Вымощена Благими Намерениями

Стив

Он услышал новости, когда навещал детей в детском доме. Питер сидел у него на коленях и рассеянно копошился со своей последней разработкой, пока Стив наблюдал и пытался участвовать, когда мог. Остальные дети крутились вокруг них, некоторые сидели в своих телефонах, другие вполглаза смотрели новости по телевизору. Этот вечер был таким же, как и все остальные. Баки сидел рядом и тщательно заплетал волосы Ри с такой аккуратностью, какой Стив редко видел вне миссий. – У тебя странная борода, – ни с того ни с сего решил сказать Питер, и Стив немного засмеялся и опустил на него взгляд. – У тебя раньше никогда не было бороды. Она как-то странно смотрится на твоём лице. Он провёл рукой по щеке: – Она не так уж и плохо выглядит, – сказал он. – Я просто… – в депрессии, – ...пробую что-то новое. Баки считает, что это круто. – Баки ни разу не считает, что это круто, – влез его друг, и Стив вскинул руку, чтобы пихнуть Баки в плечо. Тот застонал и со злостью указал на волосы Ри. – Эй, придурок, поосторожней с произведением искусства! Стив открыл рот, готовый ответить, но Питер его опередил: – Эй, смотрите, это Тони! Он в новостях! Инстинктивно реагируя на его имя, Стив повернул лицо к экрану и увидел это. Красный мигающий текст внизу экрана, размытые фотографии взрывов, репортёра, говорившую о ‘похищении’ и ‘террористах, известных как Десять Колец...’ Он вынужден признать, ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать происходящее. Питер сказал что-то. Баки тоже. Оба их голоса звучали плохо – обеспокоенно, с отчётливо слышимой паникой, и Питер всё дёргал его за рукав, но Стив не мог оторвать глаз от экрана. В последний раз замечен на своей недавней демонстрации нового оружия в афганской пустыне. Пропал без вести, считается погибшим. – Стив, пойдём, сейчас же, – вдруг Баки оказался у него перед лицом и выдернул Питера из его хватки (тот уже начал бледнеть от страха), а затем загородил ему телевизор. Стив резко его оттолкнул и встал на ноги, но Баки вернулся на место и схватил его за плечи с силой, достаточной, чтобы оставить синяки. – Дети, Стив, здесь дети. Не пугай их, не надо, не здесь. Давай, пойдём, прямо сейчас. Без дальнейших промедлений Баки потащил его к двери. Стив не отрывал глаз от экрана, пока перед его носом не закрылась дверь, и он попытался осознать слова, которые только что услышал. – Нет, – тихо сказал он, подняв взгляд на Баки. – Нет, этого не… – Стив, – перебил Баки успокаивающим тоном, – нам нужно ехать домой, выяснить… – Нет, – со злостью сказал Стив, резко вырываясь из рук Баки и поворачиваясь обратно к двери. Он хотел увидеть больше. Ему нужно больше доказательств. Баки обхватил его поперёк груди, оторвал от пола и потащил обратно на выход. – Нет, Стив, не здесь, не перед Питером и остальными. Стив сопротивлялся пару секунд, пока не осознал, что Баки прав. Он не мог так поступить с детьми. Он должен… им не стоило видеть этого. Поэтому он просто расслабился и уронил голову, повторяя одни и те же два слова снова и снова: – Нет, Тони, нет, нет, Тони, нет… Баки поставил его на ноги и повёл по коридору, а в следующую секунду Стив уже жмурился от яркого заката, и Баки открывал перед ним дверь машины и запихивал его внутрь. Стив не сопротивлялся, просто наблюдал, как друг резкими и быстрыми движениями заводит машину и выезжает на дорогу. В его руке был телефон, он с кем-то говорил. Наверное, с Наташей или с кем-нибудь ещё, кто сейчас дома. Тони. Тони… его больше нет. Они сказали, что он, скорее всего, погиб. Десять Колец. Стив слышал о них. Это им Тони – Стейн – продавал оружие. Если их главный поставщик перестал их снабжать, значит, теперь они захотели мести. Они захотели Тони Старка. – ...ты должен меня послушать, Стив, ладно? Ты должен сконцентрироваться! Мы ещё ничего толком не знаем. В новостях показали лишь первоначальный репортаж, это случилось совсем недавно. Мы узнаем больше. У нас есть контакты, да? Мы их используем, позвоним им, узнаем, что они знают. Стив, всё будет… – Баки замер, потому что он никогда не умел врать Стиву. Вместо этого он нервно провёл рукой по волосами и закусил губу. – Мы разберёмся с этим. Мы выясним, что случилось. Стив кивнул и достал свой телефон. Баки даже не попытался его остановить, когда он снова начал прослушивать голосовые сообщения от Тони. *** ‘Привет, в общем, я… в каком-то баре. Не уверен… не особо уверен, что знаю, в каком именно, но я хотел… ну, знаешь. Я сам не знаю, вообще-то. Прост’ хотел позвонить. Ты можешь, ты можешь перезвонить мне, как-нибудь? Когда ты захо… когда ты успокоишься, может быть? Я просто, я хочу… знать. Даже если ты ненавидишь меня, я думаю… в смысле, я надеюсь… я хочу знать, почему. Вот и всё. Просто. Просто позвони мне, Стив, пожалуйста. Я люблю тебя. Э. Пока.’ Он пялился в окно, пока его друзья разговаривали на повышенных тонах вокруг него. Они просмотрели все новостные сводки. Наташа взломала военный банк данных и в данный момент находилась в поиске бо́льшей информации. По всей видимости, там было пять конвоев. В целом тридцать человек. Выжили лишь одиннадцать. Их застали врасплох, перебили оружием, которое никогда не должно было оказаться в руках террористов. Оружием Тони. Большинство источников сходились во мнении: Тони Старк пропал без вести, считался погибшим. Прошло два с половиной месяца с последнего раза, когда Стив видел его лицо. Ну… лично, по крайней мере. На телефоне осталось полно фотографий, и он смотрел все новости и передачи, в которых участвовал Тони, а тот стал бывать там чаще после того, как Стив ушёл. Но всё равно; видеть лицо Тони прямо перед собой, смотреть, как он улыбается, хмурится, двигается, всегда такой эмоциональный – это было совсем другое. Стив всё ещё помнил каждую малейшую деталь. Говорят, специфические мелочи забываются первыми, когда ты теряешь кого-то, но Стив видел их у себя перед глазами ясно как день. Веснушки, рассыпанные по переносице. Длинные ресницы. Небольшой шрам прямо над верхней губой. Стив подумал, на задворках сознания, осталось ли вообще что-нибудь из этого, или одна из бомб просто… Боже. Нет. Он даже не осмеливался думать об этом. Его снова вырвет. Сотни мыслей пролетали у него в голове, быстро и дезориентировано, и каждая из них граничила с огромной мрачной вероятностью, что Тони, возможно, уже не вернётся. Но никто не знал, что произошло на самом деле. Тони никто не видел, его тела никто не нашёл. И пока они не найдут, Стив отказывался верить в его смерть. Тони настоящий боец. Он будет в порядке. Он есть в порядке. Со смутным удивлением он осознал, что уже не стоит на кухне в их квартире, а идёт по улице, расталкивая прохожих. Куда он идёт? На улице уже темнело; последние лучи солнца просачивались сквозь расстояния между зданиями – Стив всегда считал, что закаты в Бруклине это что-то прекрасное, но сейчас он этого даже не отразил. Его мозг отказывался воспринимать что-нибудь другое, кроме воспоминаний о стрельбе, бомбах, криках. Стив прекрасно знал, что такое поле боя. Знал это конкретное поле боя. Он был в армии. Он служил в Афганистане какое-то время. Из-за чудовищной жары, прожигающей кожу, и сухости воздуха это место стало одним из самых неблагоприятных, в которых доводилось побывать Стиву. Если Тони ещё там, живой, то долго он таким не останется. Не без припасов. Не без защиты. Какой-то мужчина закричал на него, когда он отпихнул его в стену, но он проигнорировал и продолжил идти, продолжил идти туда, куда его несли ноги. Разве это имело какое-то значение? Разве хоть что-нибудь теперь имело грёбаное значение? Тони… Тони больше нет, и виноват в этом был Стив и… Вся сила пропала из него так же неожиданно, как появилась, и он упал на стену, опустился на асфальт и закрыл лицо руками. Горе полностью его поглотило. Раньше оно было тихим. Стив не считал, что имеет право рыдать, не тогда, когда во всём этом виноват был он сам, поэтому он ограничивал себя беззвучными слезами, которые быстро вытирал с щёк. Но так было тогда, когда Тони был всё ещё… всё ещё жив. Всё ещё здесь; недостижимый, но рядом. А сейчас Стив не имел ни малейшего представления. Он не знал, был ли Тони до сих пор жив. Он зажмурился, и внутри него словно сломалась какая-то стена, и он рыдал, и рыдал, и рыдал.

Тони

Воздух был спёртым и ледяным, и он постоянно ёжился перед Инсеном. Они уже двадцать минут играли в какую-то настольную игру, но его взгляд оставался стеклянным и расфокусированным. У него болела грудь. Нескончаемым жжением, которое вспыхивало каждый раз, когда он двигался. Он весь пропах потом, но ду́ша здесь, естественно, не было. Мимолётно в голове проскочил вопрос: сколько дней уже прошло? Заметил ли кто-нибудь, что он пропал? Было ли кому-нибудь вообще дело, даже если они заметили? Не то чтобы совету директоров так выгодно его искать – в данный момент он являлся причиной постоянного падения акций. Несомненно, если он перестанет ставить им палки в колёса, они быстро вернутся к полноценному производству оружия. А если никто кроме него не выжил, то у них даже не будет причин его искать. Они просто решат, что он тоже мёртв. Может, Роуди будет его искать… если он тоже выжил. А ведь всего лишь несколько месяцев назад самой большой из его проблем был слишком рьяный сталкер. Сейчас оглядываться назад было даже смешно. Сейчас он сидел посреди пещеры в плену у террористов и даже не знал, почему они его до сих пор не убили. – Ты до сих пор не сказал мне, откуда ты родом, – сказал Тони и поднял взгляд на Инсена, который был занят игральными костями. Тот улыбнулся с теплом: – Я живу в маленьком городке, Гульмира, – объяснил он с нежностью в голосе. – Это очень красивое место… ну, или было им. До того, как они пришли. До того, как они пришли с моим оружием и взорвали всё к чертям, закончил Тони в своей голове, но не сказал этого вслух. Он был слишком труслив для этого. Вместо этого он сглотнул и спросил: – У тебя есть семья? И снова Инсен улыбнулся, с любовью и теплотой. – Да, – кивнул он. – И я увижусь с ними, когда выберусь отсюда, – он поднял любопытный взгляд. – А что насчёт вас, Старк? У вас есть семья? Невинный вопрос, но ответ дался ему гораздо больнее, чем он ожидал. Громко выдохнув и дёрнув уголком рта, он покачал головой: – Не-а, – небрежно бросил он, стараясь не думать, что всего лишь пару месяцев назад ответ мог бы быть другим. Инсен наблюдал за ним изучающим взглядом. – Выходит, у вас есть всё и ничего, – тихо сказал он. У меня всё равно больше не осталось ничего, что имело бы значение, хотел было поспорить Тони, но зачем? Всё равно все видели только это. Они думали, что у него было всё, чего только можно хотеть – деньги, власть, слава, авторитет. Но для Тони это было не так – на самом деле, все эти вещи практически не имели значения. Но если он по-настоящему что-то любил, то оно никогда не задерживалось. Такова была его жизнь. В любом случае, он всё равно не был семейным человеком. Это было бы так глупо. Он не мог просто взять и попросить кого-то остаться с ним навсегда. И, господи, он же будет просто кошмарным отцом. Он даже не знал, как должен выглядеть хороший отец, так как он должен им стать? Он никогда не поступит так с невинным ребёнком. Он прекрасно знает, что это такое – несчастное детство. Может, он, конечно, и подонок, но жестоким человеком его не назвать. Да даже если бы он и хотел завести семью, в этом всё равно уже не было смысла. Он никогда не покинет эту пещеру живым. *** Они хотели, чтобы он построил им Иерихон. Так сказал ему Инсен, который переводил слова главаря группировки. Тони сказал нет, он отказался, и тогда они топили его, пока он едва не потерял сознание, и затем спросили снова. Он сказал нет, и они сделали это снова, и снова, и снова. В конце он даже не мог стоять на ногах, его руки едва удерживали аккумулятор, и, похоже, у него снова начались галлюцинации. Он всё время видел Стива краем глаза. Охранники швырнули его обратно в их с Инсеном пещеру и сказали, что за ним придут завтра. Тони был просто рад, что его больше не топят, пусть даже они повторят это завтра, и послезавтра, и после-послезавтра. Инсен вытер его полотенцем и проверил аккумулятор, затем отвел его к кровати, и Тони всю ночь захлёбывался фантомными каплями воды в своих лёгких. Следующее утро оказалось таким же самым, что было неудивительно, но Тони не станет этого делать. Он не скажет да, он не даст им … они забрали у него его гордость, его свободу и безопасность, но они не заберут у него силу воли, как бы сильно они… Кто-то ударил его, и он дёрнулся в сторону и ударился головой о стенку бочки, в которой его топили. Он увидел, как кровь смешивается с водой, и затем его глаза закатились. В следующий раз, когда он пришёл в себя, они снова его вытащили и снова спрашивали. Один из них пообещал ему, что его отпустят, когда он выполнит работу. Тони прекрасно понимал, что этому нельзя верить – как только он станет ненужным, его убьют. Он знал уже слишком много. Но Инсен стоял рядом с ним, и он смотрел на него, и его взгляд говорил ему сказать да, ради них обоих, так что Тони протянул дрожащую руку и почувствовал крепкое рукопожатие. Он не собирался им ничего строить. Ни в жизнь. Но так не могло продолжаться… он не был достаточно силён. Может, через неделю они просто убьют его. Или, может, они действительно его отпустят. Но после всего, что он здесь увидел… после личной встречи с последствиями того, что он сотворил своими руками, он всё равно знал, что не выживет. Это он и сказал Инсену позже той ночью. В его голосе не было дрожи, не было надежды. Просто факт. Тони знал наверняка, что это конец. Что к этому его вела вся его дерьмовая жизнь. Работа его жизни, как сказал Инсен. Десятилетиями он строил оружие и считал, что защищает своих людей. Но нет… вот что он делал на самом деле. Продолжал войны, снабжая их припасами. Вот так просто. Но он игнорировал это двадцать лет, потому что так было легче. Даже когда он всё узнал – теперь уже с тех пор прошли месяцы – он не сделал всё, что мог бы. Он пытался умиротворить совет директоров. Он пытался найти компромисс. Он должен был просто настоять на своём и сказать нет, но он всё ещё так отчаянно пытался сделать всех счастливыми. Чёрт возьми, он сам был в этом виноват, он заслужил это всё, в его голове не было ни капли сомнения… – ...Тогда это очень важная для вас неделя, правда? – твёрдо сказал Инсен, как будто он слышал всё, о чём думал Тони. Каждую уничижительную и жалкую мысль. Тони смотрел на него несколько секунд. Что он должен был сделать? Его держали в заложниках в сердце террористической базы, он же не какой-то грёбаный шпион, он не герой, он не мог… Инсен бросил на него ещё один взгляд и развернулся к куче ракет, технического снаряжения и оборудования, которые Десять Колец сложили для него в углу пещеры. Затем он обернулся обратно и вздохнул. – Отдохните, Старк, – с теплом сказал он. – У вас был тяжёлый день. Просто помните, что никто не придёт и не спасёт вас. Никакого рыцаря в сияющих доспехах не объявится, и никакие деньги не решат эту проблему. Решение должно прийти от вас, – он легонько прикоснулся ко лбу Тони и отошёл к своей койке. Тони наблюдал за ним какое-то время, прежде чем склонить свою голову. Он не собирался плакаться – это ему ничем ему не поможет, и он это знал. Прошёл… боже, прошёл почти месяц, как его взяли в заложники. А казалось, будто целая вечность. Он почти не видел солнечного света, так что теперь он даже не мог определить, когда снаружи день, а когда ночь. Он брал пример с распорядка Инсена, чтобы ориентироваться, но всё равно он никогда не мог быть уверен. Ничего не существовало в этой чёртовой пещере, только порох и боль. И вода. Похоже, воды у них было хоть отбавляй. Он устроился поудобней и посмотрел на паяльник на столе. Его грудь болела. Он устал от этого дерьма. Инсен был прав – теперь он вышел на финишную прямую. Это был его последний рубеж. Он умрёт здесь, и либо он умрёт от рук этих отбросов, либо он сделает это по своим стандартам, по своему выбору. Может, заберёт с собой пару ублюдков перед смертью. Может, это придаст его жалкой жизни хоть какое-то значение. Он должен встать и сражаться. Он устал молча ждать смерти. Кровать скрипнула, когда он сел, аккумулятор тяжёлым грузом сидел у него в руках, но у Тони Старка была работа. *** Реактор светился так ярко, и тусклый свет ламп вокруг них замерцал. Это стало первой красивой вещью, которую Тони увидел в этом месте. Но он ещё не закончил. Это было только начало. – Какая у него мощность? – спросил Инсен, и Тони с лёгкостью дал ответ, потому что эти цифры начали крутиться в его голове, как только у него зародилась эта идея. Он повернулся к Инсену, чувствуя огонь решительности в своей груди, и махнул ему в сторону стола, за которым он работал всю неделю. Дизайны и планы, которые были видны только тем, кто знал, на что смотреть. Инсен в недоумении крутил бумаги в руках, пока Тони не разложил их перед ним. – Это наш билет отсюда, – тихо сказал он и взглянул на впечатлённое лицо Инсена. Хорошо. Значит, он не совсем свихнулся. Тони было трудно сказать наверняка – он сидел в этой пещере достаточно долгое время, способное кого угодно свести немного с ума, и да, окей, костюм из железа отдавал чем-то средневековым, но это не значило, что его план не сработает. Плюс, у Тони было много оружия. – Когда мы начинаем? – спросил Инсен, и Тони бросил взгляд на камеру наблюдения в углу пещеры, прежде чем снова посмотреть на чертежи. Пан или пропал, правда? – Сейчас. *** Он работал недостаточно быстро, сказали они и опустили его голову под воду. Он ненавидел её, он так сильно её ненавидел, она была стоячей, тухлой, и такой, такой холодной, и когда они выдернули его обратно за волосы, он резко вдохнул и закашлялся, но это только больше их рассмешило. Его швырнули на пол, и они пнули его, подняли его за рубашку, но теперь они стояли достаточно близко, так что Тони разбил одному из них нос. За это он получил ещё один круг пыток водой. Те, кто говорили по-английски, называли его, как могли: шлюхой, ублюдком, сукой, жалким слабаком, уродом… и с каждым словом он закрывал глаза и обещал про себя: ‘за это ты сдохнешь, я убью тебя, убью, я заставлю тебя заплатить’. Он зарычал на них, когда они вытащили его из воды. – Пошли… вы, – со злостью выплюнул он, когда они пихнули его в стену. ‘Прекрати это, Тони’, отчаянно попросил Стив, из-за чего он зарычал лишь сильнее, потому что к чёрту его мозг, к чёрту его идиотскую голову, Стив не должен быть здесь, просто потому что ему больно, это больше не его забота, да и не то чтобы это когда-либо ей было. ‘Ты не облегчишь себе задачу, если будешь с ними бороться.’ Его грубо подняли на ноги, и у него порвалась рубашка, пока его тащили к большому корыту. Он попытался вырваться; конечно, он, блять, попытался вырваться, но это было бесполезно. Их было слишком много, и они практически его не кормили. Он был далеко не в лучшей физической форме. Но вместо того, чтобы поставить его на колени и опустить его голову под воду, они лишь толкнули его. Сильно. Он упал на колени и задохнулся от боли, сложившись пополам. Когда его снова толкнули, в этот раз он полностью упал в корыто. Лицо, тело, ноги. Он полностью погрузился под воду. Его прошило чистейшим ужасом, когда он подумал об аккумуляторе, об электромагните, нет, нет, его убьёт током, он так долго пытался держать его над водой, он не мог проиграть сейчас... ‘Всё хорошо’, сказал Стив, когда Тони задохнулся от паники, ‘у тебя сейчас реактор, помнишь?’ Он поднял голову и вытер воду с лица. Она была абсолютно ледяной, и холодный воздух пещеры не улучшал ситуацию. Он бросил убийственный взгляд охране, но те лишь достали его из корыта, разрывая его рубашку ещё больше. Спустя несколько секунд один из них сказал что-то на языке, которого Тони не понимал, и они все кивнули и двинулись к выходу. Тони удивлённо моргнул. Раньше такого никогда не было. Они все быстро вышли, и Тони услышал, как закрылся железный замок. Эта комната была полностью пустой и крошечной, и только через несколько минут Тони осознал их намерения. Он насквозь промок, а температура быстро падала с приближением ночи. Они хотели, чтобы он здесь заледенел. Он яростно пинал и бил дверь, матерясь на всех языках, которые знал. Они не открыли – не то чтобы Тони ожидал этого. Это было наказанием за его длинный язык, и он это знал – они оставят его здесь, пока он не будет на грани жизни и смерти, а затем снова заставят работать. Эта мысль хотя бы заставила его слабо улыбнуться. Потому что он определённо собирался поработать, но не для того, чтобы построить им грёбаные ракеты. Ударив дверь в последний раз, он снял остатки своей рубашки и свернулся у стены, прижав колени к груди, и попытался выжать воду из волос. Его руки уже начинали дрожать, но в нём огнём горели злость и желание выбраться отсюда любой ценой. И он выберется. Он вернётся домой или умрёт, пытаясь, упрямо подумал он и приготовился ждать.

Стив

Он сидел за столом, сцепив руки в замок, напротив своего связного и пытался сохранять самообладание. Тот был довольно неприятным человеком. Маленький и тощий, с редкой щетиной и грязными волосами, которые он всё время зачёсывал назад. Его лицо и руки были усыпаны шрамами, и Стив заметил его слегка неестественную позу. Ранение в левом боку, скорее всего, уже давнее, как результат работы в этом бизнесе. Стив не был хорошо с ним знаком – через друга друга, как и большинство контактов в их деле, но он был хорошо знаком с чувством неприязни. У этого человека не было принципов. Его не волновало ничего, кроме денег. Но Стив был в отчаянии. И если тому нужны были деньги… что ж, Стива это устраивало. С первой секунды наедине с этим человеком Стив понимал, что теперь он ходит по краю. Теперь он коснулся глубоких, тёмных сторон мира, в котором работал, где люди могли сделать что угодно за хорошую сумму, даже продать своих собственных братьев. Каждый за себя, и ничего уже не спасёт тебя, если кто-то другой заплатит больше. На этого связного Стива вывела Наташа, которая знала его через ряд одолжений, сделанных несколько лет назад и включавших в себя незаконную сделку и довольно серьёзное расследование ФБР, из которого она сумела его вызволить. За ним числился должок, и сейчас Наташа воспользовалась этим ради Стива. За это он был ей бесконечно благодарен – он знал, как высоко она ценит своих связных, и как только этот долг будет погашен, больше никаких одолжений она не получит. Она тратила эту возможность на него. Мужчина рассматривал его несколько минут, затем откинулся на стуле и закинул руки за голову. Он довольно ухмыльнулся и выгнул бровь. – Капитан, – медленно сказал он, – я много о тебе слышал. – Я не сомневаюсь, – холодно ответил Стив. – Про нас часто любят писать в газетах. – Не сказать, что этим можно хвастаться в нашем бизнесе, но и вы не совсем нормальные ребята, правда? Стив поборол желание вздохнуть и сохранил невозмутимое выражение лица. – Как мне тебя называть? – спросил он, игнорируя предыдущий вопрос. – Джек-Убийца. Желание вздохнуть усилилось раз в десять. Он неверяще повторил кличку в своей голове, но никак не прокомментировал. Он не мог позволить себе обидеть его, ведь тот мог обладать необходимой Стиву информацией. Поэтому он просто мысленно сократил его имя до Джека в своей голове. – Понятно. Ты знаешь, зачем Наташа позвонила тебе? Джек цокнул и рассеянно потёр шрам над бровью. Отголосок воспоминаний, подумал Стив. – Она сказала, что пришло время вернуть долг. Видимо, у меня есть информация, которая тебе нужна? Стив кивнул, несмотря на то, что ему до тошноты не хотелось признавать, что он просил помощи у человека, который обладал этой информацией лишь благодаря своим обширным знаниям в незаконной продаже оружия. Лёгкие деньги, с отвращением подумал Стив. – Когда ты в последний раз был в Афганистане? – спросил он, немного подавшись вперёд. Джек склонил голову набок и задумался. – Где-то полгода назад, – он пожал плечами. – Просто по работе. Был там не больше двух недель. – Кому ты продавал? Джек засмеялся: – О, что-то мне не совсем понятно, каким боком это тебя касается? Я никого не сдаю. Да и вообще, это моя работа – я не хочу, чтобы ты переманивал моих клиентов. – Ты действительно считаешь, что я хочу иметь дело с твоими клиентами? – прорычал Стив. – Ты прекрасно знаешь, какие мы люди. Мы не торгуем оружием. Джек лишь пожал плечами, довольная ухмылка вновь вернулась на его лицо. – Ну, тебе же хуже, – сказал он Стиву. На один момент он задумался о том, чтобы просто рвануться вперёд и проломить его голову через стол. Подобные мысли постоянно крутились в его голове… с того момента, как он потерял Тони в первый раз. Он стал резким и злым. Всегда на грани окончательного срыва. Он считал, это будет легко – просто достать из него информацию. Забрать её любыми способами. Это было бы так просто – такой тюфяк как Джек расколется уже через час. Но Стив не за этим сюда пришёл. Подобной тактикой он лишь заработает себе и своей команде плохую репутацию, а в их мире репутация имела огромную ценность. Он не хотел, чтобы люди перестали им доверять. Поэтому он заставил себя натянуто улыбнуться. – Может, и так, – ответил он ровным голосом, – но вот так мы работаем. И ты Наташин должник. И мне было бы очень неприятно распространять информацию, что ты оказался простым обманщиком, который не держит своих слов. Сомневаюсь, что это пойдёт на пользу твоему бизнесу. Ухмылка Джека дрогнула, но он сумел вернуть её на место уже через секунду. – Братишка, никто в этом бизнесе не держит своих слов. Стив снова сдержался и не вздохнул, и даже не разбил этому идиоту нос. Вместо этого он улыбнулся и спокойно кивнул. – Я ожидал, что ты так ответишь, поэтому захватил кое-что, что может тебя заинтересовать. Он опустил руку в карман и достал небольшой футляр, который на первый взгляд казался чем-то вроде губной помады. Однако, когда Стив открыл его и перевернул, они оба увидели россыпь блестящих камней, рассыпающихся по поверхности стола. Стив опустошал футляр, пока все бриллианты не оказались на столе. Джек открыл рот и протянул руку вперёд. – Откуда у тебя… Стив перехватил его любопытную руку, чтобы тот не успел схватить то, что ему не принадлежало. Пока. – Достать их было непросто, признаю, – да уж, довольно непросто. Расстроятся же эти контрабандисты, когда проснутся завтра утром и обнаружат, что из их товара загадочно исчезли бриллианты ценой в полмиллиона долларов. – И я не собираюсь расставаться с ними, пока не получу, что хочу. К этому моменту глаза Джека уже блестели от сложившейся перспективы, пока он пристально разглядывал камни. – Что ты хочешь знать? Стив наклонился вперёд. – Кому ты продавал? – Человеку, который называет себя Ариан. Не знаю его. Никогда лично не встречал. Но ему нужны были боеприпасы, а я всегда рад помочь в этом вопросе. – Он работает на Десять Колец? Джек поднял взгляд и выгнул бровь. – Нет. Но я знаю того, кто работает. Или работал. Стив опустил взгляд на бриллианты, рассеянно перебирая их в ладони. – Как мне с ним связаться? – Ты не можешь просто ‘связаться’ с ним, Капитан, – Джек насмешливо покачал головой. – Он так не работает. Мы здесь не о какой-то банде из Нью-Йорка разговариваем… Стив медленно поднялся и склонился над Джеком. Тот немного отодвинулся назад. – Меня не волнует, хочет он со мной разговаривать или нет, – тихо проинформировал Стив. – Мне не нужно с ним встречаться. Мне просто нужна локация. Так что ты скажешь мне её, прямо сейчас. Пожалуйста. – Эй, послушай, я не могу разбрасываться такой информацией, окей? – Джек сглотнул, уже начав нервничать к этому моменту. – Это очень жёсткая политика. Стив лишь засмеялся, схватил его за воротник и поднял в воздух. Джек запищал и вцепился в руку Стива, но он этого даже не заметил. – Ты действительно думаешь, что мне не насрать на вашу политику? – прошептал он. – Ты искренне веришь, что это стои́т в списке моих приоритетов? Скажи мне, где мне найти твоего человека. Или я покажу тебе, детально, насколько мне плевать. Джек истерично закивал: – Ладно, ладно, его зовут Джевайс, последний раз я слышал, что он где-то в деревне Ханашин! Но это было много месяцев назад, а они передвигаются очень часто – чёрт, он даже не работает с ними больше! Я расскажу тебе всё, что знаю, только отпусти меня уже. Стив помедлил несколько секунд, глядя ему в глаза и пытаясь понять, блефует тот или нет, прежде чем уронить его обратно на стул. Джек испуганно отодвинулся от Стива, пока не упёрся спиной в стену. – Ты чокнулся, если думаешь, что ты их найдёшь, – сказал Джек. – Они прячутся в пустыне. В горах. Афганистан огромный. И тот, кого ты ищешь, никогда не скажет тебе, где они находятся. Стив больше не смотрел на него. Он уставился в стену над его головой. – Если он не скажет, то я найду кого-нибудь более здравомыслящего. Джек помолчал, но затем прыснул от смеха. Это было неприятно. – Ну, удачи с этим, братишка. Но эти ребята… они не берут заложников. Если они тебя поймают, то тебе конец. Поверь мне, я знал людей, которые перешли им дорогу. Ничем приятным это не закончилось. Да и если верить слухам, то Старк сейчас их личная сучка, так что у них теперь ещё больше… Он резко замолчал, когда Стив схватил его за горло и впечатал в стену с такой силой, что за ним штукатурка треснула. Джек выпучил глаза, и слова застряли у него в глотке. – Скажи ещё одно слово об этом, и я сделаю так, что ты больше никогда не заговоришь, ты меня понял? – прошептал Стив, сжимая пальцы вокруг тощей шеи Джека. Тот захрипел, пытаясь достать носками до пола. Единственное, что останавливало Стива от того, чтобы свернуть ему шею – это тот факт, что Наташа разозлится. Джек останется в живых, но только ради неё. Джек отчаянно кивнул, и Стив наконец бросил его на пол, чуть помедлив. Тот вжался в стену и схватился за горло. – Наташа сейчас зайдёт, и ты скажешь ей всё, что нам нужно знать. Спасибо за сотрудничество. Стив развернулся, готовый выйти из комнаты, но услышал тихое бормотание Джека за спиной: – Ты… ты ненормальный… двинутый… Ну, это хотя бы заставило его улыбнуться. – Скорее всего, – признал он. – Но совсем чуть-чуть. *** Следующие несколько месяцев Стив жил на пределе своих возможностей. Он собирал информацию, где только мог. Заново привлекал старые контакты, которые были более знакомы с подпольными экстремистскими группировками. Он тренировал своё тело до пика физических сил, не спал сутками – не только потому что ему нужно было работать, выслеживать людей и искать одного-единственного человека посреди огромной пустыни, но ещё и потому что каждый раз, когда он закрывал глаза, сон окончательно покидал его. Теперь сон стал для него роскошью, которую он больше не мог себе позволить. Теперь он проводил ночь на местном стрельбище, тренируя свой прицел. Он должен быть способен застрелить человека с закрытыми глазами. И когда придёт время (а оно придёт), он будет достаточно подготовлен, чтобы у тех, кто встанет у него на пути, не было никакой надежды. Прошло два месяца с того дня, как Тони похитили. Все твердили, что он мёртв. Полковник Роудс руководил спасательной миссией всё это время, но она больше была нацелена на то, чтобы привезти домой его тело, а не вернуть из плена живым. Но Стив не был с этим согласен. Он ни с кем из них не был согласен. Тони жив. И Стив найдёт его. Наташа узнала из американских военных информационных баз всё, что можно, о локации, в которой произошло нападение на конвой. Они знали маршруты полковника Роудса и его команды, и согласно источникам Стива, те были далеки от цели. Его солдаты находились на огромном расстоянии от того места, о котором говорили все его источники – с их темпами они ещё месяца два будут искать приблизительные окрестности базы, на которую указывают слухи. У Тони осталось не так много времени. – Мы должны выдвигаться прямо сейчас, – спорил Стив с Пегги и Баки одной ночью, сжимая края кухонной стойки и решительно глядя на друзей. – Стив, тогда мы будем бесцельно скитаться по афганской пустыне, и ты это знаешь, – рявкнула Пегги, нервно откидывая волосы со своего лица. – У нас есть наводка, да, но Афганистан громаден. Нам нужно подождать. Нам нужно сузить площадь поиска… – У нас нет времени сужать площадь поиска, – непреклонно прорычал Стив. – Тони где-то там, и мы знаем, что Десять Колец оперируют на востоке, постепенно передвигаясь к северной части пустыни. На прошлой неделе мой источник поклялся своей жизнью, что им идут поставки из Кашина. Если мы перехватим… Он остановился, заметив взгляды, которыми обменялись Пегги и Баки. Он злобно на них зыркнул. – Что. Баки покачал головой и перевёл взгляд на Клинта, который только что вошёл. – Ничего, – ответил он, уронив голову. Стив прекрасно видел, что Баки несёт чушь, поэтому упрямо сложил руки на груди. – Что, Баки, – резко переспросил он. – Говори. Наташа, которую он даже не заметил, внезапно заговорила резким тоном, подходя к Баки и холодно глядя на Стива. – Не надо с ним так разговаривать, Стив. Он недовольно на неё посмотрел, но она не отвела взгляд. В конце концов он вздохнул. Она была права. – Прости, Бак… я просто… – Я знаю, – он почувствовал руку на своём плече и чуть прильнул навстречу прикосновению, потому что это был Баки – ему можно было быть немного слабее перед Баки. – Всё нормально, Стив. У тебя выдалась не самая лучшая пара месяцев, верно? Я переживу, если ты немного поогрызаешься. Я крепкий орешек, не волнуйся. Он поднял взгляд, когда Клинт запрыгнул на стойку и схватил пачку мюсли. – Ну, так что, какие у нас планы по поводу миссии ‘спасти Тони’? И снова, будто они не могли этому сопротивляться, Баки и Пегги переглянулись. На этот раз Стив лишь вздохнул. – Вы уже обсудили это, правда? – устало сказал он. Пегги на секунду прикрыла глаза и затем повернулась к нему. – Немного, – ответила она подозрительно нежным тоном. Когда она открыла глаза, в них плескалось лишь сожаление, и она нервно теребила в руках край своей рубашки. Пегги Картер нервничала – такое нечасто можно было увидеть. – Стив, – начала она, переплетая их пальцы вместе, – Стив, мы просто… нам кажется, что ты вкладываешь слишком много веры в идею, что Тони… – Что он всё ещё жив, – закончил Баки, когда Пегги не смогла. Он крепко сжимал плечо Стива, но смотрел в окно. – Слушай, ты знаком… ты знаком с подобными ситуациями. Он… Тони гражданский. И они взнесли на воздух весь конвой, в котором он ехал. Это… – Он жив, – тихо сказал Стив, и Баки лишь громко вздохнул, но ему было всё равно – он не сдастся, в этот раз не сдастся. – Он жив, Бак. Я это знаю. – Баки хочет сказать, что ты просто убьёшь себя, пытаясь найти человека, которого наверняка уже с нами нет, – отчаянно сказала ему Пегги. – Стив, дорогой, я знаю, что ты скучаешь по нему, я знаю, что ты чувствуешь себя виноватым, и я понимаю, но… – Пегги, я не остановлюсь, пока не верну его домой, – перебил Стив, и его голос был спокойным, но мозг пылал огнём эмоций, горем, единственной целью. Найти Тони, вернуть его. Любой ценой. Сейчас он продолжал жить только ради этой цели. Он посмотрел на своих друзей, поджал губы и затем улыбнулся. – Это всё, что у меня осталось, – прошептал он. – Я уже подвёл его однажды. Я отказываюсь делать это снова. Я не подведу его. Я не… могу. Я не прошу вас идти за мной – вообще-то, я бы предпочёл, чтобы вы этого не делали – но какой бы выбор вы ни приняли, я не остановлюсь. Сидеть на месте и ничего не делать… это сведёт меня с ума. Ты же это понимаешь, – он беспомощно пожал плечами. – Я просто должен это сделать. Я должен попытаться. – Тони бы не хотел, чтобы ты умер из-за него, – возразила Пегги, и какая-то часть Стива хотела засмеяться, но другая часть знала, что она права. Тони бы не хотел. Тони бы протянул руку своему злейшему врагу, если нужно. Вот таким вот бесконечно добрым он был. – Я сделал много вещей, которые Тони не хотел, чтобы я делал, – он сделал шаг вперёд и снова посмотрел на карту. – Видимо, список пополнится. На кухне воцарилась тишина, и он знал, что четыре пары глаз сейчас смотрят на него, но ему было всё равно. Он потерял способность переживать, когда посмотрел те новости два месяца и четыре дня назад. Ничего не имело значения, кроме Тони. – Ну, а я тебе верю, – внезапно выпалил Клинт, и Стив удивлённо повернулся к другу, пока тот засовывал в рот горсть мюсли и с любопытством разглядывал карту. – Если бы он был мёртв, они бы уже нашли тело. А раз не нашли, значит, он всё ещё представляет ценность для своих похитителей. Тони крепкий перец. Он не сдастся без драки, – Клинт перевёл взгляд на Стива и слегка кивнул. – Мне кажется, мы уже сделали достаточно, чтобы испортить ему жизнь, ты так не думаешь? Самое время сделать для него что-то хорошее. – Согласна, – сказала Наташа, что было… однозначно сюрпризом. Стив считал, что из них четверых ей больше всех не нравилась эта затея. Но когда он посмотрел на неё, в её глазах он тоже увидел вину. Наташа Романов была хороша в своём деле, но когда она что-то упускала, она всегда винила в этом себя. А вся эта история… это было огромным упущением с их стороны. Пегги крепче сжала его руку. – Я останусь с тобой и сделаю всё, что могу, для тебя, – сказала она, положив голову ему на плечо. – Но пожалуйста. Пожалуйста, не возлагай больших надежд, что мы найдём его живым и здоровым. Мы имеем дело с ужасными, ужасными людьми. Ты только загонишь себя в угол. Он кивнул и повернулся к Баки. Потому что, да, он мог сделать это в одиночку – но, чёрт возьми, это совсем не значило, что он этого хотел. Но всё было в порядке, потому что Баки улыбался – немного безнадёжно, но улыбался. – Как я уже говорил: я пойду за тобой куда угодно, Стив, – сказал ему его лучший друг. – И Клинт прав. Старк совсем не прост. Если кто-то и может там выжить, то это он. Стива накрыло волной облегчения, и он медленно кивнул. Он знал, что его друзья сомневаются – знал и понимал их. Но он всё равно имел в виду то, что сказал. Он не остановится. Не сейчас. С момента исчезновения Тони единственным спасением Стива была мысль, что он его вернёт. И сейчас он держался за неё изо всех сил. У него ничего больше не осталось. Только эта миссия, это задание. Вернуть Тони домой. Или умереть, пытаясь. *** Поиск. Допрос. Тупик. Поиск. Допрос. Тупик. Поиск. Допрос. Зацепка. Проверка. Тупик. Так продолжалось какое-то время. После пятого раза Стив перестал вести счёт. От незнания было легче. Вместо этого он смотрел на время и считал часы с последнего момента, когда Тони был дома. *** Он сидел на балконе с сигаретой между пальцев и наблюдал за опускающимся за горизонт солнцем, когда Баки подошёл к нему и протянул руку. Стив молча достал зажигалку из кармана и бросил другу. – Чтоб ты знал, я всё ещё не одобряю эту привычку, но, наверное, не мне теперь тебя судить. – Это уж точно, – пробормотал Баки, быстро прикурил и опёрся о перила рядом со Стивом, глядя на закат вместе с ним. – Ты бросаешь после того, как это всё закончится, ты понял? Ты не сдохнешь раньше меня, это запрещено. Стив засмеялся. – Как кофейня? – Многолюдно. Сегодня приходили маленькие близняшки. Я думал, умру от милоты. Наташа им даже улыбнулась, а это значит, что она практически полюбила их и планирует украсть себе. Он улыбнулся и посмотрел на своего лучшего друга, стараясь игнорировать тяжесть в груди. – Ты решишься на это когда-нибудь? – спросил он, как будто они не обсуждали это уже раз десять. Хотя обычно в такие моменты в них было гораздо больше алкоголя. Баки глянул на него искоса и громко вздохнул, сжимая руками перила. Его длинные волосы упали ему на лицо от ветра, и он мотнул головой. Глубоко затянувшись, он пожал плечами. – В идеальном мире, – сказал он, выдыхая дым. – В мире, где я бы смог дать им хорошую жизнь. Я бы хотел этого. Больше всего на свете. Стив улыбнулся. В идеальном мире, эхом пронеслось в его голове. В идеальном мире мы бы все были счастливы. – Да. Да, я тоже. Баки удивлённо вскинул брови: – Ты никогда не говорил мне этого, – слегка шокированно сказал он. Стив пожал плечами и отвернулся обратно к закату. На другом конце света солнце только начинает подниматься для Тони. – Никогда не думал об этом раньше, – просто ответил он. Баки ничего на это не ответил. Стив его понимал. Что тут можно было сказать? Это так глупо, так бесконечно смешно и глупо – менять все свои жизненные планы из-за человека, которого ты знаешь шесть месяцев. Но… Тони взял и перевернул все его идеалы и взгляд на мир. Стив встретил его, думая, что не умеет любить по-настоящему. Он ушёл от него, болезненно и несомненно зная, что умеет. И это было так легко – потерять голову, вообразить себе что-то большее. Постоянство. Сейчас было даже смешно думать об этом. Но он так хотел, чтобы у Баки с Наташей был этот шанс. Наверное, сначала они могут пожениться… хотя, кто знает, с этими двумя. Они редко следовали привычным моделям поведения. Может, однажды они это и сделают. Завяжут с этой жизнью и станут настоящей семьей, о какой Баки мечтал с двенадцати лет. Или, может, они никогда не остановятся… может, только такую жизнь они и увидят. Стив не мог сказать наверняка. Но надеялся на первый вариант. Его друзья заслуживают счастья. Жизнь их уже достаточно потрепала. К тому же, у Наташи и Баки были бы просто очаровательные (пусть и ужасно жестокие) дети. И Стив всегда хотел стать дядей. – Что ты собираешься делать? – спросил Баки, и Стив осознал, что они молчат уже какое-то время. – После, я имею в виду. Если ты найдёшь его. Стив подумал над этим пару секунд. Он опустил взгляд на улицы; на отца, ведущего своего сына за руку через дорогу; на пожилую женщину и её таксу, выходящих из магазина. Он так давно не чувствовал себя частью обычного мира. Он скучал по нему. – Наверное, постараюсь исправить то, что сломал, – пробормотал он, думая о мягких губах, и вьющихся волосах, и самых красивых карих глазах на всём белом свете. *** Клинт прибежал к нему во вторник в 19:15 с новостями. Два месяца и двадцать пять дней. Тони пропал два месяца и двадцать пять дней назад. Воздушные силы не могли найти никаких доказательств, что он был жив, и все считали, что Тони Старк пропал навсегда. Ну, не считая Стива и его команды. Это был обычный день поисков, тренировок и попыток не думать о чём-то недостаточно поверхностном. Стив устал. Баки сумел заставить его прижать задницу и посмотреть какую-то глупую романтическую комедию. Стив не знал, как это случилось, но его тело поблагодарило его за отдых, когда он уселся перед телевизором. Где-то около часа его мысли были заняты только происходящим в фильме, и он был спокоен. А затем Клинт ворвался в дверь на такой скорости, что дверная ручка оставила трещину в смежной стене, и Стив с Баки наставили на него пистолеты ещё до того, как успели повернуться. Клинт лишь смотрел на них диким взглядом и пытался отдышаться. – Тони жив. Стив застыл на месте, а Баки убрал пистолет и быстро подошёл к Клинту. – Источник? – резко спросил он, сразу переходя к делу. – Девчонка Пегги из Пакистана, – ответил Клинт. – Она услышала разговор о поставке в пустыню для ‘Торговца Смертью’. И у неё есть последняя известная локация. Баки выматерился. Стив постарался сделать вдох. – Он жив, – выдохнул он. Клинт перевёл на него взгляд и кивнул. Баки тоже повернулся к Стиву с таким взглядом, будто боялся, что его друг может взорваться в любую секунду. Откровенно говоря, Стив сам этого боялся. Надежда, боль и страх, которые копились в нём месяцами… сейчас вырывались наружу. Яростным переполняющим жжением под рёбрами. Он искал месяцами. Он отчаянно работал, исследовал. Пегги всё чаще и чаще говорила ему не возлагать больших надежд. Он начал думать, что она может быть права. Но Тони был где-то там. У него был шанс. А большего ему и не нужно. – Звоните в воздушные силы, – сказал Стив, не слыша своего собственного голоса из-за шума в ушах, – и организуйте нам полёт в Афганистан.

Тони

Броня была готова. Он взглянул на Инсена, который глазел на неё со смесью страха и восхищения. Время пришло, они сделают это с утра. Через двадцать четыре часа они будут свободны или мертвы. Тони в любом случае не пойдёт на попятный. Он закончит начатое, пока не дойдёт до самого конца. Он не хотел оставлять после себя такое наследие. И если он выберется отсюда, то сделает всё возможное, чтобы изменить это. Тони заметил дату на компьютере неделю или две назад и с того момента изо всех сил старался отсчитывать часы. В общем и целом, прошло где-то три месяца. Здесь в пещерах время перестало иметь значение, но оно всё равно казалось вечностью для Тони. Три месяца в плену. Три месяца рабства, где ты лишь пешка в чьих-то руках. Он так долго сидел в темноте, видел солнечный свет только во снах. Они неделями не выпускали его из пещер. Он не знал, почему, но эта мысль заставила его подумать о Стиве – о том, как его лицо сияло в утренних лучах, как его волосы превращались в нимб на подушке. Он уже давно бросил попытки отогнать подобные мысли. Память о нём – о человеке, которым он был, пусть даже это всё было ложью – это всё, за что Тони осталось цепляться. Да и вообще, в этих пещерах, где не было ни света, ни звука, ничего, кроме смерти и машинного масла, переживать воспоминания стало… легче. Он всё равно наверняка скоро умрёт, поэтому теперь он мог сказать это: Стив Роджерс любит его. Несмотря на его поступки, несмотря на его решения – Тони знал, что Стив любит его. Может, он не хотел этого. Может, ему это не нравилось. Но он полюбил его, глубоко и всецело, и даже Тони не мог этого отрицать; не тогда, когда доказательства были у него прямо под носом. И что было ещё хуже – Тони тоже его любил. Несмотря на то, что не хотел. Несмотря на то, что ему это не нравилось. Несмотря на то, что он притворялся, будто не любит. Он любил. По-настоящему любил. Если бы мир был добрее, то у них даже мог бы быть шанс. – Вы боитесь смерти, мистер Старк? – хрипло спросил Инсен – охранники забрали его днём и сделали что-то с его горлом. Тони не знал, что именно, потому что тот отказывался рассказывать. Он просто продолжил работать. Его стойкости Тони мог только позавидовать. Он перевёл взгляд на шлем; на чёрные пропасти вместо глаз, на резкие линии лицевой пластины. Он будет пуленепробиваемым, и этого будет достаточно. Должно быть достаточно. Он вложил в этот костюм свою душу, потому что именно она стояла на кону. И ещё жизнь Инсена, а также жизни тысяч мирных жителей, которые стали жертвами его невежества. Он всё исправит. Он вернул взгляд на Инсена и покачал головой. – Нет, – пробормотал он, положив руку на реактор. Дышать было больно, каждую секунду. Шрамы до сих пор заживали. Ему приходилось каждый день мыть руки десятки раз в попытке избежать инфекции, и им приходилось очищать каждую вещь, прежде чем Тони мог её коснуться. С подобной раной любые бактерии приведут к смертельному исходу. Инсен поднял брови, будто был удивлён такому ответу. – Правда? Почему нет? Тони задумался. Подумал об этой ситуации; о страхе, сжимающем его сердце каждый день, приходящий с осознанием того, что любая секунда может стать последней. Подумал о своём прошлом – о бомбах, которые он строил и взрывал; о войнах, которые он наверняка лишь подпитывал, отчаянно пытаясь угодить отцу, который давным-давно оставил его, ещё задолго до своей смерти. Подумал о семнадцатилетнем себе, сидящим с бутылкой виски и кейсом самых сильных таблеток кодеина своей матери перед собой, желая просто проглотить их все, чтобы больше ничего не чувствовать. – Я не боюсь смерти, – заговорил он, переводя взгляд на ракеты своей собственной разработки у стены, которые принесли столько страданий невинным людям. Он посмотрел на Инсена и жёстко улыбнулся губами, на которых уже высохла кровь. – Я и есть смерть.

Стив

Он знал, что афганская пустыня была большой. Но он забыл, насколько. Они целыми днями шерстили дюны и горные цепи на своей вертушке. Стив попросил об ответном одолжении одного пилота из Кабула, так что теперь у них имелся вертолёт и трёхдневный запас топлива. Они летали уже второй день, и помимо серьёзного солнечного ожога на его шее похвастаться им было нечем. Клинт с Наташей сидели в кабине пилота, а Баки и Пегги проверяли оружие. Стиву строго приказали прижать задницу и помалкивать. Они все знали, что ему нужно позволить команде выполнять их работу, ведь именно для этого они были здесь. Естественно, ему от этого было не легче. Он хотел заниматься всем, чем только можно. Баки дал ему антистрессовый мячик после третьего часа. Ну, Стив мог оценить попытку, но больше предпочитал возиться со своим пистолетом. Успокаивало гораздо лучше. Он задумался, что Тони будет делать, если Стив сумеет до него добраться. Обречёт ли его реакция их всех на верную смерть. Может, он откажется идти со Стивом? Что, если он закричит? Господи, что, если он решит, что Стив тоже хочет его убить… Он покачал головой, чтобы отогнать эти мысли, закусил губу и посмотрел на безграничную пустыню за окном. Он придумает что-нибудь. Всё разрешится. Стив знал это. – Сколько у нас осталось? – крикнул Стив в сторону кабины, и Клинт бросил взгляд на приборную панель. – Около трёх часов, потом придётся возвращаться, чтобы заправиться. Стив вздохнул и закрыл глаза. От треска лопастей у него раскалывалась голова… хотя, если честно, причина могла быть просто в стрессе. Он громко ударился затылком о стену вертолёта, достал пачку жвачки из кармана и закинул одну себе в рот. Сейчас бы покурить. Боже, да возьми ты себя в руки, заругал он себя, когда увидел, как дрожат его пальцы. Они дрожали с момента, как они сели на самолет до Кабула. Ты не сможешь ему помочь, если потеряешь голову. Эта мысль его рассмешила. Потому что, серьёзно? Потеряешь голову? Да он потерял голову в тот момент, как посмотрел на Тони и подумал ‘я хочу тебя’. С этого момента всё покатилось под откос. Пески расстилались под ними удручающим полотном, и Стив отвернулся, когда раскалённый ветер подул ему в лицо. Он помнил, как это ощущалось там. Оказалось, что песок был одним из самых опасных и раздражающих моментов всей их миссии. Он забирался в оружие, в транспорт, в раны, он был неудобным и не предоставлял никакого укрытия. В пустыне ты был как на открытой ладони. Но когда его только взяли в армию – он всё ещё был оптимистично настроен, хотел выполнять свой долг. Теперь тот Стив казался ему совершенно другим человеком. Иногда он по нему скучал, действительно скучал. Тот хотя бы умел смеяться, в отличие от Стива в эти дни. Он в очередной раз вздохнул и отогнал эту мысль, снова поворачиваясь, чтобы взглянуть на горизонт. Это всё было так рискованно. Они не только активно искали террористическую базу, но ещё и находились в одном воздушном пространстве с американскими воздушными силами под руководством человека, который ненавидел его всем сердцем. Стив не сомневался, что полковник Роудс арестует его, если заметит в воздухе. Стив не мог его винить – насколько случайной может оказаться встреча с бывшим своего лучшего друга в том месте, где Тони предположительно держат в плену? Они отправили Роудсу ориентировочные координаты, но сделали это анонимно. Так что полковник явно удивится, если наткнётся на Стива и его весёлую банду отбросов посреди афганской пустыни. Чёрт, иногда он очень хотел, чтобы его жизнь была попроще. – Кэп? – немного неуверенно позвала Наташа. – В этих горах отмечены какие-нибудь поселения? Он резко встал, чтобы проверить карту. – Нет. Здесь пусто. – Ну, в этом ты неправ, – сказала ему Наташа и мотнула головой вправо. – Смотри. Он подошёл к другой стороне вертолёта и выглянул на серые однообразные горы. Сперва он ничего не увидел, но спустя несколько секунд его глаза остановились на пологой расщелине, где был установлен тент. За ним последовали другие многочисленные тенты, и Стив увидел крошечные точки, двигающиеся по поверхности. Люди. Он сглотнул и повернулся к команде. – Снижайся, – приказал он. – Нам нужно рассмотреть получше. Наташа кивнула и плавно опустилась. За поворотом горного хребта тенты переросли в целую переносную деревню. Посреди пустыни, без каких либо дорог, ведущих к ней. Это было оно. Это место они искали всё это время. – Мы можем спуститься к… – Чёрт! – воскликнул Клинт, и Наташа тут же замерла в воздухе, из-за чего Стив потерял равновесие. Он резко повернулся к кабине, где Клинт наклонился вперёд. – Чёрт, мне кажется, нас засекли. Смотри. Чёрт, Таш, кто-то засёк наш сигнал. Наташа выругалась и развернула вертолёт, чтобы вновь скрыться за горами. – Откуда у них здесь приборы, чтобы… – она резко замолчала, бросая взгляд на Стива. – Ладно, не важно, как, важно понять… Внезапно в воздухе раздался треск, и Стив инстинктивно пригнулся, когда пулемётная очередь прошила воздух пустыни. Через секунду он услышал металлические звуки пуль, бьющих по панелями вертолёта. Пока что ничего серьёзного, но если у них в арсенале есть что-то помощнее, то им не поздоровится. Они были в гражданском вертолёте, а не в военном. – Я разворачиваюсь, – крикнула Наташа, направляясь в безопасность горных пиков. – Это слишком рискованно. – Нет! – закричал Стив. – Нет, Наташа, нет, мы так близко, Тони может… – Стив, если останемся здесь, мы трупы, – рявкнула Наташа из кабины пилота. – И поверь мне, тогда мы уж точно ничем не поможем Тони. Мы вернёмся завтра… – ЗАВТРА ОН УЖЕ МОЖЕТ БЫТЬ МЁРТВ! – от отчаяния и жары он начал впадать в истерику. – Нат, мы не можем… просто высади меня, пожалуйста… – Нет, – твёрдо сказала она и резко повернула вертолёт, когда новая пулемётная очередь разрезала воздух, в этот раз с другой стороны. – Блять, у них была охрана… Стив, я отступаю. Баки, проследи, чтобы он мне не мешал. Со стороны гор раздавались выстрелы, и Стив беспомощно смотрел, как Наташа уворачивается, пытаясь скрыться как можно быстрее. Стив знал, что завтра Десять Колец будут готовы их встретить. Это был их единственный шанс застать их врасплох. Стив не мог его упустить. Он обернулся на другую сторону вертолёта и увидел, как несколько пуль пролетело в нескольких сантиметрах от головы Пегги. – Быстрей, Нат! – закричал Клинт, и та резко уронила вертолёт на бок, уворачиваясь от очередных выстрелов. Стив решил, что это судьба, когда он упал на парашют. Он смотрел на него долю секунды. Подумал о том, насколько кошмарной была эта идея. Затем схватил его и закинул на спину. В общей панике никто этого не заметил, и уже через три секунды Стив был в полном снаряжении. Развернувшись к Баки, он схватил его за плечи, развернул к себе и посмотрел в глаза. Баки уставился в ответ, не замечая парашюта за его спиной. – Выбирайтесь отсюда и не смейте оборачиваться, ты понял? – крикнул Стив и затем добавил виноватым тоном: – Мне жаль. Мне жаль, но я не могу снова его подвести. Затем он развернулся и с разбега выпрыгнул из вертолета в бесконечную афганскую пустыню. *** Приземление было жёстким. Он сумел направить парашют в песчаную дюну, но он исцарапал свою уже сожжённую кожу, и ему очень повезло, что он не сломал ногу. Давно он не пользовался парашютом – он, наверное, был недостаточно подготовлен, чтобы совершить технически безопасный прыжок. Но с другой стороны, он собирался войти в боеготовый террористический лагерь посреди пустыни с двумя пистолетами и ножом. Ничего в этой ситуации он не мог назвать безопасным. Полуденное солнце опалило его кожу, но он лишь сжал зубы и продолжил идти в сторону горных неровностей. Он приземлился в паре километров от места назначения, поэтому ему пришлось потратить какое-то время на дорогу. Но как только он оказался на месте, он застыл в растерянности. Его мысли по большей части сводились к одной идее – ‘добраться до Тони во что бы то ни стало’. Всё остальное казалось второстепенным. Сейчас же он осознал, что, возможно, ему стоило продумать этот момент немного получше. Он сжал пистолет в руке и взобрался на горный выступ чуть повыше. Ему нужна была точка обзора, но не слишком очевидная. Учитывая то, что он практически добрался до горного пика, обзор у него будет чудесным. Лагерь располагался у подножия горы, спрятанный даже от самого острого глаза. Им чертовски повезло, что Наташа смогла заметить их – чуть другой угол обзора, и никто бы не смог их рассмотреть. Это было очень умно с их стороны. И со своей позиции он видел несколько пулемётных установок, расставленных по краям горной цепи. Оттуда они увидели вертолёт. Стив не сомневался, что их прицел был бы гораздо точнее, используй они разработки Тони. С его оружием было практически невозможно промахнуться. Он медленно начал продвигаться вперёд, придерживаясь более тёмных зон и тенистых скал, чтобы скрыться как можно лучше. Это будет просто смешно, если его поймают сейчас – всё зависело от его маскировки. Он был не в той позиции, чтобы врываться в лагерь с пушками наперевес, для того чтобы расстрелять всех кого ни попадя, но если он постарается незаметно слиться с местными, а затем найти и вытащить оттуда Тони, у него может быть крошечный шанс на удачу. Капля пота стекла по виску, и он на секунду закрыл глаза. Он совсем не был подготовлен к подобным погодным условиям. Завтра. Завтра его команда найдёт их. Вина затопила его сознание, когда он подумал о том, что сделал, но это чувство стало настолько привычным к этому времени, что он легко отбросил его на задворки сознания. Потом. Это подождёт. Наташа обязана сдержать слово и увезти их подальше – возможно, Баки будет сопротивляться, но даже ему придётся признать, что обрекать целую команду на верную смерть из-за одного суицидального придурка просто глупо. Так что, когда он вернётся, ему придётся очень и очень долго извиняться. А он вернётся. Он точно вернётся. Ага, продолжай себе это говорить, приятель, раздался саркастичный голос в его голове, который был подозрительно похож на голос Тони. Он медленно опустился на камень в тени и начал внимательно наблюдать за поведением людей, насколько мог. В паре сотен метров от него стояли два охранника. Стив легко мог их убрать – они стояли в расслабленных позах и дружелюбно переговаривались друг с другом, так что у Стива в рукаве будет фактор неожиданности. Он даже не издаст ни звука. Свернуть шею и вонзить в глаз нож по самую рукоятку – это всё не займёт и двух секунд. Он может взять куртку и кепку у одного и солнечные очки у другого. Остальная экипировка – сапоги, пистолет и армейские брюки были похожи на вещи остальных солдат. Ему остаётся лишь надеяться, что этого будет достаточно, чтобы незаметно смешаться с ними. В этом и заключался весь секрет – пока ты ведёшь себя так, будто ты на своём месте, в девяти случаях из десяти все считали, что это действительно так. Наташа сказала ему, что всё дело в языке тела – держись правильно, иначе всё полетит к чертям. Проявишь нервозность – и тебя тут же заметят. Будешь слишком уверенным – привлечёшь внимание. Тебя должно быть достаточно, но тебя не должно быть слишком много. Стив сглотнул и затем сплюнул пыль, осевшую на языке. Он понимал, что это всё по большей части существовало только в его голове, но какая-то его часть была довольна просто плюнуть на эту землю. Тони был где-то здесь. Стив чувствовал это. Всем тем, что осталось от его души. Тони был здесь, и Стив обязательно его найдёт. Он вскочил на ноги и выпрямил спину. Прикинул путь, чтобы спуститься с горы, в миллионный раз перепроверил патроны и двинулся вперёд. У него было мало времени, и он это знал. Новости о вертолёте, несомненно, уже разлетелись, и вскоре они будут в состоянии боевой готовности. К счастью для него, двое охранников эти новости ещё не слышали. К несчастью для них, это значит, что они умрут первыми. Не то чтобы Стиву было не плевать. Убить их оказалось проще, чем он себе представлял. Они даже не заметили его, пока не стало слишком поздно. Он пару секунд смотрел на их мёртвые тела, затем спокойно наклонился и потянул за рукоятку ножа, торчащую из лица охранника. Вытерев лезвие о его штаны, он засунул нож обратно за пояс. Затем он стащил с него куртку и набросил себе на плечи. Она была слишком мала для него, но вряд ли кто-нибудь будет приглядываться. Весь этот процесс занял около двух минут, и после этого Стив оттащил тела к ближайшей канаве и засыпал кровавые следы песком. Их не найдут ещё пару дней. По мере приближения к лагерю людей становилось всё больше и больше. Стив шёл, опустив голову и тяжело дыша, пытаясь держать руки в расслабленном положении по бокам. Здесь было много людей разных национальностей – русские, немцы, судя по языкам, а также другие, чьи языки он не смог различить. Но при этом он не выделялся, что и было его изначальной целью. Солнцезащитные очки были дерьмовыми, но они хотя бы скрывали его глаза, пока он внимательно осматривал местность в поисках открытого входа. Похоже, большинство людей шли откуда-то из глубины лагеря, и Стив двигался за двумя мужчинами перед собой, которые беззаботно разговаривали на незнакомом Стиву языке. Куда ни посмотри, везде было оружие. Боеприпасы. Бомбы и ракеты. И на многих из них было написано имя Тони, от чего по его спине бежали мурашки. Тони протащили через этот ад и детально показали, во что превратилась работа всей его жизни. Стив знал, насколько Тони это всё возненавидел. Он продолжил идти, пока не оказался на своего рода центральной площади этого лагеря. Большинство запасов находилось именно здесь – контейнеры и контейнеры, стоящие друг на друге. Старк Старк Старк, бросалось ему в глаза. Он осмотрелся и увидел широкий вход в пещеру примерно в сотне метров от себя. Вход, ведущий вглубь горы, вглубь всей этой системы. Это был его лучший вариант. Прямо ко льву в пасть. Он направился туда без раздумий. Люди проходили мимо него, не обращая особого внимания, и Стив старался держаться ближе к стенам и не встречаться взглядом ни с кем из них. Жаль, что у него не было пистолета побольше. Его собственный казался такой ерундой по сравнению со всеми этими пулемётами и длинными очередями боеприпасов. С отвращением Стив задумался, сколько денег нажил на этом Стейн. Сколько страданий он причинил, снабжая этих террористов. Камни стучали под его сапогами, и чем дальше он продвигался вглубь пещеры, тем ниже падала температура. Проходы были освещены тусклыми лампами, в них не было никакой вентиляции или обогрева, и Стив даже представить не мог, каково это – провести здесь столько времени, сколько здесь провёл Тони. Он бессознательно ускорил шаг, несмотря на то, что до сих пор понятия не имел, куда направлялся. Завернув за угол, он оказался в узком проходе, освещённом одинокой лампой. По всей видимости, он выходил в другой коридор, но когда Стив прошёл чуть дальше, из него кто-то вышел с другой стороны. Стив мгновенно опустил голову, чтобы избежать зрительного контакта, но краем глаза он видел, что человек в открытую его разглядывает. Он продолжил идти в том же темпе, равнодушно оглядывая проход. Ты на своём месте. Ты на своём месте. Ты на своём месте, спокойно говорил он себе, на мгновение встречаясь взглядом с солдатом и коротко кивая головой. Затем тот заговорил. Стив не мог понять этот язык, но он понял его интонацию. Подозрение. Вопрос. Стив остановился в паре метрах от него. – Āpanāra nāma ki? (*Как тебя зовут?) – повторил мужчина, ещё громче на этот раз, и Стив лишь моргнул, проглатывая порыв заговорить по-английски. Это было бы подозрительно. Вместо этого он переключился на французский и недоумённо пожал плечами. – Je ne sais pas ce que tu dis! (*Я не понимаю, что вы говорите) – беспомощно сказал он, делая шаг вперёд. Если тот начнёт напирать сильнее, он просто убьёт его. Это не станет для него камнем преткновения. – Āpanāra nāma ki? – настойчивей спросил мужчина, и Стив заметил, как тот медленно потянулся за пистолетом. Стив же подавил это желание и сделал шаг вперёд, подняв руки, чтобы продемонстрировать своё подчинение, подходя всё ближе и ближе. – Je vous disais, je ne sais pas ce que tu dis! (*Я же говорю, что не понимаю, что вы говорите!) Сейчас он стоял на расстоянии вытянутой руки. Стиву лишь нужно было… Внезапно они оба инстинктивно дёрнулись в сторону от оглушительного грохота, заполнившего проход, и стены содрогнулись под взрывом где-то в глубине пещеры. Они оба пригнулись, и Стив испуганно начал перебирать возможные объяснения случившемуся. Утечка газа. Случайный взрыв бомбы. В таком небезопасном месте существовала сотня различных вариантов – но за шесть месяцев практики Стив отлично выучил, что там, где есть взрыв, обязательно есть и Тони Старк. Как только стены перестали дрожать, Стив бросил взгляд на солдата и рванулся вперёд, чтобы резким и жёстким движением свернуть ему шею, затем он снял автомат с его безжизненного тела и побежал вдоль коридора туда, где находился источник звука. Стив был уверен, что это неподалёку. Он повернул налево и ускорился, когда услышал крики и призывы мобилизоваться позади. В этих коридорах свет отключился, что оставляло его практически в кромешной темноте, но он мог разглядеть достаточно, чтобы более-менее уверенно продвигаться по извивающимся проходам по направлению к опасности. Ему казалось, что он уже невозможно близко прямо сейчас – как только он доберётся до Тони, они разберутся, что делать дальше. Всё будет в порядке. Всё будет в полном порядке. Где-то в отдалении эхом раздались чьи-то крики, а затем звуки продолжительного огнестрельного залпа вниз по коридору. Застыв на месте, он помедлил одну единственную секунду, прежде чем вжаться в углубление в стене и затаиться, и после этого высокий худой мужчина, который был больше похож на гражданского, нежели на какого-то солдата, пронёсся мимо него с ружьём над головой, стреляя в потолок, словно какой-то психопат. Стив в недоумении проследил взглядом, как тот бежит с боевым кличем, пока не завернул за угол. Стив не стал терять времени и продолжил бежать. Ну. Эта часть не представляла из себя проблемы. Но всё-таки что-то произошло здесь, и Стив был уверен, что это что-то приведёт его к Тони. Через пару десятков метров проход начал расширяться. Когда Стив столкнулся с группой боевиков, направляющихся в ту же сторону, что и он, он без усилий их расстрелял и продолжил двигаться дальше. Наконец, он добрался до конца прохода, где находилась огромная комната, едва освещённая тусклыми лампами. Дверь была вырвана из камня, и в радиусе взрыва были разбросаны тела мёртвых боевиков. Стив поднял автомат и медленно зашёл внутрь. Стекло захрустело под подошвой, и он заметил, что лампа над его головой разнесена вдребезги. Он проверил вход в пещеру на наличие ловушек, прежде чем пройти дальше, но что бы там ни было установлено раньше, оно уже сдетонировало, и больше ничего не представляло для него опасности. Он осмотрел комнату, пытаясь найти человека, которого он безостановочно искал уже три месяца. – Тони? – тихо прошептал он, и его голос дрожал куда сильнее, чем он того ожидал. В огромном помещении было тихо. Стив отметил, что, пускай здесь было гораздо более примитивно и грязно, но стиль и формат пещеры был очень схож с мастерской Тони. Он сделал ещё один шаг вперёд и услышал приглушённые ругательства, которые раздавались из-за широкой ширмы. Стив застыл на месте, потому что тон и интонация в этих словах были отчаянно ему знакомы. Это был даже не шёпот, просто выдох, на самом деле – но Стив всё равно узнал. Он узнал в первую же долю секунды. – Тони! – снова шикнул он, бросаясь вперёд. Он запнулся о какие-то обломки и врезался бедром в край стола, но не обратил на это внимания. С огромным глазами и сбившимся дыханием он заглянул за ширму и остановился как вкопанный. Он опустил дуло автомата и уронил челюсть. Тони поднял взгляд, его глаза были такими же огромными и испуганными, как и у Стива. Пару секунд они просто пялились друг на друга. – Какого хрена? – одновременно произнесли они оба. – Тони, что тут вообще… – Стив опустил взгляд на огромную металлическую… штуку, в которой было спрятано тело Тони, будто… будто в каком-то костюме-броне. Тони не отрывал от него взгляда несколько секунд, пока не застонал, громко и отчаянно. Стив сразу же расправил плечи и подался вперёд, потому что Тони находился в плену три чёртовых месяца и мог быть ранен… – Я умер, – прошептал Тони себе под нос и поднял взгляд в потолок. Его глаза наполнились слезами. – После всего, после… и я, блять, умер… Стив моргнул, затем покачал головой и поднёс руки к тем местам, где находились (скорее всего) плечи Тони. – Тони, ты не умер, – твёрдо сказал он. – Ты очень даже жив, и мы выберемся отсюда. Давай… мне нужно, чтобы ты пошёл за мной, только раз. Ещё один только раз, Тони. Тони посмотрел на него и покачал головой. – Почему ты просто не уйдёшь? – как-то отрешённо прошептал он, и слёзы покатились по его щекам. – Даже когда я мёртв, ты всё равно… – Тони, Тони, ты не мёртв… – Стив попытался потрясти его, чтобы вывести из ступора, но металл вокруг него не поддавался. Поэтому он постарался найти спусковой механизм или какую-нибудь панель управления, чтобы вытащить его из этой хреновины. – Давай, нам нужно торопиться, ты случайно не знаешь, как можно тебя достать? Нам нужно уходи… – Что? – Тони непонимающе моргнул и, кажется, немного пришёл в себя, когда поднял руку и оттолкнул Стива в сторону. От этого Стиву стало больно, и не только физически. – Нет, это с меня не снять. Это мой билет отсюда. Он уже закончил калибровку? – спросил Тони по большей мере самого себя и заглянул за плечо Стива. Стив тоже обернулся и заметил допотопный ноутбук на столе с окном загрузки посередине монитора. Оно показывало 100%. Из пещеры раздались кричащие голоса. У них не осталось времени. Отсюда был только один выход, и им придётся уйти через главный проход. Если он слышал голоса, значит, они были слишком близко, чтобы от них скрыться. Стив устало вздохнул и поднял автомат. Он попытался. И он был близок. Он увидел Тони снова, по крайней мере, это он сделал. – Тони? Я хочу, чтобы ты просто… оставайся здесь, ладно? Не двигайся. Я задержу их, насколько смо… Он резко замолчал, когда огромная металлическая ладонь схватила его за плечо и отбросила назад с такой силой, что он впечатался в стену. Тони даже не обратил на него внимания. Он сделал шаг вперёд, взял со стола что-то вроде лицевой пластины и установил её на место. Он повернулся к Стиву, который всё ещё вжимался в стену. В прорезях на маске Стив увидел красивый тёплый шоколад его глаз. – Защищать меня больше не твоя работа, Капитан, – сказал он, прежде чем ударить по панели и вырубить свет во всём помещении, погружая их в кромешную тьму. Теперь Стив видел только яркий голубой свет в центре его груди. Стив не отрывал от него глаз, и Тони смотрел в ответ. – Ты, – Тони указал на него пальцем, – ни звука. Мне плевать, в моей голове ты или нет – не издавай ни единого звука и не смей умирать у меня на глазах. Ты меня понял? Стив открыл рот, чтобы задать один из миллиона вопросов, вертящихся на языке, но Тони зарычал и положил руку в кожаной перчатке ему на рот, вжимая его ещё дальше в стену. В этот же момент Стив услышал знакомый хруст стекла у входа. Тони был неподвижен, и Стив последовал его примеру. Он смотрел в глаза Тони, блестящие в голубом свете. Тот был выше Стива в этом костюме. Это немного… сбивало с толку. Забавно, что именно об этом он думал в последние секунды своей жизни. О разнице в росте и о внимательных карих глазах. Он смотрел, как рука в перчатке медленно опускается и сжимается в кулак. Тони развернулся в тот же момент, как первый солдат завернул за угол. Стив даже не успел поднять оружие, когда Тони схватил того за воротник и… Запустил в полёт через всю пещеру. Боевик начал стрелять прямо в воздухе, и Стив уклонился, а те пули, которые летели в Тони, просто отрикошетили назад. Мужчина ударился головой о твёрдую каменную стену, и Стив услышал зловещий хруст, глядя, как безжизненное тело упало на пол. За углом раздались панические крики, и комната озарилась ярким светом от многочисленных выстрелов. Стив пригнулся и прикрыл голову, но в этот раз что-то придавило его сверху. Когда он поднял взгляд, он понял, что Тони закрыл Стива руками, встав перед ним, словно металлический щит, который так эффективно отбивал любые пули. Стив неверяще моргнул, его уши звенели от непрекращающегося пулемётного огня. Он вообще больше не понимал, какого хера здесь происходит. Тони находился… ну, Стив пришёл сюда, думая, что Тони находился в полумёртвом состоянии, на последнем издыхании, но вместо этого… вместо этого Тони, похоже, находился посреди своего собственного плана по спасению. У Стива возникло такое чувство, что он ему скорее мешал, а не помогал. Наконец поток пуль сошёл на нет, и Тони не тратил времени зря. Удивительно тихо для такого грузного костюма он прокрался ближе к выходу, прикрыв рукой свет в своей груди. У Стива не было других вариантов, так что он последовал за ним с автоматом наготове. Он подумал, может, в какой-то момент ударился головой, и всё это было одной большой галлюцинацией. Он заметил четырёх охранников впереди, прицелился и убрал первого с идеальной точностью, выстрелив ему прямо промеж глаз. В это время Тони размазал двоих по ближайшим стенам и запустил последнего из одного конца прохода в другой. – Что это ещё за чертовщина?! – на одном дыхании спросил Стив, снова опуская дуло автомата, но Тони проигнорировал его, лишь развернулся и продолжил целенаправленно идти по проходу так, что Стив практически ощущал решительность, исходящую от него. Очередная группа людей вывернула из-за угла, и Стив решил спрятаться за Тони, учитывая, что его броня была, по всей видимости, пуленепробиваемой. Стив пытался отстреливаться, как мог, благодаря чему поток пуль немного поубавился – но Тони просто шёл напролом, будто они все были лишь грязью под ногами, раскидывая их в стороны с такой силой, что Стив слышал хруст ломающихся костей. Он не мог поверить, что это происходило на самом деле. – Выход в той сторо… – Я знаю, что делаю, – прорычал Тони, разворачивая целое устройство, которое представляла собой его броня, чтобы встать лицом к Стиву. – Заткнись. Ты меня понял? Заткнись. Ты мне сейчас не нужен. Ты мне вообще больше не нужен. У меня есть броня. Я выберусь сам. Эти слова ударили по его ушам сильнее, чем все эти выстрелы, но он отбросил это чувство. Он не мог ожидать ничего другого. Поэтому он просто кивнул и опустил голову. – Прости. Тони замер на мгновение, и Стив услышал, как тот издаёт тихий раздражённый стон. Он двинулся вперёд, будто хотел протянуть руку и проверить, действительно ли Стив здесь или нет… но за его спиной раздались новые выстрелы, и Тони развернулся, недовольно качая головой. – Боже, у меня нет на это времени. Ты просто… Стив развернулся прежде, чем Тони успел закончить, потому что услышал звук приближающихся шагов у себя за спиной. Он вжался в небольшое углубление в стене и увидел четырёх человек, показавшихся в коридоре, из которого только что вышли они с Тони. – Тони, уходи, – сказал ему Стив, снова поднимая автомат и отмахиваясь рукой. – Я прикрываю спину. – Я… Роджерс… – ПОШЁЛ! Стив смотрел, как тот стоял в растерянности ещё пару секунд, прежде чем развернуться и продолжить свой путь вперёд. Он сжал челюсть и вернул взгляд на коридор, приготовившись к новым солдатам, чьи голоса эхом раздавались в воздухе. Он опустил оружие на плечо и начал стрелять, и каждая пуля попадала чётко в цель. Пещеры были тёмными и грязными, и рассмотреть что-либо было очень непросто, но Стив неустанно тренировался, поэтому темнота ему ничуть не мешала. Как только весь проход был очищен от возможных угроз, Стив пошёл дальше, следуя по пути, уже освобождённому Тони. Он осторожно вышел через проход, из которого были вырваны двери, и у него ушло несколько секунд, чтобы осознать чистейшую силу, которой обладает Тони. Это было безумием – Стив никогда в жизни не видел ничего подобного. Ну, конечно, если не считать тех сказок, которые его мама рассказывала ему в детстве, про всех этих рыцарей, которые всегда вовремя всех спасали. В каком-то роде броня Тони была схожа с рыцарской. Только у его брони было побольше огнестрельного оружия. Вдруг ещё один человек выбежал из ниоткуда, без оружия, но с бейсбольной битой в руках. Он закричал и замахнулся над головой Стива, и Стив едва успел вовремя увернуться и вжаться в стену. Автомат выскользнул из хватки, когда он ударился об стену, и ему пришлось оставить его, чтобы увернуться от следующего удара. Мужчина практически не контролировал себя, был очевидно не тренирован – Стив откатился в сторону и вытащил нож, чтобы быстро метнуться к открытой шее боевика. Тот сразу же упал, и Стив вытер рукавом кровь со своего лица, прежде чем поднять автомат и продолжить идти, перешагивая через мёртвые тела и собирая по пути больше оружия. Впереди раздался ещё один взрыв, и Стив поднял голову и начал бежать. Этот костюм был сильным, но Стив не имел ни малейшего представления, сколько он сможет выдержать. Когда он услышал новый взрыв спустя пять секунд, его ноги понесли его ещё быстрее. Господи, он не мог потерять Тони сейчас, когда они оба были так близко… С автоматом наперевес он выбежал в более открытое пространство, освещённое солнечным светом со стороны входа. Он сразу же заметил Тони, который склонился над кем-то, но Стив не мог разглядеть как следует. Рядом с входом в пещеру под кучей дымящихся обломков лежал мужчина. Тони тихо что-то бормотал ему, и Стив медленно подошёл ближе, проверяя помещение на другие входы и следя за тем, чтобы никто не вошёл незамеченным. Когда Стив снова посмотрел на мужчину, он осознал, что именно этого человека он видел чуть ранее, бегущего по коридору и размахивая автоматом, как сумасшедший. Пазл сошёлся. Он пытался их задержать. И судя по тому, как Тони на него смотрел, они стали друзьями. У Стива оборвалось сердце – ещё один человек плюсом к длинному списку тех, кого потерял Тони. Потому что по луже крови, окружавшей его, было понятно, что этот мужчина не выберется отсюда живым. Он дождался, пока его глаза закроются, затем прошёл вперёд и осторожно положил руку Тони на плечо. Тот напрягся и поднял руку, пока не понял, что это Стив, и снова расслабился. Его глаза были стеклянными. – Нам нужно идти, – тихо сказал Стив, сожалея, что не может поддержать его сейчас, потому что у них просто-напросто нет времени. – Нам нужно убедиться, что он погиб не напрасно. Тони бросил взгляд на выход из пещеры, и в выражении его лица читалось столько ярости, что Стив отступил на шаг назад. – Не напрасно, – сказал он, поднялся на ноги и повернулся к выходу, сквозь который лился солнечный свет. Он поднял руку к лицу и резко опустил лицевую пластину. Стив вытер пот со лба и осмотрелся по сторонам. – Какой у нас план? – спросил он. Тони замер и затем повернулся к нему. Его взгляд был пустым. – Ты убираешься из моей головы и больше не возвращаешься, – резко ответил он. И затем, прежде чем Стив успел что-то сказать, Тони начал шагать к выходу. Стив моргнул и бросился за ним вдогонку. – Тони... Тони, чёрт, они все ждут тебя снаружи, это суицид… Тони резко обернулся с раздражённым стоном и отбросил Стива назад ударом в грудь. Он запнулся о кучу мешков с песком и упал на бок, автомат впился ему под рёбра, из-за чего он громко вскрикнул от боли. Когда он поднял взгляд, Тони уже отвернулся и затем вышел на свет. Стив протянул руку, но было уже поздно. Пули начали литься непрерывным потоком, и Стив свернулся за кучей мешков, не в силах даже посмотреть, упал Тони под этим огнём или нет. Пулемётная очередь длилась не меньше десяти секунд, и Стив слышал, как пули рикошетят от металла в каменные стены вокруг него. Когда шум наконец стих, Стив резко поднял голову, дикими глазами пытаясь найти тело. И он его нашёл. До сих пор твёрдо стоящим ровно на том же месте на выходе из пещеры, будто бы ничего не случилось. – Моя очередь, – прорычал Тони и поднял руки, чтобы потопить мир в огне. Стив в немом восхищении смотрел, как огненные потоки вырываются из рук Тони. Он не видел, что именно тот поджигает, но судя по крикам и воплям снаружи, скорее всего, цели своей тот достиг. Поднявшись на дрожащих ногах, он поднял за собой автомат и подошёл ближе, держась края пещеры, чтобы не попасть под раздачу, пока Тони палит из всех орудий. Довольно буквально. Тони продвигался вперёд и неустанно поливал всё огнём, и Стив наблюдал за этим со смесью ужаса и восхищения. Тони уничтожал каждый тент, каждую бомбу и каждый контейнер. Стив знал, что это слишком опасно: Тони взнесёт всю гору на воздух такими темпами, но его это, похоже, не волновало. Он продолжал идти только вперёд, и вперёд, и вперёд. Стив заметил стрелка, присевшего на выступе скалы и целящегося Тони в голову. Не раздумывая, Стив бросился вперёд в открытую местность и сделал несколько выстрелов, пока боевик не упал на землю. После этого… ну, он уже раскрыл свою позицию. Теперь ему с тем же успехом остаётся идти только вперёд. Карабкаясь по камням и пытаясь не замечать жгущего жара от горящей древесины и афганского солнца, Стив последовал за Тони. Он стрелял во всё, что можно, убирая боевиков, которые окружали их по всей горе. Они падали на землю, как мухи, понятия не имея о второй угрозе со стороны гор в лице Стива, и он заметил, как Тони на секунду повернул к нему голову, когда очередной стрелок упал на песок рядом с ним. Однако эта секунда промедления значила, что он остался не защищён с правой стороны, и Стив закричал ему, чтобы тот пригнулся, когда начался очередной заряд пуль, но он не успел – Тони запнулся под давлением огневой мощи и упал на колени, когда одна из пуль, по всей видимости, попала в механизм его брони. Это было глупо – глупо и смешно пытаться добраться до него сквозь непрерывный шквал огня и пуль – но Стив всё равно это сделал. Закашлявшись от дыма в лёгких, он прикрыл лицо и бросился вперёд, второй рукой пытаясь найти Тони. Его имя сорвалось с губ, но тут же превратилось в сдавленный крик боли, когда одна из пуль прошила его плечо. Тони не сдвинулся со своего места на земле, он лишь равнодушно наблюдал, как Стив прорывается к нему. Затем за долю секунды он, похоже, принял решение. Он резко бросился вперёд, добрался до Стива за три больших шага и обернул металлическую руку вокруг него. Стив слышал, как пули бьются о его костюм. Он сделал рваный вдох, когда воздух вокруг них нагрелся слишком сильно, чтобы нормально дышать. Буквально через считанные секунды всё это место взлетит на воздух. Он слабо сжал руку Тони, пытаясь выдавить из себя слова. Но Тони сделал это быстрее: – Держись, – приказал он, и затем без какого-либо предупреждения Стив почувствовал, как всё перевернулось у него внутри, и внезапно они уже… ...летели. Они летели. Он открыл рот в беззвучном крике, глядя, как земля под ногами отдаляется от них быстрее, чем он считал возможным. Жара ненадолго сменилась потоком воздуха, который больно ударил по его чувствительной коже, и Стив резко втянул ртом воздух, так сильно сжав Тони, что в его костюме наверняка останутся вмятины от пальцев. Ему казалось, что он спит. А как иначе? Не могло же это всё происходить на самом деле. Никак не могло. Пока они разрезали небо, словно ракета, Стив смотрел, как горный хребет взрывается под ними, и не чувствовал ничего, кроме ненормальной радости. Они это заслужили. И он даже не был уверен, что это всё происходило по-правде, или же он просто очень, очень сильно ударился головой, но ему это нравилось в любом случае. На такое было приятно посмотреть. Затем из ног Тони внезапно перестал идти огонь, пока они всё ещё находились в воздухе, и весь хороший вид и приятные мысли исчезли так же быстро, как и появились. Стив почувствовал, как руки Тони сжимаются вокруг него мёртвой хваткой, и увидел быстро приближающуюся песчаную дюну. Он закричал и услышал, что Тони закричал рядом с ним, и они оба падали с такой скоростью, что можно было не сомневаться, что им обоим конец, когда они приземлятся… – ПРИГОТОВЬСЯ! – закричал Тони, вдруг принимая в воздухе такое положение, чтобы его спина приняла весь удар на себя, а Стив оказался сверху, окружённый безопасностью брони Тони. Стив закрыл глаза и спрятал голову у Тони под подбородком, молясь богу, которого он оставил много лет назад, чтобы тот просто позволил ему остаться с Тони, пожалуйста, просто позволь им не умереть сейчас. Они ударились о песок, и Стив захватил ртом воздух, и вокруг остались лишь песок, и жар, и боль, и...