Я знаю, что меня зовут Ремус // I Know My Name Is Remus

      На следующий день после обеда Лили пошла поболтать с Эммелиной. − Ремус сказал, что у тебя сегодня плохой день.       Эммелина пожала плечами, но не улыбнулась, как обычно. − Хочешь об этом поговорить? – предложила Лили. − Просто я чувствую себя настолько… недостойной любви, − Эммелина зло вытерла слезу ладонью. – Я толстая. К тому же, внешне страшненькая. Толстушки могут быть симпатичными, если у них мордашки красивые. А волосы… − она взяла прядь и протянула Лили. – Смотри, мышастые и как солома.       Лили ласково положила руку ей на плечо. − По-моему, ты очень хорошенькая. Я бы хотела, чтобы ты это поняла. – Тут у неё мелькнула идея. – Знаешь, у меня есть подружка-парикмахер. Уверена, она бы с удовольствием заглянула и сделала тебе прическу. Может, еще нескольким пациентам.       Эммелина недоверчиво взглянула на Лили. − Правда? Думаешь, она придет? Она же нас даже не знает… − Придет, конечно, − Лили улыбнулась. – Она очень добрый и отзывчивый человек. Я напишу ей попозже, заодно спрошу Молли, можно ли её пригласить. − Ну не знаю… − сказала Молли, когда Лили задала ей этот вопрос, уже договорившись со своей подругой Зоуи. – Мысль хорошая, но бюджет на этот год совсем не резиновый. − Она поработает бесплатно, − заверила Лили. – Она как раз недавно выучилась и будет рада практике. Но мастер она хороший, так что пациенты не останутся полулысыми. − Если так, − тут же просияла Молли, − я уверена, дети будут рады ей. Особенно девочки.

***

      В следующий понедельник Лили привела Зоуи. − Спасибо, что согласилась. Их это так обрадовало. − Не за что, − улыбнулась Зоуи. – Я рада помочь. Заодно познакомлюсь с детьми, о которых ты столько рассказывала. − Сколько у тебя ножниц? – спросила Лили, наблюдая, как Зоуи распаковывает инструменты. − Три пары. А что? − Ну, здесь надо быть осторожной с острыми предметами. Суицидальные пациенты, сама понимаешь. Просто держи ножницы при себе, а мы проследим, чтобы к твоему уходу они никуда не делись.       Зоуи кивнула, подвинула кресло для пациентов, положила руки на бедра, улыбаясь. − Вот. Все готово.       Пациенты уже собрались в коридоре, с любопытством наблюдая за приготовлениями. Даже мальчишки, поначалу не проявившие интереса, все равно пришли, некоторые хотя бы потому, что Зоуи была весьма симпатичной. − Ребята, я вас тоже постригу, если хотите, − предложила она. − Детка, делай со мной что захочешь, − ухмыльнулся Эван. – Но держи руки подальше от моих волос. − А я хочу преобразиться! – объявил Джеймс, только что вышедший из депрессии. – Хочу быть шикарным и стильным!       Лили покачала головой, глядя на Джеймса. Было отрадно видеть его прежним после нескольких недель подавленного состояния. − Кто хочет быть первым? – спросила Зоуи. − Я, я, я! – воскликнул Джеймс. − Да, лучше пропустить его первым, иначе он нас всех сведет с ума, − сказала Марлен. − Ну что ж… что бы ты хотел? – спросила Зоуи, когда Джеймс уселся на кресло.       Джеймс взглянул на Сириуса, Питера и Майлза, стоявших рядом. − Вы что предложите? Может, фиолетовый? − Что? Ты хочешь покраситься? – рассмеялась Зоуи. – Это долгое дело. У тебя черные волосы, надо сперва их обесцветить, чтобы мы смогли их покрасить. Высидишь так долго?       Джеймс закивал, а зрители с сомнением покачали головами. − Что ж, раз ты согласен, − улыбнулась Зоуи. – Я тебя сейчас намажу осветлителем и посиди вон там, пока я другими займусь.       Она постригла Люсинду, пока Джеймс терпеливо ждал эффекта. Потом он снова уселся на кресло. − Погоди, я передумал фиолетовый. Хочу рыжий, чтобы мы с Лили потрясно смотрелись вместе! − А ты, дорогой, постричься не хочешь? – спросила Лили, проводя рукой по неровно обрезанным волосам Ремуса. Она сомневалась, что его с раннего детства хоть раз постригли по-человечески.       Ремус покосился на ножницы в руках Зоуи, пока она стригла растрёпанную шевелюру Джеймса. Он сглотнул, обернулся к Лили и мотнул головой. − Почему нет? – спросила Лили. – Зоуи очень милая, а тебя явно давно не стригли.       Широко раскрыв глаза, Ремус жестом попросил её подойти ближе и тихо шепнул: − Я… боюсь ножниц. − О, ну тут ты можешь быть спокоен. Зоуи умеет с ними обращаться. Хотя бы подумай. Она пробудет здесь целый день. Может, Регулуса тоже пострижет. – Она перевела на него взгляд. – Ты не хочешь постричься?       Регулус пожал плечами и взъерошил свои непривычно отросшие волосы. Его не стригли с тех пор, как он сюда поступил. − Может быть. Но не знаю, как. Просто чуть укоротить. − Постригись, как Логан Лерман до того, как ему убрали челку, − предложила Эммелина, удивляясь собственной смелости. − А кто это? – заинтересовался Регулус. − Перси Джексон. Помнишь, мы на днях фильм смотрели. «Перси Джексон и Похититель молний». − Хм…− Регулус задумался и пришел к выводу, что мысль неплоха. У актера там волосы были коротковаты, но челка оставалась достаточно длинной, чтобы он не чувствовал, будто лицо чересчур открыто. – Думаешь, мне пойдет? − Ты будешь смотреться шикарно, − взволнованно воскликнула Эммелина.       Ремус посмотрел на них, потом на Лили. − Если Регулус пострижется, я, наверное, тоже. − Кажется, теперь я готов, − объявил Джеймс и встал.       Зоуи решительно оставила его, толкнув обратно в кресло. − Сиди спокойно, молодой человек. Я же предупреждала, что это долгая песня. Если сейчас смыть краску, будешь розового цвета.       Джеймс театрально вздохнул и откинулся на спинку кресла.       Спустя некоторое время большинство пациентов уже покинули комнату, когда настала очередь Ремуса. − Он очень нервничает, − сказал Сириус брату. − Но даже близко не так, как при поступлении сюда, − возразил Регулус. − Аааа, она мне в глаза попала! – завопил Джеймс из ванной, где Майлз помогал ему смыть краску.       Сириус покачал головой. − Почти скучаешь по тишине, да? – пошутил он.       Ремус сел на стул, уговаривая себя не трусить. Но едва Зоуи провела расческой по его волосам и отрезала первую прядь, он дернулся всем телом. − Полегче… − удивленно сказала она. – Я же не поцарапала тебе ухо? − Н-нет, − пробормотал он. − Мне перестать? − Ремус справится, да? – спросила Лили и села на стул рядом, взяв его за руку. – Это будет быстро. Просто подровнять, да, Зоуи? − Да, − улыбнулась Зоуи. − Ты погоди, скоро Джеймса увидишь, − попытался Регулус отвлечь друга. − Джеймс где-то позади энергично вытирал волосы полотенцем. – Он думает, что теперь, когда у него волосы того же цвета, что у Лили, она будет с ним встречаться. Но что-то мне сомнительно… − Д-да, − заикаясь, пробормотал Ремус. Он так сжимал руку Лили, что той, должно быть, стало больно, но она не подавала вида.       Швырнув полотенце Майлзу в лицо, Джеймс подскочил к Лили и обнял её за плечи. − Смотри, Ремус – мы теперь близнецы! − У нас появились Ланнистеры? – расхохотался Майлз. – Джеймс Ланнистер! − Гм… близнецы, которые встречаются, но не родственники!       Засмеялись все, даже Регулус и Ремус. − Ты про сводных близнецов? – усмехнулся Сириус. − Да, что-нибудь типа того, без гадостей.       Ремус снова вцепился в руку Лили, когда Зоуи принялась подстригать ему челку. Лили задумалась, отчего он так боится ножниц. Неужели отчим что-то сделал ему ножницами? К сожалению, после всего увиденного и услышанного, это бы её не удивило. − Выглядишь неплохо, Ремус, − улыбнулась она. – Похоже, вы почти закончили. − Раз, два, три… − пересчитала Зоуи последние штрихи. – Вот. Пока хватит, как ты думаешь? Я же вижу, тебе надоело тут сидеть, − она подняла зеркало, чтобы Ремус мог разглядеть затылок.       Вздохнув с облегчением, Ремус наклонил голову, изучая свое отражение, и отметил, что почти полностью преобразился. Ему нравилась эта перемена. − Очень симпатично, − прокомментировала Лили. – Ты выглядишь как цивилизованный молодой человек. Коим, без сомнения, и являешься.       Зоуи подстригла Сириуса, затем добавила платиновые пряди в светлые волосы Марлен. Майлз присвистнул, когда увидел её, чем заработал игривый шлепок от Сириуса. − О, а давайте сходим за Нюнчиком, пусть Зоуи научит его голову мыть! – вдруг радостно предложил Джеймс. − НЕТ, − строго сказала Лили и, изловчившись, схватила Джеймса за руку, пока он не выбежал в коридор. – Помнишь, о чем мы вчера говорили? Ты перестанешь над ним издеваться. Мы же решили, что так будет лучше, да?       Джеймс вздохнул, его плечи поникли. − Ну, это ты решила, − пробормотал он. − Да, а ты решил, что хочешь меня порадовать.       Вслед за Джеймсом большинство зевак ушли в комнату отдыха, чтобы поглазеть на него в новом образе. Эммелина уселась в кресло.       Лили предупредила Зоуи о том, как важно помочь Эммелине почувствовать себя увереннее. − Как насчет того, чтобы обрезать сантиметров десять? Пусть длина будет чуть выше плеч, − предложила Зоуи, подойдя к Эммелине и ловя её взгляд в зеркале. – А челка? Она будет так красиво тебе лицо обрамлять, − сказала она, согнув пряди и приложив их ко лбу, чтобы Эммелина могла представить, как будет выглядеть. – Только глянь, − продолжила она. – Теперь мы можем видеть твое милое личико, нельзя прятать его за волосами.       Эммелина взглянула в зеркало и улыбнулась Зоуи. − Думаю, будет неплохо смотреться. − Неплохо – не то слово. Волосы будут казаться гуще и здоровее с такой длиной. Краска тебе нужна? Если хочешь, можем сделать мелирование. Или полностью покрасить. Например, в каштановый, тебе подойдет под цвет глаз. − Ты… думаешь? − Уверена. Если цвет не нравится, его всегда можно поменять.       Новая стрижка очень пошла Эммелине, та аж просияла. − Ты такая красивая, − улыбнулась Лили. – Правда, Регулус?       Регулус слегка растерялся, услышав такой вопрос. − Гм… да. Очень красиво, Эммелина. Девушка покраснела и заулыбалась еще шире.

***

      Лили проводила Зоуи до двери, когда в одном из коридоров разразился настоящий скандал. Это снова ссорились Эван и Сириус.       В тот день дежурил Кингсли, и он мгновенно оказался на месте происшествия, пытаясь их разнять. Молли вызвала подкрепление по рации. Сириус ударил Эвана кулаком в челюсть, тот упал, и Сириус тут же набросился на него и вцепился в глотку. Из рассеченной брови Сириуса по щеке струилась кровь, капая на подбородок Эвана. − Сириус! – крикнул Кингсли, пытаясь оттащить разъяренного парня.       Из коридора выбежал Антонин и вцепился в Сириуса, пока Кингсли пытался заставить его выпустить Эвана. Помона опустилась на колени, чтобы оказать ему помощь. − Он просто больной урод, − Эван закашлялся и сел, пытаясь отдышаться. На его шее уже наливались синяки.       Охранник из соседнего отделения влетел в комнату отдыха, чтобы помочь Кингсли и Антонину управиться с разъяренным Сириусом. − Я С ТОБОЙ ЕЩЕ НЕ ЗАКОНЧИЛ, ГРЕБАНЫЙ ТЫ СУКИН СЫН! – кричал он по пути в изолятор. – Я УБЬЮ ТЕБЯ НА ХРЕН!       Помона помогла Эвану подняться. Выглядел он слегка растерявшимся, но быстро взял себя в руки и справился с лицом.       Ремус стоял рядом с Регулусом, потрясенный развернувшейся в коридоре сценой. Лили положила руки мальчикам на плечи и, развернув их, повела обратно в палату. − Он… серьезно? – спросил Ремус, глядя на Лили. – Насчет того… что хочет убить его? − Нет, конечно, − ответила она. – Ты же знаешь, какой Сириус вспыльчивый, когда злится и дерется. Они с Эваном уже сто раз ссорились.       Позже она нашла Молли и поинтересовалась: – Что на этот раз? − Точно не уверена, но Эван целый день был не в духе и, наверное, взбесился, когда Сириус что-то не то ему сказал. − Получается, начал Эван? – уточнила Лили, надеясь, что это обстоятельство будет свидетельствовать в пользу Сириуса. − Ну, насколько я слышала. Это не при мне случилось.