Play me a memory

      — Вы чувствуете, что делаете приятно другому? И это всё равно Вас угнетает?       — Не знаю, угнетает ли меня это чувство. Были времена, когда оно меня окрыляло. Когда я мог просто спонтанно написать человеку или же просто позвонить, и мне отвечали с улыбкой, радостью и счастьем. Тогда я думал, что человек был не просто рад или счастлив слышать меня. Я думал, он меня принял. Очень долго я пытался понять, реально ли это. Поначалу мой мозг отказывался принимать тот факт, что человек, мой дорогой друг, тот, кто слишком хорошо меня знал, что-то чувствует. Это было настолько сказочно, что мне даже было плохо. Я жил в переизбытке чувств, не зная, как на них реагировать. Я твердил себе: «Это реальность, действительность, вот она, прямо перед тобой». Я кричал себе: «Не упусти эту возможность, держись за неё!» Я убеждал себя: «Верь в это». Я спрашивал себя: «Когда, как не сейчас?» А в итоге…я остался с тем, с чего начинал. Со своей уверенностью: «Так не бывает».       — Как долго это продолжалось?       — Как долго? Долго… Годами… А по ощущениям… будто всю жизнь. Сколько я себя помню, я всегда жил с этой ситуацией. Может, она настолько сильно меня, что я не помнил ничего, что происходило со мной в жизни. Я всегда удивлялся тому, что я смог стать успешным. Я учился днями напролёт, мечтая о хорошей работе, об успехе, да даже о деньгах. В принципе, как и все обычные люди.       — Какая у вас профессия?       — Бухгалтер. Вот так вот банально. Но смешно то, что эта скучная работа мне совершенно не кажется скучной. Я даже не знаю, люблю я её или нет. Я даже не помню, почему я это выбрал. Никогда не любил расчеты. Хотя мне было всё равно — буквы, цифры, математика, история… Всё равно, что учить. У меня не было определенного интереса к этой профессии, но не могу сказать, что я её ненавижу. Это работа. Не более. Я не карьерист. Просто обычный человек с необычными переживаниями. Но мне это даже нравится. В то время как все ненавидят свою работу, мне всё равно. Хорошо, что она у меня есть, иначе я бы свихнулся один в своей квартире.       — Вы никогда не думали, что Вам стоило завести новые знакомства? Иногда это помогает отвлечься.       — Думал, конечно же, думал. Пробовали, знаем. Я даже ходил на свидания вслепую. И даже начал встречаться, наивно полагая, что это освободит меня от боли, которая преследует меня. Наивный дурак, что тут говорить. Что можно сказать, когда пытаешься выбросить из головы того, кто чуть ли не круглосуточно рядом? Когда он провожает тебя на работу, собирает на свидание и встречает домой. Когда вы сутками на проводе, даже если говорить не о чем. Вы можете спросить: «А почему же Вы не переехали?» Переехал. Трижды я переезжал и трижды возвращался. Я не мог вынести этого бесконечного виртуального общения, тотального контроля и ревности. Я убегал от этого днями и ночами, думая, что мне удастся это сделать. Но возвращался. Я верил, что каждый новый раз будет иным. Что все написанные в тех сообщениях слова наконец-то обретут силу. Видимо, я был слишком слеп, чтобы не видеть обмана. Не видеть лицемерия. Не замечать, что являюсь участником такой крупной игры. Знаете, что самое болезненное? Постоянно слышать: «Я тоже тебя люблю».       — Разве это не прекрасно?       — Отнюдь. Слова имеют огромную силу, справиться с которой мы не сможем никогда. Потому что это то, что мы больше всего хотим слышать. Но даже когда знаем, что это наглая ложь, мы всё равно верим. Я всегда думал, почему так? Сколько раз я убеждался, что тот, кто неустанно повторяет мне эти слова, на самом деле не имеет в виду и доли их значения. Но продолжал верить. Ведь как можно поспорить с тем, что сказали тебе в лицо десятки раз? Сколько бы ты не чувствовал вранья, сколько бы не видел! Ты никогда не сможешь доказать ни одной живой душе, что слова о любви лживые, если «любящий» говорит обратное. Вот и я не смог. Не смог доказать и отказаться от них. Не хотел… Бабочки перестали летать уже после третьего услышанного: «Я тоже тебя люблю». Но даже тогда я продолжал принимать эти чувства, зная, что их нет. Абсурд.       — Почему Вы прямо не спросили об этом? Почему не сказали, что ожидаете хотя бы честности?       — Спросил. Пять раз. «Ты сомневаешься в моих словах?», — вот, что я услышал пять раз. Нет, я не сомневался. Человек сомневается, если он не уверен. А я был уверен — это была наглая ложь. Вечная издевка надо мной. А ведь первый раз я был настолько счастлив, что готов был взорваться на миллион осколков и собраться снова воедино. Я был настолько счастлив, что мне было всё равно на то, что другие подумают. Я услышал то, что хотел, и это сделало меня несчастным по сей день. Второй раз я тоже был счастлив, думая, что это было подтверждение, словно факт, сказанный вот так вот честно. Третий… засомневался. Три раза я услышал слова о взаимности. Но это было настолько наигранно, что даже тупой бы понял. Но не я. Я засомневался, но поверил. Я просто не мог понять, почему тот, кто всегда оставался другом, резко ответил мне? Я где-то вытащил счастливый билет? Когда? Пять лет я собирался с мыслями, чтобы намотать волю на кулак и признаться. И в ту же секунду, как я проговорил: «Я люблю тебя», на одном дыхании, тихо, абсолютно искренне, опустив взгляд, я услышал: «Я тоже тебя люблю» — громкое, резкое и…бесчувственное. Это прозвучало так, будто из меня сделали дурака, который годами боялся признаться, что-то там себе думал, о чем-то переживал. «Я тоже тебя люблю» прозвучало как «А ты что не знал?» Словно это стандартное признание, факт. «Вода закипает при 100 градусах, ты что не знал?» «Я тоже тебя люблю, ты что не знал?» Не знал.       — Что стало после этого?       — Ничего. Всё осталось прежним, за исключением того, что я сказал главные слова в своей жизни, которые оказались высмеянными за секунду. А я пытался как-то начать отношения. Разве не так делают те, кто чувствуют что-то друг к другу? Нет, я не получал отказа. Меня просто просили ждать. И я ждал. Десять лет. Пока однажды не получил приглашение на свадьбу.       — И Вас это сильно подкосило…       — Да не очень, на самом деле. К тому моменту я уже и так был на дне, нечего было подкашивать. Очередной удар, который я так и не смог принять с достоинством. Это как давить на забитое место — сначала нестерпимо больно, но потом затухает. Привыкаешь, да и всё тут. Но я все же пошел на свадьбу. Лучше бы я просто отправил какую-то нелепую разукрашенную открытку или поздравил по телефону. Но иначе я бы не смог узнать, скорее, услышать то, что должен был услышать десять лет назад. «Спасибо, что пришел. Ты настоящий друг. Люблю тебя». Я снова услышал это люблю. Но это был единственный раз, когда меня по-настоящему любили. Честно и открыто.       — Разве? — Меня любили как друга. Я это всегда знал. Чувствовал. Но слово «друг» я услышал только тогда. Знал ли я, что меня использовали? Да, несомненно. Но ничего сказать и сделать я не мог, ибо мне так и не дали понять, что я был просто другом, которого любили. Меня буквально держали рядом. Лестью и красивыми словами, от которых я не мог отказаться. Держали, потому что я был что-то вроде напоминания. Я любил, поддерживал и был рядом. И это напоминало ему о том, что он прекрасен в моих глазах, окрыляло и делало уверенным. Я терпел и ждал, потому что верил в те лживые слова. Однажды я даже пытался разорвать все связи, но тщетно. А всё потому, что я не мог честно признаться в том, что я раскусил ложь. Правда смешно?       — Не могу сказать, что мне есть что Вам посоветовать, увы. В этой истории так много всего…       — Я пришел не за советом. Просто я хотел кому-то это рассказать. Знаю, это бессмысленно, но я просто хотел куда-то это выплеснуть. Признаюсь, это не первый мой такой разговор. Но ни один из них не дал мне того, что я ожидал. Я не смог избавиться от этого, не смог забыть. Каждый день я продолжаю смотреть в окно и видеть то, чего не должен. Почему? Что я сделал не так? Слишком сильно любил? Слишком долго терпел? За эти два года я осознал многое. Я ничто без этих эмоций. Я не могу жить без них. Я сросся с ними. И если я в одним момент забуду хоть одну эмоцию, один момент, я просто пропаду. Я пытаюсь вспомнить всё то, что сжег, написал и даже рассказал Вам здесь и сейчас, лишь бы помнить. Я готов каждый день рассказывать Вам об этом, и я уверен, что с каждым разговором я буду вспоминать что-то новое. Я просто боюсь. Боюсь помнить это и одновременно боюсь потерять. Я боюсь снова и снова понимать, что лицемерие и игра более реальны, чем я думал. Я боюсь стать кому-то другом и вновь услышать это слово. Я боюсь услышать слова о любви. Я просто хочу спокойствия. Разве я так много хочу?