю, что у тебя есть куча других дел, но… я не знаю, просто… ты любишь детей, и ребята из этого места, которому я помогаю, отчаянно ждут чего-нибудь удивительного. Это сложно – быть ребёнком в подобном месте. Я-то знаю, я провёл там почти всё детство. Стив начал ковырять ногти, но затем, осознав, что делает, посмотрел Тони прямо в глаза: – На пару часов где-нибудь на этой неделе? Они будут в восторге. И там есть один мальчик, он ещё такой маленький, но уже такой умный, и он тебя обожает – смотрит каждое интервью и изо всех сил пытается читать твои научные работы. Он был бы вне себя от радости, если… – С удовольствием, – мягко ответил Тони, крепко сжимая кружку в руках и делая себе мысленное напоминание постараться и запомнить заказать Пеппер специальный выпуск лабутенов, ведь он непременно отменит любую встречу, запланированную на этой неделе. – Всё равно у меня не запланировано ничего важного на этой неделе. Стив расплылся в улыбке, и Тони бы с радостью отменил все встречи до конца своей жизни, если Стив только продолжил бы выглядеть вот так. – О, вау, Тони, это так замечательно. Они будут так рады, и я прослежу, чтобы они вели себя хорошо, не переживай… – А ты, что, там директор или кто-то вроде? – удивлённо спросил Тони. Он услышал про этот детдом Стива в первый раз только минуту назад. Джарвис должен был сообщить ему о чём-то подобном раньше. Стив покачал головой: – Нет, просто помогаю, когда могу. Как я уже сказал, я жил там. И… я чувствую, что я им обязан, понимаешь? С деньгами сейчас плохо, так что я просто делаю, что могу, – он позволил себе улыбнуться с теплом, когда сказал: – Они хорошие дети. Они заслуживают гораздо больше того, что имеют. Тони молча кивнул и сделал глоток кофе, прежде чем спросить: – Когда ты хочешь, чтобы я приехал? – Послезавтра? Слишком рано? Я ради этого беру выходной, но я понимаю, что для тебя это должно быть сложнее… – Нет-нет, не переживай об этом. Это свободный день, всё отлично, – всего лишь два совета директоров и встреча с Оби. Везунчик. Стив выглядел до невозможности счастливым, и он улыбнулся Тони, рассеянно кивая и сцепляя руки. – Отлично! Это… это так замечательно, Тони, спасибо тебе. Правда. Они будут на седьмом небе от счастья. Тони не мог не улыбнуться в ответ. Счастье Стива было заразно. – Ну, рад помочь, – он махнул на дверь и повернулся обратно к чертежам. – В любом случае, мистер Телохранитель, судя по моим часам, у вас официально перерыв. Иди домой, я всё равно никуда не уйду ещё пару часов как минимум, так что у тебя есть время. Отдохни. Стив кивнул и взялся за дверную ручку. – Спасибо, Тони. Тони снова улыбнулся, немного неловко глядя на экраны. – Пожалуйста, Стив. Когда тот вышел, Тони тут же потянулся к телефону. – Тони? В чём дело? – недоумённо спросила Пеппер, шурша чем-то, непременно какими-нибудь документами. – Помнишь, ты сказала, что мне нельзя спать со своим телохранителем ни в коем случае? – ...О, чёрт возьми, Тони, неужели мне придётся снова… – В общем, мне кажется, я сделал кое-что похуже. На другом конце провода повисла абсолютная тишина, и Тони вздохнул, закрывая лицо рукой. – Мне кажется, я в него влюбился. *** Тони изо всех сил постарался не пялиться, когда увидел Стива, ждущего его на кухне с сэндвичем в одной руке и лениво печатающего что-то на своём телефоне второй рукой. Тони впервые увидел его не в чёрно-белом костюме. И как бы хорошо он на нём ни смотрелся – чёрт, этот парень умел носить облегающие джинсы. Хорошо сидящие джинсы с завышенной талией и тёмно-зелёная рубашка, нарочно небрежно заправленная в них – и он выглядел как секс с ногами. Длинными, длинными, восхитительными ногами. Также он надел подтяжки с грёбаной кобурой, и Тони был… Тони не мог решить, на чём сфокусироваться, Стив был привлекателен в стольких вещах, что Тони не понимал, как ему реагировать. Хотя его тело однозначно понимало. Едва сдержав стон, Тони завернул обратно за угол, молясь, чтобы Стив не успел его заметить. Ему определённо нужна была минута, прежде чем он сможет выйти и столкнуться лицом к лицу со странным миксом хипстера и мальчика из сороковых, которого Стив представлял собой в данный момент. Боже. Боже боже боже боже боже боже боже боже боже. Он умрёт по вине своего собственного телохранителя. Как иронично. Стив выбрал неудачное время убить его, учитывая, что Тони только пару дней назад осознал, что он, скорее всего, абсолютно точно влюблён в него. Это было просто… жестоко. А сейчас они собирались поехать в чёртов детский дом, где Стив непременно будет играть с маленькими детьми с огромной улыбкой на лице, и его идеально уложенные чуть длинноватые волосы упадут ему на глаза, и ему придётся убрать их назад своими большими красивыми руками… Окей. Нет. Не думать об этом, не тогда, когда он уже завёлся, только глядя на него. Всё дело было в грёбаных подтяжках. Точно. Они едва обхватывали его широченные плечи. Блять, у него были такие большие проблемы. Глубокий вдох, сказал он себе, повторяя эти слова как мантру несколько раз, прежде чем поправить рубашку и выйти из-за угла во второй раз. Он справится с этим. Это всего лишь красивый человек. Он встречал кучу красивых людей раньше. Чёрт, он сам один из них. Всё в порядке. Легко, словно… – Тони! – радостно воскликнул Стив, как будто увидеть его было самой лучшей частью его дня, и да, нет, Тони был стопроцентно потерян для общества. – Привет, Стив, – немного слабо сказал он, глядя куда-то выше плеча Стива. – Готов ехать? – Да. Просто хотел перекусить по-быстрому, а то опаздывал с утра, – помахал сэндвичем тот, всё ещё улыбаясь, а затем запихнул его в рот и схватил худи со стула. Он что-то промычал, указал на дверь, и Тони молча последовал за ним в гараж. Тони правда пытался не смотреть на его зад в этих джинсах. Он правда, правда пытался. Все попытки оказались тщетными. *** Здание было обшарпанным и очень, очень старым. Это было первым, что заметил Тони, когда они припарковались на обочине. Вторым было то, как лицо Стива изменилось, когда он осмотрел здание – его взгляд сменился от сосредоточенного и равнодушного до чего-то… мягкого. Счастливого. Хотя он нахмурился, когда заметил облезающую краску, но даже это было наполнено нежностью. Это место явно значило для него очень много. – Вот мы и здесь, – сказал Стив, выключая двигатель и глядя на детский дом через лобовое стекло. – Я знаю, что здесь нет ничего особенного – здание маленькое в сравнении с другими детдомами, но… – он пожал плечами, опуская глаза. – Долгое время оно было моим домом. – Ты вырос здесь? – тихо спросил Тони, с любопытством глядя на здание. Это было так странно – думать, каково было Стиву здесь в детстве. Может, у Тони были дерьмовые родители, но, по крайней мере, у него было место, которое он мог назвать своим. По крайней мере, у него была стабильность. Стив кивнул: – Практически. До восьми жил с мамой. Потом она умерла, а другой семьи у меня не было. Мне некуда было идти. Так что я оказался здесь. Крошечное место, которое выживало на благотворительности даже тогда, – он неосознанно постукивал пальцами по колену, и на его лице играла улыбка. – Здесь я встретил Баки. У нас была одна комната на двоих. И люди, управляющие этим местом – по большей части группа пожилых женщин – они были чудесными. Новые владельцы – Дженет и Элистер – они тоже чудесные. Всегда были мне рады, всегда давали мне всё, что могли. Они обращались со мной как со своим собственным сыном, давали мне возможности, каких нет у большинства детей в подобных местах. Я обязан им всем. Тони позволил Стиву перевести дух, а затем открыл дверь. – Ну, в таком случае, – радостно сказал он, – я жду не дождусь познакомиться с ними. Стив улыбнулся, вышел вместе с ним и закрыл дверь. – Только предупреждаю – дети очень эмоциональные. Ещё до того, как он успел открыть дверь в помещение, кто-то распахнул её изнутри. Волна звука, ударившая Тони в этот момент, была очень громкой – большинство шума исходило от маленьких детей, наперебой галдящих ‘Стив’, ‘Стиви’ или в некоторых случаях ‘Дядя Стиб!’. Тони не мог не засмеяться, глядя на Стива в его глупых обтягивающих джинсах, с растрёпанными волосами, в мешковатом худи, скрывающем оружие, который упал на колени под весом детей, пытавшихся обнять его за любое место, куда могли дотянуться. Они даже не заметили Тони, маячащего у него за спиной – они были слишком увлечены Стивом. Тони спрятал руки в карманы и принялся ждать, немного неловко, неуверенный, стоит ли мешать. Как только он решил, что пора ему войти, он заметил группу более взрослых детей, стоящих неподалёку и глазевших на него в полном шоке. – Привет, – он неуклюже помахал рукой. – Эм… сюрприз? Дети только продолжили шокировано смотреть. А потом один из них пихнул другого и шепнул: – Сбегай за Питером. Ему нужно увидеть это. Тони сдержал смешок, когда маленькая девочка не старше десяти лет развернулась и понеслась наверх, перепрыгивая через две ступеньки. – ПИТЕР! – закричала она. К этому времени Стив наконец вернулся к нему в сто раз растрёпанней, чем был десять секунд назад. Он смущённо улыбнулся и убрал рукой волосы, упавшие на глаза. – Хочешь войти? – спросил он. Тони кивнул: – Веди, Роджерс. *** Этот день стал одним из лучших за весь год. Конечно, любой день, проведённый с инженерным классом в библиотеке тоже был в этом списке, но… этот день имел преимущество, потому что Стив был… Окей, он не хотел говорить, что это было как будто свидание, потому что, очевидно, это было не свиданием – но Стив был более счастливым, расслабленным. Было странно видеть, насколько его отношение поменялось за эти две недели. После их ссоры в библиотеке, казалось, что он почти… отпустил что-то, что сдерживало его раньше. Теперь он был мягче. Он не становился злым так легко и быстро. Но в этом маленьком месте, потерянном на улицах Бруклина, он будто ожил. Только слепой не увидел бы, как много это место значило лично для него, и он знал каждого ребёнка. Большинство из них были крохами, немного худыми и маленькими для своих лет, но полными жизни. И они любили Стива, будто он был их семьей – и, наверное, он ей и был. Если он ходил сюда в течение нескольких лет, то наверняка знал всех с самых ранних лет. – Я помогаю содержать это место, если могу, и когда есть деньги, – тихо сказал Стив с кружкой кофе на захламлённой кухне. – У них всегда есть проблемы, ведь это не государственное учреждение, так что им приходится полагаться на общественную доброту. Если они не справятся, их закроют, и тогда дети попадут в следующий дом на очереди. Он немного поёжился, качая головой: – Баки был там, – почти шёпотом сказал он. – Это было… ужасно. И у того дома до сих пор прежние владельцы. Пару лет назад я ходил туда посмотреть. Дети, они все… подавлены. Такие тихие и необщительные. Я думаю, что заведующий до сих пор бьёт их. Тони почувствовал, как злость поднимается внутри от слов Стива, и он сжал челюсть. Стив заметил и улыбнулся немного грустно. – Я никогда не позволю им оказаться там. Я скорее собственный дом потеряю, чем позволю этому случиться. – В крайнем случае, они все могут переехать жить ко мне в башню Старка, – сказал Тони, и это прозвучало как шутка, но на самом деле он говорил очень и очень серьёзно. Стив ухмыльнулся: – Я уверен, что у Питера случится сердечный приступ. Встреча с Питером, кстати говоря, оказалась одним из лучших событий дня. Это был тот самый маленький ребенок, которого все звали, когда Тони только появился здесь. Худой мальчишка с огромными карими глазами и копной непослушных кудряшек, которые были даже более бесконтрольными, чем волосы Тони, с пухлыми щеками, выдававшими его юный возраст. Другие дети не нашли его в комнате, и Стив вздохнул, с нежностью закатил глаза и сказал Тони: – Я пойду найду его. Он сейчас на чердаке, говорит, это хорошее место для работы, хотя я не представляю, почему. Когда Стив вернулся с маленьким парнишкой, висевшим у него на ноге, Тони был, и он признаёт это, полностью очарован этой картиной. Стив с детьми был просто… аааггх. Серьёзно, это было несправедливо, что Стив каждым своим действием заставлял Тони влюбляться в него только больше. Даже теми действиями, от которых Тони, наверное, убежал бы, будь это кто-то другой. Он улыбнулся и быстро опустился на один уровень глаз с Питером. – Привет, приятель, – поздоровался он. – Ты Питер Паркер? Я так много о тебе слышал. Глаза Питера стали невозможно большими, и он так сильно сжал ногу Стива, что его костяшки побелели. Тони хотел было отступить назад, чтобы не пугать ребёнка, когда тот внезапно бросился вперёд с вытянутой рукой, будто хотел убедиться, что Тони был настоящим. – Поздоровайся, Пит, – подсказал Стив, ласково похлопывая его по плечу. – Он не кусается, честное слово. Питер открыл рот, тыкая пальцем Тони в грудь: – Вы… – спросил он тихо. – Это, что, шутка? – он посмотрел на Стива, и когда тот отрицательно покачал головой, восторженно вздохнул. Тони протянул руку: – Меня зовут Тони, – улыбнулся он. – Это честь – познакомиться с тобой. Мне говорили, что ты тоже изобретатель. Покажешь мне? Я бы хотел увидеть всё. Питер выглядел так, будто собирался упасть в обморок, но всё-таки кивнул, взял Стива за руку и повёл их наверх. Его комната располагалась в самом конце коридора – одна из самых маленьких в здании. Они втроём едва там помещались. И она вся была напичкана разнообразными хитрыми штуковинами. – Сколько тебе лет? – восхищённо спросил Тони, когда Питер вошёл в кураж и сунул одно из своих изобретений ему в руки, оживлённо его описывая. – Семь лет, два месяца и тринадцать дней, – рассеянно ответил Питер, возвращаясь обратно к своим объяснениям. Тони сидел и слушал под впечатлением, пока Питер носился по комнате, собирая различные механизмы по пути и пихая их в руки Тони, даже когда там не осталось свободного места. Поначалу он немного стеснялся, но когда Тони начал задавать вопросы, его было уже не остановить. Его тело практически вибрировало от радостного возбуждения, когда Тони начал подкидывать некоторые идеи, чтобы улучшить прототип электростанции, работающей с возобновляемой энергией. – Ты сам это всё выучил, Питер? – с любопытством спросил Тони, рассматривая маленькую ветряную мельницу в своих руках и улыбаясь. Тот серьёзно кивнул: – Я очень умный. Стив говорит, что мама с папой тоже были умными, и это было их подарком на мой первый день рождения. Тони поднял глаза, и Стив улыбнулся и потрепал Питера по волосам. – Верно, Пит. Тот пожал плечами в ответ, глядя на свои руки. – Хотя они умерли до того, как успели научить меня чему-нибудь. Так что я узнал всё это из книг! И я пытался прочитать некоторые из ваших работ, но большинство из них слишком сложные. Хотя мне понравилась та про биоинженерию и перемещение кодов ДНК бактериям – она была очень интересной. Тони замер на месте. – Ты… ты понял её? Быть не может. Питер счастливо кивнул, и Тони неверяще повернулся к Стиву, но тот лишь улыбался словно гордый родитель. – Я говорил, он тебе понравится. – Это… уму непостижимо, – выдавил Тони. Он снова перевёл взгляд на механизмы в своих руках. – Они просто великолепны, приятель, правда… судя по всему, ты просто находка. Питер застыл и затем расплылся в самой яркой улыбке, какую только видел мир. – Я всё ещё не могу поверить, что Тони Старк действительно в моей комнате сейчас. Мне кажется, я сейчас проснусь в своей кровати один, и потом мне будет грустно из-за того, что это был просто сон. Тони легко ущипнул Питера за руку, и тот непонимающе посмотрел на него. – Ну… я не исчез, – объяснил Тони. – Похоже, что ты не спишь, друг. – Это всё равно недостоверный способ проверить, спишь ты или нет, – нахмурился Питер. – Разве ты не можешь просто ущипнуть себя во сне? Тони задумался, затем пожал плечами: – Логично, – сказал он. – Ладно, тогда я дам тебе какое-нибудь неопровержимое доказательство. Тони порылся в кармане пиджака, достал визитку и протянул Питеру. – Это мой номер, окей? Звони мне, если будут вопросы, или если тебе нужна будет помощь, любая. Честное слово, я сделаю из тебя изобретателя, приятель, ты только дождись. И в качестве бонуса я гарантирую тебе, что этот номер всё ещё будет здесь, когда ты проснёшься утром. Питер просто смотрел на визитку несколько секунд, а потом поднёс её ближе к лицу и перечитал ещё раз. – Это, что, правда ваш… ваш номер? – Дай посмотреть, – попросил Стив, взял карточку из рук Питера, внимательно прочитал и кивнул. – Да, Пит, это правда он. Он протянул визитку назад, и Питер взял её, будто она была сделана из золота. Его маленькие руки немного дрожали. – Я не верю, – прошептал он. – Я не… этого не может быть. – Эй, благодари Стива, – радостно сказал Тони, хлопая того по плечу. – Это ведь его наняли, чтобы защищать меня. Глаза Питера засверкали, он поднял на них взгляд и нервно засмеялся. – Это лучший день в моей жизни. – Вообще-то, я с этим абсолютно согласен, – улыбнулся Тони. – И, эй, я серьёзно насчёт номера. У тебя огромный потенциал, малыш, я не позволю ему пропасть. Если захочешь, ты сможешь работать на меня однажды. – А может, отложим этот разговор до того, как Питу исполнится шестнадцать, м? – быстро сказал Стив, пока Питер не начал кричать. Он наклонился и поднял его, чтобы посадить на плечи. – Сейчас нам нужно уделить всё внимание посещению школы без прогулов. Тони изумлённо вздохнул: – Питер Паркер, ты уже прогуливаешь школу? В твоём-то возрасте? – Там скууууууучно, – протянул Питер и громко засмеялся, когда Стив прокрутил его по комнате пару раз и нагнулся, чтобы выйти в коридор. – Я уже знаю всё, чему они там учат! Тони открыл было рот, но потом просто вздохнул и с поражением посмотрел на Стива. – Я не могу даже поспорить с этим – я сам прогуливал больше половины… – Тони! – шикнул Стив, закрывая Питеру уши. – Нам нужно убедить его остаться в школе, а не бросить её. Ему семь! Тони скривился и посмотрел на Питера, который теперь был почти на метр выше него, сидя на плечах у Стива. – Да! Стив прав, прогульщик – ходи в школу, пей молоко, ешь овощи и всё такое – будь хорошим ребёнком! – Великолепный совет, Тони! – сухо сказал Стив, убирая волосы со своего лица левой рукой, придерживая правой Питера за худое колено. – Слышал это, Питер? Тони Старк хочет, чтобы ты ходил в школу. Тони серьёзно кивнул и даже сумел сдержать ухмылку, когда Питер нацепил обиженное выражение лица. Этот ребёнок был просто потрясающим – и ему было всего семь, просто безумие. – Как, чёрт возьми, его до сих пор не усыновили? – спросил Тони позже, запрыгивая на кухонную стойку и качая головой. – Он потрясающий. Все дети здесь потрясающие. Стив засмеялся: – К сожалению, не особо много людей хотят детей из детских домов. Предпочитают делать своих, я подозреваю. Тони фыркнул: – Звучит утомительно. Они улыбнулись друг другу и пару минут стояли в комфортной тишине – Тони намеренно смотрел на стол перед собой, а не на Стива, который стоял рядом с ним весь высокий и идеальный и слушал приглушённые голоса детей из соседней комнаты. Он был действительно красивым. По-настоящему идеальным, а Тони очень редко встречал таких людей. Это было видно по его улыбке, по тому, как он себя вёл. По его нежным рукам. Его губам. Просто… красивым. Невозможно, изумительно красивым. Только когда Стив вопросительно на него посмотрел, он осознал, что смотрит далеко не на стол. У него даже не было оправданий – у Стива не было крошек на лице или краски в волосах. Он просто был… собой. Блять. Пеппер точно убьёт его, когда до него доберётся.