Комната 23

Я смотрю на часы на прикроватной тумбочке: сейчас 9:23 утра. Я не сплю уже несколько часов и слышала движения за пределами комнаты, но я почему-то не хочу двигаться. В конце концов мне придётся это сделать, потому что мочевой пузырь сейчас лопнет. Может, я смогу быстро сходить в туалет, пойти обратно в комнату и остаться незамеченной? Весь вчерашний день снова и снова прокручивается в голове. Рассказ Лисы, то, как она открылась мне, как мы поцеловались. Лиса права, у нас роман, и каждый раз, когда я думаю об этом, у меня сводит живот и тошнит от чувства вины и тревоги. Но если мысленно отгородиться от всего, всех и просто воспроизвести улыбку Лисы, её губы, целующие меня в ответ, рассказывающие мне о её прошлом…. Сердце замирает, хочется свернуться клубочком и просто глупо улыбаться самой себе. Чёрт. Что это значит? Значит ли это то, что я думаю? Ладно, я и вправду могу рассмотреть возможность того, что я не натуралка, но ничего не могу с этим поделать, не так ли? Я не собираюсь… делать каминг-аут… или что-то в этом роде. Мне не о чем говорить, потому что у меня есть Кай. Может быть, теперь, когда я поцеловала Лису, любопытная сторона исчезла. Нет больше чувств, нет больше тайны, нет больше напряжения, разве это не должно облегчить ситуацию? Это был единичный случай и он больше никогда не повторится. Да, так и должно быть. Я закатываю глаза и начинаю нехотя вставать с кровати, потому что теперь мне действительно нужно в туалет. Не знаю почему, но путь к уборной через коридор я прошла на цыпочках. После я хотела открыть дверь, но кто-то открывает её с другой стороны. Я слегка трясу головой, когда горячий пар вырывается в мою сторону. — Упс, извини, я только из душа, — говорит голос. Когда пар немного рассеивается и мои глаза привыкают к свету, челюсть отпадает от открывшегося передо мной вида: обнаженная Лиса стоит с полотенцем, обёрнутым вокруг её тела и головы. Блеск воды на её ключицах и лице, она выглядит просто ангельски. — О, — говорит она, как будто только что осознав, что это я, — привет. — Э… привет, — я выдыхаю в ответ. Так много напряжения для его отсутствия, — я просто зашла в туалет, — тупо говорю, уставившись на верхнюю половину её груди. Понятия не имею, зачем я ей это говорю. — Я так и поняла, — ухмыляется она, и её глаза словно упиваются моими. Наверняка ей нравится, что я рассматриваю её, — люди обычно приходят в туалет, чтобы воспользоваться им. Капля воды медленно скользит по её груди и исчезает под полотенцем, погружаясь в ложбинку между грудей. Я медленно моргаю, а затем смотрю ей в глаза, краснея. — Кхм… верно, — неловко произношу я, — слушай, я буду уезжать. Хочу вернуться домой к ужину. — О, — говорит она и в её голосе звучит разочарование, но не удивление. — Да, — я неловко потираю затылок, сердце снова начинает колотиться в груди. Как будто оно не может выдержать и десяти секунд пребывания в её обществе, — я хотела спросить, можем ли мы поговорить? — Хорошо, — кивает она, её голова делает как бы сочувственный наклон, — я пойду в твою комнату, чтобы высушить волосы, ты можешь поговорить со мной после уборной, если хочешь. — Хорошо, — киваю я. Она улыбается и проходит мимо меня, а я закрываю глаза и стараюсь не упасть в обморок от того, как тепло, влажно и прекрасно она выглядит, или от того, как вкусно она пахнет, на этот раз клубникой. Я слышу её хихиканье, когда она уходит. Должно быть, она смеётся надо мной. Закончив все свои дела в туалете, я возвращаюсь в свою комнату и закрываю за собой дверь. Лиса сидит на полу с феном и расчёской перед зеркалом в гардеробной. Я просто стою и смотрю на неё в зеркале. — Надеюсь, ты не против, зеркало здесь больше. — Вовсе нет, — говорю я и начинаю играть руками. Она смотрит на меня с подозрением: — Ты в порядке? Я полагаю, ты хочешь поговорить о вчерашнем? Я сглатываю и киваю, внезапно оказавшись не в состоянии вымолвить и слова. — Хм… — Лиса вздыхает и робко улыбается мне в зеркале, — мне очень понравилось целовать тебя, а тебе… тебе было хорошо? — спрашивает она и это первый раз, когда я вижу, что она выглядит неуверенной. — Да, мне понравилось, — говорю я медленно, с трудом веря, что веду этот разговор, — я имею в виду, — издаю пустой смешок, — это был лучший поцелуй в моей жизни, если честно. Она смотрит на меня, затем жует нижнюю губу и начинает проводить пальцами по ключице, как будто она взволнована. Вместо того чтобы сказать что-нибудь в ответ, она снимает полотенце с головы, и её растрепанные мокрые волосы падают на плечи. Я просто смотрю на неё. Мы должны были говорить. — Это не должно повториться, — говорит она мне. — Верно, — соглашаюсь, но выходит так, будто я не согласна. — Ты сказала, что хотела поцеловать меня снова прошлой ночью, так ты хочешь сказать, что не хочешь поцеловать меня снова сейчас? — спрашивает она и морщит лицо. — Сейчас? В смысле прямо сейчас? — Прямо сейчас, — твердо говорит она и серьёзно смотрит на меня. — Ты получаешь какой-то кайф от того, что ты со мной так возишься? Я имею в виду, ты дразнишь меня, находишься рядом со мной, но потом… — Кто бы говорил, — вмешивается она и слегка улыбается мне, — у тебя со мной тоже всё время что-то происходит, Дженни, — грустно говорит она, пожимая плечами. Я качаю головой, потому что не могу с этим поспорить, и иду к кровати. Вся эта ситуация такая запутанная. — Послушай, Лиса, — нетерпеливо вздыхаю я и опускаюсь на кровать. Её карие глаза тоскливо смотрят на меня в зеркало, продолжая расчесывать свои мокрые волосы, сидя на полу, — в одну минуту ты говоришь, что это неправильно, а в другую звонишь мне и говоришь, что голая думаешь обо мне. Что я должна думать? — Я говорила тебе, что флирт — это всё, что у нас может быть, — строго говорит она мне. — Но посмотри, что это заставило меня сделать! — шиплю ей, смотря на дверь, чтобы убедиться, что она закрыта, — мы поцеловались вчера. Лиса коротко смеётся: — Дженни, я собираюсь предположить, что твоя память подводит тебя, но не мой флирт заставил нас поцеловаться. Ты поцеловала меня. Я плакала и хотела побыть одна, но ты осталась и поцеловала меня, хотя я предупреждала тебя прямо перед этим, что этого делать не следует. — Я… — начинаю, но не знаю, что сказать, — я просто хотела, чтобы ты перестала плакать. — И нормальная реакция человека — поцеловать его, когда он плачет? Знаешь, друзья обычно просто обнимаются или едят мороженое. Я закатываю глаза: — Ты знаешь, что я чувствую к тебе. — На самом деле нет, — коротко отвечает она, кладёт расческу и смотрит на меня в зеркало, — кто я для тебя, Дженни? Подруга? Подруга для поцелуев? Флиртующая подруга? Психотерапевтка? Кто и что именно я заставляю тебя чувствовать? Сердце гулко стучит в груди. Моё желание заткнуть её с каждой секундой росло в тысячу раз. Честно, мне хочется плакать. Глаза щиплет, я моргаю несколько раз и сжимаю живот, чтобы остановить слёзы. — Ты… ты заставляешь меня, — почти шепчу я, голос дрожит. Выражение лица Лисы стало другим и теперь она поворачивается на полу, чтобы посмотреть на меня. — Я говорила тебе, что никто не заставляет меня чувствовать себя так, как ты. Ты заставляешь меня чувствовать себя такой особенной и важной, но такой незначительной, ты заставляешь меня чувствовать, что я падаю, когда стою на месте, и я скучаю по тебе, когда тебя нет, так сильно, что это причиняет боль. Мне кажется, что я сплю, когда я не с тобой, что я никогда по-настоящему не жила, пока не встретила тебя. Каждый раз, когда ты смеёшься или улыбаешься мне, клянусь, я думаю, что умираю, и что на самом деле я не против этого. После моей небольшой речи она поджимает губы, смущённо отводя взгляд, а я всё ещё не могу отойти. — Хорошо, — тихо говорит Лиса, — я перестану с тобой флиртовать, если тебе так будет легче. — Спасибо. — Но, Дженни? — тихо говорит она, её карие глаза встречаются с моими, — это не помешает тебе влюбиться в меня. — Что? Я не… — я запнулась и просто уставилась на неё в недоумении, — Как ты смеешь просто предполагать… — я снова запнулась, потому что понятия не имею, что хочу сказать, всё тело в панике, словно оно бешено переключается между смущением, осознанием и гневом. И я решаю выбрать гнев. — Я не влюбляюсь в тебя, — насмехаюсь и хмуро смотрю на неё, — боже, ты не можешь быть ещё более высокомерной? Глаза Лисы опускаются на пол, и внезапно она выглядит гораздо более грустнее. — Значит, ты не влюбишься в меня? — шепчет она и даже не смотрит на меня. Я не могу понять, жалеет ли она меня или ей действительно больно, — просто то, как ты сейчас описала свои чувства, очень похоже на… — она запнулась и не закончила предложение. Никогда в жизни мой гнев не рассеивался настолько быстро. Мышцы расслабляются и я выдыхаю, гнев покидает тело. Я встаю с кровати и опускаюсь на пол, чтобы сидеть напротив неё. — Я не знаю ответа на этот вопрос, — честно говорю я. Она слегка кивает и смотрит на меня, её обычно спокойные карие глаза теперь тёмные. Я вдруг вспоминаю, что вчера она была очень грустной; я были так погружена в себя, что забыла об этом. — Тебе лучше сегодня? Вчера ты выглядела очень расстроенной. — Да, наверное. Ты просто открыла старые раны, — тихо говорит она и отворачивается от меня. — Извини за это, — бормочу я, чувствуя искреннюю вину. Она снова смотрит на меня и её лицо внезапно становится ярче, а на губах появляется широкая улыбка. — Всё в порядке, ты поцеловала их лучше. Я издаю нервный смешок. — Тебе лучше уйти, — говорит она, её улыбка немного ослабевает, — хорошо позавтракай, тебе предстоит долгая дорога назад. — Угу, — говорю беззвучно, - я бы хотела, чтобы ты вернулась, — признаюсь я ей. — Я вернусь, — просто говорит она и вежливо улыбается. — Что? — ошеломлённо спрашиваю я и не могу не улыбнуться, — Ты вернешься? Ты вернешься и будешь меня консультировать? — Нет. — Что? Почему нет? — хмуро спрашиваю я, будучи сбитой с толку. — Я всё ещё в отпуске, но даже без этого, у меня нет намерения возобновлять сеансы с тобой, Дженни. Как я говорила ранее, я хочу, чтобы ты какое-то время побыла с Дарой. Я ворчу, чувствуя себя глупо отвергнутой. — Но ты ведь вернешься в город? — Да, миссис Ким говорит, не нужно моей помощи примерно три недели, — говорит Лиса с небольшой улыбкой. — Когда мы снова увидимся? — быстро спрашиваю я. Ладно, она может не проводить сеансы со мной, но она ведь не будет в другом городе. Лиса наклоняет голову, её взгляд меняется, как будто она думает над ответом: — У тебя есть мой номер, я буду рядом, — говорит она двусмысленно. Я просто киваю ей в ответ, вставая. Чувствуя, что разговор подошёл к концу, иду к двери. Я оборачиваюсь к ней снова, прежде чем добавить: — Эй, Лили? Я очень рада, что ты не будешь так далеко от меня. Чёрт, что это за честность, чувства и вся прочая хрень в последнее время? — О, я не знаю, Дженни. Думаю, что я довольно далеко от тебя, — вздыхает она в ответ. Крылья в моём сердце замирают и опускаются вниз, я хмурюсь и открываю рот, чтобы ответить, но она быстро включает фен и он громко шумит на всю комнату. Я ухожу, не понимая, что она имела в виду.

•••

После того как мы все позавтракали, Лиса берёт Лео на прогулку и собирается проверить кое-что на ферме. Мистер и миссис Ким собираются в город, поэтому пока я не могу уехать. Я иду собирать свои вещи и не могу отделаться от чувства подавленности. Проходя мимо комнаты Лисы, я замечаю, что дверь в неё открыта и, чувствуя огромное любопытство, прокрадываюсь внутрь. Я улыбаюсь, глядя на не застеленную постель Лисы, мне снова хочется поспать рядом с ней. Я обхожу кровать и заглядываю на верх комода, мысленно помечая, что после прошлого раза не стоит заглядывать в район верхних ящиков. Здесь нет ни одной фотографии также, как и дома, но тут это оправданно, она ведь не живёт здесь. Интересно, есть ли у неё семья? Ведь она практически выросла сиротой. Моё сердце ужасно болит, я очень хочу обнять Лису, но её здесь нет. Вдруг, красная папка, лежащая под кроватью, привлекает моё внимание. Я встаю на колени и вытаскиваю её. Смотрю на обложку:

Заметки психолога

2012-2013

Лиса С. Манобан

Номер сотрудника: 48709; Комната: 23

Я удивлённо смотрю на это и начинаю нервничать. Может быть, здесь есть и мои заметки? Я грызу ногти и несколько минут смотрю то на дверь, то на папку в своих руках. К чёрту. Страницы в папке оказываются разложенными в алфавитном порядке, я быстро перелистываю их, боясь быть пойманной, и перехожу к букве «К». — Ким, Ким, Ким… Есть, — бормочу себе под нос и, наконец, перехожу к своим записям. Действительно ли я должна это делать? Я достаю листы бумаги из файла и читаю первую страницу. На ней стоит дата нашей первой встречи.

Дженни Ким. 25.

В настоящее время пациентка не принимает никаких лекарств, ранее у неё не было психических заболеваний или психиатрического вмешательства.

При первом анализе кажется, что пациентка страдает от стресса, тревоги и приступов депрессии.

Опасность длительного заболевания

при отсутствии надлежащего лечения. Нарушен режим сна и настроение кажется неустойчивым.

Кажется, что за высокомерным фасадом скрывается низкая самооценка. Пациентка недовольна личными ситуациями дома, на работе и испытывает горечь от своего окружения. Психиатрическое вмешательство на данный момент не требуется.

План лечения состоит из регулярной когнитивно-поведенческой терапии, приёма лекарств и методов релаксации, а также освещения определённых тем и постановки краткосрочных и долгосрочных целей…

Я резко переворачиваю страницу, раздражаясь. Неужели она так меня воспринимает? Я просматриваю другие записи с последующих встреч, большинство из них кажутся сложными, но некоторые абзацы привлекают моё внимание.

'…У пациентки, похоже,

комплекс альтер-эго;

высокие ожидания от себя,

которые превратились в порочный круг: ожидания против реальности,

в результате чего она никогда не оправдывает собственных ожиданий.

В этом виновато как внешнее давление, так и внутреннее.

Пациентка упряма и очень самосознательна, чтобы заставить её мысленно отказаться от негативного стиля мышления,

потребуется примерно 8-10 сеансов, возможно, больше…’

Все её записи так холодны? Я снова перелистываю страницу и ещё одна часть привлекает моё внимание.

'…Пациентка запуталась в своей сексуальной идентичности.

Похоже, она испытывает конфликт из-за романтических и возможных сексуальных чувств к представителям своего же пола.

Её собственный опыт отношений кажется ограниченным и недостаточно глубоким.

Возможно, пациентка с юных лет путает или романтизирует близкие платонические отношения со своим нынешним женихом и ошибочно, или по собственному желанию, считает,

что это романтические отношения

по умолчанию…’

Бумага выскользнула у меня из рук, я смотрю сквозь пол, а рот слегка приоткрыт. Как она только даже смеет такое предполагать? Это то, что она думает обо мне? Как она смеет принижать мои отношения с Каем? Всё не так! Этого не может быть. Она неправа. Я хотела убрать папку обратно, но тут замечаю, что внизу каждой страницы есть небольшие предложения, перед каждым из которых написано «личные примечания». Маршрут перестроен. Я снова ищу первую запись обо мне и читаю первое примечание с первой встречи:

Личные примечания:

Я не верю в любовь с первого взгляда, но теперь я начинаю сомневаться в этом.

Женщина, которую я встретила сегодня, самая красивая из всех, которую я когда-либо видела.

Я начинаю смеяться, краснеть и качать головой. Так вот о чём она подумала, когда впервые меня встретила? Ах. Теперь я чувствую некое облегчение, потому что часто думала, что наша с ней связь была односторонней. Я с нетерпением листаю оставшиеся страницы и читаю дальше:

Личные примечания:

Сегодняшний сеанс прошёл хорошо. Дженни последовала за мной в парк после работы. Я польщена, но каковы намерения этой женщины? Она может быть натуралкой, и даже если это не так, то боюсь, что могу слишком многое понять, а она только что установила со мной большую доверительную связь.

Я просто надеюсь, что она не привяжется ко мне слишком быстро, это может привести к проблемам.

Но судьба свела нас вместе:

оказалось,

что ранчо, которое я приобрела, принадлежит семье её жениха.

Ох, чёрт… Я ведь знала, что преследовать её до парка было плохой идеей! Я смотрю и читаю дальше:

Личные примечания:

Я проверила ранчо, с ним всё в порядке. Находясь там с Дженни, я поняла одну вещь: она определённо привлекает меня, а я — её.

Надеюсь, это лишь глупая влюблённость в «натуралку»

Личные примечания:

Эта женщина заставляет мой адреналин двигаться быстрее, чем когда я еду на байке. Мне нужно быть осторожной, такого со мной ещё никогда не случалось

Личные примечания:

Мы определённо пересекли черту;

я думала, что мы можем спокойно обойти её, но нет… Нет, не так, это я пересекла черту. Я могу потерять работу, если она сообщит обо мне. Лучше бы она мне так не нравилась. Она помолвлена и собирается замуж,

но я не могу от неё оторваться

С каждой прочитанной строчкой я улыбаюсь всё шире и шире, как идиотка. По мере того как её влечение и чувства становятся всё более очевидными через эти заметки. Я дохожу до последней строчки и слегка задыхаюсь, так как она гласит:

Личные примечания:

вещи, которые я хочу сделать с этой женщиной

Ну, что ж. Теперь я чувствую себя немного виноватой из-за вторжения в её личную жизнь, но что поделать? Я не могла удержаться. Я быстро убираю папку на то место, где она лежала.

•••

Через некоторое время я прощаюсь с Кимами, когда они возвращаются. Когда спускалась на кухню, то увидела Лису, которая стояла у стола и выглядя немного нервной. Я ставлю чемодан на пол и просто смотрю на неё. Она смущённо хлопает ресницами, проводя указательным пальцем по деревянному столу. На моём лице появляется улыбка: — О чём ты думаешь? — спрашиваю я, чувствуя от неё только озорство. — Я думаю, что могу так сильно оттрахать тебя за этим столом, что ты неделю не сможешь ходить, — ухмыляется она. — Я… — заикаюсь я, краснея, — Ты сказала, что не будешь… — Флиртовать с тобой? — перебивает она меня, — Да, я помню. Извини, я хотела, сказать тебе последнюю флиртующую фразу и, кроме того… это то, о чём я искренне думала, — говорит она с откровенной невинностью, — потому что потом я подумала, как бы ты вытащила занозу из… определенных мест… она слегка хихикает. Я глупо улыбаюсь. Она такая милая. Я не могу с ней справиться. — Думаю, мы скоро увидимся, — говорю я в конце концов. — Да. Я делаю шаг вперёд, чтобы обнять её, но она качает головой: — Мы же не хотим, чтобы ты сейчас сделала какую-нибудь глупость, не так ли? — поднимает она брови. Я игриво закатываю глаза. — Конечно. Лис, я просто хочу чтобы ты знала, эти выходные были лучшими за всю мою жизнь, — тихо признаюсь ей. — У меня тоже, — любезно соглашается и улыбается она. По дороге домой я ни о чём не думаю, кроме как о том, чтобы ещё раз и ещё раз прокручивать в голове прошедшие дни, отчаянно пытаясь впитать и удержать каждое воспоминание, как будто оно свежо в памяти. Вкус её губ на моих, но это как держать воду в руках, и я обнаруживаю, что некоторые детали забываются. Это ещё одна причина, почему я должна поцеловать её снова.

•••

В понедельник я возвращаюсь домой с работы, будучи очень радой из-за завтрашней встречи с Дарой; мне нужно кому-то рассказать о прошедших выходных. Джису сегодня не было, так что я могу спокойно выпить кофе. Стоп, Джису! Чёрт, ведь мне придётся рассказать Джису тоже. Она не обрадуется. Я лежу на диване, прижавшись к Каю, чувствуя себя как в оцепенении. Я всё ещё не могу поверить, что эти выходные были реальными. Из мыслей выводит сообщение от Джису:

Идём покупать платья для подружек невесты в выходные, ок? Наверное, теперь тебе придётся пригласить и Лису

Джису злится? Серьёзно? Я ведь не хотела, чтобы Лиса была моей подружкой невесты. Я печатаю ей свой короткий ответ: Конечно. Что же, я не очень люблю переписываться и разговаривать. Тааак, стоит ли мне написать и спросить Лису? Я чувствую себя неловко, когда пишу ей. Может, мне стоит быстро зайти к ней и спросить, прежде чем ложиться спать? — Что-то не так? Кто тебе пишет? — спрашивает Кай, выводя меня из оцепенения. — Лиса, — вру я, — она хочет, чтобы я приехала к ней спланировать покупки платьев на выходные. Святые угодники. Мало того, что я соврала, так я сделала это, почти не задумываясь. Я действительно сертифицированная мошенница. — Ты уверена, что хочешь, чтобы она была ещё одной подружкой невесты? — спрашивает он. — Да, почему нет? Она ведь моя подруга, — отвечаю я довольно оборонительно. Кай лишь слегка хихикает, и я чувствую, как его живот шевелится подо мной. — Я знаю, Дженни, мне нравится Лиса. Я просто хотел узнать, не против ли ты. В животе возрождается очередное чувство вины. — О, да… всё в порядке… Я целую его в щеку. — Я буду там максимум час, это ненадолго. Подъезжаю я к ней на такси и нервничаю, когда поднимаюсь по лестнице в её многоквартирном доме. Действительно ли это нормально, если я просто явлюсь без приглашения? Сегодня вечер понедельника, но что, если её вообще нет дома? Не кажется ли мне странным, что я уже хочу её увидеть, хотя вчера мы только попрощались? Я стучусь в её дверь и слышу движение внутри. Я сжимаю кулаки, нервничая. Дверь открывается, но передо мной стоит не Лиса. Вместо неё стоит Розэ, на которой нет ничего кроме одного из свитеров Лисы. Я открываю рот и смотрю на неё, пока кровь оттекает от лица. — Дженни, верно? Ты здесь, чтобы увидеть Лису? — спрашивает она и накручивает волосы на один из пальцев, выглядя скучающей от моего присутствия. Воздух отказывается поступать в мои лёгкие и я просто качаю головой, начиная уходить. Лиса была с ней? Как она могла просто… Хочу блевать. Спотыкаясь, я возвращаюсь в холл и слышу, как она зовёт меня, но я не слушаю. Я никогда не чувствовала себя такой больной и ревнивой за всю жизнь. Моё сердце ужасно колотится в груди, и впервые за всю мою жизнь оно кажется разбитым. Оно такое пустое. Конечности тяжелеют, когда я спускаюсь по лестнице. Мне хочется плакать, потому что постепенно я начинаю понимать, что не играю в жизни Лисы ту роль, которую хотела бы. Той роли, которую я играю сейчас, просто недостаточно. Я достигаю нижнего уровня и понимаю, что мне нужно вызвать такси, чтобы вернуться; я уже собираюсь покинуть здание, когда слышу, как кто-то спускается по лестнице позади меня. — Дженни? — раздаётся обеспокоенный голос Лисы. Я вздыхаю, оборачиваясь. Лиса быстро спускается по лестнице. Она одета в милый розовый шерстяной кардиган с джинсовыми шортами и я не могу удержаться от улыбки, когда понимаю, что она выбежала из квартиры без обуви. — Розэ сказала, что ты здесь. Что-то случилось? — спрашивает она, теперь стоя передо мной и выглядя немного запыхавшейся. — О, ты знаешь, — сухо начинаю я и пожимаю плечами, — ничего, просто очевидно, что ты и Розэ трахались, вот я и подумала, что к чёрту всё. Ого. Много горечи? — Подожди, что? — говорит Лиса, нахмурившись. Я закатываю глаза, прикидываясь дурочкой. — Поднимайся, Дженни. Я думаю, нам нужно поговорить, — спокойно говорит она мне. — Нет, спасибо, я не хочу прерывать твоё уединение с блондиночкой, — огрызаюсь я и скрещиваю руки. — Её зовут Розэ, — говорит мне Лиса, — и она уже уходит. Я больше не буду спрашивать — пошли, поговорим. Я закатываю глаза, но всё равно иду за ней, потому что довольно трудно говорить «нет» всему, что она говорит. Как только мы доходим до порога, Розэ на этот раз надела брюки. Она уходит. — Было приятно снова увидеть тебя, Дженни, — неловко улыбается она. Ладно, теперь я чувствую себя немного виноватой, потому что она кажется искренней. Лиса машет ей рукой, а я захожу к ней. Неважно. Мне всё равно. — Послушай, — вздыхаю я, как только слышу, что за мной закрывается дверь, — я знаю, что у меня нет абсолютно никакого права ревновать. Я с Каем, а ты свободный человек и можешь быть с кем хочешь, но мне просто неприятна мысль о тебе с ней, ясно? Мне это не нравится. Я очень ревную, — говорю я ей и складываю руки. Наступает тишина и она просто смотрит на меня с серьёзным выражением лица. Она немного прочищает горло и переставляет ноги. — Ты закончила? Она похожа на мою мать, когда она ругала меня в детстве. И сейчас. — Эм, да… всё, — неловко говорю я и прислоняюсь к спинке дивана. Лиса опирается на дверную раму во входе на кухню, глядя на меня так, как на сеансах. Как будто изучает меня. — Ты права насчёт меня и Розэ, но одновременно не права. Не то, чтобы моя личная жизнь была твоим делом, но мы с ней друзья и когда у нас обеих нет отношений мы занимаемся сексом. В этом нет ничего серьёзного, у меня нет серьёзных отношений и я наслаждаюсь сексом со своими друзьями. В последнее время у нас с Розэ не было интимной близости, она пришла, потому что сегодня была свободна и мы дурачились здесь без дела. Думаю, я провела по меньшей мере полдня, разговаривая с ней о тебе. Она хотела поцеловать меня и впервые в жизни я отказалась. Я сказала ей, что слишком зациклена на другой, и именно поэтому я целую вечность говорила о тебе. Поэтому это всё неважно, Дженни. Твоя детская ревность сегодня была ни к чему, — говорит она и холодно пожимает плечами. — Я… ох… — вздыхаю, пытаясь принять всю эту информацию, — ты могла бы поцеловать её, если так хотела. Ты права, это не моё дело. Мне просто нужно уйти. — Да, но это не твоя забота. Я не хочу быть с кем-то из-за тебя. — Что? — спрашивая это, моё сердце останавливается. — Что? — повторяет она за мной. — Ты не хочешь быть ни с кем другим? О чёрт, голос так дрожит. — Хм, — застенчиво вздыхает она и проводит рукой по дверной раме, — нет, не совсем. Я хочу быть с тобой. — Ты хочешь быть со мной? — теперь повторяю я за ней. До меня, видимо, туго доходит. — Я хочу быть с тобой, — шепчет она в ответ, и её глаза смягчаются. — Что ты имеешь в виду? Что это значит? Ты будешь со мной… — спрашиваю я и закатываю глаза от собственного вопроса. Мне страшно, что я просто как-то неправильно её поняла. Лиза вдруг перестает выглядеть отчуждённой и тихонько смеётся, наклоняя голову в сторону. Она медленно она идёт ко мне. — Ну… — задумчивая улыбка пляшет на её губах, а она смотрит вверх в раздумьях, как будто потерявшись в них, — это значит, что я смогу обнять тебя вот так, — тихо говорит она, останавливаясь прямо передом мной и обхватывая меня за талию. Я сразу же напрягаюсь от её прикосновения, когда чувствую, как руки сцепляются за спиной и я ощущаю тепло её лица. Мои руки не знают, куда себя деть, поэтому я кладу их на её. Она стоит здесь, обхватив меня руками, у меня мурашки по коже. Я хочу убежать, но чувствую, что грудь прижимается к её, и вместо этого я прислоняюсь к ней, нуждаясь в том, чтобы быть ближе. — Это значит, что я буду подбадривать тебя, когда тебе будет плохо, и это значит, что мы будем гулять в парке. Мы будем обниматься на диване и смотреть вместе фильмы, играть в игры, ходить вместе по магазинам и гулять, — мягко говорит она и начинает поглаживать одной из своих рук мою спину. Эти движения вводят меня в транс, я просто растворяюсь в её объятиях. — Мы бы встречались с друзьями друг друга, вместе ели мороженое и спорили о том, кто первой воспользуется ванной утром, — тихо говорит она, на её губах появляется улыбка. Яркие карие глаза опускаются к моим губам и её голос становится ниже, — я бы занималась с тобой любовью каждую ночь, мы бы вместе принимали ванну и я бы делала с тобой такое, о чём ты даже мечтать не могла, — её лицо внезапно становится ближе. Я действительно падаю в обморок и крепче сжимаю её руки. Я полностью загипнотизирована. — Мы бы вместе ездили на отдых и ты бы мазала меня кремом от загара, а я придерживала твои волосы, если бы ты напилась и тебя вырвало в туалете, — ухмыляется она и её глаза возвращаются к моим. Я смеюсь, чувствуя, что тону в её словах. — А также я водила бы тебя в хорошие бары. Потом мы бы спорили, потому что я заставляла бы тебя идти гулять с Лео, а ты не хочешь просыпаться так рано, но всё равно ты бы пошла, потому что это я. А иногда мы бы лежали после нескольких часов с того момента, когда я трахала тебя, а потом целовала в лоб и готовила тебе мои супер потрясающие аппетитные вафли, — она улыбается и теперь она так близко ко мне. — Я бы часто обнимала тебя и держала за руку, мы бы строили планы и просто были бы… вместе… Сердце быстро стучит внутри всего моего тела, а я просто гляжу на неё, совершенно потерявшись. Слеза скатывается по моей щеке; я удивлена, потому что даже не почувствовала, как она появилась. — Вау… — выдыхаю с дрожью, а она снова кладет руку мне на спину. Я не знаю, что сказать, мне кажется, что я никогда не слышала такого идеального сочетания слов. Я так очарована всем, что она делает. — Почему ты плачешь, красавица? — спокойно улыбается она, нежно вытирая слезу, которая теперь на подбородке. Каждый раз, когда она прикасается ко мне, кровь и клетки под кожей гудят от волнения. — Потому что, — я не могу больше этого выносить, — если я не была уверена раньше, то теперь я думаю, что влюбляюсь в тебя. — Ммм, это хорошо, потому что я тоже влюбляюсь в тебя. Все моё тело вздрагивает, я никогда не чувствовала себя счастливее за всю жизнь. Это кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой, я жду, что Лиса вот-вот скажет, что она пошутила. Но она лишь вздыхает и отходит отходит от меня. — Но тебе, наверное, лучше уйти, пока я не наделала глупостей, — улыбается она и слегка хихикает. — Ты? — удивленно говорю я и не могу не усмехнуться, — Но ты сказала, что никогда не будешь инициировать что-либо. — Это становится всё труднее, — улыбается она и застенчиво крутится на месте. Я немного смеюсь и киваю. Грусть и реальность возвращают меня на землю. — Кай — мой первый и единственный молодой человек. Я не могу просто оставить его… не так ли? Я не знаю, спрашиваю ли я её или это просто риторический вопрос. Она грустно вздыхает и смотрит в сторону: — Решение за тобой, Дженни. Теперь ты знаешь, чего хочу я, но чего хочешь ты? Ты хочешь жить со мной или с ним? Ты не можешь быть с нами обоими, да и я не могу иметь всю тебя, если ты делишь себя с кем-то ещё, а если я не могу иметь всю тебя, то это не стоит того, чтобы иметь. Я пытаюсь не расплакаться, удивляясь, как мне так повезло, что такая женщина испытывает ко мне такие чувства. — Мы с Каем вместе уже почти десять лет, он был моим первым везде: мой первый раз, моё первое свидание, мой первый друг, мой выпускной. Я не знаю, что бы я делала без него, он всегда был рядом, — рассказываю я дальше и меня снова начинает тошнить от чувства вины, — а ещё деньги, которые мои родители вложили в свадьбу, и… и лицо Кая, если он когда-нибудь узнает… С каждым словом темп речи ускоряется, я начинаю паниковать. — Дженни, — обращается ко мне мягкий голос, я мгновенно успокаиваюсь. Я кусаю губу в страхе, пока её глаза изучали моё лицо, — я понимаю, что ты в замешательстве, ситуация запутанная и я многого от тебя требую, но просто подумай об этом. Я хочу, чтобы ты была счастливой и если именно Кай делает тебя такой, тогда мне просто нужно смириться с этим. Не думаю, что Кай, особенно в последнее время, когда-либо делал меня такой счастливой, как Лиса. Настолько, что я хочу проводить с ней всё время, чёрт возьми. Как всё дошло до такого? Неужели я когда-то испытывала такие сильные чувства к Каю, но они просто угасли? Не думаю, по крайней мере, не могу вспомнить. Я не могу вспомнить, что испытывала такое к кому-то за всю свою блядскую жизнь. — Ты делаешь меня такой счастливой, Лили. Я чувствую себя как в бреду от счастья… — бормочу ей, краснея и отворачиваясь. Она слабо хихикает. — Тебе есть о чём подумать. Что же, пора уходить.

•••

Разве уходить обязательно домой? Сейчас я направляюсь в ближайший бар. Я никогда раньше не бывала в этом месте, но мне просто необходимо выпить, чтобы успокоить нервы. Мой любимый виски со льдом… Я ведь не могу просто бросить Кая ради другой женщины? Что люди будут говорить за моей спиной? Мои родители будут в полном дерьме, в этом я уверена. Они все сочтут меня сумасшедшей, особенно если узнают, что Лиса по совместительству ещё и моя психотерапевтка. Я сумасшедшая? Должно быть, да, если я даже думаю об этом. Но опять же, я не могу не вспомнить слова Лисы. Я никогда не знала, что мне так сильно чего-то хочется, пока она не сказала все эти слова. Это кажется таким правильным… Я допиваю свой напиток и заказываю ещё один. Завтра мне на работу, но меня это не волнует. Я всё равно хочу уйти из этого проклятого места. — Эй, дорогуша, — неожиданно произносит в стороне грубый голос. Я смотрю на свой напиток, но краем глаза замечаю, что это неуклюжий парень пытается ко мне пристать. — Уходи, — отвечаю я и делаю ещё один глоток. — Я ведь даже не спросил тебя… — Не интересно, — говорю ему громче. — Чёрт! Нельзя винить парня за попытку. Ты что, лесбиянка, что-ли? — ворчит он и уходит от меня. После этих слов я чувствую, что глаза вот-вот выскочат из моей головы. Руки начинают трястись и я снова начинаю паниковать. Я похожа на неё? Как он узнал? Он знал что-нибудь обо мне, я послала ему флюиды или что-то ещё? Я такая оскорбленная, смущённая и пристыженная. Я ловлю такси до дома, и сидя в нём, замечаю, что водитель смотрит на меня в зеркало. Блять. Он тоже это видит?! А что, если Кай это тоже видит? Что если все начнут задавать вопросы? Я не могу этого сделать. Я правда не могу. Когда я подъезжаю к дому, мои руки трясутся, когда я отдаю деньги. Водитель смотрит на меня странно. Почему все смотрят на меня? Я не могу дышать. Мне нужно попасть домой. Поднимаясь по лестнице, ноги словно подкашиваются. Я настолько измотана скачками последних нескольких дней, что не знаю, что с собой делать. Я схожу с ума. Я не могу быть лесбиянкой. Но почему тот парень так сказал? Да и я сказала другой женщине, что влюблена в неё… С дрожащими руками я тянусь в карман, достаю телефон и отправляю Лисе текстовое сообщение с двумя простыми словами: Я не могу Я отключаю телефон, чтобы она не перезвонила мне и спешу в квартиру. Кай лежит на диване и смотрит телевизор. — Привет. Я решил подождать тебя… Его слова обрываются, когда я спешу к нему и уже забралась на его бёдра сверху. — Ого, Дженни, что ты… — Заткнись, — быстро говорю я и начинаю расстёгивать ширинку на его джинсах. — Что на тебя нашло? — Шшш, не говори ни слова и просто трахни меня, — говорю я в отчаянии и панике. Я не могу сделать ничего из этого. Просто не могу.