Аскад

Влюблённые люди часто совершают очень глупые поступки, но разве это мешает им всё так же безгранично любить друг друга? — Хён, что для тебя значат лошади? Нежный весенний ветер подхватывал волосы парней; их слова, их дыхание. Блондин наблюдал за лошадьми, пасущимися далеко за рекой. — Мы так давно не виделись, а ты интересуешься лошадьми, — отозвался брюнет. Короткий смешок сидящего на невысоком выступе парня был еле доносим до земли, но даже это не помешало крови прилить к щекам его хёна. Смущение – как описать это чувство, – не то стыд, не то радость. — Что смешного я сказал на этот раз? — Извините меня, ваше высочество, но, видимо, кто-то ревнует, — улыбка Чимина, озаряла мир брюнета ярче, чем уходящее солнце; так неправильно, но так красиво. Взгляд парня задержался на профиле блондина, он не мог перестать восхищаться этим человеком. — Я задал этот вопрос, потому что мне было интересно. Тэхён ни разу на него не смог ответить, просто говорил, что они словно восьмое чудо света. Словно они единственные настолько свободные живые существа, что их невозможно просто даже приласкать. Ещё он говорил… — вдруг Чимин затих, когда услышал шёпот из уст друга. — А? Хён, ты что-то сказал? — Драконы… — недолгая пауза, недоумевающий взгляд блондина, направленный прямо в глаза его старшего. Неловкое переглядывание, и внезапное желание потонуть в этих чёрно-смольных глазах, прикоснуться к этим румяным щекам и… поцеловать эти нежные персиковые губы. — Боже… — Чимин даже и не понял, как начал постепенно желать его. — Эй, земля вызывает Пака, ты чего завис? — щёки ещё больше покраснели, он резко отвернул голову в противоположную сторону, его сердце колотилось, как бешеное. И вновь из потока мыслей его вырвал самый полюбившийся ему голос. Он, немного придя в себя, переспросил и всё же был удивлен ещё больше, чем раньше. — Драконы? Но их ведь не существует, почему драконы? — Ха-а… как же тяжело, — выдохнул брюнет, делая недовольное лицо, будто он разговаривает с камнем, а не с человеком, сидящим на нём. — Ты не поймёшь, — горделиво приподняв голову, продолжил он. — Серьёзно?! Ты даже и не пытался что-либо мне объяснить, ты просто как старый дед, только и делаешь, что ворчишь. Мы впервые встретились после зимы, это немало, и ты должен прекрасно это знать, а ты уже снова недоволен, Хён — улыбка на лице старшего появилась незаметно, но ворчание Пака точно подняло ему настроение да и вообще их встреча была очень кстати. — Попробуй начать, может, я пойму, — переведя дыхание, Чимин увидел, что старший уже во всю красуется рядом с ним. От того, насколько быстро он вскарабкался на этот выступ, у Чимина перехватило дыхание. Он начал внимательно вслушиваться в рассказ хёна. Они сидели нереально близко, и уже где-то на середине Пак перестал воспринимать чужие слова. Бархатистый голос старшего был идеальной колыбельной для слишком уставшего малыша. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, ветер становился всё прохладней, а небо темнее. Проявились звёзды. — …понимаешь, лошади иногда могут рокотать. Я и сам до сих пор не могу понять, как, но это захватывает. Особенно, когда прижимаешься всем телом после тренировки и сквозь всю эту массу, где-то в глубине, помимо сердцебиения, слышишь рокот, словно драконы переродились в лошадях, но пока очень плохо скрывают это. Понимаешь? — тепло в районе плеча обдавало всё тело, как только к брюнету пришло осознание, почему, он сразу же замолчал и легонько пододвинулся, чтобы одному ребёнку было удобнее. — М-м-м… почему ты прекратил, хён? — сонно мямля и вызывая всё больше смущение парня, Чимин даже и не думал просыпаться. — Ты ведь… даже не слушал. Как я могу продолжить, если ты уже спишь? — Когда это я спал? Я внимательно слушал любимого хёна, ты меня недооцениваешь сов…се-сем… — глаза уже слиплись, и послышалось тихое сопение. — Особенный… Аскад была права, — парень усмехнулся, подумав, что очень глупо верить тому, кто не может говорить, но ещё ни разу не солгал.

***

Прошло уже более двух часов, а Чимин всё ещё не появлялся дома. Тэ решил позвонить другу, но тот не брал трубку, шли лишь гудки. Он начал перезванивать, как вдруг услышал разнёсшийся по всей квартире дверной звонок. Недоумевая, что происходит, он с возмущением открыл дверь, но на пороге стоял не ожидаемый им Пак Чимин, а какая-то незнакомая девушка с такой улыбкой, будто она была чем-то сильно одержима. — Привет! Я только хотела поприветствовать наших новых соседей, — она мельком оглядела прихожую, в которой находились лишь чемоданы с ещё не распакованными вещами. — Ты же вроде не один сюда въезжал, где твой друг? — наглости этой дамы просто не было предела. Она слишком любопытна. Через какое-то время Киму надоели эти бессмысленные вопросы. Он просто поблагодарил незваную гостью и закрыл дверь прямо перед её носом. Из разговора он узнал, что она и её брат живут напротив, значит, просто соседи. Живут они здесь достаточно давно, хотя зачем ему это знать? Вечер близился к ночи. На звонки Пак по-прежнему не отвечал. У тэхёнова терпения тоже есть предел – парень резко сорвался, надел пальто и просто выбежал. Долго искать не пришлось. Как только Ким перешёл порог, он краем глаза заметил, что что-то маленькое сидело рядом. И конечно же это был пропавший. Напротив стоял пакет с продуктами, хоть это было и не столько важно, сколько нахождение рядом с ним человека. Он рыдал. Тэхён без лишних слов упал на колени и тут же обнял Чимина. Через пару минут Тэ всё-таки завел немного успокоившегося друга домой, отправил его в душ, а сам пошёл заваривать его любимый чай и, хоть как попало, но готовить ужин. На часах стрелка указывала полночь. Завтрашнюю, а точнее уже сегодняшнюю встречу никто не отменял. Они просто должны были пойти. После душа Чим сразу улегся в постель, как измученный ребёнок. Младший принёс ему чая и небольшой перекус, а сам также рванул в душ. Прекрасный день, отвратительный вечер…

***

Судьба, значит. Утро всех конюшен начинается с уборки в денниках, кормления и выгула лошадей, также их тренировок и тренировок вместе с наездниками – в целом, каждый день там очень продуктивен. Но именно в этот день, когда двух незнакомцев пригласили на конюшню, там творился полный хаос. Тренировочные группы переводили на ипподром, хотя знали, что там не место для конкурса или выездки. Им срочно нужно было освободить манеж. С минуты на минуту должен был прибыть очень важный человек. Для его важности просто есть причина. Необъяснимая.

***

Пока тренеры переводили детей, объясняя, что к чему, а другие были заняты уборкой по всей территории, объявились те самые гости, находящиеся в предвкушении. А точнее один гость. — Хей, привет, почему ты один, где Чимин, эм… его ведь так зовут? — Хосок всё ближе и ближе подходил к Тэхёну. Он обогнул толпу не так легко, как ожидал, но ведь сам виноват. Пригласил своих новых знакомых, так рано да и в такой важный день. — А, привет, — Ким лишь пришёл предупредить, что они не смогут присутствовать, что случилось кое-что плохое и что им нужна хотя бы неделька, чтобы привыкнуть к этому месту. — Ему… нездоровится, извини, давай я дам свой номер. Сегодня мы не сможем и… ближайшие недели две, наверное. Прости, правда, — во время разговора казалось, что Тэхён успел и так разглядеть всю конюшню. Его взгляд был постоянно направлен не туда, куда следовало бы смотреть. Ему было немного стыдно. Неловко. Никто не был виноват в случившемся. — Ох, не извиняйся, в какой-то мере я рад, что у вас не получится здесь быть. В ближайшее время на конюшне будет такой переполох, так что всё нормально. Я напишу тебе, как только у нас закончатся эти беспорядки, — небольшой смешок вырвался у Чона. — Передавай больному, чтобы скорее поправлялся, вы нам очень нужны, пока совсем не похолодало, — как только Хосок закончил, с его лица резко сошла эта наигранная улыбка. Что-то показалось странным в его поведении. Он постоянно перебирал пальцы, нелепо усмехался и топтался на месте, словно маленький ребёнок, которого вот-вот отчитают родители. Для Тэ это была вполне хорошая новость, ему даже полегчало, он был уверен, что и Чимин будет рад небольшому отдыху после переезда. Тем более в его-то состоянии.

***

Сегодня было пасмурно. В квартирку пробирался солнечный свет, едва видневшийся за облаками. Их место былао похоже на студию. Рядом с выступом стояли три пары обуви и пара тапочек. Справа была душевая, заставленная несколькими коробками. Также слева были полки, выставленные как небольшая стенка, а за ней находилась кухня. Она была маленькой и очень удобной. В самой же, так называемой, гостиной спинкой к их кухне стоял диван. Вся их квартира была занята растениями. Парочка цветущих невысоких кактусов украшала полы, стоя рядом с прихожей, вьющийся цветок расположился в том же месте, но на полочке. Несколько кактусов стояли у окна в гостиной и в комнате, где обитал Чим. Их ещё перечислять и перечислять. Сколько же времени прошлые хозяева убили, чтобы вырастить такое количество разных чудес флоры.

***

После недавней встречи, когда к Чимину вернулись все кое-как забытые им воспоминания, он слёг с простудой. Прямо посреди ночи у него поднялась температура, и пока её пытались сбить уже наступило утро. Тэхён решил не брать парня с собой, Паку нужен был покой и желательно с горячим чаем. Но из-за того, что никто не удосужился взять номер телефона хоть кого-нибудь из друзей Хосока, Киму пришлось ехать по приглашению. После отъезда Тэ через десять-пятнадцать минут проснулся Чимин. Ему стало немного легче. Дома ничего из лекарств не было. Пока вновь не стало хуже, Пак съел приготовленный тэхёном суп, принял душ и набрал другу. Второй сразу ответил на звонок. Он был рад слышать, что с Чимином всё в порядке и, по просьбе, пока направлялся домой заехал в аптеку.

***

Прошло чуть более двух недель, Чимин начал чувствовать себя гораздо лучше. С каждым днём становилось всё прохладнее, но солнце продолжало согревать, а люди продолжали цепляться за его тепло. Пока не стало совсем морозно и Тэхён не отправился помогать семье, один из парней написал по поводу той предложенной конной экскурсии. Она, конечно, давно прошла, но они всё ещё хотели бы в ней поучаствовать. Чимин написал Хосоку. Тот с огромной радостью согласился, назначил дату и время, но предупредил, что там будут помимо него и Чонгука ещё два человека. Просто, чтобы они не волновались. Ещё он передал Паку привет от Гука и напоминание для Тэ от него же.

***

Вечером того же дня Тэхёна переполнял просто спектр эмоций. — Может, ты уже возьмёшь телефон в руки? — Тэ просто сидел напротив этого поломанного прямоугольника и постоянно что-то бормотал. — Тэхён! Прекращай ерундой страдать, если так боишься, давай я это сделаю. Я начну, а дальше сам. Хорошо? — Ким так испугался, но позволил своим нескончаемым пыткам подождать. Чимин взял телефон, набрал номер и начал переписку. ТэТэ: Привет Чонгук-щи, это Ким Тэхён. Человек, за которым ты прятался от разъяренного хёна, если ты забыл. Ответ пришел незамедлительно. Видимо, он был рядом с телефоном. Чонгук: О, привет. Конечно, я тебя не забыл. Я рад, что ты написал, уже думал поговорить с тобой, когда вы придёте. Извини меня ещё раз, как мне возместить ущерб? После того, как Чим начал, он отдал телефон и вернулся на своё место. Реакция друга очень его впечатлила. Пак никогда раньше такого взволнованного Тэхёна не видел, хотя знают они друг друга уже достаточно давно. — Я сейчас умру со стыда, Чимин. Что мне делать? Он спрашивает, как ему загладить вину. Я понятия не имею, что ответить, — Тэхён опрокинул голову назад и закрыл своё пылающее лицо ладонями. — Я в жизни себя так позорно не чувствовал, Чим. Я правда не знаю, что мне делать. — Ну, а чего ты хочешь? Он ведь тебя чем-то привлек, попроси просто подружиться, не думаю, что он будет против. — Разве так можно? Я словно заставляю его насильно со мной общаться, мне кажется это неправильно. — Ну, тогда делай, как знаешь, — Чимин продолжил так же беззаботно заниматься своими делами. Возможно, даже искать работу ведь они оба хотели попробовать что-то новое. Ну, или просто устали.

***

Семь утра назначенного для поездки дня. Суббота. Ещё вечера были приготовлены все вещи для предстоящего путешествия. Оно будет длиться два дня. Хосок никогда не ошибается при выборе дней, на конюшне это все поняли ещё с первого дня его работы. Это так удивительно. Небо было чистым, осеннее солнце грело во всю силу, так тепло. Давно не было так хорошо, так… легко. Чимин вновь списался с Чоном, чтобы уточнить, всё ли они взяли. И да, ничего не забыто. Тэхён уже ждал друга на пороге с двумя рюкзаками. Чим так тщательно всё проверял, хотя их не будет дома всего одну ночь, но сколько волнения и беспокойства. На улице было свежо, несмотря на жаркие лучи восходящего солнца, правильно, ведь всё ещё было утро. Парни решили не брать свою машину. Тэхён сказал, что её там негде ставить, поэтому будет проще добраться на такси.

***

— Вы уже здесь, рановато, значит, поможете нам, — и снова эта ярчайшая улыбка, от которой мурашки по телу. Она такая нежная, боже. Видя её, начинаешь ощущать себя, словно ты тут самый нужный. Особенно, когда его глаза направлены точно на тебя. — Привет, Хосок-щи, надеюсь, это нетрудно, я не очень хорош в чём-либо, так что… — Чимина прервало ржание лошадей. Он начал оглядываться, чтобы сказать Тэ быть аккуратным, но его и след простыл. Глубокий вдох, выдох. Всё точно хорошо. — Так вот, я плох во всём, проще говоря. — Не волнуйся, у нас ещё полно времени перед поездкой, для начала я бы хотел познакомить вас со всеми нашими лошадьми, их не так много. Потом мы начнём их седлать. А вы нам поможете, это несложно, — слова Хосока внушали доверие, Чимин был так рад этому знакомству. — Сегодня значимый день, Чимин-щи. Очень значимый. И не только для вас, — продолжил Чон. В его глазах виднелся страх. Он был растерян, но в то же время где-то глубоко его питала надежда на лучшее. — Идём.