Глава 22. Не учи меня делать мою работу!
17 августа 2021 г., 14:49
− Может, вам сегодня стоит поболтать с Эммелиной? – предложила Лили на следующий день, когда мальчики вошли в комнату отдыха.
− Зачем? – спросил Регулус.
− Затем, что я уверена: вы прекрасно поладите, − улыбнулась Лили. – Эммелина очень одинока, а вам знакомо это чувство. Может, вам удастся её разговорить?
− Ладно, − быстро ответил Регулус. – Конечно. Я вовсе не хотел сказать, что не хочу. Мне жаль, что она одинока. Просто подумал, ей комфортнее с Ремусом.
Они подошли к Эммелине и сели рядом.
− Вы не должны здесь оставаться лишь по просьбе Лили… − произнесла Эммелина после долгого молчания.
− Дело вовсе не в просьбе Лили, − сказал Регулус, вдруг проникнувшись жалостью к Эммелине, искренне считавшей, что не стоит тратить на неё время. – Ремусу вчера было весело с тобой, и я захотел присоединиться.
Эммелина застенчиво улыбнулась и одернула толстовку.
− Мне тоже было весело. Я рада, что ты пришел.
− Итак… чем займемся? – спросил Регулус. – Вчера вы играли в карты? Хотите поиграть?
Они сыграли несколько партий. Регулус не знал, что сказать, кроме того, что касалось игры. Он не умел разговаривать с девушками. В секте девочек и мальчиков большую часть времени держали порознь. А общаться им разрешали исключительно в присутствии взрослых, чтобы, не дай Бог, у них не возникло неподобающих мыслей. Наедине разрешалось общаться лишь с родственницами, а кузины Регулуса были намного старше (Нарцисса, самая младшая, была старше на шесть лет), так что это не в счет.
Эммелина продолжала поглядывать на Регулуса, но каждый раз, столкнувшись с ним взглядом, тут же опускала глаза на карты.
Регулус требовательно взглянул на Ремуса, пытаясь молча сказать, что, раз Эммелина его подружка, ему и начинать разговор.
Наконец, Ремус откашлялся.
− Так… Гм… Как у тебя дела?
− Хорошо, а твои? – улыбнулась Эммелина. – На днях было так приятно поболтать…
− Мне тоже, − кивнул Ремус. – У меня тоже все хорошо. Лучше, чем в прошлый раз. Регулус читает мне по вечерам. Это помогает заснуть.
− Здорово, − сказала Эммелина, метнув взгляд на Регулуса, но опять отведя глаза.
− Да мне не сложно, − пробормотал Регулус. – Я и так все время читаю…
***
Детектив-инспектор Тайлер и женщина-детектив прибыли позже в тот же день, чтобы проинструктировать персонал. − Вскрытие Лонгботтома и Медоуз уже завершено, − начал Тайлер. Персонал выжидающе смотрел на него. – Абсолютных доказательств убийств нет, но смерть Медоуз весьма подозрительна. Судмедэксперт полагает, что мы имеем дело с убийством, хотя полностью исключать самоубийство нельзя. Он считает, что с перерезанным запястьем очень сложно нанести себе такие раны. − У вас есть подозреваемые? – после минутного потрясенного молчания спросила Молли. − Пока нет. Мы едва начали расследование, нам нужно опросить вас всех, по одному. Антонин вздохнул и откинулся на спинку стула. − Мы допрашиваем вас не потому, что подозреваем, так что не стоит обижаться. Но нам надо восстановить картину произошедшего, и мы нуждаемся в вашем посильном сотрудничестве. Надеемся, вы расскажете все, что знаете или считаете важным. − А как же пациенты? – спросил Артур. – Их вы тоже будете опрашивать? − Крепких парней да. Не думаю, что кто-то из здешних девушек смог бы повесить Скитер на карнизе. Я прав или кого-то упустил? Персонал принялся совещаться. − Нет, не думаю, что кто-то из девушек достаточно силен. − Назовите, пожалуйста, имена достаточно крепких парней, − попросила вторая детектив, достав блокнот. − Ну, есть Сириус, Джеймс, Эван, Эйвери, Гилдерой… Северус… − принялась перечислять Молли. − Карадок и, может, Майлз? – добавила Помона. − Нет, Майлз слишком худощавый, − покачала головой Молли. – Пожалуй, это все. − Хорошо, − кивнул Тайлер. – Что касается опроса… Для начала, думаю, будет лучше, если их расспросите вы. А если кто-то что-то знает, то подробности будем узнавать уже мы. − Мне бы не хотелось тревожить Регулуса и Ремуса, − сказала Лили Молли, когда они отошли. – Сомневаюсь, что они что-то знают, бедный Регулус только винить себя еще сильнее начнет. Молли задумалась, потом кивнула. − Да, Регулуса можно оставить в покое. Уверена, он бы сам рассказал, если бы что-то видел или слышал. А вот Ремуса, мне кажется, расспросить стоит.***
На следующей неделе часы посещений были куда оживленнее обычного. Обеспокоенные родственники проверяли, как поживают пациенты, некоторых даже забрали домой. Ремус сидел рядом с Регулусом, наблюдая, как уводят очередного пациента. − Куда они уходят? − Домой или в другие больницы. Они боятся, что здесь орудует серийный убийца. Это уже третий на неделе . Ремус хотел что-то сказать, но заметил крошечного человечка, вошедшего в отделение. Ростом он был с ребенка, но усы и лицо выдавали мужчину средних лет. − Что… кто… − начал Ремус, изумленно глядя на него. − Это карлик. Ну, «маленький человек», так их вежливо называют, − объяснил Регулус, сообразив, что Ремус, наверное, никогда не видел карликов. – Видимо, это дядя Люсинды. Он однажды или дважды приходил с тех пор, как я сюда попал. Кроме него, я никогда не видел карликов вживую. Секта никогда бы этого не допустила. Но они абсолютно нормальные люди, только очень маленького роста даже во взрослом возрасте. Из ниоткуда выскочил Гилдерой, напугав маленького человечка и медсестру. − ФРОДО! – он присел перед гостем на корточки, положил руки ему на плечи и огляделся. – Кольцо у тебя? Спрятано? В безопасности? Мужчина уставился на Гилдероя в полном недоумении. Подбежал Гораций. − Мне очень жаль, мистер Флитвик, − произнес он, заставив Гилдероя отступить. – Извините! Гилдерой не в своем… Несколько оторван от действительности. Я приношу свои извинения. Долиш поспешил придержать Гилдероя. − Пусти! – воскликнул тот. – Беги, Фродо! Беги! Саруман не должен заполучить кольцо! − Это мой дядя, псих! – крикнула подбежавшая Люсинда. – Оставь его в покое! − Да, Гилдерой, пойдем в комнату отдыха, − сказала подошедшая Молли. – Телек посмотришь, расслабишься. − Что такое телек? Волшебный ящик? – удивленно спросил Гилдерой. − Не хотите чаю, мистер Флитвик? – Горацию явно стало стыдно за Гилдероя. − Да… пожалуй, да, − ответил мужчина и вытер лоб платком, все еще не оправившись от неожиданности. − Идите в палату Люсинды. Я сейчас принесу. Гилдерой был очень взволнован, когда Молли усадила его перед телевизором. − Куда делся Фродо? Ему необходимо мое наставничество! − Фродо сожрал гигантский паук, − ухмыльнулся Эван, положив руку на спинку дивана. – Наверное, кольцо досталось Голлуму. – Он кивнул в сторону Северуса. Гилдерой побелел. − Паук? Какой? Где? – он растерянно огляделся и позвал: – ФРОДО! – Затем подошел к Эвану и ткнул пальцем ему в лицо. – Откуда ты это знаешь? Кто ты такой? − Ты знаешь, кто, − отозвался Эван с таинственным видом. Гилдерой ошеломленно смотрел на него. − Нет. Не знаю… − его голос был не похож на обычный голос Гэндальфа. – Кто ты? К-кто я? Другие пациенты обратили внимание на происходящее. Никто никогда не видел Гилдероя таким. Обычно он не выходил из образа. − Ты псих, вот кто, − усмехнулся Эван. − Эван, закрой рот! Гилдерой, пойдем к тебе в палату, поболтаем, ладно? – Молли положила руки на плечи подростка и вывела его из комнаты отдыха.***
После ужина Лили зашла в палату Ремуса и Регулуса. Регулус, как обычно, читал, а Ремус рисовал за столом – в последнее время он полюбил рисование. Лили присела на краешек его кровати. − Не хочешь в комнату отдыха? Сегодня вечер кино, ты же его любишь. Ремус слегка поколебался, потом отложил карандаш и взглянул на неё. − Сегодня не хочется, − когда Лили наклонила голову, он продолжил: − Мне не нравится настроение остальных. − О чем ты? – спросила Лили. – Народ просто слегка нервничает из-за у… из-за Риты. А ты, Регулус? Не хочешь кино посмотреть? − Да нет… − Регулус метнул быстрый взгляд на друга. – Ремус хотел побыть тут, а я не прочь составить ему компанию. А кино в следующий раз посмотрю. − Слушай, может, давай я составлю компанию Ремусу, а ты сходи посмотри кино? Сириус спрашивал о тебе. Он тебе место застолбил. − Иди, если хочешь, − сказал Ремус. – Я же не знал, что ты из-за меня остался. − Побудешь с ним? – спросил Регулус. – До моего возвращения. − Конечно, − кивнула Лили. – Сейчас же никому нельзя оставаться одному. Все нормально, мы с Ремусом поболтаем. Как обычно. Ремус с минуту смотрел на дверь после ухода Регулуса. Затем вернулся к прерванному занятию. − Что ты рисуешь? – ласково спросила Лили, склонившись над листом. Было трудно понять, что именно там изображено – рисунок был похож на каракули маленького ребенка. Но Лили порадовалась, что у Ремуса появилось увлечение. Ремус продолжил рисовать, словно находился в собственном мирке. − Маму, − наконец, произнес он, не отрываясь от рисования. − Правда? Она… Вижу, у неё длинные волосы. Она была красивой? Ремус кивнул, и на его губах появилась мягкая улыбка. Он взял красный карандаш. − У неё была красная помада. − Ремус… − произнесла Лили после короткого молчания. – Ты здесь так долго, мы хорошо узнали друг друга. Может, ты назовешь свою фамилию? Знаю, ты боишься, что мы найдем твоего отчима, но мы должны выяснить, кто ты. Обещаю, ты его больше никогда не увидишь. Рука Ремуса замерла, он опустил голову. − Я не знаю своей фамилии, − пробормотал он. − Что? – озадаченно взглянула на него Лили. – Не знаешь? Должно быть… ты забыл? − Не помню, − пожал плечами Ремус. – Я знаю только, что меня зовут Ремус. Лили ласково сжала его руку. − А адрес? Его ты тоже не знаешь? Ремус мотнул головой. − Я жил только в подвале. Не видел номер дома, когда ушел. − Как ты ушел, Ремус? Сбежал? Или тебе кто-то помог освободиться? Что случилось? Ремус сглотнул. − Я… я сбежал, − его голос слегка задрожал. − Ладно. Я очень за тебя рада. Как думаешь, ты бы смог найти тот дом снова с посторонней помощью? Я не хочу тебя туда вернуть, но мы должны разыскать твоего отчима, чтобы он предстал перед судом. Он должен понести наказание за то, что сделал с тобой. Ремус опять лишь покачал головой. − Как его зовут? Может, мы могли бы найти его таким способом. Однако Ремус отказался отвечать на дальнейшие вопросы. Лили вздохнула. Она не понимала, почему Ремус продолжает выгораживать этого монстра. Почему не хочет помочь им его опознать? В последнее время Ремус, кажется, поверил, что они не отдадут его этому человеку. Но Лили задумалась, не ошиблась ли она.***
− Как там мальчики? – спросила Молли у Лили, когда фильм закончился, и Регулус вернулся в палату, чтобы составить компанию Ремусу. − В порядке, учитывая ситуацию. Они есть друг у друга. Это много значит для обоих. Хорошей мыслью было их свести. − Да, − согласилась Молли. – Прекрасная идея. Дамблдор знает, что делает. Лили кивнула. − Он производит впечатление превосходного психиатра. − Один из лучших в стране. Мы были вне себя от радости, когда узнали, что он будет с нами работать. − Он здесь работает не дольше, чем ты? – удивленно спросила Лили. Почему-то ей казалось, что старый доктор всегда трудился на благо больницы. − О нет, он здесь всего три года. Он работал во многих клиниках по всей стране и даже провел несколько лет в Соединенных Штатах и Ирландии. Вот откуда у него столько опыта. Он перепробовал все методики. Надеюсь, он решит, что с него хватит, и останется с нами до пенсии, мы очень рады, что он у нас есть.***
Среди ночи Ремус проснулся. Моргнул пару раз, привыкая к темноте. Лишь из-под двери просачивалась яркая полоска света. Он напрягся, услышав какой-то звук, но расслабился, поняв, что это просто Регулус бормочет что-то во сне. Ремус лежал в темноте, пытаясь заснуть. Но, едва глаза отяжелели, как он услышал шаги в коридоре. Медленные тяжелые шаги. Он натянул одеяло на нос, прислушиваясь к приближающимся шагам. Потом они стихли. Прямо под их дверью. Тень заслонила почти всю полоску света, и Ремус, затаив дыхание, уставился на неё. Казалось, прошло несколько часов, хотя на самом деле не больше пары минут. Наконец, тень отступила, и шаги, возобновившись, медленно затихли в коридоре.***
− Похоже, ты плохо спал, − сказал Регулус утром, заметив мешки у Ремуса под глазами. – Кошмар приснился? Ремус покачал головой и закусил губу, раздумывая, стоит ли рассказывать Регулусу. Он не хотел тревожить его без причины. − Мне кажется, кто-то был рядом с нашей палатой прошлой ночью. − Ну, охранники патрулируют. Теперь они делают обходы чаще, ты же знаешь. − Я сперва тоже так подумал, но это было странно. Тень долго стояла прямо под нашей дверью. Регулус взглянул на него с легким беспокойством. − Охранник, наверное. Убийца бы вошел, логично? − Думаю, да… − Может, надо на всякий случай им рассказать. Просто чтобы знали. − Может, спроси, кто дежурил, − предложил Ремус. – Пусть объяснят, почему так долго топтались у нас под дверью.***
Когда мальчики расспросили о случившемся Молли, та сказала, что дежурили Торфинн и новый охранник. И заверила, что волноваться не о чем, но она все равно выяснит. Вечером, когда пришел Торфинн, Молли задала ему этот вопрос. − А… − сказал он. – Ну… это был я. Показалось, услышал что-то, хотел убедиться. Постоял пару минут, послушал. − Если показалось, что что-то услышал, почему не проверил? − Не хотел их пугать. Молли строго посмотрела на рослого охранника. − Если слышишь нечто подозрительное, надо проверить, чтобы убедиться, что все в порядке. Никто не говорит, что ты должен был ворваться в палату, но хотя бы открыть дверь и заглянуть… Вдруг одного из них бы убивали, а ты просто стоял и слушал? Торфинн угрожающе шагнул к Молли. − Не учи меня делать мою работу! Я гарантирую – больше никого не убьют у меня на глазах! Молли стояла, не сводя глаз с Торфинна, который был выше неё на целый фут. − Я не учу тебя делать твою работу. В этом нет необходимости. Я лишь напоминаю, что мы должны быть начеку из-за убийств. − Я знаю, как звучит убийство, это было не оно! Затем же и послушал, логично?***
− А вдруг бы кого-нибудь душили? – предположил Майлз позже в комнате отдыха. Он слышал почти весь разговор Молли и Торфинна. Торфинн не старался понизить голос. – Это почти бесшумно. − И вообще, откуда этот болван знает, как звучит убийство? – спросил Сириус, сидя рядом с Марлен и очень меланхоличным Джеймсом. − Их там двое, − сказала Марлен. – Один бы закричал или побежал за помощью, если бы другого душили. Потому и хорошо, что у всех теперь есть сосед. Сомневаюсь, что последуют другие убийства, если все будут придерживаться правил. Сириус поцеловал её в щеку. − Умничка. Но мне все равно интересно, откуда он знает, как звучит убийство. − Просто брякнул, − сказал Майлз. – Надо же было сказать Молли, что он знает, как делать свою работу. − А мне кажется, он убийца, − возразил Питер. – Он жестокий. Ему нравится причинять боль людям. С Сириусом он всегда куда жестче, чем требуется. − Это не он, − возразил Майлз. – Слишком очевидно. Нет, они выберут суперпрофессионального убийцу, которого никто не заподозрит. − Это серийный убийца, а не наемный. Зачем нанимать убийцу, чтобы убивать психически больных? – спросил Северус, в кои-то веки приняв участие в разговоре. − Да, − согласился Карадок, его новый сосед. – Зачем им это? Психически больные не представляют угрозы для правительства. Майлз закатил глаза. − У них могут быть свои причины. Пациенты дорого обходятся государству и иногда доставляют неприятности. − Да, − фыркнул Северус, ощутив прилив уверенности благодаря поддержке. – Ты блестящее тому доказательство, придурок. Поскольку Джеймс просто сидел, уставившись в одну точку, Майлза никто не поддержал. Но его, похоже, это ничуть не смутило. − Говорил горшку котелок: «Уж больно черен ты, дружок», − весело отозвался Майлз. − Он говорил с тобой, а не с Сириусом, − сказал Питер. − Да не имя Блэк, болван. Это игра слов, − фыркнул Майлз.
