Как приручить волка

Ночь, она непредсказуема. Неизвестно, что может произойти. Может грабёж, может убийство, кто его знает. Люди считают её «тёмным временем» вовсе не из-за царящего мрака, а из-за того, что в этом мраке может обитать... Феи, вампиры, оборотни, эльфы, призраки – всё это выходит в ночь полнолуния. По суевериям местных жителей, человек, вышедший в полную луну на улицу, или, не дай боже, в лес, либо возвращался совершенно безумными, либо не возвращался вообще. После смерти Хисаши, человеческая нога не смеет покидать свой дом после десяти ночи. Хисаши Мидория – местная легенда и герой, что сумел заключить контракт с самыми опасными представителями нечистью. Оборотни. Одни из древнейших. После них идут вампиры и василиски. Но, к сожалению, Мидория в живых не остался, и бедной Инко пришлось воспитывать пятилетнего сына самостоятельно. С того момента женщина стала вдовой.

***

– Мам, папа ведь герой? – спросил маленький Изуку, держа в руках мамины травы. – Да, малыш, самый настоящий герой... Папа спас нас и наш дом, – грустно ответила мать своему чаду, обрабатывая ссадину на коленке. – Где ты упал? – Мы с Каччаном играли в догонялки, и я споткнулся о пенёк... Мальчику было стыдно, в нескольких смыслах. Во-первых, он заставил свою маму волноваться, хотя прекрасно знает, что ей нельзя из-за сердца. Во-вторых, Каччан опять выиграл, а он ни разу. Что он за герой, если не может догнать своего друга? – Изуку, я же просила быть аккуратнее, это не игрушки. – Прости мам.. – мальчик понуро опустил голову, ему правда очень жаль. – Ладно, это пустяки, – лекарь наложила повязку с травами и забрала у сына чашу с ингредиентами. – Ты у меня мужчина, герой, что тебе маленькая ранка? – Да!! – Изуку всегда мечтал стать героем, и подвиг папы подстегнул его желание, и превратил его в цель. Да, он скучает по папе, очень. Настолько, что даже иногда видит его во сне. И каждый раз он говорит, как сильно любит сына и свою семью. На утро, когда мальчик рассказывает про свое сновидение матери, она всегда грустно улыбается и тихо-тихо говорит «– Мы тебя тоже любим, Хисаши» В окошко стучится низкая фигура. Инко замечает маленькую ручку, отходит от сына и открывает затворы. Перед окном стоял мальчик, ровесник её сына. На голове светлый ёжик, ключицы закрыты длинным коричневым платком, на предплечье красной краской выведен красивый незаконченный узор, где можно было разобрать каллиграфически выведенную римскую один. На руках, чуть выше локтевого сустава есть ремешок, из которого выпирают концы облегающей ткани оранжевого цвета, что тянется до запястья. На поясе закреплены кармашки такого же грязного цвета, и маленькие ножны с рукоятью. Ниже кожаные штаны на шнурках и кожаные сапоги-ботинки на шнуровке с меховым обрамлением. Мальчишка смотрел своими рубинчиками в глазах уверенно, напористо и с любопытством – Здравствуйте. Мисс мама Изуку, с Изуку всё в порядке? – спросил он немного басистым голосом. – Да, с ним всё хорошо. А ты, наверное, тот самый Каччан? – Нет, я Кацуки. Кацуки Бакуго. Это Деку так меня называет. Можно посмотреть, где он. – он положил руки на подоконник и привстал на носочки. – Да, конечно мо- – не успела женщина договорить или хотя бы отойти от окна, как мальчик с одного рывка запрыгнул внутрь, кое-как удержав равновесие. – Вау, Каччан, не знал, что ты так можешь!! – восхищался своим другом юный Мидория. – Хах, я ещё и не такое могу! Вот увидишь, Деку!! – отчеканил, даже пообещал тот. – А, прости, Кацуки? – мальчик повернул голову к Инко, – Почему ты называешь Изуку «Деку»? Почему не по имени? – У меня плохо получается запоминать имена, поэтому я даю всем клички или прозвища. – Хорошо. А почему именно это прозвище ты выбрал для моего сына? – Потому что это значит....!!! – Кацуки помолчал минуту и тихо заявил – Я забыл... В нашем народе это слово имеет особое значение, но я забыл. Простите. – Ничего-ничего, надеюсь, это не что-то обидное? – Я не помню, честно. – Ясно всё с тобой.. – вздохнула женщина и хотела ещё пораспрашивать нового друга своего сына, но видимо тот решил иначе. – Мисс мама Изуку, а как вы поняли, что именно ромашка? Женщина посмотрела на паренька непонимающим взглядом и, сев рядом с сыном, посмотрела на мальчика. – Что ты хочешь этим сказать? – Разве Изуку в раннем возрасте не выбирал цветок-покровитель? – мальчик похлопал глазами и выпытывающе смотрит на Инко. – Нет, а что это? – женщине правда было интересно, кто этот ребёнок. Откуда он? Кто его родители? – У нас при рождении ребёнка распускаются определённые цветы, символизирующие само чадо. – увлеченно рассказывает Кацуки, гордый тем, что может похвастаться знаниями. – Потом они срываются и образовуется «Букет-карта». Это набор цветов, что характеризует ребёнка. Например, у меня бальзамин, орхидея, кориандр, георгин, гибискус, самшит, и тигровая лилия. – Мгм, а почему тогда Изуку ромашка? – всё ещё не понимала женщина. – В нашем народе ромашка – символ невинности и чистоты. Ещё женственности. Ещё.. –...Ещё ромашка есть символом правды и надёжного и искреннего чувства, скромности, детства и первой любви. – продолжила само собой Инко. – Верно... Откуда вы так много знаете про цветы? – Я лекарь, работаю с травами. Ещё бы я про цветы не знала. – улыбнулась она. – Если подумать, да, Изуку похож на ромашку. – Мам! – возмутился Мидория, что заслушался рассказов про цветы и обычаи народа Каччана. – Но я же не девушка, чтобы быть женственным. Я совсем не похож на ромашку! – А вот и похож! Ты красивый, честный, надёжный и никогда пакости не делаешь. – распирается Бакуго, стараясь доказать свою точку зрения. Изуку покраснел, а у блондина ни в одном глазу. Он не понял, что сказал что-то смущающее. Мидория закрыл лицо рукой и помотал головой. – Каччан опять назвал меня красивым!!! – пищит мальчик. Мама лишь рассмеялась и последующие дни наблюдала, как её сын играет с единственным другом.

***

Сквозь сон Мидория услышал шарканье по дереву и громкий вой. Звуки исходили с крыши, он зажёг свечу и потирая глаза пошёл на улицу. В одних пижамных штанах. Он вышел на задний двор и увидел картину, что заставила усомниться в факте его пробуждения. Тот самый белобрысый волк ходил по крыше его дома, и даже ложился и качался по ней. Пока Мидория стоял и пытался понять, проснулся он уже или нет, к нему спрыгнуло это животное и начало его обнюхивать с ног до головы. Изуку смеялся, но когда на его глазах животное превратилось в человека, желание смеяться, да и что-либо говорить, пропало напрочь. Перед ним стоял тот самый незнакомец с поляны и тот самый спаситель его друга – Рекса. Тот самый Каччан. – Доброй ночи, Деку.– янтарные глаза блеснули в темноте, хотя под светом свечи кажется, что они тёмно-мендальные. – Не помешал? – Никак нет, Каччан. – Изуку даже улыбнулся, спустя столько времени увидеть старого друга, это что-то невероятное. – Я даже рад тебя видеть, после стольких лет. – Ещё бы ты не был рад меня видеть, ромашечка. Пошли в дом, расскажешь, как вы с Инко-сан поживаете. – то ли усмехнулся, то ли оскалился блондин. Он взял своего друга за запястье и повёл в дом. На самом деле было большим сюрпризом увидеть друга детства спустя, наверное, пятнадцать лет разлуки. Поэтому сейчас Мидория, хоть и возмущается по поводу «ромашечки», но послушно идёт за Каччаном в свой дом.

***

Инко проснулась от того, что кто-то копошится на крыше. Сначала мысль, что это её сын что-то чинит успокоила её начавшее шалить сердце, но когда она в окне увидела Изуку со свечой, что только вышел из дома, она не на шутку перепугалась. Поэтому в данный момент женщина сидит на кухне, пьёт отвар из листьев ромашки и герани. Саму идиллию прерывают два парня, что бесцеремонно входят в столицу дома. Блондинчик держит Мидорию младшего за руку, а сам парень не имеет и малейшего сопротивления. Мама подрывается от неожиданности, ведь видит чужого... Не человека рядом со своим сыном. – Здрасьте, Инко-сан – говорит беззаботно Бакуго. – Как поживаете? Как сердце? Сердце женщины пропустило несколько ударов, но узнав старого знакомого, она мигом успокоилась и присела. Бакуго отпустил Деку и спокойно прошел за стол, сел напротив брюнетки, подперев голову рукой, и посмотрел на парня. – Чего стоим? Ты должен себя чувствовать, как дома, или я? Садись и рассказывай, ромашечка, как вы тут. Мидория послушно сел на стул и всё же решил сказать. – Не называй меня так. Пусть уж лучше будет это твоё «Деку» – недовольно сказал парень. Каччан же коварно улыбнулся, поправил мех на плаще и вернулся к разговору. – Ну уж нет. Я буду называть тебя так, как сам решу. И сейчас ты будешь ромашечкой, – давил лыбу Катсуки, что не мог не тешится с раздражённого лица друга. – Всё, мальчики, не нужно начинать ссориться, – спешит успокоить ребят женщина. – В конце концов взрослые, можно и без перепалок обойтись. Бакуго посмотрел на чашку с отваром. – Мам, сердце? – забеспокоился кудряшь, кладя руку на материнское плечо. – Нет, всё хорошо, – нежно улыбнулась та. – Если вам плохо, я могу сделать декокт по семейному рецепту. Дискомфорт должно снять моментально. – Нет-нет, не заморачивайся, Катсуки, всё правда в порядке. Не послушав, Бакуго пошёл в лазарет, взял определённые травы и замочил их в воде. – Учитывая, что ваш сынуля пошёл полностью в вас, вы так просто не признаетесь. Инко вздохнула и принялась ждать. Кто ж знал, что он такой проницательный? Изуку наверняка об этом знал, раз так спокойно наблюдает. Когда отвар был готов, Бакуго вынул из воды вымокшие растения и подал стакан женщине. Та выпила всё потихоньку и действительно, покалывание как рукой сняло. Проболтали они так до утра, когда начало светать, Бакуго встал, попрощался и собирался уходить, как его остановил женский голос. – Катсуки, что значит Деку? – спросила Инко. Её столько лет интересовал этот вопрос, и теперь она может узнать это. Катсуки лишь улыбнулся и махнул рукой. – Скоро узнаете, Инко-сан. – Пока Каччан! – До скорой, ромашечка. – ответил парень и вышел из дома.

***

Прошло две недели с последней встречи семьи Мидория и Катсуки. От него не было ни слуху ни духу, что не удивительно. Он оборотень как-никак, хоть у них с людьми и заключён мирный договор, пересекаются они редко. Поэтому сейчас Изуку, вместо того, чтобы охотиться, рассматривает перед зеркалом старый шрам на шее в виде небольшого укуса двух клычков. Заработал он его давно, лет шесть назад. Изуку недавно стукнуло шестнадцать, и теперь он может официально выходить на охоту без сопровождения старших. Юный Мидория шёл по протоптанной тропе, держа в руках папино двуствольное ружьё, его самого потряхивало от волнения. Сегодня он принесёт в дом первую добычу. И раз такое дело, это обязан быть как минимум кабан. Парень уже представляет, как он еле дотащит эту увесистую тушу, как не замечает, что забрёл в более тёмную часть леса. Темно, хоть глаз выколи. Спички как назло остались дома, с собой только ружьё и аптечка. Мда... Повезло новичку. Сзади послышался шорох. Не успел парень оглянуться, как его неведомая сила прижимает к дереву, полностью обездвиживая. Оружие мгновенно оказывается на полу, а к шее кто-то принюхивается. – Мм, какой улов сегодня. – сказал этот кто-то, после чего шею пронзило двумя острыми клыками. Мидория как мог вырывался из лап вампира, но чувствовал, что с каждой секундой слабеет. Кровосос не мог насытиться, хватка становилась вялее. На подкорках сознания Изуку оттолкнул от себя кровопийцу, но стоило ему сделать шаг, как он тут же падает. Рассудок уплыл окончательно и последним, что запомнил кудряш, было звериное рычание. Изуку проснулся под вечер, в своей кровати и с перебинтованной шеей. Стоит её коснуться, как всё тело начинает болеть. Он смотрит на тумбу, а там клочок шерсти. Светлой. У Рекса она тёмная значит это не его. Но чья же.. Размышления прервала зашедшая мать с подносом. – Изуку, как себя чувствуешь? - первым делом спросила она, ставя поднос на колени сыну. – Я тебе бульон сварила, твой любимый, покушай. – Спасибо, мам. – он взял ложку и попробовал. – Как всегда очень вкусно. – Кушай. На тебя напал вампир, ты несколько часов был без сознания. – вещает женщина. – Хорошо, что Киришима оказался неподалёку. Представь себе, тебя охранял волк. Не подпускал Эйджиро близко. – Волк? Я его не помню... – Ты кушай, набирайся сил, не буду мешать. Инко ушла на кухню.