The smell of cinnamon

На щеках все еще ощущается бодрящий утренний воздух и Курт, выходя из лифта, слышит приятные мелодичные переливы, доносящиеся из его квартиры. Тихо открыв дверь ключом, он пропускает Басси вперед, который тут же мчится прямиком к дивану, где расположился Блейн. Парень сидит, скрестив под собой ноги и вцепившись в гриф гитары, его поза стала чуть более расслабленной, когда он заметил собаку, но лишь на немного, потому что взгляд возвращается к Хаммелу, который уже успел снять обувь и повесить пальто на вешалку. - Я нашел ее в коридоре, - слабо кивнув на гитару, говорит Блейн, но в следующий момент его глаза расширяются и он спешит добавить, - Не то, чтоб я рылся в комнатах или где-то еще, просто решил немного размяться, тело уже затекло так долго лежать, - сбивчиво объясняет он и Курт отворачивается, чтобы взять со стола капли для носа и успеть скрыть улыбку. Хаммел уже перестал удивляться такому поведению парня, осторожному, временами неловкому, а так же в большинстве своем очень тихому и почти незаметному присутствию. - А я уже начал подозревать, что ты в этом положении амебы можешь лежать вечность, думал, рекорд Гиннеса собираешься ставить в недалеком будущем, - смеясь, Курт протягивает парню пузырек с каплями и ловит ответную неуверенную улыбку, - Так-то лучше, а то ощущение, что ты при мне даже дышать боишься. Блейн поводит плечом, уперев взгляд в край одеяла, лежавшего на другом конце дивана, как если бы слова Курта попали в самую точку. Парень мнется, бездумно поворачивая колки гитары и игнорируя пузырек с каплями на коленях. - Это не так. Просто это все еще странно, - еле слышно говорит он и невесомо проводит пальцами по струнам, чтобы потом отложить гитару и наконец-то взять пузырек, дабы закапать себе в нос. - Ну, мне не менее странно, - немного запутавшись, отвечает Курт, не зная, что под словом «странно» имеет в виду Блейн. Парень откидывает голову назад и Курту на несколько секунд предоставляется возможность лицезреть шею Блейна, абсолютно обычную шею с выступающим кадыком и красивой ямочкой между ключиц, сложно было сказать, что он подобрал (тфу, опять это слово) этого парня на улице пару дней назад. В мягкой домашней толстовке, в одеяле, натянутом по пояс, с этими безобразно правильно взлохмаченными волосами и следом от подушки на щеке он был просто похож на любого его соседа, решившего устроить себе внеплановый выходной. Блейн быстрым движением закапывает в нос и вновь смотрит на Курта, поддаваясь вперед и каким-то отточенным движением проводя рукой по бороде. - В смысле, это чувство, что я никак не могу отплатить тебе за твою доброту, оно скоро мне хребет проломит, - с горечью поясняет парень, отдавая пузырек с каплями для носа и забирая приготовленный заранее сироп от кашля, тут же откручивая крышку и делая глоток приторной вязкой жидкости с привкусом мяты. - Ну, вчерашний чизкейк можно расценить как пытку, так что мы в расчете, - пытается отшутиться Курт, но его попытка не достигает цели. - Я серьезно, - разочарованно стонет Блейн, приподняв брови для убедительности, - Я не так уж и сильно болею, просто небольшая температура и насморк, я могу что-то сделать для тебя. Например, готовить завтраки или ужины. - А еще у тебя такой кашель, что я даже проснулся сегодня ночью, - осуждающе сдвинув брови, ставит в противовес Хаммел, - Да и я вообще-то и сам могу готовить. О нет, убери этот взгляд, вчера был просто неудачный день, - Курт видит, как Блейн закатывает глаза в насмешливом неверии, и мысленно радуется, что парень порой выползает из своей скорлупы, составленной из признательности и осторожности, и показывает себя настоящего, такого, каким Курт видел его играющим на площади, - Я правда умею готовить! К твоему сведению, этой была моя пекарня. - Твоя пекарня? – непонимающе склонив голову, отвечает Блейн и тут же улыбается Басси, который, устав слушать их разговор, развалился на полу со скучающим видом. - Там, где я тебя… встретил, она моя, - замявшись на середине предложения, с гордостью выдает Хаммел и откидывает назад прядку волос, упавшую на его лоб в приступе неповиновения. - О, - губы Блейна складываются в колечко и Хаммелу в голову приходит мысль, что именно этими губами в таком положении можно заменить буквы «о» на главной странице поисковика «Google», - Теперь это еще больше странно, - парень запускает пальцы в волосы, чуть сконфузившись, - Обычно владельцы всяких баров и магазинов выгоняют меня, не поленившись приложиться битой, а ты домой привел, - он поднимает глаза на Хаммела, все это время стоявшего рядом, держа в руках бутылочки с каплями для носа и сиропом от кашля, - Это странно, знаешь. - Я, значит, странный, - не найдя, что ответить, с той же глуповатой улыбкой заключает он и ставит бутылочки с лекарствами на стол, - Будешь платить мне музыкой, у тебя хорошо получается. Блейн качает головой, недовольный тем, что Курт решил так просто перевести тему, но смущенно улыбается и любовно проводит рукой по гладкому корпусу гитары, цепляясь за потертости и небольшие царапины, оставленные временем и кирпичными стенами закоулков. - Спасибо, просто это самая постоянная вещь в моей жизни, да и, наверно, единственная. Курт неприятно морщится от дискомфорта, что появляется в его груди от этого грустного взгляда Блейна, и смотрит на часы, что все еще продолжали отсчитывать минуты до его выхода. Он садится на диван рядом с парнем, и тот даже чуть вздрагивает от неожиданной близости, отодвигаясь на пару сантиметров, чтобы, не дай Бог, не коснуться его. Не важно, насколько сильно он сжимал мочалку, оттирая грязь с рук и ног, как усердно вспенивал шампунь, промывая волосы на голове и бороду несколько раз, чтобы наверняка смыть хотя бы частично с себя этот ненавистный отпечаток улицы, но он все равно оставался бродягой. Курт вряд ли бы захотел, чтобы что-то такое грязное прикасалось к нему, Блейн до сих пор удивлялся, как этот парень все еще терпит его присутствие у себя в квартире и продолжает заботиться и кормить. Пусть это был даже какой-то временный порыв жалости к нему, плевать, Блейн готов был терпеть, пока утром, просыпаясь, под ним был мягкий диван, а в воздухе витал легкий коричный аромат, напоминавший о его коричном ангеле, который наверняка присматривал за ним. Поэтому Блейн отодвигается чуть дальше, сжимается чуть больше и дышит, может быть, чуть глубже, даже не сопротивляясь желанию вновь чувствовать этот запах чистоты и свежести, смешанный с запахом корицы, которым буквально благоухал Курт. - Если честно, мне нужно сегодня на работу, точнее, через двадцать минут, - начинает Хаммел и Блейн шумно выдыхает, когда его песочный замок из хрупкой надежды на еще один день под крышей с грохотом падает, оставляя после себя пыльное облако, - И, я не знаю, я не могу остаться с тобой тут, - Курт сцепляет руки на коленях, виновато смотря на него, а Блейн лишь думает «Хватит тянуть, скажи уже и покончим с этим», - Не знаю, почему, но, в общем-, - парень ,уже приготовившийся услышать «Тебе пора уйти», приподнимает вопросительно бровь, потому что последние слова Курта слегка не вписывались в сценарий прощания, - Я доверяю тебе и поэтому- Слушай, - Хаммел решительно приподнимает подбородок, даже немного воинственно, и на мгновение Блейн чувствует какое-то очарование этим блеском в его глазах, - Я делал много глупостей в жизни, так что не заставляй меня пожалеть об этом, хорошо? – Блейн неосознанно кивает, а пыльное облако в его голове магическим образом начинает вновь принимать очертания замка, - Я оставлю тебя здесь одного, ну, не совсем, тут будет Басси, но технически ты будешь один, так что… - Курт, я- , - он нервно сглатывает, кусая нижнюю губу и чувствуя эту журчащую радость, отравляющую его вены, и пытается сдержаться, чтобы не обнять парня напротив, поэтому просто улыбается, впервые за эти дни, широко и действительно счастливо, - Спасибо. Курт молчит несколько минут, как-то странно глазея на его лицо, из-за чего Блейн начинает сомневаться, не изменил ли тот свое решение, но медленно на лице Хаммела расцветает что-то похожее на улыбку, такое теплое и такое чистое, такое пряное, такое… коричное. Курт отводит взгляд, отвлекая внимание от слегка порозовевших щек, и бормочет «Когда в следующий решишь меня поблагодарить, лучше выпей сироп от кашля, больше пользы будет», а затем встает с дивана и, не оглядываясь, уходит на кухню. Блейн слышит свист чайника, звон ложки, когда Курт размешивает кофе, слышит шипение масла на сковороде и быстрое «Пока, я оставил тебе омлет в холодильнике». Блейн слышит, как закрывается дверь и как звенят ключи, слышит ватную тишину, разбавленную сопением собаки, развалившейся на полу, и шумом улицы, проникающий через щели в оконных рамах, слышит тиканье часов и, уперев взгляд в потолок, думает. Думает о том, что чувствовать сейчас что-то к Курту, кроме благодарности, было бы забавно. Глупо, смешно, удивительно и странно. Ведь если другие выгоняли его, ударив битой по коленной чашечке в знак первого предупреждения, то Курт же привел домой и сказал, что доверяет ему. И чувствовать что-то к Курту, кроме признательности, было бы новой битой, серией ударов по коленной чашечке без предупреждения. И все еще забавно. И все еще удивительно. *** Курт взбивает масло с сахаром, доводя пышную светлую массу до правильной консистенции, вбивает яйцо и немного ванильного экстракта, добиваясь идеальной «заготовки» для теста. Элизабет вновь влетает на кухню, чтобы забрать готовую партию лавандовых чизкейков, получившихся у Хаммела со второго раза, таящих во рту и оставляющих легкий цветочный привкус на языке. Они ни в какое сравнение не шли с тем, что получилось у него вчера. Курт делает шаг в сторону, не отрываясь от просеивания муки с какао-порошком и содой, чтобы пропустить Лиз, спиной чувствуя ее приближение. - Курт, духовка уже разогрелась до 180, - сообщает ему Томас с противоположного конца кухни и Хаммел лишь кивает, добавляя просеянную муку к масляной смеси и взбивая на низкой скорости. Уверенным движением, не глядя под стол, Хаммел достает бутылку кофейного ликера и, отмерив нужное количество, добавляет в миксер, уже ощущая бодряще-сладкий алкогольный аромат, впитывающийся в масляную массу. Томас снова напоминает о духовке и Курт все так же не спеша заполняет получившимся тестом формочки для выпекания на три четверти. Он отправляет формочки в духовку и смотрит на часы, мысленно отсчитывая двадцать минут, прежде чем тесто будет готово. - Курт, мне заняться фростингом для украшения шоколадных капкейков? – спрашивает Энни, видимо, уже освободившаяся от апельсиновых тианов, которыми была занята последние полтора часа. На кухне все двигается как механизм, переходит из одних рук в другие, получая частичку души от каждого. Смысл не в том, чтобы готовить как для себя, смысл в том, чтобы приготовить так, как готовил бы самым любимым. Это банально, но это так. Образы счастливых моментов, мечты и прочее, все это переваривается в голове, стекаясь по внутренностям как чистейшая патока и проникая сквозь кончики пальцев во все, что бы ты не делал. Не важно, что ты взял высший сорт муки или лучшее соленое масло, его съедят и не задумаются, но вот то вязкое приятное чувство, которое останется в груди, ради него стоит готовить. Потому что ради него снова вернутся в пекарню, дабы вновь почувствовать. - Эм, нет, но мне понадобятся кунжутные пралине через сорок минут на шесть порций, - говорит Хаммел, не отвлекаясь от размешивания лопаткой предварительно залитого кипящими сливками темного шоколада, добиваясь максимальной гладкости. Ему не нужно смотреть, чтобы знать, что Энн согласно кивнула и достала сахар из ближайшего шкафа. Спустя сорок минут, когда фростинг уже прекрасно держит форму, лежа на капкейках, Курт аккуратно украшает их небольшими треугольничками из кунжутного пралине, улыбаясь и представляя шоколадные завитки волос и кривоватую несмелую усмешку, которая влияла на него как этот кофейный ликер, узнаваемый в аромате капкейка. Возможно, один из них даже стоило принести Блейну, чтобы доказать свой очевидный талант в выпечке. Возможно, стоило позвонить и спросить, как у него дела и принял ли он лекарства. Возможно, к этому времени в его квартире уже не было телефона, так же как и любой техники, да и вообще мебели. Хаммел вздыхает, снова смотря на часы и отмечая, что конец рабочего дня еще не близок. - Курт, эти пироженки с шоколадом готовы? – просунув голову в приоткрытую дверь, спрашивает Лиз и Хаммел берет поднос в руки, слишком уставший для того, чтобы в очередной раз пояснять, что пирожное и капкейк – две разные вещи. *** Двери лифта открываются и Хаммел идет к двери квартиры, ожидая увидеть голые обои после того, как откроет дверь, но его встречает привычное тиканье часов, кудрявая макушка Блейна, видневшаяся из-под одеяла, и сапоги Рейчел, стоявшая перед ним. Стоп. - Рейч? – неуверенно спрашивает Хаммел и только сейчас замечает свет, падающий из кухни. Через несколько секунд в коридор выходит Берри, скрестив руки на груди и негодующе глядя на Курта из-под сдвинутых бровей. - Почему ты не сказал, что живешь с каким-то парнем? – шипит она, боясь повысить голос, но что не делает ее тон менее угрожающим. - Потому что?.. – Курт выглядывает из-за плеча Рейчел и видит, как парень медленно сползает под одеяло. Черт бы побрал его чересчур чуткий сон, - Рейч, давай лучше поговорим на кухне, я не хочу, чтобы Блейн проснулся, - хватая подругу под локоть, тихо говорит он, направляясь прямо по коридору и увлекая ее за собой. - Блейн?! Так вот, как его зовут. И откуда же мы знаем Блейна? – приняв свою самую внушительную позу, спрашивает девушка, как только дверь за ними закрывается. - Шшш, - предостерегающе шипит Хаммел и подходит ближе, - Блейн мой старый друг, ему просто надо было пожить где-то. - Я знаю всех твоих старых друзей, но почему-то о Блейне никогда не слышала. - Это мой дальний старый друг. - По стороне матери? – спрашивает Рейчел, насмешливо прищурившись и все с таким же осуждением сжав губы. - Да, по стор- Что? Нет! Берри, прекрати паясничать, - недовольно нахмурившись, отворачивается Курт и ставит на стол небольшой пакет с эмблемой их пекарни, с сожалением замечая, что так и не успел снять уличную обувь, прежде чем на него налетел маленький ураган по имени Рейчел Берри. - Мне кажется, это не я паясничаю, а кто-то совсем заврался. Курт вновь устало вздыхает, раз в десятый за этот вечер, и с самым невозмутимым видом смотрит на девушку. - Я познакомился с Блейном несколько лет назад, ясно? Мы старые хорошие друзья, вот и все. Рейчел испытующе смотрит на него и, спустя несколько секунд, разворачивается, выходя из кухни. - Давай лучше спросим у самого Блейна, - быстро бросает она из-за спины и Хаммел устремляется за ней, боясь даже думать, сколько грязи оставляют на полу его ботинки. Рейчел резко замирает в дверях гостиной и поворачивается к Хаммелу, сверля его выжидающим взглядом, пока до него не доходит, чего хочет Берри. - Блейн, я бы тоже предпочел спрятаться, но она не отстанет, - спокойным тоном сообщает Хаммел, опираясь плечом на дверной косяк. Из-под одеяла слышится обреченный выдох и парень тут же выглядывает наружу, вопросительно переводя взгляд с Курта на Рейчел, как будто ни в чем не бывало. - Привет, меня Рейчел зовут, - девушка подается вперед и Блейну приходится выпустить одеяло, чтобы пожать протянутую руку, - Рейчел Берри. - Блейн Андерсон, - отвечает парень и мозг Хаммела разрывается между тем, чтобы высечь в памяти фамилию Блейна или решить, как долго Берри будет так таращиться на бедного парня. - Итак, Блейн, - девушка со свойственной ей фамильярностью плюхается рядом с Андерсоном, закинув ногу на ногу, - И давно вы с Куртом знакомы? Дыхание Курта застревает в легких, а надежды на то, что Рейчел просто так спустит ему с рук неправдоподобную историю об их с Блейном приятельских отношениях, в миг исчезают. - Мы, эм, мы знакомы несколько лет, - повторяя подслушанные слова, неуверенно произносит Андерсон, быстро бросая на Хаммела взгляд, взывающий о помощи. - Да, как я и говорил, - с упором на последние слова, обращается к девушке Курт, надеясь, что она остановит этот допрос, не успев войти во вкус. - Да-да, - отмахивает от него Берри, не отводя взгляда от Блейна и не переставая кокетливо улыбаться, как будто кольцо на пальце не имело никакого значения, - Прости, я забыла, а сколько тебе лет? - Двадцать три, - более твердо говорит парень, продолжая медленно двигаться к другому концу дивана, и Курт не может скрыть своего удивленного взгляда, ведь он думал, что Блейну было больше, может быть, около двадцати восьми, хотя эта борода сбивала с толку, его можно было понять. - Значит, у вас с Куртом три года разницы, занятно, - сладко улыбаясь, Рейчел поворачивается к Хаммелу, склонив голову, - Ты мне об этом не говорил. - Ты не спрашивала, - Курт приподнимает бровь, посылая безмолвное «Сворачивайся, это уже становится смешно», но она снова широко улыбается, вперив свой любопытный взгляд в Блейна. - Итак, Блейн Андерсон, а у Курта дома ты какого ле- - Берри, давай-ка выйдем, - Курт хватает девушку за руку, силой поднимая с дивана и уводя из комнаты, пока Блейн слегка ошарашено наблюдает за ними. Рейчел вновь теряет все свое напускное дружелюбие, оказавшись в коридоре, и строит на лице осуждающую мину. - У тебя дома живет парень, которого я определенно точно не знаю! – Берри возбужденно шепчет, размахивая руками и даже топнув ногой для большей драматичности, - И как долго ты собирался это скрывать? - Рейч, притормози, в какой момент я перестал быть самостоятельным парнем, живущим в собственной квартире, и чья личная жизнь только его дело? – Курт наступает на Берри, оттесняя ее ближе к входной двери и давая неоднозначный намек на то, что пора бы уйти. - Так значит ты признаешь, что этот парень попадает в раздел твоей личной жизни? - Все, что со мной происходит, попадает в раздел моей личной жизни, - пресекает он любые попытки Рейчел докопаться до сути и медленно переводит взгляд на входную дверь, давая еще один неоднозначный посыл ретироваться. - Хорошо, поняла, - Берри поднимает руки, показывая, что полностью проиграла эту словесную битву, и, в очередной раз кинув взгляд за спину Курта, снижает тон практически в три раза, - И давно вы вместе? - Что?! Он мой друг, пустая ты голова, - сжав челюсти цедит он, прекрасно зная, что румянец выдает его лучше любых слов, - И вообще, тебе пора домой. Не знаю, зачем ты приходила, но твой визит затянулся, - схватив с вешалки кремовое пальто девушки, он буквально кидает его в руки Берри, вызывая этим только смех. Было видно, что Рейчел поведение Хаммела только веселило, что не могло не раздражать. - Я хотела просто посидеть с другом, но тут, видимо, есть более интересная компания, - даже не скрывая своих толстых, как кусок трехслойного бисквитного торта, намеков, изрекает Берри, быстро накидывая на плечи пальто и натягивая сапоги, - С дальними старыми друзьями всегда интереснее. Курт закатывает глаза, предпочитая промолчать и давить на подругу осуждением, которое едва читалось в его смущенном взгляде. Дверь, наконец-то, захлопывается и Курт возвращается обратно в гостиную, где Блейн все еще ждал на диване диване. - Дальний старый друг? – Андерсон проводит рукой по волосам и не скрывает своей улыбки, забавляясь ситуацией. - Именно, Блейн Андерсон, двадцать три года, - чеканя каждое слово, Курт снова опирается плечом на косяк, - Вы мой старый двухдневный друг из дальнего района моей пекарни, что в паре кварталах отсюда. Для меня это достаточно далеко и достаточно долго, - Хаммел улыбается, наслаждаясь этой легкостью в их разговоре, которая могла исчезнуть в любой момент, стоит лишь Блейну вспомнить о том, как он здесь оказался. И Курт держится за этот момент, прежде чем улыбка Блейна вновь окаменеет и сползет, а лучики, появившиеся в уголках глаз, вновь убегут вовнутрь парня, где тот их спрячет и запрет, дав себе мысленный пинок и обещание больше не вести себя подобным образом. Курт держится за этот момент, который уносит за собой беспощадное время и тиканье часов, оставляя перед ним по-прежнему тихого Блейна, зажимающего ладони между колен и виновато смотрящего на Курта из-под ресниц. «Мне лучше уйти», думает Хаммел и говорит что-то про ужин, который должен приготовить. «Мне лучше уйти», думает Андерсон и смотрит на входную дверь, за которой должен скрыться.