Аскад

«Любовь лелеет наши души, а сердцу так и хочется кричать. Все это ложь…»

Как бы описать пояснее… Лошади – это бездонные ямы эмоций. Поглощающие, уничтожающие, даже любящие. Нет, не так. Уважающие… Если завоевать доверие столь могучих существ, то ты становишься обладателем великой силы, подобно Богу. Становишься частью души лошади. — Я описал свои чувства к ним, Чимин-и, — Пак не ожидал услышать чего-то подобного. Словно мир решил поменять направление хода жизни, переместиться и испытать ту пугающую неизвестность. От Тэхёна услышать подобные слова сравнимо с бесценными мгновениями счастья. Как сюда по ошибке послали ангела? – так я подумал, когда он впервые мне открылся в своей любви к тому, о чём мог только мечтать. Я ожидал многого, но это оказалось лучше; самые незабываемые слова, о которых я тогда думал ночами. Персиковый рассвет переходил границу с ещё спящей землёй, его поднимает, тащит на себе солнце, которое так и норовит лучами обогреть усопшие луга, не отвечающие ей взаимностью. Ещё ночной воздух проникает в лёгкие, обволакивает теплом. Когда я осознал свою любовь, мне было… лет семнадцать? Тогда я хотел подальше сбежать от суеты города, родного дома; даже неизбежного взросления. Я мечтал о спокойствии и, по воле судьбы, к девятнадцати годам оказался на этой конюшне – эта близость. Меня, вроде, знакомые попросили помочь, или я сам о ней узнал, не так важно, – приятные покалывания в местах касания их тел, ощутимые для Чимина, как ускоряющийся ритм биения его сердца. В первый же день я чуть не потерялся, особых причин для страха не было, но тогда я, честно признаюсь, очень испугался, – короткий смешок справа, лёгкая невинная улыбка и ещё большее облегчение, витающее в воздухе вперемешку с напряжением, существующим тут ещё с самого знакомства. Также чуточка смущения и ещё немного сна. Оказался бы ты на моём месте, посмотрел бы я на тебя, – Юнги словно ребенок, такой крошечный, когда сидит так близко, нежный и смущенный. Такой хрупкий в глазах Чимина. Так и хочется обнять его, затискать. Отдать ему всю любовь и теплоту, что кроется внутри. — Ладно, ладно, ты прав, это пугает. — Я всегда прав. — А вот тут ты не прав. — Чимин-а! — звонкий смех вливался в ранние лучи таким же мягким чувством, что посетило Юнги ещё при первом появлении здесь. Но оно немного отличается от прошлого, более нежное, мягкое и… нужное.

***

Осенний вечер по-своему хорош, ни какого пекла, ни каких-либо скоплений людей. Прекрасная осень. Её ветер так освежает. — Люблю осень, — вдруг послышалось со стороны незнакомца. Он опрокинул голову на спинку лавки и сидел так с закрытыми глазами. — Сильно болит? — продолжал тот.

***

Когда к Чимину уже подбежал Тэхён, что-то тараторя, они оба не заметили несущегося прямо на них потерянного жеребёнка. Он был настолько испуган, что был не в силах остановить себя. Парни отделались лёгкими ушибами и незначительными царапинами, было бы труднее, будь это взрослая лошадь. После столкновения с одним из малышей (никто в итоге их так и не поймал) к парням сразу же подбежали те, кто за ними гонялся. Им помогли подняться и дойти до аптеки. Необычное знакомство, как правило, является началом крепкой дружбы, так ведь?

***

Из аптеки выходит Хосок, со средним пакетиком, разглядывая всё ли они купили, чтобы обработать хоть и маленькие, но раны. За ним вышел его друг, потирающий шею от усталости из-за одного идиота, который чуть ли не разгромил с помощью маленьких дьяволят половину построек. — Этого должно хватить, — произнёс Чон, уже стоя напротив сидящих. — Простите нас за всё это, мы правда хотели, как лучше… без него… мы вообще не справляемся, — тишина оглушала всех и каждого. Это давление, появившееся после слов без него, пугало. Раны были обработаны, и после монолога никто даже и слова не произнёс. Чимину так любопытно спросить, что же произошло, но он чувствует, что это будет лишним, поэтому он просто поблагодарил их за помощь и все благополучно разминулись. Но Хосок перед уходом сказал, что на буклете есть адрес конюшни, если он ещё не потерян, и что они могут прийти завтра, конечно, если свободны. — У них, наверняка, тяжёлые времена, — пока они шли к машине, у Тэхёна всё время крутились в голове выражения их лиц. Они были сильно изнеможены. — Да, надеюсь, скоро всё наладится как у них, так и у нас, — садясь на соседнее сиденье, произнёс Чим.

***

До появления в жизни Тэ Чимина, он был довольно молчалив и даже считался белой вороной среди сверстников. Они познакомились в средней школе. Им тогда было лет по двенадцать. Первая их встреча произошла случайно. Один просто перевёлся к другому в класс, но даже так они не сразу стали общаться. Конечно, кто же станет разговаривать с человеком, которого впервые увидел. Да и выглядел Тэ не как все. Не так, как по стандартам должен был. Их сближению послужил весьма странный случай. В тот день продукты оказались не свежие, но никто не обратил на это внимание, и как итогом у большинства посетивших столовую тогда было отравление. А парни, за счёт своего слабого организма, в тот период жизни не стали исключением происходящего и оба разом грохнулись в обморок. Так и проснулись в медпункте, лёжа на койках рядом друг с другом. Это было до одури странное совпадение. Бывают же такие штуки как судьба. Это точно была она.

***

Пока они ехали, взгляд Чимина упал на бардачок. Ему показалось, что он выглядел как-то не так. Не так как до приезда. Как только он потянул руку, его глаза переместились на заднее кресло. Там лежала бумажка, на которой было что-то написано. — Странно.

***

Брюнет припарковал машину так близко, как только мог, но из-за ограждения ему пришлось объезжать несколько домов. Когда парни вышли из машины, Чимин незаметно подобрал листок. Он опёрся спиной на дверь автомобиля, развернул лист и увидел очень знакомый почерк… — Боже… серьезно… — выдохнул Пак, проводя рукой по лицу так, словно ожидал этого. Как ты, ЧимЧим? Не ожидал тебя здесь увидеть. Пак тут же сжал несчастный листок и со всей дури кинул этот комок куда подальше. Всё его тело бросило в дрожь, это было еле заметно. Будто в триллере снимается, обычно дальше только хуже.

***

Эх, отношения сложная штука. Сама любовь, кто бы знал, что такие гнилые люди ещё существуют. Чимин уже далеко не глупый мальчишка, но и здравый рассудок сохранить с последних отношений у него получилось только благодаря «чуду» по имени Ким Тэхён. В то время Пак пролил слишком много слёз, чтобы вновь решиться на такую «роскошь». Было больно. Восстановление заняло порядком три, не то четыре месяца. Разные лекарства, врачи; самый ужасный период в жизни Пака.

***

— Чертов подонок. Как же я тебя ненавижу, — зарывая руки в волосы, стонал блондин. Вопил, словно хотел избавиться от всего, что связанно с этим существом. — Ну за что ты опять появился в моей жизни? — оседая на корточки и сжимая лицо в ладонях, чимин перед глазами увидел те «прекрасные» воспоминания. Как же тесен мир.

***

Стоя уже возле дома, к которому они планировали прибыть утром, парни начали разбирать, вытаскивать из машины все сумки. День был тяжёлый. У Тэхёна на лице теперь красуются два средних по размеру лейкопластыря и ещё куча маленьких, оседающих на руках. Почти также у Чимина. Закат освещал соседние дома, дорогу и всё, до чего могли достать лучи пылающего солнца. Самое приятное чувство, которое только можно было испытать. В этом городке оказалось на удивление спокойней, чем ожидали парни. Людей почти не было, только несколько пожилых пар прогуливались и наслаждались уходящим теплом. Как только они затащили все сумки, Чимин вызвался сходить в ближайший продуктовый. С их приезда, всё-таки, прошло немало времени да и энергии они затратили на все эти разборки просто кучу. Так что пора было перекусить. Пак взял карту для оплаты, подключил наушники к телефону. Ничего не обычного. Пройдя дома четыре, он увидел вывеску круглосуточного магазинчика и сразу же направился туда. Ходя среди рядов, он собрал уже половину корзины. Там были продукты на ужин, завтрак и, возможно, обед, если ему вдруг придётся вернуться снова. Тэ много кушает, тут ничего не поделать. Проходя мимо полок с фруктами, Чимин решил побаловать себя. Он взял немного персиков и уже было направился оплачивать всё, как почувствовал, что ему что-то мешает пройти. Его глаза сразу замерли на обуви этого человека. Всё тело пробрала дрожь, Пак даже вдохнуть нормально не мог. Его словно парализовало. Это был худший чиминов кошмар. — Может, помочь? — донеслось от стоящего напротив человека. Без лишних взглядов было понятно – он сказал это с ухмылкой и раздражающим сарказмом. Корзина с продуктами вывалилась из рук Чимина, ноги стали ватными. Пак пошатнулся, уже готов был упасть, но его в ту же секунду удержали за талию. Это прикосновение ощущалось, словно его пронзила тысяча стрел. Отвратительное чувство. Хотелось плакать, слёзы так и наворачивались. Ощущение, что сейчас вся съеденная еда решит выйти, тоже обострялось с каждой секундой все больше и больше. — Пусти… — дрожащим голосом произнёс Пак, всё ещё еле стоящий на своих двоих. Он, наконец, поднял взгляд и да, он точно не ошибался – это был тот человек, разбивший его сердце и жизнь просто вдребезги. Человек, бросивший его, просто потому что ему так сказали. Человек, который только использовал Пака для своего удовлетворения. Мусор. Никак иначе.