Комната 23

Я чувствую себя обновлённой после душа и в чистой одежде. Моё сердце перестало колотить кровь по всему телу с необычайно быстрой скоростью, и мой разум свободен от Лисы. Ну, почти… Настолько, насколько это возможно. Но я не могу оставаться здесь вечно. Надев простую футболку и джинсовые шорты, я думаю, буду ли в безопасности, если буду загорать на крыльце. Тогда ничего не произойдёт, правда? Я выхожу обратно, и солнце поднимается выше в небе, оно под идеальным углом опускается на стул прямо за окном кухни. Я рискую и выглядываю из-за края дома в сторону курятника. Там пусто, только топор на пне заклинивает. Я с облегчением вздыхаю и сажусь на стул. Лиса, вероятно, уехала проверять остальную землю, а это место огромно, так что я думаю, что в безопасности. Пока что. Я загорала около тридцати минут, когда Кай подъехал на своём грузовике. Сажусь и смотрю, как его седой маленький отец выходит вместе с Дже. — Вы оба выглядите хреново, — ухмыльнулась я им, когда они все поднялись на крыльцо. — Хватит кричать! — мистер Ким ворчит на меня. Я просто смеюсь, потому что он всё равно обычно сварливый старик, но сейчас он кажется ещё более сварливым. — У них похмелье, — говорит Кай и смотрит на меня с фальшивым сочувствием. — Никогда бы не догадалась, — говорю я, закатывая глаза. Я не знаю, как миссис Ким справляется с семьёй, полной незрелых мальчиков, включая пожилого мистера Кима. Я смотрела на своё будущее здесь? Может быть, у нас с Каем когда-нибудь будут дети, а я застряну на кухне, делая всю работу, пока они бездельничают? Я неловко ёрзаю на стуле. — Вау… Кто это? — спрашивает Дже, кивая в сторону. Я встаю и вижу, как Лиса идёт по полю к дому. На ней одето то, что было раньше, и у меня сжимается живот по нескольким причинам. Вот, кто такие мальчики из семьи Ким: они вообще не скрывают своих прелестей. — Лиса, психоаналитик Дженни. Она также покупает это место, — говорит Кай. Дже хмурится и странно смотрит на меня. Он является ни на что не годным мальчиком с южной фермы, а я успешная женщина в городе, но именно мне сейчас неловко. — Чёрт, она невероятнл горячая. Думаю, что ей пора поздороваться с Дже, — ухмыляется он и убегает, прежде чем я успеваю его остановить. Блять. Чувствую себя жутко. Я не хочу, чтобы он встречался с ней, разговаривал с ней или касался её. Если я заметила у Лисы отсутствие бюстгальтера, её вспотевшее тело и… То он обязательно заметит. — Скажи ему, чтобы он отвалил, Кай, — предупреждающе говорю я. Он только посмеивается. — В этом весь Дже, — Кай пожимает плечами. — Нет, я серьёзно, — бросаюсь я на него, — она мой психоаналитик. Это чертовски странно, я не хочу, чтобы она была вовлечена в семейные дела, хорошо? Кай смотрит на меня и понимает, что я серьёзно. — Хорошо, Джен, расслабься. Я позабочусь о том, чтобы между ними ничего не произошло: скажу ему, когда вернётся, чтобы он держал это в своих штанах. При этой мысли мне становится ещё хуже. — Хорошо, — говорю я, когда моё дыхание понемногу успокаивается, — спасибо, — говорю я, наклоняюсь и слегка целую его в щеку. Я не знаю почему, но надеялась, что Лиса увидела. Тошнотворное чувство быстро возвращается, когда Дже и Лиса приближаются. Я слышу её хихиканье. Мой живот опускается до новой глубины, и я чувствую себя глупо, мне хочется плакать. Я думала, что это хихиканье предназначено только для меня, от него обычно трепещет живот, но теперь я думаю, что это просто убило его. Я ненавижу это чувство. Что со мной не так? Дже с Лисой достигают крыльца и останавливаются. — Ну, конечно, приятно видеть здесь красивое лицо для разнообразия, — ухмыляется Дже Лисе, и она снова хихикает, чёрт возьми. — О, я не знаю об этом, — мягко говорит Лиса и склоняет голову, — ведь Дженни здесь, верно? Моя голова вздымается вверх, и она улыбается мне. Моё лицо горит красным, и я надеюсь, что могу обвинить в этом солнечный ожог или что-то в этом роде. Я инстинктивно сжимаю руку Кая. — Ах, но её забрал мой собственный брат, если только… не говори мне, что твоё красивое личико тоже кто-то забрал? — спрашивает Дже, касается её руки, и это меня злит. Мой гнев рассеивается, когда моё сердце останавливается и я смотрю на неё. Она смотрит прямо на меня, и моя хватка на руке Кая сжимается, мне даже хочется уклониться от неё за его спиной. — Нет, моё не взяли, — вежливо улыбается Лиса. — Э-э-э, Дже? — прерывает Кай, — Могу ли я поговорить с тобой минутку? — спрашивает он, указывая большим пальцем через плечо в сторону дома. Дже выглядит сбитым с толку, но затем улыбается Лисе: — Увидимся позже. Кай бросает на меня взгляд, прежде чем войти в дом с Дже. Я доверяю ему в просьбе убедить его отступить. Дерьмо. Только теперь я понимаю, что, попросив Кая поговорить с Дже, я осталась здесь наедине с Лисой. — У тебя всё нормально? Я поднялась, а Лиса подошла ближе ко мне, переступая ступеньку. Её кожа всё ещё сияет, а волосы растрепанны, хочется провести по ним руками. Я не знаю, из-за солнца ли это, но я внезапно замечаю маленькие веснушки на её лице, и она выглядит красиво. От неё перехватывает дыхание. — Э-э… да… теперь я в порядке, — неуверенно говорю я. Правда? — Ты злишься на меня? — спрашивает Лиса, и я смотрю на её лицо, когда она восхитительно морщит нос и смотрит на меня, как грёбаный щенок. Да. Я злюсь на неё. Я думаю, что она ведет себя непрофессионально, и хочу, чтобы она остановилась, нет, мне нужно, чтобы она остановилась. — Н-нет, — я всё равно вру, сейчас не самое время об этом говорить. — Ага, — медленно говорит она и бросает на меня взгляд, который говорит о том, что она не верит, — ну, что же, я ушла, чтобы принять ванну и переодеться. — Да? Планируешь куда-нибудь пойти? — спросила я, хотя бы стараясь оставаться вежливой. — О нет, мне всё ещё нужно осмотреть остальную часть места. Я просто проверяла животных: все они кажутся относительно здоровыми и годными для производства. Мне нужно проверить урожай и остальную землю, а затем сделать заметки. — Хорошо, — я киваю и потираю руки вверх и вниз по бёдрам. Она всегда заставляет меня чертовски нервничать. — Так что, если тебе понадобится компания, я буду рядом, — говорит она, проходя мимо меня и идя в дом. Я делаю вдох и пытаюсь заставить свой мозг и тело снова функционировать.

***

Позже вечером я сижу на коленях у Кая в гостиной. Он болтает с Дже, а я просто сижу и смотрю на камин, пылающий огнём, и потрескивающие куски дерева. Входит Лиса, и я сдерживаю смех. Она перешла с одной пары комбинезона на другую. Он такой же, как и предыдущий, за исключением более светлого оттенка коричневого. Лиса, кажется, игнорирует свободные места, и я с радостью замечаю то, что она также не садится рядом с Дже Воном, и вместо этого — перед огнем. Я снова бросаю взгляд на щель сбоку, и на этот раз она надела белый бюстгальтер. Я задаюсь вопросом, надела ли она его ради меня? И снова почти как по волшебству её глаза отклоняются в сторону, и она слегка ухмыляется мне. Я краснею, а края моих губ в ответ подёргиваются. Кай и Дже обсуждают футбол или что-то в этом роде, а я просто сижу здесь, на коленях у своего будущего мужа, и думаю о том, какие у Лисы красивые глаза. Я вижу отражение тёплого красного свечения огня, которое смешивается с коричневым, создавая самый замечательный оксюморон, который я когда-либо видела. — Ты надо мной смеёшься? — игриво спрашивает Лиса. Только сейчас я понимаю, что её руки заняты завязыванием шнурков. Мне интересно, куда она идёт. Её глаза по-прежнему смотрят на меня сбоку. Я ухмыляюсь в ответ: — Немного, — стыдливо пожимаю плечом, — я думала, ты переоденешься. Лиса смотрит на свою одежду и поворачивается на полу лицом ко мне. — Так я переоделась, — просто говорит она. Я немного посмеиваюсь. — Не сильно отличается от твоего прежнего образа. Она улыбается в ответ, и её глаза сияют на меня. — Это моя сельскохозяйственная одежда, не имеет особого смысла носить здесь обычную одежду. Я фыркаю, потому что видела «обычную» одежду Лисы, а она совсем не такая. Она склоняет голову набок: — Ты снова смеешься надо мной, не так ли? — Только в хорошем смысле, — вздыхаю я, и мы обе просто улыбаемся друг другу. Дже разрушает наш маленький момент, когда я замечаю, что он и Кай перестали разговаривать. Я не помню ничего другого, что произошло с тех пор, как Лиса вошла в комнату. — Он немного большой для тебя, не так ли. Тебе нужно надеть что-то гораздо посильнее, — говорит Дже, шевеля бровями, глядя на блондинку. Улыбка Лисы исчезает, и она немного хмурится. — Он принадлежит моему папе. У меня переворачивается живот, потому что я так счастлива: она груба с Дже, но, с другой стороны, я немного заинтригована. Я хочу спросить её о гораздо большем. — Ну, я думаю, он крутой, — говорит Кай и показывает Лисе «класс» большим пальцем. — Спасибо, разве он не классный? — она улыбается и смотрит на себя, теребя ремни комбинезона. Я хихикаю, потому что никому нельзя позволять быть такой милой. — Я думаю, что нам вчетвером следует заняться чем-нибудь весёлым, не так ли, ребята? — говорит Дже, но ухмыляется Лисе. Я действительно надеюсь, что Кай прояснил это раньше. Я точно знаю, какое веселье он хочет получить, и мне это не нравится. Это потому, что она мой психоаналитик, верно? Да, вот и всё, другой причины на самом деле нет. Хорошо, я нахожу её привлекательной, но это чувство всего лишь временно. Это пройдёт, и я просто посмеюсь над этим позже. В конце концов, я люблю Кая. — Да, — глаза Лисы расширяются, и она топает ногами по полу, — мы должны поиграть в прятки, верно? Я соскальзываю с колен Кая и смеюсь. Кай и Дже тоже смеются, а Лиса выглядит сбитой с толку. Я надеюсь, что они не смеются над ней, ведь я просто смеюсь, потому что она не может быть ещё милее. Лиса похожа на маленького ребенка, попавшего в ловушку тела молодой мудрой женщины, и я действительно не встречала никого подобного ей раньше. — Что в этом смешного? — спрашивает Лиса с застенчивой улыбкой, — я имею в виду, что у вас есть большой дом и эта огромная земля, и вы никогда не играли в прятки? — Я готов к этому, — ухмыльнулся Дже. Я закатываю глаза, потому что он идёт на это только для того, чтобы залезть ей в штаны. — Хотя, — добавляет Лиса и поднимает руку, как будто она в классе. Ей нужно перестать быть настолько милой. — Я не могу, потому что недостаточно хорошо знаю это место, и меня будет очень легко найти. — Я буду искать, — вздыхает Кай и встаёт, — нам нужно установить правила или что-то в этом роде, верно? — Ага, — киваю я и чувствую возбуждение, будто в животе сидит ребёнок, щекочущий его. На самом деле это была довольно крутая идея. — Например, в лесу нельзя прятаться, — говорит Лиса, вставая и немного кружась на месте, — только по периметру земли. — Легко, — пожимает плечами Кай, — я вырос в этом месте и знаю его как свои пять пальцев. Я найду вас всех примерно за пять минут. — На связи, бро, — говорит Дже, вставая, подходит к Лисе и берет её за руку. — Давай, нам лучше начать, — он улыбается ей, и она хихикает в ответ. К черту всё. Кай явно не был достаточно ясен, когда сказал «отвалить». — Тебе, наверное, стоит считать до двадцати трёх, — говорит Лиса Каю. Я фыркаю. — Почему именно это число? — смеясь, спрашивает Кай. — Потому что это хорошее число, — говорит Лиса так, будто это должно быть очевидно. Шутки в сторону. Я хочу сделать с ней что-нибудь, чтобы показать ей, насколько она милая. Может, обнять её или что-то в этом роде. Или просто поднести к ней зеркало. Кай поворачивается к стене, опирается на неё рукой и прячет лицо. — Один… Два… Три… Лиса с Дже уже убегают, и я слышу, как хлопает входная дверь. Блять. — Неужели мы, взрослые, серьёзно играем в прятки? — спрашиваю я, скрестив руки, внезапно не в настроении играть. — Восемь… Да… Девять… Десять… Я закатываю глаза и ухожу, чёрт, я даже никуда не бегу. Выхожу на крыльцо, мне сразу становится холодно: дует холодный ветер, а небо почти тёмно-коричневое, вдали видна луна. Ладно, это жутковато — играть в прятки ночью. Я подумывала о том, чтобы нарушить правило Лисы и отправиться в лес, потому что теперь, когда я думаю об этом, то есть не так много мест, где можно спрятаться. Во всяком случае, для меня это не очевидно. Я иду вперёд по полям и смотрю на дубовую ферму. Я ни за что туда не пойду, это выглядит чертовски жутко и, кроме того, это против правил. У меня действительно не хватает духу нарушать правила Лисы. Мне интересно, куда они пошли, потому что я смотрю вокруг и даже не вижу их на расстоянии. Я думаю, что они обошли заднюю часть дома и спустились к кукурузным полям внизу, но я думаю, что это довольно очевидное место, чтобы спрятаться. Я внезапно беспокоюсь, что Лиса заблудится, потому что кукурузное поле продолжается бесконечно, к тому же Дже, вероятно, совершит какую-нибудь глупость и подкрадётся к ней. Моё сердце замирает. Я не хочу думать о том, что Дже попытается сделать с Лисой в темноте, и она, вероятно, просто захихикает в ответ. К чёрту её, она может его завести. Чувствуя, что мне нужно прочистить голову, я иду, пока не дойду до одного из сараев. Я знаю, что он пуст и именно там Ким хранят стога сена. Вздыхаю, думая, что это такое же хорошее место, как и любое другое. К тому же, буду замораживать свои сиськи здесь. Я вхожу и вижу, что сено на нижнем этаже аккуратно сложено квадратными связками. На чердак сверху ведёт деревянная лестница, и отсюда видно, что там нет ничего, кроме сена, поэтому поднимаюсь по ней осторожно. Как только я достигла вершины, то вижу, что повсюду только разбросаны груды соломы и сена, я почти не вижу пола. Я улыбаюсь, думая, что на самом деле это довольно идеальное место. Я собираю их с пола и осторожно подхожу к дальнему углу. Пол сделан из дерева, и я ступаю слегка, потому что чувствую, что он с трудом выдерживает вес моего тела. Я толкаю кучу перед собой и просто ложусь на сено позади неё, скрывая своё тело от поля зрения. Отсюда открывается неплохой вид на дверь. Я вздыхаю и закрываю глаза. Сено необычайно удобное. Я думаю, что если лягу на спину, то усну, поэтому делаю небольшую подушку из сена и перекладываюсь так, чтобы быть на боку и смотреть на дверь. Я снова закрываю глаза. Мои глаза открываются, когда думаю, что слышу шаги по гравийной дорожке снаружи, но это мог быть просто ветер. Внезапно я слышу сдвиг сена сзади и я выпрыгиваю из-под кожи. — Какого хре… Мой рот зажат рукой, прикрывающей мою собственную, и фигура прижимается к моей спине. Другая рука человека обнимает меня за талию и прижимает к себе. Моё сердце бешено бьётся в груди, потому что я точно знаю, кто это. Только она может заставить мою кожу гореть и кровь течь по венам вот так. Маленькая грудь у моей спины только ещё раз подтверждает это. — Чш-ш, — воркует Лиса мне в ухо, и её дыхание скользит по моей шее. Всё её тело прилегает к моему, и я внезапно не чувствую своих ног, а мой рот пылает, когда её мягкая рука крепко закрывает его. — Ты выдашь наше убежище, — шепчет она, а затем хихикает мне на ухо. У меня мурашки по коже с одной стороны тела. Я задаюсь вопросом, откуда, чёрт возьми, она взялась или что заставляет её думать, что она может сделать это со мной ещё раз, но я внезапно понимаю, что она права, потому что Кай заходит. Я знала, что слышала кого-то снаружи. Моё сердце бьётся настолько громко, что чувствую, как оно отражается от тёплого тела Лисы позади меня. Я в противоречии. Самая страшная мысль прямо сейчас заключается в том, что Кай поймает меня не потому, что я не хочу проигрывать игру, а потому, что я вдруг понимаю, что мне очень нравится Лиса, которая так близка ко мне. Мне действительно нравятся губы прижаты к её ладони. Между ног возникает знакомое покалывание, когда её теплое дыхание ударяет по задней части шеи. Я думаю, что собираюсь потерять сознание. Я хныкнула в её ладонь и клянусь, что слышу и чувствую самый крохотный смех позади себя. Я слышу, как Кай ходит внизу, могу сказать, что он пытается красться, но я знаю, что он слишком неуклюж, чтобы так делать. Я слышу стук и на мгновение надеюсь, что это моё сердце, но затем я понимаю, что это Кай поднимается по лестнице. Пытаюсь оставаться неподвижной и вижу его краем глаза. Кажется, он остановился наверху лестницы и теперь осматривает здесь всё. Около минуты проходит в полной тишине, но кажется, что прошли часы. Моё тело напрягается, а затем вздрагивает, когда я чувствую, что кончик носа Лисы задевает мочку моего уха. Словно почувствовав мою реакцию, Лиса сильнее прижимает руку к моему рту, и я закатываю глаза от этого всего. Блять. Я должна это признать. Не знаю, что это значит, но должна это признать. Она заводит меня так легко, чего Кай никогда не делал, или, как я думаю, когда-то мог. Однако, чувство пройдёт, правда? Кай, кажется, убеждён, что здесь никого нет, и снова спускается по лестнице. Я вижу, как он выходит из сарая, и слышу, как его шаги отдаляются. Я чувствую, как моё тело расслабляется в Лисе, и мне так плохо из-за того, что я хочу остаться в таком состоянии. Тогда реальность поражает меня. Я выхожу замуж за Кая, а она женщина, мой психоаналитик для всех. Всё это неправильно. Я беру её запястье и отталкиваю руку, когда уверена, что Кай больше не в пределах слышимости. Я задыхаюсь и отползаю на четвереньках; поворачиваюсь, всё ещё тяжело дыша. Лиса сидит, безмятежно улыбается мне, и я удивляюсь, как, чёрт возьми, она может быть такой спокойной во всём. — Т-т… Ты ведёшь себя непрофессионально, — внезапно заикаюсь я. Её светлые брови вздымаются вверх, и она выглядит смущенной. — Ты продолжаешь мне что-то говорить, смотреть на меня и трогать меня, и я не могу принять это нормально? Я думаю, что ты выходишь за рамки, и, кроме того, я не… я не… Я внезапно не могу закончить предложение. — Дженни? Что не так? — Лиса озабоченно нахмурилась, она придвигается ближе ко мне и протягивает руку, чтобы положить её на моё колено. Это последнее, чёрт возьми, что мне сейчас нужно. Я делаете первое, что приходит в голову инстинктивно: резко отталкиваю её руку. — Т-только не трогай меня! Она в шоке смотрит на меня, и я тоже в шоке, потому что практически толкнула её весом своего сопротивления. — Ты только что ударила меня? — спрашивает Лиса тихим и неуверенным голосом, но она выглядит рассерженной. — Я не имела в виду… Меня прерывает она, когда её ботинок с резким стуком пинает меня. Мой рот открывается. Она только что пнула меня. — Ты меня только что пнула? — я хмурюсь, чувствуя, что у меня поднимается температура совершенно по другой причине. — Да ну, — она пожимает плечами, — ты ударила меня первой. Прежде чем я успела что-либо обработать, моё тело, кажется, работает на автопилоте, и я подскакиваю вперёд и хлопаю её по руке. Она в шоке открывает рот и пинает мой второй ботинок. — Ты что, шутишь? — я шиплю от ярости, — Это смешно; я могла бы получить твою долбаную лицензию, ты непрофессиональная дура. Я засужу твою задницу или что-то в этом роде. Затем Лиса смеётся. На самом деле смеётся надо мной. Она кладёт руку на сердце, запрокидывает голову и снова смеётся. — Ах да? Каковы будут основания для этого? — Ты непрофессиональна, ты прикасаешься ко мне и… и… смотришь на меня… Я внезапно не могу описать словами, что именно она сделала, что было непрофессионально, а затем паника просачивается, когда я думаю, что, возможно, всё это было в моей голове. Я же всё это не выдумала, верно? — Хорошо, значит, ты подашь на меня в суд за то, что я прикасалась к тебе, разговаривала с тобой и смотрела на тебя, — повторяет она, и я внезапно понимаю, насколько глупо я говорила, — да, удачи с этим, — сухо добавляет она и, чтобы добавить оскорбления к травме, протягивает руку и насмешливо похлопывает меня по плечу. Я внезапно вижу красный цвет и, ни о чём не думая, бросаюсь на неё. Моё тело налетело на неё с полной силой, она летит назад и ударяется спиной о пол сена. Я беру её за ремни комбинезона и пытаюсь отбросить в сторону, но она хватает меня и уносит с собой. Мы обе внезапно катимся друг на друге и случайным образом ударяем друг друга о сено. Я чувствую, как оно цепляется за меня, когда перед моим взором свистят цвета и конечности, и мне, наконец, удаётся споткнуться и поймать её. Только когда я остановилась, чтобы перевести дыхание, я поняла, что сижу на Лисе сверху, и её запястья прижаты обеими руками. Я внезапно снова теряю дыхание, когда смотрю вниз, и более темные, чем обычно, карие глаза Лисы с прикрытыми ресницами беспричинно смотрят на меня. Я сглатываю и смотрю вниз: её грудь поднимается и опускается очень быстро, и я чувствую, что моя собственная делает то же самое. — Что мы делаем? — я задыхаюсь, будучи полностью сбитой с толку и запыхавшейся. Её глаза падают с моих глаз и блуждают где-то под шеей. — Понятия не имею, — говорит она. Её голос звучит сдавленно и хрипло. Я понимаю, что сижу на её бедрах, и ощущение покалывания возвращается. Я клянусь, что чувствую трение между моей промежностью в одежде и её бедрами, хотя мы оба не двигаемся, а просто тяжело дышим и смотрим друг на друга. Я оглядываю её сверху вниз, и на моих губах шевелится невероятная улыбка. Забыв о путанице и обо всём остальном, мне хочется смеяться над тем, насколько мы глупые. Кажется, она чувствует мой сдвиг в настроении и тоже улыбается мне, её глаза светлеют. — Ну, — говорит она, откидывая с лица прядь сена и волос, — это быстро обострилось. Я отпускаю запястья и падаю на неё сверху, и мы обе внезапно заражаемся смехом. Она искренне смеётся, как будто не может остановиться, и я тоже, хватаюсь за живот и скатываюсь с неё на спину рядом с ней. У меня начинает болеть живот от такого смеха. Смех Лисы утихает первым, а потом и мой смех. Мы обе лежим в тишине, нарушаемую только случайным хихиканьем Лисы. Мне здесь странно комфортно, сидя в тишине. Обычно я ненавижу тишину, но с ней это выглядит нормальным. В конце концов, я прочистила горло: — Ну, — вздыхаю я, пытаясь собрать все куски сена, застрявшие в моих волосах, — я не дралась со школы, — я улыбаюсь в потолок. Лиса хихикает и мой живот снова начинает трепетать. — Я не дралась… никогда, — говорит она. — Никогда? — удивленно спросила я. — Никогда, — повторяет она, и я слышу улыбку в её голосе, — ты забрала мою боевую девственность. Я чувствую, как горят щёки, и немного смеюсь. Я люблю то, что она заставляет меня чувствовать. — Могу я кое-что прояснить, Дженни? — спрашивает она, и в её голосе звучит неуверенность. Я сглатываю, затем киваю, но понимаю, что она меня не видит. — Да, — говорю, опасаясь того, что произойдёт, даже если я не знаю, но мой живот всё равно вертится внутри моего тела. — Я твой психоаналитик в комнате 23. За пределами этой комнаты? Я просто твоя подруга. — Т-ты хочешь быть моей подругой? — спросила я, опешив. Я этого не ожидала. У меня не так много друзей, и не думаю, что меня когда-либо на самом деле просили или считали другом. — Да, — тихо отвечает Лиса, — но нам есть о чём поговорить. Я ухмыляюсь, думая, что это преуменьшение. — Внутри комнаты 23 или снаружи? Она молчит на мгновение, прежде чем ответить: — И там, и там. Но я думаю важно, чтобы мы сконцентрировались на твоём консультировании, поэтому ты должна не забыть сделать домашнее задание во вторник, у нас есть над чем поработать. Я сглатываю, не зная, жду ли я этого или боюсь. Но я знаю одно — у меня появился новая подруга. И мне нравится, как эта подруга заставляет меня чувствовать.