Все могут короли

      — Кас, иди ко мне.       Голос Дина был мягким и теплым, от него внутри разливался какой-то щенячий восторг.       Кас сидел на подоконнике у приоткрытого окна, играл с Таджем и слушал, как дождь барабанит по стеклам и крыше над балконом. Тадж успел изрядно подрасти за те полмесяца, которые дин и Кас провели сначала в блаженстве на озере Инман, потом в горе здесь, во дворце. Кошачьи коготки и зубы впивались в руки уже всерьез, и Кас теперь ходил весь в царапинках.       — Тебе что-то нужно? — заволновался он, услышав зов Дина, повернулся к нему и устремил на него внимательный взгляд больших синих глаз — сейчас совсем темных, с плавающими в них отблесками пламени в камине. — Ты устал? Помочь тебе лечь в постель?       — Нет, нет, не беспокойся. Я в порядке, меня уже не нужно нянчить, — улыбнулся Дин. — Просто иди ко мне. Я соскучился.       Кас тоже улыбнулся, подхватил Таджа под животик и вместе с ним присоединился к Дину на диване у камина. Король сразу же сгреб его в охапку, прижимая к себе. Тадж, придавленный, возмущенно пискнул, завозился, оставляя отметины от когтей на обоих, вывернулся и умчался прочь.       — Вот чертенок! — засмеялся Дин, послюнил палец и стер маленькие капельки крови из свежей царапины на руке.       — И я все равно его люблю, — сказал Кас, улыбаясь.       — А кого больше любишь — меня или его?       — Боже, ты что, всерьез об этом спрашиваешь?       — Нет, конечно.       Дин снова засмеялся. Он был счастлив сейчас, а это чувство всегда щекотало его изнутри, вызывая желание смеяться. Кас перекинул через него ногу, усаживаясь к нему на колени, обхватил лицо ладонями и легонько поцеловал. Дин возмущенно засопел, недовольный таким коротким поцелуем, и когда Кас попытался отстраниться, запустил пальцы в его волосы, притянул обратно и поцеловал глубоко и влажно, сразу принимаясь языком обхаживать язык.       Кас вдруг напрягся и снова попытался уйти от ласк. И Дин ощутил, как ему в живот уперлось твердое и горячее.       — Не надо, не уходи, — выдохнул он, вцепляясь в его ягодицы и крепче прижимая к своим бедрам. — Черт, хочу тебя, Кас!       Кас, конечно же, чувствовал, как в его задницу упирается возбужденный член, его это заводило, но он продолжал попытки сползти с коленей Дина.       — Ну чего ты? — обижено спросил Дин. — Тоже ведь хочешь.       — Очень хочу! Но пока рано, Дин. Ты еще не совсем здоров и крепок. Такие нагрузки тебе ни к чему.       — Я уже пятый день на ногах.       — Да, но ты едва не умер! — Голос Каса дрогнул, воспоминание всколыхнуло в душе что-то очень горькое.       — Две недели без твоего сокровища — это пытка, — захныкал Дин, толкаясь в него. — Из него скоро дым повалит!       Кас внезапно хитро ухмыльнулся, бросив на него косой взгляд, сполз на пол, устраиваясь на коленях меж его разведенными ногами, и ловко распутал завязки на штанах. Возбуждение с головой захлестнуло Дина, и он закусил губу, чтобы не кончить прямо сейчас, просто оттого, что его налитый горячей кровью затвердевший член оказался на свободе, всего в паре дюймов от чувственных губ Каса.       А когда увидел, как эти пухлые розовые губы обхватывают головку его члена, то свою тут же прокусил до крови, сдавленно рыкнув, — это помогло не излиться в рот Касу прямо сейчас.       — Охх, Кас, ты… Никогда никто… О, Боже!       Дин непроизвольно вскинул бедра, проникая глубже в горячий рот. Длинный гибкий язык любовника вычерчивал влажные узоры на его окаменевшем члене, то опускаясь и лаская налитые яички, то скользя вверх, к алой чувствительной головке, чтобы забрать ее в свой сладостный плен.       — Ты что творишь, а? — хрипел Дин, вздрагивая всем телом. Перед глазами уже все плыло. — Меня же надолго не хватит…       — Не сдерживай себя, — улыбнулся Кас, блестя на него глазами снизу вверх. — Обожаю, когда ты такой страстный, мой король!       — Ты дьявол! — простонал Дин, вцепился в его пышные волосы и с силой вогнал член в податливый рот, принимаясь трахать его в каком-то полузабытьи.       Кас умело успевал поглаживать кончиком языка уздечку и обводить край головки.       — Да! — вскрикнул Дин. — Господи, да!.. Да!       И взорвался, с животным рыком кончая в рот Касу, а тот все продолжал сладкую пытку, жадно высасывая все до капли. Дин расплылся по дивану, едва в состоянии дышать, снова и снова погружаясь в накатывающие волны блаженства.       — Моя очередь, — томно прошептал Кас, забрался с ногами на диван, нависая над Дином, вынул свой вовсю сочащийся член из штанов и принялся ласкать сам себя. Дин мгновенно возбудился снова, глядя на него такого — развратно постанывающего, с запрокинутой головой и потемневшими глазами, поглаживающего свой блестящий от естественной смазки член и играющего пальцами с нежной розовой головкой.       — Ты дьявол… — хрипло повторил Дин, облизывая пересохшие губы. В мыслях он уже оглаживал языком маячащий перед глазами аккуратный член. Рука нащупала и забрала в плен его собственный.       Кас ласкал себя, и Дин проделывал то же самое, наблюдая за ним.       — Я близко… близко… — выдохнул Кас, жмурясь и опираясь дрожащей рукой на его плечо.       Дин кончил с изумленным криком, едва первые капли теплой спермы любовника попали ему на лицо. Перепачканными спермой пальцами он едва успел схватить Каса за бедра и удержать, чтобы тот не рухнул на него. Несколько капель Дин поймал языком, и теперь чувствовал на нем теплое, тягучее и терпко-сладкое. Одна капля сползала со лба к глазам, Кас вовремя стер ее. Поводил головкой члена по пухлым, горящим от покусываний губам Дина, растирая по ним остатки своего наслаждения. Дин тут же хмыкнул и захватил добровольно пришедшую к нему добычу. Кас засмеялся, потом застонал, пока его член мягко и коротко посасывали и облизывали.       — Это было что-то нереальное, — пробормотал Дин, выпуская член изо рта и вновь усаживая парня к себе на колени. — Никогда такого не видел.       — Ты платил за секс, и они делали то, что ты хотел. Сейчас я делал то, что я хотел, — лукаво и расслабленно улыбнулся Кас.       — Иди сюда, — ухмыльнулся Дин, притянул его к себе за затылок и сочно, сильно поцеловал.       — Ммм… — произнес Кас, облизнувшись. — А я вкусный.       — Ты хочешь снова меня завести, маленький дьявол? — с притворной угрозой поинтересовался Дин.       Кас засмеялся и слез с его коленей. Взгляд скользнул по темнеющим на штанах влажным пятнам.       — Ты что, сам себя испачкал?       — Выбора не было, знаешь ли. Надо мной стоял дико сексуальный парень и дрочил мне на лицо.       — А ты дрочил на этого парня, — подвел итог Кас, насмешливо блестя глазами.       — Я тебя люблю! — вдруг с невероятным жаром воскликнул Дин. — Ох, как же сильно я тебя люблю!       Кас тут же упал перед ним на колени, схватил за руку, поцеловал в ладонь, потом прижал к своей щеке, просто затапливая безграничной нежностью во взгляде.       — Спасибо, что остался со мной.       — Спасибо, что вернулся ко мне.       — Как бы я хотел дать тебе все, — тихо сказал Дин, медленно поглаживая пальцами его щеки и губы.       — Мне ничего не надо, Дин. У меня есть ты.       — Но кое-что я все же могу тебе подарить. Подай, пожалуйста, мой кафтан.       Кас поднялся на ноги, снял со спинки стула расшитый серебром и агатами темно-малахитовый кафтан и принес его. Дин забрался пальцами во внутренний карман и вынул оттуда маленькую расписную шкатулочку.       — Закрой глаза, — попросил он.       Кас сел на диван рядом и послушно зажмурился. Дин взял его левую руку, поцеловал каждый палец, а потом на безымянный надел тонкий золотой ободок с коротенькими пиками, похожий на корону.       Кас застыл, не решаясь смотреть, но прекрасно понимая, что только что произошло.       — Наденешь мне? — тихо спросил Дин.       Глаза пришлось открыть. На его пальце сияло кольцо — тонкое, элегантное, действительно как корона в миниатюре, с россыпью сапфиров по ободку.       — Ой, мамочка… — прошептал Кас, неверяще качая головой.       — Наши обручальные кольца, Кас. Я заезжал к ювелиру, когда был на выезде в Лоуренсе два дня назад. Сегодня их доставили. Смотри, мое такое же, только с изумрудами. Наденешь?       — Что скажут люди, когда заметят…       — Плевать. Я король. Делаю, что хочу.       Кас какое-то время нерешительно молчал, но потом кивнул, взял из шкатулочки второе кольцо-коронку и надел на безымянный палец Дина.       — Ну вот, ты замужем за королем, — игриво усмехнулся Дин, подмигивая ему.       Кас только фыркнул, но сияние в глазах выдавало его с головой.       — Всегда думал, что меня женят на какой-нибудь принцессе.       — Но тебе достался главный приз, не так ли?       — Ты просто образец скромности, мой король, — засмеялся Кас. — Красивые кольца. Почему короны?       — Мне приснилось, что на нас с тобой надеты короны, когда я был болен. И тебе она очень шла! Ты будто в ней родился.       — Дин, я не…       — Послушай, Кас, ну какая разница, что ты из простых? Для меня ты все равно мой сказочный принц.       — Хватит быть таким романтичным, — смущенно попросил Кас. — У меня скоро передозировка случится.       — Просто я тебя люблю.       — И я тебя люблю.       Сингер вновь поймал Каса в прачечной. Похоже, это могло стать традицией.       — Что-то опять не так? — поинтересовался Кас — не враждебно, но довольно прохладно.       — Надо же, как ты меняешься, когда рядом никого нет, — ухмыльнулся Бобби. — Дин бы сильно удивился.       — Вы пытаетесь обвинить меня в притворстве?       — А это не так? Ты же играешь свою роль, Кастиэль.       — Но я не играю то, какой я есть. Чувства настоящие.       — Покажи-ка руку, — потребовал Бобби.       — Как будто вы можете мне приказывать, — огрызнулся Кас и двинулся было к выходу, но путь ему, конечно же, отрезали.       — Пожалуйста, дай мне посмотреть, — процедил Бобби с плохо скрытым раздражением.       Кас внимательно поглядел на него и встретил совершенно прямой, открытый взгляд. Сингер не собирался ему угрожать, не собирался подставлять. Он просто беспокоился о Дине.       Кас поднял левую руку.       Бобби долго и пристально смотрел на кольцо с сапфирами. На лице застыло какое-то странное выражение.       — Ну, и что это?       — Подарок. На день рождения.       — Не врите мне, молодой человек! Я достаточно пожил на свете, чтобы суметь отличить подарок от… У Дина точно такое же кольцо на этом пальце, только с зелеными камнями.       Кас промолчал, опуская руку.       — Это обручальные кольца, не так ли? — продолжил Бобби. — Король не мог надеть тебе на палец фамильное обручальное кольцо — оно только для настоящего брака. Но эти два парных еще более откровенны!       — Не понимаю вашего беспокойства. Вы все равно знаете, что наш брак фальшивый, — со злым сарказмом ответил Кас.       — Да, ни церковь, ни закон ваш союз не признают. Но Дин считает его подлинным. Очевидно, что считает, раз даже кольца вам заказал. А я-то думал, что это ему так срочно к ювелиру понадобилось… Вся эта игра затянулась, Кастиэль. Стала слишком серьезной. Не думал я, что такое в принципе возможно, когда тебя на рынке покупал. Моя роковая ошибка.       — Я верну вам все, что вы за меня заплатили.       — Дело не в деньгах, мальчик. Лучше будет, если ты как можно скорее отсюда уедешь.       — Но вы… вы мне дали полгода, — жалобно возразил Кас. — У нас еще пять месяцев.       — Да я же о тебе забочусь! — воскликнул Бобби. — Через несколько недель во дворец прибудет большое количество девушек. Сможешь ты смотреть, как Дин себе среди них невесту выбирает? Сможешь? Я думал, внезапная беременность Георгины тебя оттолкнет, но нет. Зачем, зачем тебе это все, Кастиэль?       — Я его люблю, — прошептал Кас, сглатывая вставший в горле колючий ком.       — И он любит — это видно сразу. Только вот — кого он любит? Настоящего тебя или того, кем ты стал здесь? Что будет с Дином, когда он узнает правду?       — Вы обещали не рассказывать ему! Я умоляю, не делайте этого!       — Я и не собирался. Думаешь, мне хочется причинить ему такую боль? К тому же сейчас у меня есть дела поважнее. Мы все еще не знаем, кто и зачем стрелял в Дина.       — Мой брат работает над этим, — сказал Кас.       — Вот как? — удивился Сингер с искренним интересом во взгляде.       — Надеюсь, скоро станут известны какие-нибудь подробности.       — Я хочу, чтобы ты держал меня в курсе, Кастиэль. Рассказывай мне обо всем, что вы находите.       — Почему я должен докладывать вам о делах моей семьи? — с вызовом спросил Кас, складывая руки на груди.       Острый взгляд Бобби зацепился за обручальное кольцо, и Кас тут же предпочел спрятать руки за спину.       — У нас ведь общий с тобой интерес — защита Дина.       — Я могу сам с этим разобраться.       — И все же будешь рассказывать мне.       — Вы не можете меня заставить, — холодно усмехнулся Кас.       — Да, заставить не могу, — кивнул Бобби. Голос его стал вкрадчивым, но в нем явно слышалась угроза. — Потому и прошу. Дин очень сильно любит тебя. Не будем его разочаровывать.       — Опять угрожаете, сэр?       — Что ты! Кто я такой, чтобы тебе угрожать? Пытаюсь найти общий язык, не более. Ты же не хочешь разбить сердце нашего короля тем, что проник во дворец благодаря авантюре? И вообще не тот, за кого себя выдаешь. Ему будет больно, а его боль никому из нас не нужна.       — Конечно, не нужна! — воскликнул Кас.       — Ну, вот я потому и прошу всего лишь рассказывать мне, что происходит. Согласен?       — Будто у меня есть выбор.       — Выбор есть всегда, мой мальчик. Ты ведь можешь просто уехать отсюда.       — Я не знаю, как мне жить без него, — прошептал Кас.       — Значит, ты согласен? — уточнил Бобби.       — Да…       — Хорошо. Просто отлично! Итак, вопрос первый: ты знаешь, кто стрелял в Дина?       — Пока нет. Но Габриэль пытается найти следы.       — Уверен, что это не он или Михаэль? Или кто-то еще из ваших?       — Уверен.       — Ты придешь ко мне сразу, как только появятся новости.       — Я приду, — покорно кивнул Кас.       Бобби довольно улыбнулся, обнял его и похлопал по спине.       — Добро пожаловать в семью, Кастиэль, — сказал он, и Кас остался наедине со своими мыслями.       В королевские апартаменты Кас не вернулся, прекрасно зная, что Дин по его лицу сразу догадается, что что-то не так. А если на лицо удастся нацепить маску спокойствия и улыбку, то глаза все равно его выдадут. Кас понимал, насколько у него выразительные глаза. А потому пробрался одним из потайных тоннелей на улицу, чтобы немного прогуляться и взять себя в руки.       Тоннель выводил в южную часть парка, заканчиваясь прямо под мостом Солнечного света. Выход был прикрыт густым кустарником, приходилось выбираться на четвереньках, и Кас оцарапался. Но его это не волновало — бесконечные горькие мысли вытеснили все остальное.       Он в ловушке. И выбраться из нее невозможно. Придется действительно сотрудничать с Сингером. Или уехать из дворца, исчезнуть из жизни Дина — а это все равно, что вырвать себе сердце. Влюбиться в канзасского короля было роковой ошибкой, но что он мог поделать, если… Дин такой восхитительный. И дело не только во внешности. За напускной бравадой и видимой беспечностью Кас разглядел тонкую душу и острую эмоциональность.       Кас вообще не ждал любви в своей жизни, просто плывя по течению, заданному судьбой и Майклом. Но она случилась. И меньше всего хотелось ее потерять.       Майкл ему голову оторвет, если узнает об этих чувствах. Сначала посмеется — ледяным, жестким, пугающим смехом, как только он умеет, — когда до него дойдет новость, что Кас и Дин мнимо поженились, а потом снимет с него шкуру и бросить себе под порог в качестве коврика. И плюнет еще вдогонку, если выяснит, что Кас делиться информацией с Сингером.       Но не делиться нельзя. Этот человек вполне способен привести свою угрозу в исполнение. И Дин никогда не простит. Кас на его месте не простил бы.       Усевшись на узкой полоске берега речушки прямо под мостом, Кас зачерпнул холодной воды и умылся. Это его немного взбодрило. Долго оставаться здесь ему нельзя. Дин переполошится и начнет искать своего фальшивого мужа. Насквозь фальшивого…       По парковой дорожке кто-то шел, и Кас решил отсидеться под мостиком, чтобы не напугать и не вызвать вопросы своим внезапным появлением. Кто бы ни шел — пусть отойдет подальше. Вернее, отойдут — судя по шагам, их двое. И шаги легкие, женские. Кас даже расслышал шуршание юбок.       — Тут никого, видишь? — капризно сказала одна из дам. — Можно уже остановиться и поговорить. Сколько можно ходить? Я устала, в моем положении это вредно.       Георгина!       Черт…       — В твоем положении? — фыркнула вторая дама. — Еще и двух месяцев нет, дорогая! Ты же беременна, а не больна.       Кас нахмурился, осторожно приподнялся и попытался разглядеть что-нибудь в просветы между досками мостика. С Георгиной шла Руби. Ну, еще лучше! С каких пор они подружки? И что за тайный разговор привел их в отдаленную часть парка?       Девушки взошли на мостик Солнечного света и остановились. Кас забыл, как дышать.       — Не завидуй, — фыркнула Георгина, продолжая диалог.       — Чему завидовать? — со злой иронией ответила Руби.       — Тому, что у меня король, а у тебя всего лишь принц.       — Да, но зато принц меня обожает, а королю твоему на тебя плевать. Да и не твой он, — засмеялась Руби.       — Но у меня ребенок! Так что никуда Дин не денется, — самоуверенно заявила Георгина.       — Ходят слухи, что красавчик король любит проводить время со своим слугой. Много времени. Слишком много.       — Мне-то что? Знаю я это. Но на мне это никак не отразится. С ребенком я до конца жизни обеспечена. Даже законная жена не будет этому помехой.       — Ну а вдруг она приревнует и решить тебя устранить? — ядовито хихикнула Руби.       — Ко мне чего ревновать? Это не со мной ей муж изменять будет.       И теперь обе девушки рассмеялись.       Кас одновременно похолодел и весь взмок. «Ходят слухи» сказала Руби. И как много этих самых слухов? Сколько обитателей дворца тайком об этом судачат? Как они с Дином умудрились выдать себя? Стараются ведь за пределами апартаментов соблюдать дистанцию. Еще и кольца эти парные!       — Наш господин тобой доволен? — вдруг спросила Руби.       — Очень! Правда, вывести Дина из строя пока не удается, потому что этот мальчишка все равно рядом с ним.       — Я все же не понимаю, в чем смысл, кузина.       Они еще и кузины? Ну, отлично! Ясно теперь, откуда взялась эта пронырливая Георгина.       — Смысл в том, дорогая, что сердце короля от горя очерствеет, ему станет на все плевать, и он поддастся влиянию калифорнийской императрицы и женится на ней. У нашего царя и этой стервы свои планы.       — Значит, это не Его Величество на короля покушался? — уточнила Руби.       — Я думаю, нет. Ему это сейчас невыгодно. Пойдем уже назад, кузина. Малыш во мне проголодался.       — Ты думаешь, это будет мальчик?       — Конечно, — уверенно ответила Георгина. — И я назову его в честь отца.       Девушки вновь засмеялись, спустились с моста и зашагали в сторону дворца.       Сердце у Каса выбивало немыслимо бешенный ритм. Он весь пылал, плескание в лицо водой не помогало, пришлось встать на четвереньки и сунуть в речушку всю голову. Ледяная вода мгновенно остудила его пылающие щеки и плавящийся мозг.       Что же за день сегодня такой?!       Одно за другим! Бобби Сингер с его шантажом. Две самоуверенные девки, посланницы Кроули.       Неужели он ошибся, и техасский царь действительно не подсылал стрелка? Почему Кроули, разыгрывая ненависть к Амаре, пытается поспособствовать ее с Дином союзу? Кто и зачем стрелял в Дина? Зачем к принцу Сэму приставили эту Руби?       От вопросов без ответов мозг снова закипал. Кас обхватил голову руками, ероша мокрые волосы и разбрызгивая с них капли воды. Ему нужно поговорить с Габриэлем. Или даже с Майклом. Майклу ума не занимать, он быстро разберется, что к чему. Но он еще не вернулся из королевства Юта. Кто знает, может информация от личного помощника короля Джона даст им недостающие детали этой мозаики?       С этими мыслями Кас полез обратно в тоннель, шипя от боли в расцарапанных кустами пальцах.       Дин вертелся перед зеркалом в одних подштанниках, разглядывая себя со всех сторон, и, похоже, не находя никаких изъянов. Во всяком случае, его довольное лицо об этом свидетельствовало.       — Наконец-то вернулся! — воскликнул он, показал себе в зеркало язык и повернулся к Касу. — Я скучал. Где тебя носило?       — Рабочие дела, — уклончиво ответил Кас. — А вы, я смотрю, времени даром не теряли, Ваше Величество. Понравился вид в зеркале?       — Я красавчик, не так ли? — усмехнулся Дин, вдернув нос.       — Ты совершенство, — искренне улыбнулся Кас, блестя глазами, шагнул было к нему, но под ноги подвернулся невесть откуда взявшийся Тадж, Кас споткнулся об него, его бросило вперед, и он угодил прямо в объятия Дина.       — Спасибо, приятель, — сказал Дин котенку и подмигнул.       Кас засмеялся, обвивая его шею руками, а Тадж удрал на диван, таращась на них с безопасного расстояния.       — Ты почему голый? — спросил Кас.       — Сначала поцелуй, потом вопросы, — строго сказал Дин, облизнул его губы, раздвинул их языком и проник внутрь.       Кас с радостью ответил на поцелуй. В объятиях Дина, тая под его руками и губами, он забывал обо всем. Проблемы отступали, секреты не сдавливали грудь, страх перед будущим не дурманил мозг.       Глубокие влажные поцелуи сменились легкими и игривыми поцелуйчиками, и Кас не смог сдержать улыбку.       — Ну, так почему ты голый?       — Помоги одеться для ужина. Девочки пригласили меня к себе.       — О. Ясно.       Кас отвернулся, опустив голову, потом пошел в гардеробную комнату. Дин, словно привязанный, потопал следом.       — Ты же понимаешь, что я не мог им отказать?       — Конечно, понимаю.       — Тогда не ревнуй.       — Я и не ревную.       — Вот как? Совсем? — Дин притворился недовольным. Остановился на пороге, прислонившись к косяку двери, и сложил руки на груди. — А ты не боишься, что меня у тебя уведут?       — А зачем мне тот, кого можно увести?       Дин растерянно заморгал, не понимая, шутит Кас или всерьез. Потом решил, что всерьез, приблизился и обнял со спины, зарываясь лицом в густые волосы и целуя затылок.       — Никуда я от тебя не денусь, Кас. Никогда.       — Никогда — слишком сильное слово, мой король, — ответил Кас, плавясь в его объятиях.       — Что ты хочешь этим сказать? — насторожился Дин.       — Так, ничего. Не обращай внимание. Слишком устал сегодня, вот и лезет в голову всякое…       — Хочешь пойти со мной на этот ужин?       — Нет, что ты! Этим вечером ты принадлежишь девочкам. Они имеют на это право. Желаю хорошо провести время.       Дин с минуту с подозрением посматривал на него, но Кас уже подбирал для него наряд на вечер и взглядов этих не замечал.       По возвращению с ужина он не обнаружил Каса в своей королевской кровати. Не было его и на диванах. Нашелся Кас мирно спящим в комнате помощника. Тадж свернулся на нем клубком — прямо в ложбинке между спиной и ягодицами, той самой, которая неизменно вызывала у Дина слюноотделение. При появлении короля котенок поднял белую головку и сонно заморгал на хлынувший из королевской спальни свет.       — А ну подвинься, — велел ему Дин, толкая его и заваливаясь на спящего Каса. Тадж терпеть соседство не стал, соскочил на пол и потопал восвояси, покачивая хвостом.       — Ты вернулся… Привет, — пробормотал Кас в подушку, не открывая глаз.       — Привет. Почему ты здесь, а не в нашей постели?       — Как я мог лечь туда без тебя? А если бы кто-нибудь вошел и увидел?       Дин повозился, чуть подталкивая Каса к краю кровати, и умостился рядом.       — Ты поздно. Ужин настолько затянулся?       — Мы еще потом по парку прогулялись, а потом девочки захотели устроить вечер танцев. Я страшно устал! — пожаловался Дин, поглаживая упругие холмики ягодиц Каса.       — От тебя пахнет женскими духами, — недовольно заметил Кас, морща нос.       — У меня еще и весь воротник в губной помаде, — захихикал Дин. Ему нравились эти нотки ревности в голосе любимого. — И шея тоже. Я пытался стереть, но вышло только хуже. Теперь выглядит так, будто меня пытались задушить.       — То есть, ты с ними целовался? — сухо уточнил Кас, демонстративно отодвигаясь, насколько это было возможно.       — Они меня целовали, не я.       — А в чем разница?       — Повернись ко мне, и я тебе покажу, в чем разница, — жарко прошептал Дин.       — Иди с девочками целуйся, — фыркнул Кас, обнял руками подушку и сделал вид, что засыпает.       — С тобой никогда не понять, шутишь ты или нет.       — Спокойной ночи, Ваше Величество.       — Ах ты, дьявол!       Дин с силой развернул его, подмял под себя, не позволяя вновь отвернуться.       — Ты отказываешь своему правителю? Отказываешь в супружеском долге? — угрожающе поинтересовался он.       — Хм. Так ты правитель или супруг? Я не могу целовать и того, и другого, — заметил Кас.       — Я тот, кто сейчас умрет без поцелуя.       Кас усмехнулся, но сдался, и их губы слились в поцелуе.       — Пойдем на большую кровать?       — Мм… Не хочу. Сил уже никаких нет. Здесь останемся.       Дин устроился на груди Каса, слушая биение его сердца, словно лучшую колыбельную на свете. Кас обнял его за плечи.       — Не хочешь хотя бы раздеться?       — Не… И так нормально. От тебя оторваться уже не смогу, — сонно пробормотал Дин.       Кас мягко улыбнулся. Одна рука переползла Дину в волосы, избавила их от короны и принялась ласково перебирать темно-русые пряди.       Краем уплывающего в страну снов сознания Дин почувствовал, как к его спине прижимается что-то маленькое, теплое, возится там, перебирая лапками, а потом сворачивается в клубок.