***
Стивен только недавно переехал в эту квартиру и вот, разгрузив последнюю коробку, мужчина плюхнулся на светлый диван и с удивлением поглядел вниз, когда расслышал стук. Назойливый стук в потолок, судя по всему, его сосед снизу стучал шваброй. Стивен постучал ногой по половице и снова услышал ответный, куда более требовательный стук. Затем ещё один. Мужчина приподнял брови и прошел к двери, надел ботинки и спустился на этаж ниже. На сей раз он постучал в дверь. После пары минут возни, ему открыли. На пороге стоял мужчина средних лет не слишком доброжелательного вида. Стрэндж перевел взгляд на механический протез руки. — Какого черта Вам надо? — огрызнулся незнакомец. — Я Ваш сосед сверху. Хотел узнать… — Вы хотели сказать, что Вы ШУМНЫЙ сосед сверху? — Прошу прощения, но каким образом я стал вдруг шумным? — Вы громко ходите, — сквозь зубы процедил тот. — Я обескуражен. Вы жалуетесь на то, что я имею наглость ходить по полу? — он осклабился. — Да. Прошу Вас ходить тише. Не докучайте мне или я пожалуюсь в домоуправление! — Вы в себе?! Предлагаете мне летать по воздуху и питаться космической энергией? Я Вам не какой-нибудь волшебник из детской сказки и точно не тибетский монах. — Меня не волнует кто Вы такой, меня лишь волнует шум, который Вы издаете. — Вы не слишком дружелюбный. — Если бы у Вас все болело так же сильно, как болит у меня, то Вы бы тоже были не слишком добрым. Стивен вновь перевел взгляд на биомеханический протез и слегка прищурился. Незнакомец посмотрел на него с ещё большей агрессией, будто его задело за живое такое внимание к собственной неполноценности: — Нашли что-то интересное? — Я врач и думаю, что причина проблемы в этом, — он показал пальцем на протез, — она доставляет неудобство? Я могу… Стивен коротко дернулся когда перед его лицом дверь захлопнулась да ещё с такой силы, что лишь чудом не отбила его любопытный нос. — Вот как? Ну, хорошо…я понял. Мужчина в некоторой растерянности повернулся кругом и стал думать. Первым на ум пришло собрать анамнез, но как его тут собрать, если потенциальный пациент был таким агрессивным? Именно поэтому он тихой поступью прошел к почтовым ящикам, нашел нужный номер и оглянувшись по сторонам, вытащил из кармана брюк скрепку который ещё недавно Тони отпер его собственную дверь. Мужчина слегка наклонился вперёд, пригляделся к разрезу личинки и скрутил скрепку в нужный узелок. Их с Тони прошлое таило много общих глупостей, много весёлых таблеток и не менее весёлых ночей проведенных в баре. Один раз они даже под спидами проехали до Калифорнии, но сейчас не об этом. Сейчас было дело в отмычках и замках. Ему потребовалась пара минут чтобы незаметно открыть нужный ящик, тихо, едва слышно и вытащить пару писем. Одно было из ассоциации ветеранов Афганистана. Так же, он узнал имя этого злобного говнюка. — Эверетт Росс. Эверетт. Эверетт. Что за имя такое? Стивен тихо замычал под нос и так же медленно, без спешки положил письма обратно в ящик, закрыл его и проследовал вверх по лестнице. Незнакомец все это время наблюдал за ним через глазок двери.***
Следующее, что он получил по почте — оповещение о штрафе. Мужчина приоткрыл рот от недоумения. Этот противный сосед живущий снизу наябедничал на него. — Чертов ублюдок. Стивен посмотрел вниз, на пол. Очередной стук прошелся по его полу. Утро уже было испорчено плохими новостями и непотребным поведением этого треклятого калеки. Он достал из холодильника все необходимые ингредиенты и принялся за готовку, приоткрыл одно из высоких окон и в попытке хоть немного успокоить себя, включил музыку. Снизу вновь послышался стук. Стивен повернул ручку громкости на максимум и в довесок начал петь, чтобы этот ублюдок снизу волосы повыдирал от недовольства. Увы, ублюдок волосы выдирать не стал, вместо этого поднялся вверх по лестнице и стал активно колошматить рукой ему в дверь. — Меня нет дома, — проорал Стрэндж, перевернув омлет на другую сторону. Стук усилился, сосед прокричал через дверь в ответ: — Вы шумите, так еще и готовите. — Имею право. Я делаю все это в своей собственной квартире! — Вы вскрыли мой почтовый ящик. — Да, штраф я уже получил, благодарю. Теперь катитесь отсюда. — Знаете что? Я прошел Афганистан не для того чтобы… Эверетт на сей раз лицезрел не дверное полотно, а самую недовольную рожу из всех, что ему доводилось видеть. — Знаете что? — перебил Стрэндж прищелкнув пальцами перед чужим носом, — Это порог моей квартиры, Вы мешаете мне спокойно завтракать! Я законов не нарушаю, а лишь хожу по полу и готовлю себе завтрак. Хотите жаловаться на то, что я позволяю себе нечто подобное — вперед, жалуйтесь! — Вы нахал. — Вы вынуждаете меня быть таким. — Я пожалуюсь снова и Вас выселят. — Если у Вас болит рука, то нужно идти в клинику за помощью, а вовсе не отравлять существование другим людям, мистер Росс. — Тоже мне, удивили, — фыркнут тот, — думаете Вы такой первый умник, который говорит, что я обязан идти в больницу, да? Стивен коротко прищурился, слушая чужую злобную тираду. Росс продолжил с шипением: — Вы хоть представляете, что я чувствую? Знаете, что такое чувствовать постоянную боль, знаете что такое ощущать, будто у меня есть рука, но вместо нее эта чертова железка для имитации того, чего нет. Я до сих пор чувствую, будто сжимаю руль самолета, и иногда испытываю такую сильную агонию, что не могу спать всю ночь, а утром иду на работу, так что будьте любезны… — А протез вообще функционирует? — Что? — растерялся тот. — Ну, Вы можете двигать пальцами или врачи просто выдали Вам его и на этом все. — Я не…это не Ваше… — Вы пришли поорать под моей дверью, отравили мне утро и не можете ответить на простой вопрос? — Я… — Вы можете подвигать пальцами? Эверетт странно изменился в лице и отпрянул назад, а затем и вовсе направился к лестнице. — Я могу помочь Вам, — рявкнул Стрэндж, — но с одним условием. Еще секунду назад полный решимости и злобы мужчина повернулся и украдкой усмехнулся: — Все врачи так говорили, но никто на самом деле мне не смог помочь. — Предлагаю Вам сделку, мистер Росс. Если Вы выйдите из этой двери будучи способным двигать рукой и без болей — Вы отвалите от меня. Я буду делать что хочу и когда хочу, кроме тех часов в которые шуметь запрещено законом. — А если не поможете? — уже чуть более заинтересовано отозвался тот. — А если я не смогу помочь, то перееду. Стивен вытянул руку вперед предлагая ему скрепить сделку. Его визави потребовалось пара мгновений на то чтобы найти в себе силы и подойти ближе. Росс плавно сжал чужую руку с некоторым недоверием. Странно, что у такого засранца была на удивление теплая и даже мягкая рука, он скорее ожидал, что такая злобная свинья стиснет его конечность в своей клешне намертво. Стивен понял и еще кое-что: на самом деле этот мужчина очень хотел помощи, но смертельно устал не получать ее. — Заходите. Раздевайтесь. — Что? — дернулся Эверетт. — Шучу. Стрэндж коротко усмехнулся и наконец разжав руку, направился к плите, омлет, благо, не успел сгореть. Его недоверчивому пациенту вновь потребовалось некоторое время на то, чтобы найти в себе силы и зайти внутрь. Стивен выключил плиту и направился зачем-то в кладовку, что-то шумно там двигал, явно искал необходимое. Сосед сделал еще пару неуверенных шагов, оглядываясь по сторонам так, будто был риск нарваться на мину. К удивлению последнего, этот странный врач наконец вылез из кладовки с коробкой в руках, скотчем и зеркалом. — Что Вы задумали? Зачем Вам это барахло? — Собираюсь доставать из этой коробки кроликов. — Снова шутите? — Вполне возможно. Стивен отряхнулся, поставил коробку на пол, притащил с кухни нож для хлеба и зачем-то начал вырезать внутри коробки дыры, возможно он услышал, что Эверетт пошел назад, а может догадался, но следующие его слова сумели заставить Росса остановится: — Делаю ставку на то, что у Вас в аптечке около пяти видов обезболивающего и пара видов снотворного. Делаю вывод, что боль которую причиняет Вам рука просто невыносимая, наверное такая будто Вы держите раскалённый кирпич. Эверетт тихо сглотнул в ответ. — Я знаю, что имя профессора нейробиологии Вам ни о чем не скажет, однако, этот мужик придумал отличный способ для решения проблем фантомных болей, — он отрезал круг из коробки, затем второй. — И зачем нужна эта коробка? — Для фокуса. — Фокуса? — Да, — усмехнулся тот. Зеркало встало удивительно точно внутрь коробки. Стрэндж оторвал кусок скотча, скрепил боковины, а затем понес этого монстра Франкенштейна вперед. Коробка заняла свое законное место на обеденном столе. — Садитесь, — тактично отозвался мужчина. — Я не думаю… — А Вы не думайте, Вы просто сядьте. Я Вас не на эшафот зову, а всего лишь за обеденный стол. — Если ничего не получится, то я надеюсь, что к выходным Вас здесь уже не будет. — Если получится, то я надеюсь получить извинения и рядовое: «Доброе утро, мой спаситель», каждое утро. — Размечтались, — он с неохотой сел за стол и вытянул вперед руки, вознамерившись засунуть их в коробку. — Нет, Вы должны снять протез. — Зачем? — он поглядел на Стрэнджа. — Чтобы фокус сработал. Росс с недоверием и некоторой неохотой подцепил манжет пижамы и закатал рукав, чтобы снять этот треклятый протез, пришлось немного потрудиться. Затем, когда культя освободилась, он снял мягкий носок и с некоторым стеснением прижал к себе то, что осталось от его некогда любимой руки. К удивлению мужчины, вид его изуродованной конечности не вызывал в лице Стрэнджа ничего, кроме ленивого наблюдения. — Засуньте руки в коробку. Обе. — У меня только одна рука. — Технически это не так, а теперь заткнитесь и делайте то, что я вам говорю делать. Он с большой неохотой просунул остаток руки в коробку, а затем и вторую руку просунул в отверстие. Стрэндж закрыл одну из сторон, оставив лишь вид на зеркало. — Теперь Вам наверняка кажется, что руки две. Верно? Эверетт сглотнул. Да, стало похоже на то, что руки у него и правда две благодаря зеркалам. — Ваша задача проста: сожмите обе руки в кулак. Росс замотал головой. — Нет. Мне будет больно. Адски больно. — Не больнее, чем сейчас. Сожмите руки. — Я… — Доверьтесь мне, в крайнем случае напишите в полицию о том, что я слишком громко хожу. Сделайте то, что я прошу. Он зажмурился когда почувствовал, что обе руки покорно сжимаются. Боль усилилась да так сильно, что из глаз едва ли не искры посыпались. — Если верите в бога, то можете начинать молится, а ещё можете спросить у бога за что он Вам руку оттяпал, — как бы невзначай сказал Стрэндж. Эверетт застонал сильнее и вновь мотнул головой. Ему потребовались все силы на то, чтобы посмотреть в глаза своему проклятому соседу, что заставлял его испытывать все эти мучения сейчас. — Посмотрите в коробку. Потребовалась пара секунд на то, чтобы заставить себя проделать эту не сложную процедуру. Эверетт заглянул внутрь, где обе его руки были тесно сжаты в кулаки. — А теперь разжимайте одновременно. Обе руки. Эверетт вновь тихо застонал. Боль казалась невыносимой, настолько невыносимой, что он даже готов был молча согласиться. Мужчина разжал руки и впервые за эти годы почувствовал то, что не чувствовал никогда: отсутствие боли. Стивен мягко улыбнулся, когда его озлобленный сосед поднял взгляд полный удивления и облегчения. — Господи! — выдавил почти слезно Росс. — Не совсем. — Я десять лет жил с болью и вот наконец она расслабилась. Расслабилась! Стивен медленно закачал головой в ответ и обошел его кругом: — Теперь Ваша часть сделки, мистер Росс. Рядовые улыбки утром, я хожу по полу и могу готовить. Усекли? Эверетт таращился на свою руку так, будто видел ее вообще впервые. — Вы слышите меня, мистер Росс? — Я…да… Вы можете делать все, что захотите. — Вау, наконец-то у меня есть право на адекватное существование, — криво усмехнулся тот. Эверетт слегка потупился и совсем уж тихо произнес: — Простите меня за то что, я был…ну… — Козлом? Говнюком? — Все вместе. — Извинения приняты. Стрэндж взял со стола коробку и поставил ее на пол, место заняла тарелка и его уже начавший остывать завтрак: — Теперь, позволите, я бы хотел поесть. — Как насчёт ужина? — Прошу прощения? — Я хочу загладить свою вину и приглашаю Вас на ужин, — пробормотал тот. — Благодарю, но я предпочитаю ужинать в одиночестве. Теперь, когда мы в расчете… — Как насчёт завтра? Стивен подцепил вилкой кусок омлета и лишь лениво пробормотал: — У меня завтра операция, я вернусь домой не раньше трёх часов утра. Сомневаюсь, что ужин устраивают так поздно. — Ранний завтрак? — Хотите ждать меня до трёх часов утра чтобы накормить? — он тихо хохотнул, — это уже похоже не на благодарность, а на ухаживания. — Это просто завтрак. — Все так говорят. — Ваше право решать приходить или нет, я в любом случае буду ждать. Мне уже не привыкать к бессоннице, поверьте. Стивен мягко улыбнулся: — Тогда спешу заверить, что с сегодняшнего дня Вам ничто не будет мешать спать спокойно, до свидания. Дверь вон там. — У меня нет руки и поэтому я та еще злобная тварь, а что заставляет Вас быть таковым? — Три развода и полное отсутствие веры в людей. Я слишком занят своей работой, чтобы быть уверенным, что мне все это нужно теперь уже. Эверетт нехотя кивнул и все же осмотрелся по сторонам: — И все же, я буду Вас ждать. Если созреете, то позвоните мне в дверь. Всем нам нужна компания за завтраком. Особенно тем, кто разводился трижды. Стивен бросил на него короткий, злой взгляд и продолжил есть молча, он не оставил ему никакого другого выбора кроме самого очевидного. Эверетт прошел к двери и удивительно тихо закрыл ее следом. Мужчина поглядел на протез. Впервые эти чертовы пальцы задвигались. Такого счастья вперемешку с горечью он никогда не испытывал. Как он теперь мог оставить этого умника в покое?***
Он так сильно устал за эти несколько дней, что не хотел ничего кроме как лечь спать. Ассистентка протерла его лоб. Мужчина коротко моргнул и наконец вытащил микрощипцы, а затем положил их в утку, в узком ушке торчал кусок пули. — Закрываем. Стивен с нескрываемым облегчением выдохнул. Эта неделя была особенно тяжелой. Предложение о завтраке вспомнилось само собой. Да, прошла уже пара дней с тех пор, как его звали. Нет, определенно не следовало лезть в эту бочку снова. За это время жизнь весьма красноречиво доказала ему, что доверие не должно взращивать свои ростки. Другая же его часть шептала: «Это просто завтрак, возможно просто секс» Когда у него вообще был с кем-то секс? Сходу вспомнить так и не получилось. Возможно именно поэтому он все же смог сделать над собой усилие и когда поднялся по ступеням лестницы, то остановился у двери, но вовсе не своей. Мужчина глубоко вздохнул и зажал пальцами звонок. После пары минут копошения и сонного бормотания дверь плавно приоткрылась. — Вы говорили, что будете меня ждать, — неуверенно проговорил Стивен. — Уже два дня прошло. Я действительно ждал. — Я не решался. К тому же, был на работе сутки. Так что технически, с момента обещания прошел день. В принципе, не то чтобы я сильно настаивал на том, чтобы поесть…просто подумал. Этот до удивления странный солдафон, каким его видел Стрэндж все это время мягко потянул своего гостя внутрь стальной конечностью. — Я могу действительно приготовить Вам завтрак сейчас, а могу предложить немного поспать после очередного дня помощи нуждающимся и уже после этого приготовить завтрак. — Я не сплю в одной кровати с теми, с кем не занимаюсь сексом. Эверетт сонно нахмурился оценивая его взглядом: — Это можно исправить, но увы, у меня для кандидатов жёсткий отбор. Есть чем удивить помимо гения врача? — Что, фокусы нужно показывать? Кроликов не из коробки вытаскивать, а из брюк? — Нет, — хмыкнул тот привалившись к косяку двери. Стивен таращился на него добрые пару минут, прежде чем пробормотал: — Кастингов на роль дружка я ещё никогда не проходил. Мужчина забрался рукой в карман куртки и достал кошелек, Росс смерил его уже скорее злым взглядом, который быстро сменился лёгкой насмешливостью когда тот открыл отделение с мелочью. Что вознамерился ему показать этот чудак было загадкой. Стивен же, вытащил пенни и лениво наблюдая за собственными пальцами пропустил монету как между пальцев, так и по костяшкам, мастерски удерживая маленький диск. Эверетт заинтересованно приподнял брови. — А теперь представь что будет с твоей простатой в моих руках, — скромно проурчал Стрэндж. После пары мгновений раздумий и бездумного разглядывания своего несносного соседа Эверетт открыл дверь шире.