Вымощена Благими Намерениями

Тони

Кровь была абсолютно повсюду. Кровь Стива. На его руках. Лице. Волосах. Он чувствовал её запах, чувствовал её вкус. Она смешалась с кровью Инсена, с его собственной кровью, с глубокими красными реками, льющимися из Гульмира из-за его оружия, кровью всех невинных людей, и её было так, так, так много… – ...успокойся, Тони, всё в порядке, всё в порядке, ты в безопасности, я с тобой! – чьи-то руки схватили его за плечи и удержали на месте, и только в тот момент он осознал, что пытался вырваться. Тони резко дёрнулся в сторону, пытаясь отбиться от их рук, пока они не сломали ему что-нибудь или… но потом что-то щёлкнуло у него в голове, и он осознал, что голос и запах ассоциируется в его сознании с безопасностью, с теплом. Роуди посмотрел на него с глубокой обеспокоенностью во взгляде и удержал плечи Тони своими руками. Они находились в каком-то тёмном месте, наполненным непрекращающимся тихим гулом. Тони вспомнил. Вертолёт… военные их нашли. Роуди. Роуди подобрал их обоих, и сейчас они летят на медицинскую базу… – Стив, – хватая ртом воздух, вскрикнул Тони и повернул голову, отчего его вскрик перешёл в мучительный стон, когда его рука взорвалась резкой болью. Он лежал на больничной койке, но он не помнил, как он здесь оказался. – Где… Стив, где он… – Он в операционной, Тони, тебе нужно успокоиться, всё в порядке, мы… Тони бессильно попытался оттолкнуть его руки и скатился с койки. Роуди удивлённо вскрикнул, когда Тони со стоном упал на колени. – Прекрати, Тони, тебе нужно оставаться на месте… Тони отчаянно вцепился в плечо Роуди, его глаза были огромными и испуганными. – Пожалуйста, – умолял он, – я должен его увидеть. Мне нужно знать, что он… Тони так повезло, что Роуди такой хороший друг и знает Тони достаточно хорошо, чтобы понимать, что сейчас Стив ему нужен гораздо больше, чем отдых или больничная койка. Несмотря ни на что – несмотря на непонимание, на все вопросы, которые, должно быть, роились у него в голове – Роуди просто сжал челюсть и кивнул, затем обнял Тони за пояс и поднял на ноги, чтобы вывести его из небольшой медицинской палаты. Тони смотрел, как боль разноцветными фейерверками взрывается под его веками, но закусил губу и не стал этого показывать. По его голове словно били кувалдой, и давление на ногу было практически невыносимым, но это всё уходило на второй план, когда речь шла о сумасшедшем, диком желании найти Стива, быть с ним рядом. Стив закрыл его от пули, чтобы спасти ему жизнь. Стив истекал кровью у него на руках и говорил ему, что любит. И вполне вероятно, что он уже мёртв. Роуди вёл их по коридору, по которому носились разные люди. У Тони всё расплывалось перед глазами, но когда он осознал, что они уже близко, он вскинул голову и сфокусировался. Его рука сжала плечо Роуди, когда они подошли вплотную к небольшому помещению со стеклом в стене… У Тони резко выбило воздух из лёгких, и внезапно его накрыло чувство тошноты, из-за которого он согнулся пополам. – Он жив, – успокоил его Роуди, принимаясь шептать ему на ухо. – Тони, он жив. Просто сконцентрируйся на этом сейчас, ладно? На борту работают наши лучшие военные медики. Они сделают для него всё, что в их силах. Тони прижал руку к стеклу, глядя на хирургов и ассистентов, окружающих неестественно неподвижную фигуру Стива, с блестящими приборами и кислородными масками в руках. Он не мог отвести взгляд – замер в одном положении, глядя на кровь, которая пропитала абсолютно всё. – Я не могу позволить ему умереть, – истерично прошептал он. – Я не могу… эта пуля предназначалась не ему, она не… он не… его вообще не должно было там быть, этого вообще не должно было случиться… Роуди крепко его обнял, когда Тони застонал, окончательно потеряв способность членораздельно говорить. Его руки дрожали на плечах лучшего друга. Всё это было так, так неправильно. – Роуди, – едва слышно прошептал он, – что мне делать? Тот сильнее его обнял и спрятал лицо у Тони на плече. – Продолжать жить, – тихо ответил Роуди, поглаживая Тони по спине. Тони пытался дышать как можно спокойней, пока наблюдал за работой хирургов. Роуди стоял рядом с ним всё это время и поддерживал его, чтобы он не упал. В какой-то момент Тони практически отключился – но даже тогда он отказался позволить себя увести. Он никуда не собирался уходить. Стив ведь не ушёл. По ощущениям прошла целая вечность, но в реальности, наверное, около двух часов, прежде чем один из хирургов наконец вышел из операционной и нашёл взглядом Тони и Роуди. Тони машинально бросился вперёд и только благодаря быстрой реакции Роуди не свалился плашмя на пол. – Он выжи…? – Тони резко закашлялся и посмотрел на хирурга влажными глазами. – Он в порядке? – выдохнул он, ощущая себя на лезвии ножа. Хирург кивнул и устало улыбнулся: – Мы стабилизировали его состояние, – сказал он, и Тони громко с облегчением выдохнул и осел в руках Роуди. – Вот только что. Нам невероятно повезло, что мы нашли его вовремя. Ещё минута, и потеря крови стала бы летальной. Пуля не задела сердце, поэтому нам удалось извлечь её без дополнительных осложнений. Мы можем ожидать полного выздоровления с течением времени. У Тони подкосились колени, когда его накрыла невероятная волна облегчения. – Спасибо вам, – слабо выпалил он, пытаясь дышать, – о, боже, спасибо вам… спасибо, спасибо, спасибо… Роуди принял весь его вес на себя, когда Тони позволил своим конечностям окончательно расслабиться. Он так сильно устал. Ему казалось, что, сделай он ещё один шаг, он просто распадётся на части. Естественно, это его не остановило – как только хирург перестал говорить вещи, связанные со Стивом и его выздоровлением, Тони развернулся и снова бросился к стеклу, пытаясь удержать равновесие. Однако оно оказалось немного дальше, чем он ожидал, и в этот раз, когда он запнулся, Роуди уже его не поймал. Его руки ударились о холодный пол, и он зашипел. Роуди начал что-то кричать, но Тони не слышал его, а затем кто-то поднял его и начал уводить от стекла. – Нет, – он слабо покачал головой, пытаясь вырваться, – нет, мне надо остаться… – Даже не рассчитывай на это, – сейчас голос Роуди уже звучал строго и решительно, и руками он крепко удерживал Тони, уводя его от Стива. – Ты отключишься прямо на чёртовом полу, если останешься здесь. Тебе нужен отдых… – Пошёл ты! – зашипел Тони, пытаясь упираться ногами. – Пошёл ты, мне надо остаться, пожалуйста, мне нужно… не могу оставить его, я должен… – он снова дёрнулся, понимая, что ведёт себя истерично, но ничего не мог с собой поделать. Стив – это всё, что у него было. Он понятия не имел, действительно ли всё это спасение реально, или это плод его воспалённого воображения, но Стив… он держался за одну лишь идею о Стиве месяцами, и он просто не мог отпустить его теперь, он просто не мог. Его схватили руки, другие руки, незнакомые руки, и он закричал, но они не отпускали. Прямо перед ним Роуди размахивал ладонями у него перед лицом и говорил ему что-то, но Тони не слышал, а потом он почувствовал холодный укол на шее и… *** Это было печально, но он уже начал привыкать к пробуждению в больнице. Он понял, что лежит в больничной палате, ещё до того, как открыл глаза. Запах являлся отличным показателем – резкая вонь антисептика приставала ко всему и ко всем, кто здесь находился. Затем он различил звук своего собственного сердцебиения на кардиомониторе где-то справа от него, и, кажется, его сердце билось спокойно и вполне по-здоровому. Это было приятно. Хотя бы сердечный приступ он себе ещё не заработал. Тихо вздохнув, он открыл глаза. Постоянная вибрация вокруг него куда-то делась, и он осознал, что они, должно быть, успели приземлиться за то время, что он провёл без сознания. Однако он сомневался, что они находятся в Америке – судя по виду из окна, пейзаж здесь явно не американский. – И он снова с нами! – объявил кто-то справа от него, и он перевёл взгляд на Роуди, который сидел рядом с его койкой. Тот устало ему улыбался, под его глазами залегли тёмные синяки, и он сжимал в своей руке руку Тони. Тони улыбнулся в ответ и чуть сжал пальцы: – К сожалению, – хрипло ответил он. Роуди с улыбкой покачал головой и окинул Тони взглядом: – Ты выглядишь как дерьмо, друг, – заключил он. – Ну, ты тоже уже не первой свежести, медвежонок, – Тони попытался немного приподняться, но быстро передумал, когда всё его тело свело спазмом боли. Выходит, он всё ещё не до конца восстановился. Неудивительно. – Когда ты спал в последний раз, а? – В 2005-ом, – без раздумий ответил Роуди и откинулся на спинку стула. Тони засмеялся, радуясь присутствию друга. Разговаривать с Роуди было проще всего на свете, и Тони так сильно по нему скучал. Рядом с Роуди всё всегда становилось лучше. Он посмотрел на своего лучшего друга, который смотрел на него в ответ. Улыбка быстро сошла на нет с его лица, оставляя после себя открытую обеспокоенность, прятавшуюся до этого за ней, и его рука крепко сжала руку Тони. – Весь персонал, который это видел, подписал договор о неразглашении под моим надзором, – тихо сказал Роуди. Он не уточнил, о чём речь, но Тони прекрасно понял, о чём он говорит. – В любом случае, видел это только хирург. Всё остальное я сделал сам. Тони медленно кивнул и посмотрел вниз: – Спасибо, – с чувством поблагодарил он и закрыл глаза. Большая часть произошедшего до сих пор казалось ему нереальной, будто он в любой момент мог проснуться и снова оказаться дома, и ничего не будет торчать у него из груди, и ничего не будет в синяках, или сожжено, или сломано, и он просто будет… в порядке. – Как Стив? – спросил он и приподнялся немного, несмотря на боль. – Он в порядке? Ничего же не случилось, пока я был в отключке, да? Роуди устало улыбнулся и кивнул головой в другую от Тони сторону: – Сам посмотри, – сказал он. Тони медлил от удивления лишь секунду, а затем немного сдвинулся и заметил койку всего в паре метров от себя. На ней лежал Стив. На нём уже не было кислородной маски, и он самостоятельно дышал глубоко и ровно, и пускай вокруг него всё равно стояло достаточно много медицинской аппаратуры, он уже не выглядел так, будто находился на грани жизни и смерти. Роуди остановил его, прежде чем он успел скинуть ноги на пол. – Не-а, – твёрдо сказал он. – Боюсь, я вынужден тебя остановить. Тебе придётся остаться в своей койке, иначе ты повредишь своё колено настолько, что тебе останется только инвалидное кресло. Ты этого хочешь? Тони не мог оторвать взгляда от груди Стива, которая медленно поднималась и опускалась. – Наверное, нет, – признал он, и через несколько секунд наконец перевёл взгляд на свою койку. – Можешь сдвинуть меня ближе? Роуди скривился: – Тони… – Пожалуйста, – попросил он, глядя на друга своим самым жалобным взглядом. – Пожалуйста, я просто… сделай это? Для меня? Одну малюсенькую-милепусенькую услугу? Роуди фыркнул: – Одну малюсенькую-милепусенькую… друг, я три месяца прочёсывал пустыню, пытаясь найти твою жалкую задницу… Тони закатил глаза и застонал: – Роуди! – Господи, ладно, не ори! – Роуди тяжело вздохнул и поднялся со стула, чтобы снять предохранители с колёс койки. – Чёрт, теперь я понимаю, почему Пеппер говорит, что я слишком тебя балую. Тони лишь мило улыбнулся и повернулся обратно к Стиву, и Роуди медленно подвёз его ближе, пока их кровати не оказались вплотную. Тони протянул руку к груди Стива и осторожно положил ладонь на бинты. Он медленно провёл пальцами по краям, концентрируясь на том, как Стив дышит – вдох, выдох, вдох, выдох. Стив жив. Тони жив. Они оба выбрались. И каким-то чудом они оба выжили. – У меня так много вопросов, – тихо сказал Роуди предельно серьёзным голосом, весь юмор исчез из него так быстро, что Тони подумал, что его там и не было изначально. Просто напускное, ради Тони. – Очень много вопросов, особенно касательно него, – он ткнул пальцем в сторону Стива, а затем просто вздохнул и сжал плечо Тони. – Но они могут подождать. Вы… вы оба можете мне объяснить, когда он проснётся, хорошо? Потому что я… я ничего не понимаю. Тони фыркнул: – Неудивительно, – признал он. – Поверь мне, я тоже ничего не понимал. И я уверяю тебя, для меня это всё было в несколько раз страннее. Роуди тепло усмехнулся: – Могу представить, да. Лицо Стива было расслабленным, почти что умиротворённым. Он всё ещё выглядел слишком серым, слишком болезненным, но… чёрт, по крайней мере он всё ещё дышал. Он всё ещё был здесь. Тони вздохнул, убрал руку с груди Стива и вместо этого сжал его ладонь. Он переплёл их пальцы и закрыл глаза. Итак. Они пережили весь ужас. И теперь им придётся разбираться с последствиями. Похоже, движение Тони каким-то образом разбудило Стива. Его рука сжалась в ответ. Совсем немного. Слабо и неуверенно. – Стив? – тихо прошептал Тони. Не сразу, но Тони всё-таки дождался, когда пара голубых глаз медленно посмотрит на него из-под полуоткрытых век. Стив выглядел так, будто до сих пор не проснулся, но это не остановило его от того, чтобы еле слышно позвать Тони по имени. Рядом с ними его кардиомонитор ускорился, и Тони немного истерично засмеялся и наклонился ближе, несмотря на боль. Роуди похлопал его по спине и вышел из палаты, сказав напоследок, что он проследит, чтобы Тони и Стива никто не беспокоил какое-то время. Тони не мог отвести глаз от Стива, от его слабой улыбки, от его руки, которая потянулась к Тони. – Привет, – хрипло прошептал Стив. Тони снова засмеялся, качая головой. Его жизнь была один сплошным безумием – ему предстояло закрыть дело всей своей жизни, он провёл в плену у террористов три месяца, а сейчас наёмный убийца и по совместительству его бывший парень лежал рядом с ним и говорил ему ‘привет’ после того, как закрыл Тони своей грудью от пули, предназначавшейся не ему. Да, раньше его жизнь была определённо нормальней. – Всё было бы в сто раз эффектней, если бы мы оба не были полумёртвыми сейчас, – выпалил Тони первое, что пришло ему на ум. – Господи, Стив, если ты думал, что до этого я злился, то можешь быть уверен, то были ещё цветочки, ты, мудила. Стив вздохнул и выдохнул с усмешкой, снова закрывая глаза. – Прошу прощения, – пробормотал он. – Я умер? Тони покачал головой, сильнее сжимая его руку. – Как ни удивительно – нет, – проинформировал он и на секунду почувствовал запах крови в воздухе, смешанной с песком… но быстро отогнал эти мысли. Для всего есть своё время и место, в конце концов. – Как оказалось, Роуди и Десять Колец добрались до нас практически в одно и то же время. Когда ты потерял сознание, вертолёт уже приземлялся. Они спасли твою жизнь, Стив. Стив ничего не отвечал пару секунд, а потом лишь удивлённо промычал: – Оу. – Да, я сказал то же самое, – с сарказмом сказал Тони. – Ты хотя бы знаешь, насколько ничтожной была вероятность того, что мы оба выберемся оттуда живыми? Ты хотя бы представляешь, насколько плачевно и ничтожно маленькой она была? Я смотрел на бегущего ко мне Роуди, посреди грёбаной пустыни, пока ты истекал кровью у меня на руках, и всё, о чём я мог думать – это ‘оу’. Он засмеялся и закрыл лицо руками, подавляя желание застонать. Это ощущалось нереальным. Он вот-вот проснётся и снова окажется в пещере. – Мы сделали это, – прошептал Стив, и Тони поднял на него взгляд, пока тот устало, но искренне ему улыбался. – Это реально. Я обещаю. – Откуда ты знаешь? – тихим и испуганным голосом спросил Тони. Он чувствовал, как дрожат его руки. Стив лишь пожал плечами: – Мне не снятся хорошие сны. А если бы я умер, то оказался бы в аду. Тебя бы там точно не было. Следовательно… это всё по-настоящему. Тони замер и резко закрыл рот. Он даже не знал, как на это ответить. Стив просто продолжал смотреть на него этим тёплым взглядом с небольшой улыбкой на лице, и Тони вдруг понял, что Стив может вообще не осознавать, что происходит. Тони понятия не имел, сколько препаратов сейчас циркулирует в организме Стива, в конце концов. – Я так сильно рад, что ты в порядке, – выдохнул Тони, наклоняя голову и глядя на их переплетённые пальцы. – Я думал… Он почувствовал, как Стив сжимает его руку, а затем поднимает её выше. Его губы медленно прижались к его коже, и он закрыл глаза. – Я тоже рад, – прошептал он. – Сейчас у меня есть больше времени… больше времени, чтобы загладить свою вину. Тони засмеялся: – Знаешь что, мне кажется, после того, как ты выпрыгнул в афганскую пустыню и по своей собственной воле в одиночку проник в лагерь террористов, чтобы попытаться вытащить меня оттуда, а потом закрыл меня собой от пули, я могу закрыть глаза на некоторые моменты нашего прошлого, – он медленно вздохнул и поднял взгляд, чтобы встретиться с восхитительными голубыми глазами Стива. Наверняка именно в них он влюбился в первую очередь. Они были оттенка раннего полуденного неба, но при правильном свете они становились темнее, и Тони казалось, что он видит мерцающую звёздную россыпь вокруг его радужки. – Ты любишь меня, Стив. Я… теперь я это знаю. И да, нам через многое предстоит пройти, много о чём поговорить, и нам будет сложно. Но всё хорошее, что есть в жизни… никогда не бывает простым. За хорошие вещи нужно бороться, – он вздохнул и закусил губу, переводя взгляд на окно. Вдали он видел верхушки гор, окружавших город, в котором они сейчас находились. – Когда я увидел, как ты лежишь там, – он повернулся обратно, снова поднимая глаза на Стива, – когда я увидел, как легко ты закрыл меня собой… я увидел всё в другом свете. В этом мире совсем немного людей, которые бы сделали для меня то же самое, – он усмехнулся. – Я решил, что мне стоит держаться за этих немногих идиотов. Стив держал его взгляд, глядя на него с неверием. Тони услышал, как его пульс ускорился. – Что… что ты имеешь в… – Твои вещи всё ещё в башне, – выпалил Тони. – Возвращайся домой, Стив. Это наверняка было глупо. Роуди и Пеппер убьют его до смерти – Стиву придётся долго объясняться перед ними, прежде чем они хотя бы заговорят с ним. И Джарвис… Джарвису это тоже не понравится. И ещё придётся делать официальные заявления перед СМИ – сейчас у Тони появился новый телохранитель, и Стив не сможет вернуться и притворяться, будто проводит с Тони столько времени, просто чтобы обеспечивать его безопасность. Тони действительно нравился этот парень, Хэппи, так что он не собирался увольнять его ради алиби для Стива. – Ну, если ты хочешь, конечно, – добавил он, когда Стив так ничего и не ответил. – Я… мы можем начать всё сначала, если ты… или нет… я просто подумал… Стив покачал головой, и Тони тут же захлопнул рот, чувствуя, что его сердце вот-вот пробьёт реактор изнутри. Но когда Стив улыбнулся, тепло, и счастливо, и немного неверяще, Тони просто знал. У них всё будет хорошо. – Я пойду куда угодно, куда пойдёшь ты, – тихо сказал Стив. – Я… я не заслуживаю тебя, но… я клянусь, что я не подведу тебя снова, я клянусь, Тони, я люблю тебя. Люблю. Тони подался вперёд, с трудом перелезая через перила, пока не оказался на одной койке со Стивом. Он зажмурился от боли, когда ударился рукой, но это было ничем по сравнению с желанием просто… быть как можно ближе. Сегодня он почти потерял Стива. Воспоминание о том, как он истекал кровью на песке, точно не оставит его ещё долгое, долгое время. Раньше он думал, что ему не может стать ещё больнее, чем когда Стив ушёл от него. Но когда он был там, когда он смотрел, как закрылись глаза Стива, зная, что они находятся посреди пустыни, и он ничего не может сделать… это было хуже. Это было настолько хуже. Он опустился на одну подушку со Стивом, спрятал лицо у него в шее и закрыл глаза. Он так сильно устал. Ему ещё так много предстоит сделать, исправить. Но у него есть Стив. И прямо сейчас ему больше ничего не нужно. – Роуди тебе врежет, когда ты поправишься, – пробормотал он, чувствуя, как Стив склонил голову ближе к нему. – Я ничего не имею против, – не задумываясь, ответил Стив. – Это я точно заслужил. Тони громко вздохнул: – Всё изменится, знаешь, – предупредил он. – Я не… я уже не тот человек, которого ты знал. Стив ничего не ответил, но нежно поцеловал его в лоб и затем прижался к нему своим лбом. – Если ты можешь принять меня, то я совершенно точно смогу принять тебя, – пообещал он. – А сейчас засыпай, Тони. Мы начнём исправлять мир завтра, окей? Пока что ты всё ещё должен поправиться. Тони закатил глаза, но не стал спорить. У него не осталось ни капельки сил – похоже, он мог оставаться в сознании лишь короткие промежутки времени, и его организм не выдерживал больше. Поэтому вместо того, чтобы продолжить говорить, он просто ближе прижался к Стиву, пытаясь не повредить сломанные кости и свежие швы. – Исправлять мир завтра, понял, – медленно согласился он. И он действительно имел это в виду. В его голове уже начинали формироваться идеи – планы, как вернуть свою компанию, своё оружие, свою жизнь. Он начнёт помогать людям. Он всё исправит. Но пока что стоило послушать Стива. Им нужно поспать. Поэтому он поцеловал его в шею и спокойно уснул. *** Возвращаться домой было странно. Ну. Странно – это ещё мягко сказано. Это было глупо, но ему казалось, будто он идёт прямо в ловушку. Будто всё нереально, будто он вот-вот окажется в ещё более дерьмовой ситуации, потому что позволил себе поверить в ложное ощущение безопасности и защищённости. Он понимал, что это нелепо. Но эти мысли было трудно контролировать. Первый шаг на американскую землю стал практически ошеломительным для него. Все те вещи, по которым он так болезненно скучал всё это время, внезапно обрушились на него мощной волной впечатлений, и ему показалось, будто его ударили кирпичом по голове. Запах горячего асфальта. Влажный воздух. Звук американского акцента, прохладный атлантический бриз, всё это, всё это снова окружало его. Он помнил каждую мелочь так хорошо, будто видел это всё только вчера, но скучал по этому так, как можно скучать только по чему-то, что ты оставил за спиной десятки лет назад. Для Тони это совершенно однозначно ощущалось десятками лет. Столько всего изменилось с последнего раза, когда он был здесь. Ну, хотя бы запах мусора и хот-догов, которым был пропитан воздух Нью-Йорка, всё ещё оставался неизменным. Тони был даже рад этому. Его ладонь была крепко прижата к реактору всю дорогу до пресс-конференции, и в какой-то момент он осознал, что отчаянно скучает по возможности сделать нормальный глубокий вдох. Он привык к реактору за всё это время и сейчас уже едва замечал его, но иногда он пытался глубоко вдохнуть и затем осознавал, что этот глоток воздуха совсем нельзя назвать глубоким. Его лёгкие просто больше не были на это способны. Десять Колец так много у него забрали. Даже это. Он незамедлительно примется за поиски Стейна. Как оказалось, перед судом того выпустили под залог, и он исчез уже спустя несколько дней после освобождения. Никто о нём больше и не слышал, и Тони прекрасно знал, что Стейн скользкий тип – у него было немало незарегистрированных домов и офшорных счетов – полиция никогда не сможет его найти. Но Тони? Тони доберётся до него, пусть даже это станет последним, что он сделает в этой жизни. На конференции ему было тяжело, но он выстоял от начала до конца с поднятой головой. Он объявил, что Старк Индастриз официально закрывает оружейную промышленность и без промедлений. Толпа просто сошла с ума, что было неудивительно – все вскочили на ноги и начали ослеплять его вспышками камер, задавать вопросы, спрашивать, серьёзны ли его намерения, спрашивать, может ли он передумать – это и ещё миллион всего, каждый вопрос падал словно бомба на его голову. К счастью, он к этому привык. Он отмахнулся от них и попытался не думать о том, что громкие голоса теперь, по всей видимости, подводят его к грани паники, и единственная мысль, оставшаяся у него в голове, кричала громче всех остальных – что он сделал не так на этот раз? У него до сих пор немного сдавали нервы после всего случившегося, только и всего. Это пройдёт. Пока он стоял там перед людьми и камерами с быстро бьющимся сердцем в груди и сжатыми кулаками, он вспоминал каждый момент, когда он пытался сделать это раньше – каждый раз, когда Оби хлопал его по плечу и тихо затыкал ему рот, прежде чем он успевал хотя бы закончить предложение, наставлял Тони на путь, который ‘подходил ему лучше всего’. Но только Тони можно было винить за то, что он слепо следовал его советам. В этой ситуации он был далеко не невинной жертвой. И пускай даже он намеревался всё исправить, он знал, что это будет очень непросто. Дорога к искуплению не будет лёгкой, и Тони не верил, что ему когда-нибудь удастся расплатиться за свою наивность, которая привела к непоправимым последствиям. Но, может, это было и к лучшему. Он ни от кого не заслужил прощения, ещё нет. Правда у него имелась пара мыслей, откуда ему начать. ‘Ты великолепно справился’, написал ему Стив позже, добавляя улыбающийся эмоджи в конце сообщения, как он всегда делал – и, боже, только это уже заставляло его сердце биться как бешеное, потому что он месяцами не получал сообщений от Стива, и ему было достаточно грустно, чтобы даже такая мелочь имела для него значение. ‘Скажи это совету директоров’, ответил он, затем вскинул взгляд и посмотрел на ожидающую его машину. Он улыбнулся, когда Стив ответил ему практически незамедлительно – похоже, в этот раз он решил держать своё слово. ‘Мне говорили, что я могу быть очень убедительным, когда хочу’ ‘Это потому что ты угрожаешь людям пистолетами и острыми предметами, Стив.’ ‘...Не всегда. Иногда у меня просто недружелюбное лицо.’ Тони засмеялся и задумался, что это о нём говорит, если ещё неделю назад он ненавидел Стива изо всех сил, а сейчас шутит над тем, что причинило ему столько боли до этого. Но опять же, никто никогда не говорил ему, что он справляется с проблемами эмоционально здоровыми способами. Его телефон снова завибрировал, и он опустил взгляд. ‘Но если серьёзно, просто продолжай настаивать на своём. У тебя всё получится. Я люблю тебя & я вернусь сразу же, как меня отпустят. Я обещаю’ Он просто растерянно моргал какое-то время, глядя на это сообщение, ведь ему всё ещё тяжело было поверить в эти слова, даже если он видел их прямо перед собой. Несмотря ни на что – несмотря на то, что Стив сказал и сделал, чтобы доказать свои чувства – ему всё ещё было… тяжело, вот и всё. Поверить в это. Он без сомнений знал, что это правда – люди, которые не любят тебя, никогда не дадут тебе столько силы, чтобы разрушить их, Тони знал это не понаслышке – но воспоминания о всей той боли не оставят его ещё долгое время. У него выдались непростые несколько месяцев. Но они со всем разберутся. Он это точно знал. ‘Я тоже тебя люблю. Захвати пончиков, когда поедешь домой’, отправил он с улыбкой, прежде чем бегом добежать до своей машины и залезть внутрь. Через три секунды Пеппер села рядом с ним, отбрасывая пряди идеально выпрямленных волос с лица, и громко выдохнула, расслабляясь в мягком кожаном сидении. Она повернулась к нему со взглядом, который прекрасно демонстрировал, насколько она ‘рада’ его выходке. – Спасибо, что предупредил, – недовольно огрызнулась она, затем схватила его руку и переплела их пальцы. – Ты козёл. Ты хоть представляешь, сколько пожаров мне предстоит потушить? Ты знаешь, сколько директоров озверятся на нас? Ты вообще осознаёшь уровень… – О, как же хорошо вернуться домой, – сказал Тони, тихо вздохнув, откинулся назад и закрыл глаза. В Кабуле ему выдалось отдохнуть три дня в больнице, прежде чем они вылетели обратно, но он до сих пор чувствовал себя смертельно уставшим. Наверное, всё дело в трёх месяцах пыток. Но что было ещё хуже, так это то, что ему пришлось оставить там Стива. Тот был в недостаточно хорошем состоянии, чтобы лететь назад, но Тони пришлось улететь, чтобы сделать официальные заявления, прежде чем пойдут слухи, поэтому сейчас они снова не вместе. Однако на этот раз Стив пообещал отвечать на его звонки и сообщения и пока что не нарушил своё обещание. В любом случае, у Стива вместе с ним остались все его бариста/наёмные убийцы/друзья. После того, как они разорвут его на мелкие кусочки за то, что тот выпрыгнул от них с вертолёта, они о нём позаботятся, Тони был в этом уверен. Пеппер долго на него смотрела, а затем просто вздохнула и подняла руку, чтобы быстрым движением заправить прядь волос за ухо. Второй рукой она так и сжимала руку Тони. – Ты просто катастрофа, Тони Старк, – сказала она, но её голос был мягким, и она просто улыбалась ему, немного устало, но в основном лишь с облегчением. Он улыбнулся в ответ: – Поверь мне, всё будет только хуже, – нагло заявил он. – Последний шанс смыться, пока всё вокруг ещё не начало гореть адским пламенем. – Мистер Старк, тут всё горело адским пламенем с самого первого дня, – она чуть склонила голову набок и ухмыльнулась ему. – Иногда даже в буквальном смысле. Я всё ещё не забыла про тот двигатель, к твоему сведению. – Эй, да ладно тебе, там даже взрыва нормального не было, так… немножечко дыма, не преувеличивай… – Ты упускаешь самое важное, Тони, – вставила Пеппер, пока Тони ещё можно было остановить. Она опустила взгляд, затем покачала головой и наклонилась, чтобы поцеловать его в щёку. – Я не для того держала твой бизнес на плаву все эти три месяца, чтобы сейчас смыться. К сожалению, я увязла в этом болоте глубоко и надолго. – О-о-оу, солнышко, – засмеялся Тони, – ты всегда умела делать комплименты. – Ну, если то, что рассказал мне Роуди, хотя бы близко похоже на правду, то я действительно веду себя как настоящий ангел, – сказала она ему с поднятой бровью. – Если я увижу Роджерса в десяти метрах от башни, я проткну ему глаз лабутеном. – Пожалуйста, не надо, мне нравятся его глаза. – Тони, – серьёзным тоном сказала она, полностью поворачиваясь к нему лицом. Её рыжие волосы сияли, словно медь на солнце, и даже россыпь её веснушек казалась более выраженной, чем обычно. Тони так сильно скучал по этому лицу. – Ты точно уверен в том, что делаешь? Уверен в нём? В… боже, да во всём? Он видел, как она анализирует его лицо; её взгляд перешёл от его глаз к порезу на щеке, а затем к спрятанному свету в его груди. Она, несомненно, знала, что там скрывается. Они с Роуди были ужасными сплетниками друг с другом. Он вздохнул и затем улыбнулся. Наконец-то – впервые за столько лет – он действительно знал ответ на этот вопрос. Искренне и уверенно. И да, ладно, это немного дико, что ему потребовалось три месяца в плену и несколько дней в пустыне, чтобы прийти к этому своему озарению, но всё-таки он это сделал. Он действительно имел в виду то, что сказал Стиву. Он больше не был тем человеком, который впервые ступил в те пещеры. Он был сломан, он был покалечен, он был лучше. – Да, – твёрдо сказал он, глядя на пролетающие мимо машины. – Я никогда в своей жизни ни в чём не был так уверен, мисс Поттс. *** Пока Тони ждал Стива на своей кухне, на него нашло неприятное ощущение дежавю. Прошло два дня с последнего раза, когда он видел его, ещё в Кабуле. Тони знал, что даже сейчас Стиву ещё слишком рано возвращаться обратно. Ему предстояла долгая реабилитация, он до сих пор едва держался на ногах из-за этой чёртовой дыры у себя в груди, и ему определённо требовалось находиться под присмотром медицинского персонала. Но, естественно, Стив не был бы Стивом, если бы не возомнил себя умнее всех врачей и не послал их рекомендации куда подальше. Он сел на первый рейс до Нью-Йорка и подписался на восемнадцатичасовой полёт в дерьмовом эконом-классе, чтобы вернуться домой. К Тони. Он окинул взглядом гладкие поверхности, идеально ровно расставленную посуду и сверкающие блюда с фруктами. Его не было здесь в течение нескольких месяцев. Джарвис, должно быть, нанял специальных людей, чтобы они присматривали за его домом, пока Тони здесь не было. В последний раз, когда Стив был здесь, Тони направил на него дуло пистолета и приказал никогда не возвращаться. Он закрыл глаза и повернулся к окну, тяжело дыша. Накопившаяся усталость давала о себе знать – он ступил на американскую землю и с того момента работал без передышки. Это было нелегко для такого покалеченного тела, как у него. И сейчас больше всего на свете он хотел отдохнуть. Позволить своему разуму расслабиться, без всяких сомнений, страха и тревожности. Он хотел, чтобы Стив вернулся домой. Он опустил взгляд и посмотрел на часы, чтобы проверить время. 19:09. Стив должен был быть здесь ещё девять минут назад, если верить его словам. 19:00. Стив всегда был таким пунктуальным. Хотя… он мог просто передумать – он наконец осознал, от какой большой пули ему удалось увернуться, когда он ушёл от Тони, и решил, что всем будет лучше, если он просто продолжит держаться от Тони подаль… Перестань, приказал он себе, качая головой. Это было неправдой. Чёрт, Тони как никто другой знал, какими могут быть пробки в Нью-Йорке даже в хороший день. Стив просто опаздывал, вот и всё. И Тони очень сомневался, что Стив так отчаянно отстаивал своё право вернуться домой в самый короткий срок ради человека, которого он всё равно собирался оставить. Все его друзья были с ним, летели тем же самым рейсом, так что не то чтобы он так отчаянно хотел увидеть их. Что оставляло только Тони в качестве того, к кому так торопился Стив. Видите? Всё хорошо. Всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо. – Сэр, – начал Джарвис, и его голос был мягче, чем обычно. Даже его собственный, мать его, робот опасался, что Тони может сломаться в любую секунду, – ваш пульс слегка ускорился. Могу я предложить сделать несколько глубоких вдохов и, возможно, отвлечься на что-то? Я подготовил несколько проектов… – Нет, Джарвис, – Тони махнул рукой и покачал головой. – Никаких проектов. Не хочу думать о подобном сейчас, окей? О, и я хочу, чтобы ты побыл на беззвуке, когда он приедет, ладно? Пожалуйста? Просто… дай нам время, хорошо? Джарвис молчал, и Тони знал, что если бы у него было тело, тот бы сейчас смотрел на него очень и очень разочарованным взглядом. Для длинной линии нулей и единиц этот парень мог вести себя до удивительного заботливо, когда хотел. – Как угодно, сэр, – наконец ответил он, и тон его голоса граничил с недовольным. – Но пожалуйста, позвольте предупредить вас, что если он проявит хотя бы слегка угрожающее поведение, я буду вынужден реагировать с крайней предвзятостью. Тони мягко засмеялся: – Если тебе от этого станет легче, то я даю тебе разрешение убить его первым, если он попытается убить меня. – Благодарю вас, сэр. Джарвис больше ничего не говорил после этого, и Тони позволил себе потеряться в собственной голове, мысли, и идеи, и планы летали там калейдоскопом шума. Казалось, он никогда не мог окончательно перестать думать, каким бы уставшим он ни был – наверное, это его личное небольшое проклятие. Конечно, это было неплохо – из-за этого планировать что-то на будущее было в сто раз легче, но всё же. Иногда было бы здорово, становись в его голове хотя бы немного тише и хотя бы иногда. Он подумал о своей мастерской, внизу, где Марк-1 ждал его на личном сервере во всём своём громоздком великолепии. У Тони были большие планы на этот костюм. В своём начальном виде он был медленным и повреждённым, но Тони знал, как улучшить его. И теперь у него была технология арк реактора, встроенная вручную в его собственную грудь. Он мог превратить этот костюм в нечто абсолютно потрясающее, и с ним он мог помогать людям. Начиная с поселения, в котором жил Инсен, в котором всё ещё распоряжались Десять Колец. Тони должен уничтожить своё оружие, которое до сих пор остаётся действующим по всей планете. Он не остановится, пока последняя ракета или бомба не будет уничтожена, и это было обещанием… Он услышал, как двери лифта открываются, и вскинул голову. Когда его глаза встретились с голубыми глазами Стива, весь воздух покинул его лёгкие в мгновение ока. Стив смотрел на него с неуверенной усталой улыбкой на лице. Он пришёл с пустыми руками, в простых джинсах и футболке. Его волосы всё ещё были длиннее, и он не сбрил бороду, но несмотря на то, что он поймал своей грудью пулю, он выглядел более здоровым, чем в последний раз, когда Тони видел его. Они смотрели друг на друга несколько секунд с двух противоположных концов огромной кухни. Взгляд Стива на долю секунды метнулся к столешнице рядом с ним. Тони знал, что он вспоминает последний раз, когда они были здесь вместе, точно так же, как и сам Тони. – Привет, – сказал Стив очень неуверенно. – Привет, – ответил Тони, нервничая ничуть не меньше. Они неловко переминались с ноги на ногу ещё несколько секунд, пока Тони ждал, что Стив что-нибудь скажет. Тот выглядел более нервным, чем когда-либо раньше, и ему пришлось три раза открыть и закрыть рот, прежде чем он смог выпалить: – Ну и как тут твои де… Он не закончил. Тони Старк оказался в его руках, прежде чем сам успел это понять, потому что он пересёк кухню в пять огромных шагов и сумел слегка замедлиться только в нескольких сантиметрах от заживающей груди Стива. Встав на цыпочки, он осторожно обнял Стива за плечи и прижал к себе, прижимаясь в ответ лицом к тёплой коже Стива и глубоко вдыхая его запах. Стив застыл на секунду, прежде чем пробормотать ‘оу’ между резким вдохом и выдохом… и затем его руки крепко сжали Тони за пояс, вцепляясь пальцами в его рубашку. Все нервы и напряжение моментально испарились, и Тони почувствовал, как Стив тоже расслабляется в его объятии, прижимает лицо к его волосам и делает глубокий вдох. Стив притянул его ещё ближе, не заботясь о своём ранении, и Тони… чёрт, Тони был слишком слаб, чтобы спорить сейчас, он просто был так рад, так безумно рад. Он дома. Он наконец-то дома, чёрт возьми. Они молчали какое-то время, попросту вдыхая и выдыхая друг рядом с другом. Руки Стива гладили его по спине, и Тони проводил пальцами по длинным прядям на его затылке. Стоя рядом со Стивом, Тони прекрасно чувствовал усталость, тяжесть, исходящую от него волнами. Но Стив держал Тони с такой непоколебимой решительностью; столько облегчения, тепла и любви заключалось в этом объятии, что Тони хотел остаться в нём навсегда. – Я скучал по тебе, – тихо прошептал Стив в его волосы и сжал руки ещё крепче на худом теле Тони. – Я так, так сильно скучал по тебе, я думал, что я свихнусь… – Я тоже, – сказал ему Тони неразборчиво, потому что прижимался лицом к его шее. – Я… я так сильно старался забыть, но я не мог… что бы я ни делал, я… я просто не мог… – Я рад, – сказал Стив, и Тони почувствовал его улыбку в своих волосах. – Это эгоистично, это чертовски ужасно с моей стороны, но… я не знаю, что бы я делал, если бы вернулся, и ты не подпустил бы меня к себе. Это была бы пытка… – Тогда не думай об этом, – сказал ему Тони, легонько целуя его шею. – Я здесь. Ты здесь. Никто из нас никуда не уходит, как мне кажется. Стив яростно покачал головой: – Нет, только если ты этого не захочешь, – сказал он, прежде чем тяжело выдохнуть. – Тони… мне так, так, так жаль. За всё. Я что угодно сделаю, чтобы всё исправить, что угодно, я просто… я никогда… я хотел… – Тш-ш-ш, не сейчас, хорошо? – успокоил его Тони. – Мы можем… мы поговорим об этом позже, ладно? Пожалуйста? Я просто… я просто хочу, чтобы ты… был со мной. Здесь, – он тяжело вздохнул и немного отодвинулся назад, чтобы посмотреть на Стива, нос к носу. – Я так устал думать обо всём. Стив внимательно на него посмотрел, а затем закрыл глаза и прижался лбом ко лбу Тони. – Позволь мне позаботиться о тебе, – нежно сказал он. – Сегодня. Завтра. Тогда, когда ты захочешь, только позволь… я хочу помочь тебе. Тони тяжело сглотнул и затем кивнул. Сейчас он уже слишком устал, чтобы быть упрямым или гордым. Сейчас существовали только они со Стивом. – Хорошо, – шёпотом ответил он. Стив улыбнулся и затем поднял руки по его спине, затем по его плечам, пока они не оказались у Тони на лице. Он поднял веки и посмотрел Тони в глаза, нежно гладя его скулы большими пальцами. – Могу я тебя поцеловать? – спросил он, потому что в этом весь Стив – естественно, ему нужно было спрашивать чёртово разрешение, чтобы поцеловать его. Тони закатил глаза и прильнул ближе, приподнимаясь на цыпочках. Когда их губы встретились, Тони очень чётко вспомнил, как сильно он по этому скучал, по одному только сильнейшему и чистейшему ощущению облегчения от осознания того, что он может делать это снова. Поцелуй Стива был нежным и мягким, и он сохранил его таким, даже когда Тони более настойчиво прижался к нему. Он почувствовал его руки на своей шее, на плечах, прежде чем его ладони прижались к его груди, там, где находилась металлическая пластина. Тони замер, опустил взгляд вниз на секунду и снова поднял голову. – Зрелище не из приятных, – тихо предупредил он. – Я… шрамы зажили не очень хорошо, и они всё ещё чувствительные, я… – В тебе нет совершенно ничего, что не было бы красивым, – пробормотал Стив, затем наклонился и поцеловал стеклянную поверхность, спрятанную под рубашкой. – Я обещаю, – он замер, а затем тихонько засмеялся, поднимая взгляд. – Я хотел поднять тебя и посадить на стойку, но затем понял, что моим швам это не понравится. А разорванные швы – это совсем не романтично. Тони улыбнулся: – Да, никакой напряжённой активности, пока не исчезнет угроза обширной кровопотери, договорились? – предложил он, поглаживая Стива по скулам. – Кстати говоря, к твоей бороде очень странно прикасаться. – В хорошем смысле? Тони нахмурился и пожал плечами: – Это сексуально, но мне кажется, что ты больше похож на самого себя, когда ты без неё. Стив кивнул, выпрямился и взял руки Тони в свои. – Сбрею её завтра, – сказал он, начиная тянуть Тони в сторону гостиной. – Ты уже ел? Тони кивнул, прижимаясь к Стиву. Это было так хорошо. Это было так… естественно. Стив хорошо пах, даже несмотря на то, что от него до сих пор исходил запах больничного антисептика, но это всё равно был просто он. Тёплый и мягкий Стив. Боже, как же он скучал по этому. Стив провёл его к дивану, и Тони плюхнулся на тёплые кожаные подушки. Он почувствовал, как Стив проводит пальцами по его волосам и медленно опускается рядом с ним. Тони не ждал приглашения – он прижался ближе, крепко обнимая Стива. Тот довольно вздохнул, одной рукой поглаживая плечо Тони, а второй притягивая его ноги к себе на колени. Тони закрыл глаза и рассеянно поцеловал плечо Стива. – Я собираюсь кое-что сделать, чтобы исправить всё, что натворил Стейн, – объяснил он, обводя пальцами синяк на руке Стива. – Я должен всё исправить. И я исправлю. У меня есть несколько идей. Стив молчал какое-то время, а затем чуть сдвинулся, чтобы посмотреть на Тони. – Они опасные? – спросил он, потому что он прекрасно знал Тони. – Да, – признал он. – Они опасные. Скорее всего, даже граничат с незаконными. Но я должен найти Оби. И я должен вернуть своё оружие. Я сделаю это во что бы то ни стало. Пальцы Стива сжались вокруг его плеча. Тони ожидал аргумента против, какого-то мягкого порицания. ‘Ты сейчас не можешь мыслить здраво, Тони’ или ‘поставив себя под удар, ты никому не поможешь, Тони’. Вместо этого Стив просто поцеловал его висок и продолжил прижиматься к нему лбом, слегка кивнув головой. – Я понимаю, – тихо сказал он. – Но я не позволю тебе заниматься этим в одиночку. Тони замер и затем поднял взгляд. – Стив, я не могу просить те… – Ты не просишь, я предлагаю, – перебил Стив, слабо улыбаясь. – Я хочу выследить этого урода почти так же сильно, как и ты. И я разбираюсь в подобных вещах, я занимаюсь ими. И остальная моя команда будет только рада помочь. Мы могли бы… применить свои навыки для благого дела, знаешь? – он ухмыльнулся, откинулся на подушки и снова посмотрел на Тони. – Было бы здорово хоть раз поработать на более законной стороне. Тони смотрел, как Стив переплёл их пальцы, и его накрыла такая мощная волна тепла и облегчения, что это было даже иронично – всё в его жизни шло наперекосяк, всё распадалось на глазах, но он сидел здесь, рядом со Стивом, и чувствовал себя счастливей, чем когда-либо. – Я люблю тебя, – сказал ему Тони сквозь улыбку. – И если ты хочешь присоединиться ко мне, когда я буду сжигать ко всем чертям всё то, что построил Обадая, то добро пожаловать. Стив засмеялся, наклонился ближе и поцеловал Тони. – Премного благодарен, – пробормотал он Тони в губы. – Мы можем стать ‘Мстителями 2.0’. На это Тони лишь закатил глаза. Боже, сколько раз он видел эту кличку в газетах? Всё это время это был Стив – и каждый раз, когда Тони её видел, он каждый раз говорил одно и то же: – Это дерьмовое название. – Да, ну, придётся смириться, потому что так нас теперь все называют. У нас нет права голоса в этом вопросе, иначе, ну, нас посадят за многочисленные убийства. – Тоже верно, – пожал плечами Тони, а затем опустился на плечо Стива, устраиваясь поудобней. Они всё ещё держались за руки. Достаточно крепко, чтобы дать Тони понять, что Стив не собирается отпускать его в ближайшее время, и знаете что? Тони не имел абсолютно ничего против. – Я рад, что ты вернулся за мной, – пробормотал он, чувствуя, как его веки наливаются тяжестью с каждой секундой всё больше и больше. Смеси тепла, комфорта, дома и Стива было достаточно, чтобы любого заставить расслабиться. Стив улыбнулся где-то над ним и прижался к его лбу поцелуем. – Что ещё мне было делать? – ответил он, будто для него на самом деле не существовало никаких других вариантов развития событий. Будто единственным возможным решением было полететь в Афганистан и самостоятельно найти Тони. Он вздохнул, чувствуя знакомую тупую боль в груди от этого вдоха. Так много всего изменится после того, что с ним случилось. Его будущее ещё никогда не выглядело так неопределённо, и это пугало его больше, чем он мог признать. Но у него был Стив. И у него была его жизнь. Последним желанием Инсена было, чтобы он не потратил её зря, и Тони намеревался выполнить это желание. Хотя бы ради человека, который спас его в тех пещерах три месяца назад. Тони был ему обязан. – У нас всё будет хорошо, – пообещал он. Стив прижался к нему, сердцебиение к сердцебиению. – Я знаю. *** В комнате неловко стояли шесть довольно пристыженных людей и нервно глядели на Тони, переминаясь с ноги на ногу. И они ещё называли себя суровыми наёмными убийцами – да они выглядели, будто кучка детей, которых поймали за кражей печенья перед ужином. Тони сложил руки на груди и посмотрел на каждого. Даже Стив выглядел так, будто ему некомфортно, хотя Тони разговаривал с ним на эту тему далеко не раз и не два. – Ну, – начал он, потому что это был первый раз, когда они все увидели его после Афганистана, и даже Тони не знал, что сказать, – если кто-нибудь из вас хочет меня обнять, то давайте покончим с этим прямо сейчас. Он в ожидании посмотрел на них, но они лишь уставились на него в ответ с явным недоумением в глазах. Но уже спустя секунду Тони практически упал под весом Брюса, когда тот налетел на него сбоку, сгребая его в крепчайшее объятие, которое он когда-либо получал. Он запнулся и врезался боком в кухонную стойку, прежде чем опереться о неё рукой и вернуть себе равновесие. – Вау, окей, кое-кто очень рад… – Прости меня, – отчаянно прошептал Брюс. – Прости меня за всё. Я понятия не имел. Я правда… и я никогда не смогу загладить свою вину, и это никак меня не оправдывает, но я просто, господи, Тони, я так чертовски рад, что ты в порядке… – Эй, эй, – Тони покачал головой и закатил глаза, сжимая плечи Брюса. – Ты не первый, кто пытался меня убить. И точно не будешь последним. Но я немного отбитый, поэтому я найду в себе силы тебя простить, – его голос смягчился, когда он добавил: – Я прослушал твои голосовые сообщения. Я знаю. Я знаю… всё так сложно, и всё, что только могло пойти не так, пошло не так, но… – он пожал плечами с натянутой улыбкой на лице, – по крайней мере, я знаю, что твои моральные принципы в порядке. Ты был готов рискнуть своей свободой, чтобы убрать человека, продающего оружие террористам. Я тебя не виню, – он поднял глаза, сглотнул, и его взгляд стал серьёзным. – Вообще-то, я собираюсь заняться тем же самым. Вся комната словно застыла, на каждом лице читалось недоумение и удивление. Ну, если не брать в расчёт Стива, который смотрел на Тони с чем-то очень напряжённым во взгляде. Он крепко сжал руки в кулаки, и всё его тело закаменело. – Что ты имеешь в виду? – спросила Пегги, наконец нарушая тишину. Тони сделал вдох и закрыл глаза. – Стейн всё ещё на свободе, – немного дрожащим голосом сказал он. Одно его имя до сих пор причиняло боль. – Я не остановлюсь, пока не найду его. Я сделаю всё что угодно, чтобы добраться до него. Мне плевать, что для этого потребуется. Он… использовал меня, годами. Он убил тысячи людей от моего имени. Я не позволю ему уйти безнаказанным. Вокруг него в комнате воцарилась абсолютная тишина. Тони наблюдал, как их позы сменились, они все напряглись. Теперь Тони видел в них бойцов, когда знал, на что смотреть. Наташа внимательно глядела на него, пытаясь понять, что он скажет дальше. Баки разминал пальцы – нервная привычка, которую заметил у него Тони. Стив лишь смотрел на него с напряжённой улыбкой на лице, и когда Тони встретился с ним взглядом, кивнул, чтобы он продолжал. Тони моргнул и вернулся к своей мысли: – У меня есть полномочия от ЩИТа, что означает, что я буду работать на правильной стороне закона… в основном. С этими ребятами всё происходит немного на серой зоне, – он безразлично дёрнул плечами, прежде чем снова обвести комнату взглядом. Его друзья – его конченые, отбитые друзья – смотрели на него в ответ с любопытством и лёгким беспокойством. – Но мне понадобится помощь. Во всей комнате не раздалось ни звука. Каждый из них смотрел на него с шокированным выражением лица, не считая Стива, который был оповещён о просьбе заранее. Он всё ещё продолжал светить своей улыбкой в знак одобрения, и Тони поймал его взгляд и улыбнулся в ответ. Кожа у них обоих до сих была на пару тонов бледнее той, что могла бы считаться здоровой, и Стив так и продолжал ходил с бинтами – и в обоих их сердцах война пылала свежим воспоминанием. Из-за этого Тони был только более решительно настроен довести начатое до конца. Он провёл слишком много времени, позволяя другим людям решать, что лучше для него. Ему пора вложить ответственность в свои собственные руки. И в руки тех, кому он доверяет. И несмотря ни на что – несмотря на то, что любой рациональный психически здоровый человек сделал бы обратно противоположное – Тони доверял людям вокруг себя. Он верил, что они способны сделать что угодно, чтобы поступить правильно. В конце концов, именно так они и работали многие годы. Рисковали своими жизнями, своей свободой, абсолютно всем, что имели, просто чтобы защитить других людей. Это достойно восхищения. Именно этим Тони следовало заниматься всё то время, что он потратил, превращая себя в человека, которого захотели убрать Мстители. Ему нужно это исправить, ему многое нужно исправить. И сейчас самое время начать. – Я собираюсь отследить своё оружие, – решительно объявил он. – И я собираюсь помочь странам, которые я разрушил. Если хотите, вы можете пойти со мной. Я пытаюсь собрать своего рода команду – не обязательно вы, если вы не хотите, но мне кажется, это совпадает с вашими интересами. С законной точки зрения вы будете частью государственных сил по борьбе с терроризмом. С менее законной, вы будете помогать мне останавливать плохих парней и возвращать своё оружие из рук этих убийц, – он остановился и глянул на Брюса, который смотрел на него с распахнутыми глазами и приоткрытым ртом. – Я знаю, что это трудно осознать прямо сейчас, – тихо добавил он, – я знаю… это звучит оптимистично, и глупо, и безрассудно, но… – Ты правда нам доверяешь? – спросила Наташа с распахнутыми глазами, и в её голосе было что-то, похожее на чистейшее восхищение. – Нам? После… Тони кивнул, и Наташа смогла лишь открыть и закрыть рот несколько раз, прежде чем замолчать окончательно, и это был первый раз, когда Тони видел её такой шокированной. – Почему? – прошептал Баки, прожигая его взглядом серых глаз и сжимая кулаки. – Тони, мы… ты ничего нам не должен за то, что мы отправились искать тебя. Если уж об этом говорить, то это мы должны… мы обманывали тебя столько времени, и ты не представляешь, как мы сожалеем об этом, но… в общем, если ты делаешь это из чувства вины или ещё чего… то нам это не нужно, – он бросил на Стива злобный взгляд, прежде чем продолжить. – Стив… ну, я не знаю, что происходит у Стива в голове, но мы не можем просить тебя… – Это никак не связано с чувством вины, – быстро сказал Тони, позволяя злости просочиться в свой голос. – Это связано с тем, что мне нужно много чего исправить. То, что случилось раньше, не имеет никакого значения. Да, между нами возникло недопонимание, и ещё какое, и мы могли бы его избежать, умей мы разговаривать как нормальные люди, но ваши намерения были… хорошими. Я… чёрт, я заслужил это… – Эй, – эхом раздались вскрики несогласия от всех присутствующих, но Тони лишь отмахнулся от них, раздражённо фыркнув. – Нет, просто послушайте, – он закрыл глаза. – Я позволил этому случиться. Это… с моей стороны это была наивность гигантского размера, и люди заплатили за неё своими жизнями. Я не смотрел, потому что я не хотел ничего видеть за пределами своего идеального мира. Вы имели полное право думать обо мне так, как вы обо мне думали. И сейчас? Сейчас мне нужно работать, чтобы сделать что-то лучшее. Вы хотите помочь мне? Буду рад. Не хотите? Не проблема. Я просто даю вам выбор. Вот и всё. Я хочу, чтобы вы были в моей команде. Вы же смогли обмануть меня, а значит, вы лучшие из лучших, вот и всё. Он выдохнул и затем наконец поднял на них взгляд. Шесть пар глаз уставились на него в ответ, и в каждой из них Тони видел что-то разное. Неверие, и любопытство, и страх, и всё, что между ними. Затем Стив сделал шаг вперёд и протянул руку. Тони машинально протянул руку навстречу, и они переплели пальцы, крепко и уверенно. Стив легко потянул на себя, и Тони прижался ближе к его тёплой груди и почувствовал лёгкий поцелуй на своём виске. – Я иду с ним, – сказал Стив своим друзьям. – Я думаю, вы уже это поняли, но… – Я тоже, – встрял Брюс, опуская руку Тони на плечо. В его глазах всё ещё плескались отголоски вины, и Тони поджал губы, готовый уверить друга, что тот ничего ему не должен… но Брюс знал, что Тони собирается сказать, и покачал головой. – Нет, Тони, я серьёзно. Я присоединился к этим ребятам, чтобы избавить мир от точно таких же людей, за которыми собираешься охотиться ты. И тебе точно не помешает ещё один мозг в команде, – улыбнулся Брюс, совсем немного, но когда Тони улыбнулся в ответ, его улыбка засияла в три раза ярче, и он сжал его плечо в знак поддержки. Один за другим каждый из них сделал шаг вперёд, кивая головой. К удивлению Тони, именно Клинт обнял его первым – бросился вперёд и распахнул руки, притягивая Тони к себе. – Прости, что пытался тебя пристрелить, – нарочито легко сказал он, но в его глазах Тони видел всё его сожаление о случившемся. – Я больше так не буду. Тони засмеялся и кивнул головой: – Без проблем, Леголас. Прежде чем Клинт успел отодвинуться, к ним присоединился Баки, заключая Тони в середину объятия и шутливо взъерошивая его волосы. – Ты напугал нас до усрачки, Старк, – пробормотал он. – Это точно. Я боялась, что больше никогда не смогу надрать тебе задницу, – едва слышно пробормотала Наташа, и Тони даже не успел ничего на это ответить, потому что вся остальная команда уже окружила его, и теперь он видел вокруг себя только их лица и руки. Пегги и Наташа, Брюс и Стив, Баки и Клинт – Тони немного неверяще смотрел на них, пока они смеялись и обзывали друг друга размазнями, но при этом не спешили прерывать групповое объятие. Это должно было быть странно. Это должно было быть глупо. Но Тони мог думать только о том, что он наконец-то дома.