В нашем доме поселился замечательный сосед

— В чем проблема попросить Коннора? Ричард скривился и перестал упрямо завязывать строгий галстук, путаясь пальцами в узле. Нервно выдохнул и запустил бедолагу прямо через тело Рида. Отутюженная ткань поглотилась призрачной физиологией, шлепнувшись под ноги Гэвина. Тот лишь безразлично пнул галстук носом туфель, не сдвинув его ни на миллиметр. — Он охотнее отдастся в сексуальное рабство инопланетному разуму, чем поможет мне. Лимит на братские отношения в этом месяце был исчерпан той просьбой о Гэвине. Вряд ли Коннор даже возьмет трубку, если Ричи рискнет посягнуть на его ментальную территорию. Максимум через год отправит младшему брату в фейсбуке открытку «С рождеством!», пересланную каким-нибудь коллегой по работе. Прелесть. Ричард не жаловался. У него в квартире жил призрак, который просил найти то, не знаю что, взамен на счастливую и спокойную жизнь. Как-то не до сопливых разбирательств. — Ну и предпочтения у пацана, — Гэвин задумчиво обвел глазами комнату. — Значит, мудак он, Коннор твой. Хотя с именем нелады у тебя, душа моя. Ричард хотел было возразить, что Коннор — неплохой человек, да и для семьи в свое время он делал все и даже больше. Но почему-то промолчал. Видимо, даже в своей собственной голове не осталось предлогов, чтобы оправдывать сволочное поведение брата. Гэвин не раздражал своими высказываниями, он бил в самую цель. Поэтому слов на этот счет у Найнса не нашлось. На лице вспыхнула слабая улыбка, он вкрадчиво поинтересовался: — Почему ты называешь меня так? Гэвин щелкнул пальцами и растворился в пустоте. Ричард заозирался по сторонам, не понимая, что такого обидного мог произнести. Мышцы спины напряглись, по загривку пробежались мурашки, заставляя волосы подняться дыбом. Ричард неловко поежился, словно от струйки холодного воздуха. Рид очутился сзади и с любопытством очерчивал бледную шею указательным пальцем, будто пытаясь соединить все выглядывающие из-под одежды родинки. Ричард чувствовал только невесомое покалывание, не доставляющее дискомфорта. — Потому что я все ещё коллапсированное, совершенно ненормальное фотонное облако, которое тебе по какой-то ебанной причине посчастливилось лицезреть. Гэвин тяжело дышал, будто все еще с трудом осознавая, что он больше не принадлежит этому миру. Зеленые глаза потеряли свой свет, словно на старой пленке, а шляпа моментально скользнула вниз, прикрывая их. — А ты живой. И душа у тебя до сих пор живая. Ричард хотел спросить, как душа может быть живой, но Гэвин снова исчез, на этот раз не выглядывая из своего призрачного пристанища дольше, чем обычно. В груди что-то неприятно шевельнулось. Гэвина было по-человечески жаль. *** Кэра, начальница Ричарда, держала его на мушке, серьезно. У него было столько работы и горящих сроков, что на этом огне можно было отапливать Детройт всю предстоящую зиму. И не выгоняла она Ричарда, очевидно, только за красивые глазки. Поэтому Найнс действительно пытался сосредоточиться. Но вдохновение и ладный слог сегодня покинули его, помахав на прощание сразу всеми возможными средними пальцами. Может, ими еще и пожонглировали. Ну и лажа. Ричард откинулся на спинку кресла, вздохнув и прикрыв уставшие от сливающихся строк глаза. Ему бы немного спокойствия, горячего кофе…и муза сама шлепнется к нему на колени и смачно чмокнет в губы. Невесомую улыбку на губах прервало чужое присутствие и колкое электричество, разъезжающее по лбу. Оказалось, что Рид не скуп на щелбаны. — Мы же договорились, что я помогу тебе, как только допишу статью! — Шикнул Ричард, пытаясь отстранить от себя неутомимого призрака, который, по всей видимости, скинул лет так семьдесят вкупе и ощутил себя снова школьником, раздающим всем желающим и нежелающим весомые поджопники. — Я нашел отпрыска Манфреда! Подрывай свою чудесную задницу — мы должны срочно идти. Глаза Рида горели огнем, снова подсвечиваясь всеми возможными оттенками зелени. Ричард невольно засмотрелся, но тут же взял себя в руки и приложил телефон к уху в жалком подобии актерской игры. Так хотя бы коллеги не сочтут его за ненормального. — Если ты не догоняешь, то не всем в этом мире достаточно питаться святым воздухом и пить исключительно чужую кровь. Я работаю, мне не-ког-да. И если я выйду за пределы офиса — Кэра точно открутит мне голову. Гэвин поправил борсалино, обошел рабочий стол Ричарда и скинул с него пару особо ценных, по его мнению, бумажулек. Хмыкнул, застеплерив страницы других статей в неверном порядке, оси и проекции. Ричард скрипел зубами, но на крик благоразумно не переходил. — Манфред-младший скоро свалит со своим приторным блондинистым дружком за пределы Детройта, потом ищи-свищи этого хуилу по миру. А тебе я прямо сейчас, если ты не поднимешься и не пойдешь со мной, на глазах у начальницы намылю шею. — Ну, попробуй, — хмыкнул Ричард, снова погружаясь в вордовский документ, вылавливая нужное ему сейчас настроение для письма. Рид весело хохотнул, раскручивая кресло Ричарда, от чего тот нервно вцепился в стол обеими руками. — Гэвин, отстань от меня. — Не заставляй меня правда это делать. Волосы Ричарда хаотично разлетались в стороны, нарушая общую концепцию идеальной прически. Бумажки диким танцем кружились, осыпались со стола, так и не успевая дождаться помощи от их создателя — Ричард крепко держался за столешницу, пытаясь не улететь от толчков ноги Гэвина по креслу. Мало же ему хаоса дома… Коллеги тихо перешептывались и странно глядели на отдаленное рабочее место Найнса, пока Ричард вежливо дежурно улыбался, сохраняя выражение лица человека, у которого все идет очень даже по плану. Своеобразному и хуевому плану, летящему прямиком в Геенну. До тех пор, пока цепкие пальцы не решили вытащить рубашку из заправленных штанов, а вслед за этим — резко дергануть за пояс боксеры вверх до самых плеч, что аж в ушах зазвенело. Миссис Хантер выглянула из-за угла на жалобный скрип Ричарда, поинтересовавшись, все ли в порядке у ее любимого работника. Найнс лишь поалел до кончиков ушей и еле удержал глаза на своей орбите, стараясь незаметным жестом вернуть свою одежду в нормальный вид. Рид стоял чуть поодаль с самой мерзкой ухмылкой, на которую был способен, и явно наслаждался проделанной работой. — Дальше по программе у нас мини-стриптиз у начальницы в кабинете. А потом я надаю тебе по заднице в прямом смысле. Продолжаем? Ричард, не вдохновленный концертом, на это только выпустил злой дух из ноздрей и споро схватил со спинки кресла свой пиджак, уничтожая Гэвина пронзительным взглядом. *** — Ну и что я ему скажу? «Здравствуйте, у меня тут под боком призрачный ушлепок трещит и не умолкает, говорит, Ваш мертвый дед украл у него амулет, без которого теперь мне не дадут ближайшее время нормально жить. Вы уж простите, но отдайте его без вопросов, всего доброго, пожалуйста, спасибо, не за что»? Гэвин хмыкнул, сверкнув огоньком сигареты меж пальцев, блаженно затянувшись никотином. — Ты же журналист, вот и возьми у него интервью. Ричард закатил глаза, борясь с желанием надавать Риду призрачных оплеух. Они стояли на пороге очень скудного маленького домика, совсем не такого, как Ричард себе представлял. Карл Манфред был невероятно богатым человеком по тем меркам, неужели, он не выбрал себе дворец, променяв роскошь и золото на скромный уют и парковку в собственном гараже? Сенсация, не переключайтесь. Даже в своей голове Ричард разговаривает новостными заголовками. Пора перестать так делать. Дым от Гэвина не разлетался по сторонам, словно и вовсе рассеивался, как только он выталкивал его из призрачных легких наружу. Рид сделал вид, что не уловил на себе пристального взгляда серых глаз. — Не думал, что у Карла будет в потомках негритенок. Забавно. Но ты не думай, я смуглых очень даже люблю. Нравилось мне по молодости пробивать шоколадное дно… — Надеюсь, ты говоришь не о людях, — невольно скривившись поганому языку Гэвина, Ричард с силой натирал многострадальную переносицу и желал, чтобы все это поскорее закончилось. — Конечно, о девочках моих. Сочных таких, упругих… — Гэвин мечтательно расплылся в улыбке, а силуэт пошел рябью, похожей на волны, ласкающие теплый летний песок. Ричарду пришлось невесомо провести по спине Гэвина ладонью, возвращая того из секундного мира фантазий. — Избавь меня от этого… Все еще удивляюсь, как тебя не пристрелили при рождении. Гэвин фыркнул и гордо вздернул нос, придерживая козырек шляпы. — Меня не пристрелили — я сам напоролся затылком на пулю, — храбро сообщил Гэвин, уставившись на хозяина дома, так вовремя подоспевшего к ним. Маркус Манфред доброжелательно разглядывал их своими чудными глазами, улыбаясь одной из тех улыбок, после которых следовал горячий вкусный чай и долгие истории из путешествий. Его образ никак не вязался с Карлом, погонями, нелегальным бизнесом и перестрелками. Как Ричард уже понял — лучше не представлять заранее, этот дом еще не раз его удивит сегодня. Ричард заострил внимание на каждой детали. Нанизанные на нить крупные бусины трех цветов, переливающиеся в дневном свете сине-красно-желтым сиянием. Накрашенные в радугу ногти. Разноцветные линзы: одна зеленая, другая — голубая, как небо в полдень. Значение этих цветов Ричард спрашивать не стал. Маркус приветственно вытянул ладонь, и Найнс не скоро понял, с кем из них он здоровается — осознание, что Рида видят не все, не огревало его по голове доныне. Гэвин приложил ладонь к лицу, тихо вздохнув. — Чем могу быть полезен? *** — Мое мировоззрение никак не вязалось с прошлым дедушки. Я выбрал путь мира и свободы, а не грязных денег посредством кровавой войны. Ричард послушно записывал все, что надиктовывал Маркус. И про бизнес. И про желание стать лучше своего мрачного прародителя. И про свои чудесные бусики, специально привезенные из Индии. Очаровательно. — Окей, понятно, он под шаманским чаем и синтами. А амулет-то мой где? Гэвин нервно расхаживал по дому, стараясь перевернуть каждый предмет. Но не мог. Бесился, клубился яростным дымом, от чего вся его призрачная аура рябила и светилась, но так и не сдвинул с места ни пылинку. Найнс лишь незаметно сам себе улыбался, скрывая веселье за чашечкой травяного чая. — Я продал все, что он завещал мне. Дом, акции отца, его дневники. Многие аукционы выхватили его личные вещи с таким интересом, будто он вовсе не чудовище, а неповторимое сокровище современности! Маркус задохнулся возмущением, а Ричард и Гэвин синхронно переглянулись. Найнс правильно интерпретировал этот взгляд. — Вы не замечали необычный кулон? Может, в имуществе Вашего дедушки находилось что-то похожее. Маркус задумчиво свел брови, потрепав двумя пальцами свои цацки на шее. Гэвин еле держал себя в руках, не переходя в режим драки только по одной причине — бесполезно и бессмысленно. Ричард был уверен: будь у Рида плоть и кровь, пришлось бы вызывать для Манфреда карету скорой помощи. — Не припоминаю… — Маркус отставил свою чашку с чаем, прилагая все усилия, чтобы сконцентрироваться. Его лицо вытянулось, странно созерцая пустоту, а затем осветилось откровенным счастьем. — А, кажется, я видел что-то отдаленно похожее на то, о чем Вы ведете речь! Была какая-то старинная шкатулка, в ней дедушка прятал свои тайные письма и амулет. Письма перед смертью он сжег. А за шкатулкой вчера приходила какая-то особа. Увидела, что я распродаю вещи Карла Манфреда и искренне заинтересовалась этой вещицей. У девушки были такие задорные глаза, что я отдал шкатулку ей задаром. — Вот же недоумок! — рявкнул Гэвин на потомка Манфреда, оскалившись. Острые деформированные зубы щелкнули прямо перед лицом с разноцветными глазами — ну и мода у этих субкультурщиков на разноцветные линзы. Маркус неловко поежился от холода, кутаясь в жилетку с бахромой, поглядывая в сторону закрытого окна. Гневные ругательства Рида, который безуспешно комкал шею Манфреда в призрачных культяпках, Ричард старался пропускать мимо ушей. — Холодает, обещали заморозки, — подыграл Ричард, поджав губы, Маркус неловко улыбнулся в ответ. — Не подскажете номер той девушки? — Да, конечно… — Маркус зашарил по телефонной книге, подвинув дисплей поближе к Ричарду. Найнс быстро скопировал цифры, подписав новый контакт неброским «шкатулка амулет Рида». Хотелось заменить фамилию на «засранец», но время поджимало. — Дорогой, время медитации, ты не забыл? К ним выглянул высокий парнишка, юркий, как хорек, худощавый и весь изрисованный витиеватыми узорами. Хна, как понял Ричард. Выглядело забавно, очень целомудренно, гармонично. Парень кинул на Маркуса воодушевленный взгляд, коротко кивнув Ричарду. — Прошу простить. Я смог хоть чем-то вам помочь? — Ричард вежливо кивнул, захлопнув свой блокнот. Напоследок попросил единственные записки деда, которые сохранил Маркус. Манфред немного поколебался, но все же отдал их. — Тогда всего доброго. Уже за дверью домика, пропитанного благовониями, Ричард смог ближе рассмотреть призрачную ауру, мозаично пропадающую из реальности. Желваки Рида ходили ходуном, а сам он источал темно-серый дым, скромно возвышающийся вокруг его очертания. Найнс неловко поджал губы и склонил голову, не зная, как помочь Гэвину. Рид молчал, а Ричард не лез в его мысли. — Вот же сраный мудак. Так и задушил бы собственными руками… Хотел бы я посмотреть, как его пестрые глазищи вывалятся из черепа. Руки аж заскучали по работе. — Ты что, когда-то убивал?! — В глазах Ричарда промелькнул неподдельный ужас. Гэвин снова закурил, попеременно пропадая из реальности, оставляя на своем месте лишь скромный выцветший абрис и съехавшую на тусклые глаза шляпу. — Расслабь ягодицы. Я убивал только тех, кто и так не заслуживал жить. — Ты не Бог, чтобы решать такие вопросы. Гэвин скептично приподнял бровь, улыбаясь уголком губ. Кажется, этот разговор расслаблял его — контуры тела стали более уверенными, реалистичными. Ричард даже снова видел острые иголочки щетины на его наглом лице. — Бога нет, это все только ваши людские сказки. Чтобы чувствовать себя защищёнными. Чтобы перекладывать свою вину на бородатого папашу с неба. Думаешь, убийства, изнасилования и неприкаянные призраки — это замысел божий? Пф. Я тоже думал, что он есть, пока мой пятилетний сынуля не отловил своим чугунным туловищем пулю. В свое малюсенькое доброе сердечко. Ричард громко сглотнул, побелев от макушки до пяток. Гэвин выдержал короткую паузу и гадко захохотал: — Видел бы ты свою рожу. Умора. — Рид хохотнул, выбросив окурок в небо, но тот не долетел, растворяясь в небытие. — Не было у меня никакого сына, я над тобой прикалываюсь. А убивал я только тогда, когда вынуждали обстоятельства. Самозащита, парень, слыхал? — Если существует ад, я хочу, чтобы тебя туда забрали… — пробубнил Ричард, очаровательно нахмурив нос. — Не переживай, душа моя, мне там уже выделили номер рядом с Дьяволом. Буду пить с ним виски собственного производства и решать насущные проблемы. Ричард подумал, что он уж точно живёт по соседству с тем еще чертилой. Улыбнулся и дал ему подзатыльник, увидев замешательство на призрачном лице — будто Гэвин и впрямь что-то сумел почувствовать своим тонким невесомым барьером. Рид озадаченно хмыкнул и отвернулся, погрузившись в свои раздумья, а Ричард быстро отмел эту мысль от себя — показалось, значит. Время найти эту загадочную особу — Норт Ледвидж. А потом выкупить у нее амулет. И наконец-то зажить спокойно.