Право на счастье

      В центре стола лежал старый дневник — самая обыкновенная, давно выцветшая тетрадь с чарами бесконечных листов. Когда-то давно она заносила туда важные моменты из жизни: рождение дочери, её первый день в Хогвартсе, дни рождения близких людей, рождение внука. Она вклеивала туда вырезки из газет, колдографии, а по вечерам любила листать свой дневник и вспоминать приятные моменты. До того самого дня, когда ей на глаза попался срочный выпуск Ежедневного Пророка с Мальчиком-который-выжил на первой странице. Позже этот снимок с заголовком украсил её дневник. «Гарри Поттер победил! Магическая Британия свободна!» Эта страница дневника означала начало чего-то нового, чего она еще не могла понять в то время. На следующей странице были аккуратно приклеены вырезки из последующих газет с именами погибших. Нимфадора Тонкс, Ремус Люпин, Фред Уизли, Колин Криви… Бесконечное количество имён. Но Поттер… Забавное слово — «Поттер». Именно оно встречалось почти на каждой последующей странице ее дневника.       Сначала дневник служил напоминанием о потерях, о войне и героизме дочери. Но чем чаще она его открывала, тем яснее видела взаимосвязь между всеми смертями и Гарри Поттером. Ведь если бы он не прятался, а сразу вышел на бой, то все были бы живы. Её любимая дочь была бы жива. У Тедди была бы полноценная семья. Они все были бы счастливы. И со временем у неё появился настоящий план, где все получат по заслугам. Особенно Поттер, улыбающийся каждый чертов день. Поттер, который стал для её единственного Тедди любимым дядей, героем, просто самым лучшим волшебником, по стопам которого тот хочет пойти. Поттер, который спас и приручил Снейпа, что казалось невозможным ни для кого. Поттер, который счастлив.       Тедди постоянно твердил о Поттере. Рассказывал, какой он крутой и веселый. Что с ним никогда не скучно. Что в будущем он хочет «стать аврором как Гарри». И она представляла, как он будет ловить преступников, рискуя жизнью… Нет, это нужно прекращать.       Поттер был везде — в каждом миге ее жизни. Прошлое, настоящее и будущее занимал Поттер. Он, его имя, его лицо — все, о чем она теперь могла думать. И месть. За то, что не смог спасти её дочь. Что отнял у нее все. За то, что он счастлив. И она решила: если она не может быть счастлива, то и он не имеет на это права.

×××

      Утром четверо магов в чёрных мантиях аппарировали по координатам, которые им сообщила Нарцисса. Они предварительно проверили дом, в котором Гарри навещал Тедди — тот был пуст, а ребёнок находился в летнем маггловском лагере.       Люциус передёрнулся от отвращения, оказавшись в мрачном, тёмном и грязном проулке, но заставил себя последовать в дом за остальными, после того, как защита была грубо сломлена напором четырёх сильных волшебников.       — Доброе утро, миссис Тонкс, — едко поздоровался Снейп, наставив палочку на вскочившую из старого кресла женщину.       Он считал секунды до того момента, как сможет бросить в неё Инкарцеро и Ступефай, чтобы отомстить за попытку разрушить жизнь Поттера.       — Пошли вон! — черноволосая женщина зло прищурила глаза, разглядывая ворвавшихся в её убежище магов. В этот момент она размышляла, как они смогли выяснить её скрытое местоположение и, вероятно, догадаться о её плане на жизнь Поттера.       — Миссис Тонкс, — Малфой тонко улыбнулся, вставая плечом к плечу со Снейпом, и бросил в Андромеду связку не травмирующих, но прекрасно удерживающих заклинаний.       — Поговорим?       — Ах, ты… — рассвирепевшая Блэк в буйстве безумия попыталась наслать на Люциуса проклятия, но Малфой недаром считался одним из сильнейших волшебников Магической Британии, поэтому уже через пару секунд она сидела смирно и молчала, мысленно просчитывая все предпринятые ходы, пытаясь понять, где её идеальный план дал сбой.       Снейп добавил несколько неприятных удерживающих заклинаний, пытаясь убить ненавидящим взглядом женщину, покусившуюся на самое дорогое, что у него есть — на Гарри.       Поттер находился в странном оцепенении — он до последнего не желал верить, что во всём виновата бабушка чудесного мальчугана Тедди, что это она предпринимала ужасные попытки рассорить его с Северусом и Гермионой. Но увидев безумный взгляд, в котором отражалась лишь неприкрытая ненависть, он, наконец, поверил и для надёжности наслал на женщину дополнительное связывающее, которому в свое время научился на дополнительных курсах Аврората.       — Миссис Тонкс, не поведаете ли вы нам детали вашего «гениального» плана? Чего вы добивались? Чтобы Поттер остался один? Почему именно он? Почему не я, Рональд Уизли, Нарцисса, в конце концов?       Надеясь на конструктивную беседу, Люциус не учёл фамильное блэковское проклятие — безумие, поэтому перед ними сидела не дама голубых кровей, какую Гарри всегда видел, когда посещал Тедди, а безумная женщина, мечтавшая поубивать неугодных ей. Наслушавшись проклятий и криков, которым бы позавидовала сама Вальбурга Блэк, Гарри не выдержал и тихо спросил:       — За что, миссис Тонкс? Я ведь действительно люблю Тедди, я помогаю вам, стараюсь не надоедать своими частыми визитами, но каждый раз жду их с нетерпением, потому что не скучать по мальчишке невозможно. Я специально не оставался на чай, чувствуя, что мне не рады, но вы всё равно каждый раз приглашали меня за стол. А теперь я узнаю, что всё это время вы просто вынашивали план, чтобы… Для чего? Что я вам сделал, что вы решились на такое?       — Поттер! — в одном слове было столько ненависти, что Гарри вздрогнул. — Всё из-за тебя! Поттер! Поттер! Поттер! Везде ты! Счастливый, довольный, радуешься жизни, улыбаешься с обложек газет, встречаешься с друзьями, веселишься, даже Снейпа к рукам прибрал! — она дернулась, но чары ее остановили. — А я? А моя семья? Моя дочь? Зять? Если бы ты не был таким трусом, Поттер, а сразу вышел на бой, то моя дочь была бы жива! У Тедди были бы родители, а у меня семья! Но из-за тебя я осталась одна! Всё из-за тебя, Поттер! Я решила, раз ты отнял у меня семью и превратил мою жизнь в это, — она хрипло и горько рассмеялась, — то и я заберу у тебя всех, кто тебе дорог! Чтобы ты каждый прожитый день мечтал о жизни, которая у тебя была, но которой ты лишился! Чтобы каждый раз, когда видел счастливых людей, страдал, ведь у тебя нет никого, с кем можно разделить это пресловутое счастье! Чтобы ты каждую секунду своей жизни помнил, каково это, быть счастливым, но в одно мгновение потерять всех!       Все в шоке слушали откровения Андромеды, замерев. Гарри с такой силой вцепился в руку Северуса, что та побелела, а сам Снейп свободной рукой сжимал палочку, из которой вылетали красные искры — так хотелось проклясть подлую тварь, что посмела причинить боль его Гарри.       — Отменная логика, миссис Тонкс, — убийственно холодный голос Северуса разрезал воцарившуюся тишину.       — Что будем делать? — Люциус обратился в большей степени к Снейпу, смотря на женщину как на пустое место.       — Я думаю, следует провести обследование миссис Тонкс в Мунго, — все уставились на Гермиону удивлённо, и только Андромеда сморщила нос и презрительно усмехнулась. — Симптомы напоминают обсессивно-компульсивное расстройство, при котором человек зацикливается на определённой мысли и одержим некоторой идеей, в данном случае, что Гарри виноват в смерти её семьи, и нужно сделать всё, чтобы ему стало плохо. У меня есть знакомый целитель в Мунго, который занимается такими проблемами, я могу договориться о срочном обследовании.       — Ах, ты, дрянная девчонка! Сучка драная! Да как ты смеешь, мерзкая грязнокровка…       — Силенцио, — Люциус бросил в кричащую Тонкс заклинание и кивнул Гермионе. — Думаю, ты права. Блэковское безумие проявлялось в роду в разных формах, и обсессивно-компульсивное расстройство вероятнее всего родовое проклятие и есть. Судя по всему, безумие спровоцировала потеря дочери, как и у Беллатрисы — смерть ещё не рождённого ребёнка. По неведомой причине, как и у большинства сумасшедших, она выбрала навязчивой идеей месть тебе, Гарри, за то, в чём ты никоим образом не виноват.       — Тогда лучше погрузить её в сон, аппарировать в Малфой-менор, а затем камином переместиться в психиатрическое отделение Мунго, — Гермиона отошла к грязному окну и негромко надиктовала вызванному патронусу-выдре сообщение для целителя, в то время как Люциус и Северус наложили несколько заклинаний на Тонкс и, дождавшись ответного патронуса, который произнёс лишь: «Приходите», переместились в больницу, одним взглядом показав, что Гарри и Гермионе следует оставаться в меноре.       — Для нас всё закончилось относительно быстро и даже хорошо, — девушка расслабленно откинулась на мягкий диван.       — Даже хорошо? — недоверчиво переспросил Поттер, высоко приподняв брови.       — Вы с мистером Снейпом убедились, что любите друг друга, — лукавая улыбка Гермионе чрезвычайно шла. — Мы отлично сработались с Люциусом, а ещё… — она перешла на заговорщический шёпот, — самое время, наконец, сделать предложение!

×××

      Переместившись в Мунго со спящей Тонкс на руках, мужчины были встречены дежурящим у камина колдомедиком Дюбье, которому Гермиона уже кратко обрисовала ситуацию. Снейп и Малфой рассказали ему о том, какие хитроумные пакости творила бывшая Блэк, и обещали зайти на следующий день, чтобы уладить вопросы с документами и узнать точный диагноз. Всё это заняло не более пятнадцати минут, и когда они вернулись в менор, то застали румяного то ли от удовольствия, то ли от смущения Гарри и смеющуюся Гермиону.       — Гермиона, ты хорошо влияешь на Гарри, — Северус улыбнулся уголками губ и пояснил: — Конечно, он уже не тот неуверенный в себе мальчишка с комплексом героя, но у меня были мысли о том, что, вернувшись сюда, мы застанем истерику.       — Эй! — Гарри возмущённо вскинулся и недовольно посмотрел на Снейпа. — Я не истеричка!       — Я и не говорил, что ты истеричка, но ещё лет пять назад ты бы начал считать себя виноватым в случившемся, да и несколько дней назад ты был подавлен.       Поттер насуплено отвернулся, признавая его правоту.       — Итак, господа и дама, — Люциус вальяжно сел в кресло. — Наше расследование можно считать завершённым. Советую вам сегодня же сообщить о произошедшем министру, дабы тот поспособствовал законному заключению Тонкс в Мунго и отдал приказ Аврорату заняться поисками её сообщников. Уверен, она действовала не одна.

×××

      — Привет, Кинг, — Гарри влетел в кабинет министра, а за ним степенно вошёл Снейп и прикрыл дверь. — А у нас к тебе дело.       — Кто бы сомневался, — Шеклболт оторвался от бумаг и устало посмотрел на Поттера. — Что на этот раз? Я надеюсь, жертв среди мирного населения нет?       — На этот раз не по работе дело… — Гарри замялся, поэтому слово взял Северус.       — Что ты знаешь об Андромеде Тонкс?       — Андромеда Тонкс? — Кингсли начал отвечать, уже подозревая очередную подлянку от неугомонного Поттера. — В девичестве Блэк, является кузиной Беллатрисы Лейстрендж и Нарциссы Малфой, воспитывает внука — Тэдди Люпина, имела дочь Нимфадору Тонкс, которая умерла в Битве за Хогвартс вместе с мужем Ремусом Люпином.       — Что ещё?       — А вы с какой целью интересуетесь? У меня нет времени разгадывать ваши шарады и ребусы, — он поднял на уровень глаз толстую папку с документами.       — Тонкс, как ты верно сказал, бывшая Блэк, а у них родовое проклятие — безумие, — Кингсли, нахмурившись, кивнул на слова Снейпа и откинулся на спинку кресла. — После смерти дочери оно активизировалось, и Тонкс зациклилась на идее о мести за смерть Нимфадоры. Угадаешь, кому она хотела отомстить?       — Поттеру, — мрачный министр внимательно слушал и не перебивал, ожидая, зачем они ему всё это рассказывают и что потребуют.       — Именно. Много лет Тонкс разрабатывала план. По её логике, раз она осталась одна после смерти дочери и зятя, то и Поттер должен страдать в одиночестве. Она придумала действительно тонкую, продуманную схему действий, и, если бы не Гермиона с Люциусом, у неё бы всё получилось провернуть — Гарри остался бы один, брошенный и мной, и друзьями.       — Интересно, но давайте ближе к делу.       — Андромеду мы утром доставили в психиатрическое отделение Мунго, знакомый колдомедик Гермионы согласился обследовать её, но нужны документы, желательно постановление Аврората о принудительном лечении, а также расследование о том, кто являлся её помощником.       — С Мунго проблем не будет, я отправлю письмо Гиппократу Сметвику насчёт обследования и лечения, а расследование… Гарри, зайди в отдел внутренней безопасности, пусть они разбираются, постановление я сейчас напишу.       — Спасибо, Кинг, — Поттер улыбнулся старому другу и пожал широкую ладонь.       — Северус, не завидую я тебе, — хохотнул он. — С таким спутником жизни вечно как на пороховой бочке.       — Не жалуюсь, — сухо ответил Снейп, хотя внутри был доволен — Поттер принадлежал ему и только ему, и никакие коварные планы сумасшедших волшебниц не способны это изменить.