Глава 16. Кто-то схалтурил!
25 июня 2021 г., 15:35
5 сентября Южная Англия пережила самый сильный ураган со времен Урагана Святого Иуды в 2013 году. Поскольку везде были окна, пациентов пришлось эвакуировать в подвал.
− Я не хочу туда, − всхлипнул Ремус, когда Лили попыталась отвести его туда. – Не хочу в подвал!
− Ремус… − она успокаивающе положила руку ему на плечо. – Это только на одну ночь. В связи с ураганом. Поскольку там нет ни окон, ни черепицы, мы будем в безопасности. А утром вернемся.
Ремуса сильно трясло, он не хотел прислушиваться к голосу разума.
− Внизу темно! Нет окон… Он придет!
«Нет. Не сможет. Он больше ничего не сможет сделать».
− Не придет, Ремус. Даже если бы он знал, где ты, он бы не смог туда попасть. Отделение закрыто. Даже если бы он попытался прийти, охранники бы его схватили.
Молли принесла Ремусу успокоительное, и в результате спустя пятнадцать минут Лили и Регулус смогли уговорить его спуститься с ними в подвал.
Ремус уселся в углу, устроившись как можно ближе к стене. Он ненавидел находиться в такой большой компании. Особенно в обществе взрослых мужчин, хотя все они знали, что от него нужно держаться подальше. Лили положила свой матрас рядом с матрасом Ремуса, а Регулус пристроил свой рядышком, чтобы Ремус спал в углу рядом с ними обоими. Казалось, это его успокоило.
Снаружи завывал ветер, несколько раз они слышали звон бьющегося стекла. Каждый раз, когда это случалось, Ремус просыпался, дико озираясь в поисках укрытия, пока до него не доходило, что Лили и Регулус рядом.
Несколько пациентов вскрикнули, когда сверху грохнуло особенно громко.
− Успокойтесь, друзья, − сказал Джеймс, лежавший на матрасе между Сириусом и Майлзом. Он был относительно спокоен, поскольку, когда начался шторм, ему сделали укол, чтобы он не нервировал других пациентов. – Это еще ерунда. Мой дядя однажды видел, как в Шотландии ураган пятой категории снес целый замок. Здоровенный средневековый замок. В воздухе летали огромные каменные глыбы.
− Лжец, − припечатала Марлен. – В Великобритании никогда не было ураганов пятой категории. Не говоря уже о том, что никакой ураган не может носить по воздуху огромные камни.
− Нет, был и смог! – настаивал Джеймс.
Марлен только закатила глаза и пристроилась поближе к Сириусу.
− Дураки. Это не ураган, − заявил Гилдерой. – Разве ты не слышишь ужасный голос?
− Это ветер воет, − сказала Доркас.
− Это Саруман… Он пытается обрушить гору!
− Какую гору? Это больница, псих, − сказал другой пациент, но Гилдерой продолжал настаивать, что они должны вернуться.
***
Пациентам разрешили подняться на следующее утро, но, пока не заменили разбитые стекла, находиться они могли только в комнате отдыха. По пути в свою палату (после ужина коридоры, наконец, открыли) Регулус вдруг остановился, заметив на полу небольшой осколок стекла, несомненно, из одного из пострадавших окон. С самого поступления он часто жалел, что у него нет чего-нибудь острого, чем можно было бы резать себя. Целый день он плохо себя чувствовал. Необходимость находиться столь долго с другими пациентами утомила его. Было сложно дышать, и казалось, что каждый может взглянуть сквозь него и увидеть, что он чувствует. Как будто он был прозрачным. Глядя на стекло, он размышлял, стоит его брать или нет. Несколько месяцев назад сомнений бы не возникло, но теперь нужно было учитывать присутствие Лили и Ремуса. Регулус знал: они расстроятся, если он будет себя резать. Если, конечно, узнают. Регулус привык скрываться. Он мог это сделать. Наконец, он пришел к компромиссному решению. Он не станет резаться, но кусок стекла все же прихватит. Просто на всякий случай, если дела вдруг пойдут совсем плохо.***
Прежде, чем отправиться домой, Лили заглянула к мальчикам. Регулус, как обычно, сидел на кровати с книгой. Ремус лежал, свернувшись в клубок. Он так распереживался из-за подвала, что было вполне естественно, что сейчас немного замкнулся. Лили села рядом с Ремусом, положив руку ему на плечо. − Хорошо вновь очутиться в своей палате, правда? Ремус не повернулся, чтобы взглянуть на неё, но кивнул. Лили переключила внимание на Регулуса. − Что ты читаешь? «…9,10,11,12,13,14,15,16», − Регулус закончил считать в уме, прежде чем ответил: − Астрономию, − он продемонстрировал Лили обложку книги. − Звучит интересно, − признала она, взглянув на обложку. – Для четырнадцати лет ты очень умный парень, Регулус. − Ну… − он слегка покраснел. – Книга не настолько продвинутая. Не университетский учебник или что-то в этом роде. − Держу пари, что, если я куплю тебе учебник, ты быстро во всем разберешься, − улыбнулась Лили. – Ты уже знаешь, кем станешь? По профессии, я имею в виду. Регулус поднял на неё глаза. Он никогда об этом не думал. Очутившись здесь, он даже не пытался представлять, каким может быть будущее. Он вообще не видел никакого смысла в своей жизни, помимо простого существования. Раньше он твердо верил, что станет ученым. Родители повторяли это без конца с тех пор, как он проявил свои способности. Предпочтительно химиком или биологом. Он собирался в будущем принести пользу секте. Это был его лучший шанс загладить собственную слабость и нечистоту. − Нет. Это неважно. − Почему же? У тебя светлая голова, а значит, может быть и блестящее будущее. Ты очень умный. Северус здесь готовится к экзаменам. Ты тоже мог бы начать учиться. − Мне все равно. Чтение это лишь хобби. У меня нет блестящего будущего. В любом случае, я этого не заслуживаю, так что все нормально. Когда Лили ушла, Регулус повернулся к Ремусу, по-прежнему лежавшему, свернувшись в клубок. − Хочешь, я тебе почитаю? – предложил он. – Или ты хочешь побыть один? Несколько секунд Ремус молчал. Затем перевернулся на спину, чтобы взглянуть на друга. − Очень хочу, − почти шепотом сказал он. Регулус слегка улыбнулся. Они наполовину прочитали «Графа Монте-Кристо». Ремус, похоже, был сильно увлечен историей ужасного долгого заключения главного героя и его возможного побега. Регулус догадывался, что он проецирует на себя переживания и эмоции графа. Ведь Ремус сам был пленником в подвале, о котором рассказал своему другу.***
Лили пришла на следующее утро, хотя её смена начиналась лишь в полдень. Она немного переживала за Ремуса, ведь накануне ему пришлось нелегко. Она была рада найти обоих мальчиков в бодром расположении духа. Они сидели в палате и трудились над орфографическими упражнениями. − Привет, ребята, − улыбнулась она, присаживаясь на краешек кровати Ремуса. Некоторое время она наблюдала за ними и порадовалась, когда Ремус показал ей и Регулусу сложную фразу, над составлением которой бился почти пять минут. − Он и впрямь молодец, − похвастался Регулус Лили и пошутил: – Скоро он перестанет нуждаться в моей помощи. − Не удивлюсь, − улыбнулась она. Внезапно их разговор был прерван громким криком. Лили вскочила и распахнула дверь. Ремус и Регулус выскочили вслед за ней, чтобы посмотреть, что происходит. В коридор выходили и другие люди. Помона стояла у открытой двери, прижимая ладонь ко рту. − Она… она мертва… Я… Я просто хотела проверить, как она… я… она… Регулус подошел к Лили и заглянул в палату. На кровати лежала Доркас, её запястья были изрезаны, постель и пол залиты кровью. Её кожа была белой, как у манекена, а глаза широко раскрыты. − Назад! Назад! – воскликнул Кингсли, встав перед дверью, чтобы закрыть обзор. – Уведи их отсюда, ради бога, − попросил он Лили. Она опомнилась и принялась отгонять пациентов от палаты. − Что происходит? Что происходит? – раздался взволнованный голос. Джеймсу, как всегда, было любопытно, он аж подпрыгивал, пытаясь заглянуть в палату. Рядом с ним стоял настороженный Майлз. − ТОЛЬКО ТЕБЯ ТУТ И НЕ ХВАТАЛО! – прорычал Антонин и, грубо схватив Джеймса за плечо, поволок по коридору. − Что здесь происходит? – раздался голос доктора Дамблдора. Он поспешил в палату и опустился на колени рядом с Доркас, проверяя пульс, хотя по её внешнему виду было очевидно: она мертва. Молли и Лили обошли комнату отдыха, проверяя самочувствие каждого пациента, не нужно ли кого-нибудь успокаивать. Лили дала Регулусу таблетку. Он побелел как полотно и выглядел потрясенным до глубины души. Лили проклинала себя за то, что растерялась и позволила мальчикам подойти слишком близко к палате. − Еще одно самоубийство, − шепнула Молли Лили. – Должно быть, она улучила момент и взяла осколок стекла. − Господи, да, − ответила Лили. – Мы должны были предотвратить… Мы могли… Надо было обыскать их, прежде чем отпускать в палаты. − Не вини себя так. Мы делаем все, что можем, прячем острые предметы по мере сил, но мы не в силах уследить за всем, − вздохнула Молли и убрала за ухо прядь волос. – Я просто… Доркас была неуравновешенна, да, но я не думала, что она дойдет до самоубийства. Это лишний раз доказывает, что всего не предусмотришь.***
Позже в тот же день пришел доктор Крауч, чтобы устроить взбучку персоналу в связи с неосторожностью, вследствие которой пациентка смогла взять кусок стекла. − ДВА САМОУБИЙСТВА ЗА МЕСЯЦ! Большая часть сотрудников стыдливо опустили головы. Помона все еще была потрясена. Алекто, бывшая личной медсестрой Доркас, казалась более собранной. − Это никуда не годится, − объявил доктор Крауч, обойдя стол и ударив по нему ладонями. – Мы должны быть респектабельным психиатрическим учреждением! Я не хочу, чтобы наша репутация была испорчена из-за халатности. Я хочу провести повторное освидетельствование каждого пациента, чтобы выявить, кому нужен особый надзор. Пациентам, нуждавшимся в суицидальном надзоре, уделялось особенное внимание. К ним чаще заглядывали, на дверях их ванных не было замков и так далее. − Доркас не была под особым надзором, − заметила Алекто. − Что ж, и очень зря! Кто-то схалтурил! Потому-то я и требую пересмотра! − Прошу прощения, − резко подал голос доктор Дамблдор. – Мы делаем все, что в наших силах, но предотвратить каждое самоубийство попросту не можем. Вам это известно, доктор Крауч – не говорите, что вам никогда не доводилось терять пациента, поскольку мы все знаем, что это будет ложью. Доктор Крауч лишь наградил его ледяным взглядом и вновь принялся отдавать распоряжения. Он достал список пациентов и перебрал всех, кто не находился под особым надзором, расспрашивая медсестер об их подозрениях. − Регулус Блэк, − произнес он. – Он не под надзором, но довольно депрессивен и вредит себе, так? Почему не под надзором? Кто его медсестра? − Я, − ответила Лили. – Регулус никогда не говорил, что хочет умереть, и у меня сложилось впечатление, что… − Я требую для него надзора! – прервал доктор Крауч, прежде чем она договорила. Просмотрев список, он потребовал особого присмотра еще для троих пациентов. – Чтобы до конца года – больше ни одного самоубийства, это ясно? – спросил он на прощание. После его ухода в кабинете воцарилась мертвая тишина. − Ну охрененно… − резюмировал Антонин, встав со своего места. – Теперь мы должны еще и присматривать за каждым психом. Будто нам и так работы мало. − Присматривать за ними – твоя работа, Антонин, − раздраженно заметила Молли. − Завтра начинаем освидетельствования, − сказал доктор Дамблдор, поднявшись, чтобы закрыть собрание. – Мы с Пандорой подготовим расписание приема. Доктор Крауч, возможно, преувеличивает, но в одном он прав: мы должны отнестись к этому серьезно. Мне бы не хотелось, чтобы у других пациентов возникли какие-то идеи.
