Details In The Fabric — Детали в структуре

После недели, проведённой на Гриммо, я принял весьма интересное решение. Может, с Драко мы проводить время не можем, но не означает же это, что и от своей рутины я должен отказаться? Это осознание стало оплотом спокойствия, которого в последнее время в моей жизни было слишком мало. После того срыва по пробуждению мой взгляд на друзей не измениться не мог. На друзей, которые день за днём понемногу меня перерастали. Между нами всё ещё оставалось некое свободное пространство, необходимое мне, но напряжение исчезло без следа. Именно поэтому я, когда был свободен от школьных заданий и тренировок, иногда сидел с ними в дальней части библиотеки. Других подростков избегать меньше, конечно, не стал, но Гермиона с Роном, казалось, не возражали против моих социофобных наклонностей, пока я был рядом с ними. И мне это пришлось по душе. На втором этаже нашлась пустая комната для дуэлей, которую я смог оборудовать как тренажёрный зал. Дрею бы понравилась моя находчивость... На этой мысли я споткнулся. Его последнее письмо было... несчастным. Люциус принялся за его обучение, а потому с началом учёбы в Хоге Драко будет частенько отсутствовать. Всё же ему придётся рано или поздно принять от отца регалии главы рода, а это не так-то просто. Уже сейчас было ясно, что большую часть лета Малфои, а точнее мужская часть семьи, проведут в Италии. Италия. Места мне там уж точно не будет. Вероятно, тогда мне придётся остаться здесь. И тогда меня продолжат закармливать как на убой. Все эти пышки, пироги. Блины. Мой желудок скрутило, будто бы от голода. Из-за накатившего головокружения пришлось присесть. Может, банан не слишком скажется на допустимом каллораже? В любом случае, от него попозже можно будет и избавиться. Чтобы подняться пришлось воспользоваться подоконником. В открытое окно задувал прохладный вечерний ветерок. В столь поздний час все коридоры и комнаты были темны. Я не так уж и много спал, но Мерлин благослови создателя чар Гламура. Благодаря ним я ещё и веса себе прибавил, из-за чего миссис Уизли от меня немного отстала. Слишком настойчивая женщина. Но, всё же, Харрисон: 1, Молли: 0. Это определённо моя победа. В этот час дом Гриммо был непривычно тих. Даже одинокий поехавший эльф Кричер спал в своей каморке. Ступени скрипели, пока я на цыпочках спускался вниз, не желая, чтобы кто-либо узнал о моих ночных тренировках. Но судьба, гнусная сука, этой ночью явно повернулась ко мне задом. На меня внезапно громадной волной нахлынуло головокружение, на полпути по лестнице. Я почувствовал, как перед глазами темнеет, и падение вперёд. И в момент полёта меня окутало чувство... свободы. Как будто я и в самом деле летел. Освобождаясь от всего, что было и что будет. Однако даже в такой малости мне было отказано. Пара рук подхватила меня прежде, чем я достиг пола. Зрение начало проясняться. Лицо, оказавшееся передо мной, было известно каждому магу Британии. Сириус Блэк. Из-под всклоченных волос виднелись внимательные голубые глаза. На шее мужчины весело полотенце, а сам он был одет в чистый халат. Сириус Блэк. На площади Гриммо. И его коварный план состоял в том, чтобы... принять ванну? — Не ушибся? Мне захотелось истерически засмеяться, ведь происходящее явно не вписывалось в чужие рассказы. Весь этот год мне настойчиво твердили о опасности этого человека, о том, как рьяно он поддерживал Волан-де-Морта, и как он хочет меня убить. А теперь вот он, в штаб-квартире Ордена Феникса, спасает меня от злобных лестниц. Что с этим миром? Мужчина криво усмехнулся, глядя на моё ошеломлённое выражение лица, встрепал мне волосы и выпустил из хватки. — Неловко получилось. Да ты прям Шерлок! Однако я не мог сдержать улыбку. Именно сейчас я понял, какой разной бывает харизма. Бывает тёмной, гипнотической, как у Тома, а бывает легкомысленной, беззаботной, засасывающей подобно зыбучим пескам, как у Сириуса. Казалось невозможным не улыбнуться в ответ, несмотря на следы, оставленные Азкабаном. Я протянул ладонь, и моя улыбка стала шире от его столь явного удивления. — Гарри Поттер. Ну, наверное, спасибо за то, что спас мою шею и всё такое, — сказал, позволяя благодарности окрасить голос. Он пожал мне руку, его доброжелательность сменилась искренним волнением. Волнением оттого, что кто-то разговаривает с ним, а не пытается найти ближайшего дементора, чтобы пустить на корм. — Сириус. Сириус Блэк, но лучше просто Сириус, если ты не против. Я никогда особо с семьёй не ладил. О Мерлин, если этот человек — Пожиратель Смерти, то я готов поцеловать Тома в задницу. Хотя, на всякий случай, думаю, лучше ненадолго заснуть и спросить напрямую. В дверях кухни что-то зашевелилось, и на свет вышла фигура с чашкой горячего кофе. Северус бросил на нас гневный взгляд, прежде чем внимательно осмотреть меня с ног до головы. Мне показалось, что в этом не было ни капли насмешки, а лишь попытка убедить себя в моём благополучии. Моя улыбка стала ярче. — Мальчишка, неужто ты считаешь, что в праве требовать внимания к себе в любое время дня и ночи? Достаточно и того, что днём все угождают малейшим твоим капризам, — недовольно заворчал он, хотя в его голосе на самом деле не слышалось никаких претензий. Сириус замер рядом со мной, я же продолжил разговор, переводя тот в нужное мне русло. — Северус... Ты ведь не спал, брюзга. Как дела? От Драко новости есть? А от Нарциссы? Мужчина закатил глаза и издал долгий страдальческий вздох, прервав гляделки с Сириусом. — Да, Харрисон. Драко решил, что я отлично справлюсь с ролью совы. Так что у меня есть послания и даже подарки. От всех четверых, — я слегка вздрогнул. Четверых. Значит и от Тома тоже. Любопытство во мне подняло голову. Он ведь не пришлёт мне ничего сумасшедшего? Никаких скрытых порт-ключей или наводящих на размышление игрушек, так? При мысли об этом я покраснел. Во что я ввязался? Успокоившись, я упер руки в бока, как это иногда делала миссис Уизли, ругая своих многочисленных детей. — Ну, могу ли я получить свои письма, о великий? В конце концов, не могут же все заговоры и интриги, связанные с моим любовником, остаться без моего внимания? Он достал из карманов своей мантии два письма: одно, украшенное любимыми завитушками Драко, другое же подписано не было, а лишь на обороте виднелись несколько странных символов. И лишь мы с ним знали, что это был парселтанг. Этого было достаточно, чтобы понять, кто был отправителем. Я оставил двух мужчин в коридоре, умчавшись в свою комнату, и не заметил, как Сириус одними губами произнёс «Любовник?». ~ o ~ В письме он просто будто бы вернулся к тому, каким был, то есть главными темами было «люблю тебя», «скучаю», «тренировки с отцом оказались не такими уж и сложными» и «се-е-екса мне». Куда больше меня интересовало второе письмо, а потому при его открытии моя рука дрожала. Что такого важного мог захотеть сказать мне Тёмный Лорд, чтобы отсылать послание в штаб-квартиру Ордена Феникса? Что-то связанное с Блэком? Или здесь про наши ночи? А может ещё что-то случилось? Новая игра? Надеяться на то, что он решил оставить меня в покое было, очевидно, глупо. У меня не было иллюзий на его счёт. На пергаменте было всего одно предложение, однако и этого оказалось достаточно, чтобы заставить меня замереть на месте. Во мне одновременно горели сразу несколько эмоций: гнев, беспокойство, смущение и, что более постыдно, желание. Непривычными глазу загогулинами была написана простая фраза. Никакая окклюменция не скроет тебя от меня. Я был рад, что открыл его наедине, ведь моё лицо залилось краской смущения, в паху налилось тяжестью. Это было так... нелепо. Нелепая реакция на чёртова Тёмного Лорда! Конечно, он был хорош в постели. Конечно, он стал моим первым мужчиной, ну и что с того? Да гори оно всё синим пламенем! И я швырнул пергамент в огонь прежде, чем додумался на него дрочить. Что, чёрт раздери, со мной не так?! ~ o ~ Рождество проходило ну очень шумно, что не удивительно, учитывая, что едва ли не главным организатором Молли Уизли, да и народу под крышей дома собралось немало. В конце, после открытия подарков, в суматохе было довольно легко проскользнуть в комнату незамеченным, чтобы чутка передохнуть. В итоге я получил целую коробку различных приколов от близнецов, дневник от Гермионы, свёрток сладостей от Рона, уже привычный свитер от миссис Уизли, книгу о проклятиях от Джинни и, как ни удивительно, новые зельеварческие весы с книгой «Как не убить себя: экспресс-курс для чайников по лечебным зельям, чарам и лекарствам». Никто, ну, кроме дарителя, казалось, не понял моего внезапного приступа смеха. Подарок Драко оказался горько-сладким: его с родителями колдофото во Франции. Там шёл снег. Драко улыбался в объектив камеры, не обращая внимания на Нарциссу, которая пыталась привлечь его внимание. Люциус казался несколько отстранённым, однако я не мог не заметить любящие взгляды, бросаемые им время от времени на пару поблизости. Я всем сердцем жаждал оказаться там, рядом с ними, однако понимал, что это невозможно. Малфои хранили тайну подготовки наследников не одно поколение. Но даже это не заставило меня меньше скучать по месту, которое я начал считать своим домом. В итоге в моей кипе подарков остался лишь один. Подарок от Тома. Я развернул упаковочную бумагу, не догадываясь, что же он мог мне подарить. И это определённо было неожиданно. Внутри коробки оказался набор карандашей, красок, уголь и даже альбом с плотными листами. И это был самый... продуманный подарок, который я получил за последние годы. Ранее удивить больше меня смог лишь альбом, полученный от Хагрида ещё на первом курсе. Записка, прикреплённая на обложку альбома, ещё туже завязала на сердце узел зарождающейся привязанности к Тому, при этом выражая и его чувства довольно ясно. Я хочу видеть мир таким, каким видишь его ты. Покажи мне его. Улыбнувшись, я спрятал записку на первой странице альбома, не желая, чтобы с той что-либо случилось. Каждый раз, когда я думал, что понимаю этого мужчину, он преподносил мне новые сюрпризы. Вернувшись в комнату, я лёг на кровать прямо поверх простыни и принялся рисовать первое, что пришло мне в голову: Драко. Таким, каким он бывает в момент перед пробуждением. Всё ещё дремлющий, безмятежный, не затронутый проблемами этого мира.