Я небо за тебя благодарю

      Тело всё ещё трясло от напряжения, мышцы ходили ходуном в бешеном ритме, сердце мощными, частыми ударами качало кровь так быстро, что у него закружилась голова. Постояв несколько минут неподвижно с закрытыми глазами, перетерпев тошноту и кружение в голове, Гарри плавным движением плеча сбросил с себя руку Седрика и, не опуская палочку, направился к скрючившемуся посреди дороги кузену. — Дадли, ты как? Живой там? — присев перед ним на корточки взволнованно спросил он. —Ты за это ответишь, урод ненормальный, — послышался гнусавый голос из-под прижатых к лицу ладоней. — Значит нормально. До дома сам доберёшься, — поднимаясь на ноги, с облегчением вздохнул Гарри. —Поднимайся и иди домой. Не думаешь же ты, что я тебя на себе тащить буду? — Я всё папе расскажу, — потянул тот тонким донельзя противным голосом. — Он тебя накажет за то, что ты достал свою эту… штуку. — Знаю, но это же не то, чтобы тебя волновало. Не так ли, Большой Дэ? — усмешкой поговорил Поттер, — Просто иди домой.       Толстый парень неуклюже встав, сперва на четвереньки, затем медленно поднялся на ноги и, слегка прихрамывая, неуверенно поковылял по освещённому лишь одним уличным фонарём проулку. Гарри, проводив его долгим взглядом, вздохнул и повернулся к своим спасителям и, переводя вопросительный взгляд с одного на другого, неуверенно произнёс: — Я, наверное, сейчас должен признать долг жизни перед вами? Вы же спасли меня и моего кузена от… от чего-то ужасного и непоправимого?.. — Нет, мистер Поттер, — мягко улыбаясь, произнесла Боунс, — долг жизни возникает, когда спасают кого-то, рискуя своей жизнью, здоровьем или потерей магии… Мы сейчас ничем с мистером Диггори не рисковали. А в мои служебные обязанности входит спасение всех граждан и не только магической Британии. — Да? — склонив голову на бок, хмыкнул Гарри и недоверчиво скосил взгляд на Седрика. — Гарри, это леди Боунс, она глава департамента магического правопорядка при министерстве Магии. — делая несколько шагов к парню, объяснил тот. — Это всё равно, что главный прокурор страны… в магловском мире. — Да? — приподняв удивлённо брови, переспросил Поттер. — И каким образом недоступная простым гражданам, но «обязанная спасать всех граждан» глава департамента магического правопорядка, эквивалент главного прокурора, оказалась в магловском районе и именно в этом месте, и в это время? — «Недоступная»? — на этот раз удивилась Боунс, — Что это значит, мистер Поттер? — оскорблённо спросила она. — В прошлом году я несколько раз пытался связаться с вами. Первый раз — по поводу гиппогрифа Клювокрыла, которого Малфой хотел казнить из-за того, что его сын оказался полным болваном и идиотом одновременно. Нам ответили, что этот вопрос не входит в компетенцию данного департамента. И просто послали нас… — Но гиппогриф действительно является магическим существом и его проблемами должны разбираться в отделе регулирования магических популяций… — как бы оправдываясь, перебила его главная ведьма магического сообщества. — Наверное, так и есть, — дёрнув плечом, насмешливо поговорил Гарри, — каждый должен заниматься своим делом. Может тогда подскажете, в чьи обязанности входит пересмотр дел узников Азкабана? — Что вы имеете в виду? О чём вы, мистер Поттер? — с искреннем недоумением спросила она. — Я имею в виду — дело моего крёстного и моего магического опекуна Сириуса Блэка, который без суда и следствия и соответственно, доказательств, провёл в этом ужасном месте двенадцать лет, а также заочно приговорён министром Фаджем к поцелую дементора, — зябко передёрнув плечами, проговорил гриффиндорец, продолжая упорно глядеть исподлобья на хмурившуюся женщину. — Мне говорили, что вы самая справедливая и неподкупная «железная леди» в министерстве. Я посылал — именно на ваше имя, а не в департамент правопорядка — не одно прошение с просьбой о пересмотре этого дела. И я уверен, что вы получили эти письма, потому что Локки* ни за что не отдаст послание в чужие руки, и не успокоится, пока не вручит его самому адресату, а возвращался он каждый раз без писем и…без ответа и привета с вашей стороны… Вот поэтому и «недоступная»… — развёл он руками в стороны.       Женщина, продолжая хмурить брови, вспомнила чёрную птицу с белыми крапинками в оперении крыльев и твёрдым, как гранит, клювом, которым прошлым летом было разбито не одно стекло в доме Боунсов… Почему же она не обратила внимания на эти письма и, лишь просмотрев их, со злостью бросала в камин?.. А ведь она видела, что на них стояла магическая подпись Мальчика-который-выжил. Кто, как не глава департамента магического правопорядка должна знать все магические подписи, особенно несовершеннолетних, волшебников?        Немолодая, умудрённая жизнью и многолетней службой в органах правопорядка, ведьма не могла понять, отчего она так пренебрежительно и даже, можно сказать, брезгливо, отнеслась тогда к этим письмам. Она этого не понимала и, поэтому ничего не могла ответить двум юным магам, уставишихся на неё обвиняющими взглядами. — Я обязательно разберусь с этим, — как бы про себя кивнула Боунс и, крутанувшись на месте, исчезла в воздухе. — Хм, — только и смог выдать удивлённый её замешательством Гарри. — Да уж… — поддержал его удивление Седрик, — А ведь она мне сказала, что не могла найти тебя… Ну после того, как ты объявил о возрождении Неназывемого. — Ты разговаривал с ней об этом? — круто развернувшись лицом к нему, раздражённо спросил Гарри. — Зачем? — Нет, я не говорил с ней о возрождение этого упырка, — успокаивающе поднял руки Седрик, отрицательно качая головой, — я предложил ей, прежде чем кидаться обвинениями и недоверием, поговорить с тобой, провести ряд следственных мероприятий, а потом выносить вердикт. Мы как раз находились в её рабочем кабинете… Гарри, я не могу тебе объяснить, как это получилось. Я и сам этого не понимаю. Меня просто что-то схватило и в один миг перенесло сюда, это даже не было похоже на трансгрессию и перемещение с помощью порт-ключа. Как будто просто подняли и переставили с места на место. Я думаю, что это магия моего долга жизни перед тобой. — Возможно так и есть… Но леди Боунс? Её каким ветром занесло сюда? — Наверное, тем же, что и меня, — хохотнул Седрик. — Она могла попасть в поток моей магии… — Значит и твой долг жизни передо мной аннулирован? — Так и есть, — тепло улыбаясь, кивнул Седрик и показал запястье левой руки, оно было чистым. Гарри посмотрел на своё запястье, там тоже не было никакого рисунка. — Это хорошо, — облегчённо вздохнул он и тоже расплылся в счастливой улыбке. — Не люблю быть должным кому-то и мне не нравится, когда кто-то должен мне. Ну тогда — спасибо за помощь, — Гарри протянул руку Седрику и тот крепко пожал его ладонь. — Дурсли закрывают дверь в десять часов и мне не хочется провести ночь на улице, так что мне пора. — Я провожу тебя, — безапелляционно сказал Седрик, — а то мало ли что, а тебе пока нельзя колдовать. — Не думаю, что это хорошая идея, — уклончиво ответил Гарри, но Седрик, не отпуская руки, решительно потянул его в ту сторону, куда ушёл толстый парень. — Нам ведь туда? — Туда, — обречённо вздохнул Гарри и кивнул головой, — ты же не отстанешь… — Правильно мыслишь, — широко улыбаясь, кивнул хаффлпаффец и переменил руки, ещё крепче сжимая ладонь гриффиндорца. — Я хочу знать, где ты живёшь… Так… на всякий случай. — Слушай, Седрик, — взволнованно спохватился гриффиндорец, когда они уже подходили к дому, где жили его родственники, ну и он сам тоже, — как думаешь, откуда всё же здесь оказались дементоры? Разве они могут находиться так далеко от магических источников? — Дементоры полуразумные магические существа. Есть с одной стороны недоказанные, но с другой неопровержимые предания, мифы и легенды, что их вытащил или создал сам, бывший владелец форта Азкабан, колдун по имени Экриздис. Один из предков семьи Диггори был министром в магической Британии. Я в нашей семейной библиотеке нашёл его речь для Визенгамота и Совета Лордов, в которых он настаивал на том, чтобы этих тварей убрали обратно в преисподнюю, но когда уже подходило время для последнего слушания этого дела в палате Лордов, мой прапрадед умер от драконьей оспы… А больше этим никто не решился заниматься… Дементоры не разумны в полной мере, но они могут выполнять прямой приказ и подчиняются тому, у кого в руках находится артефакт, или проще сказать — пульт управления… — Ну и у кого же находится этот джойстик? — По идее должен быть у начальника охраны в Азкабане. Но в прошлом году, он находился у Дамблдора… Сейчас не знаю, — пожал плечами хаффлпаффец. — Не думаешь же ты, что этих тварей к тебе направил директор? — Я пока об этом вообще ничего не думаю. Знаешь, Седрик, а я ведь даже не успел как следует испугаться… Но почему-то не смог вызвать Патронус… — В такой момент очень сложно сконцентрироваться на счастливых воспоминаниях… — Особенно когда их практически нет, — добавил Гарри, в его голосе отчётливо прозвучали нотки горечи.       Только они подошли к калитке дома номер четыре, как откуда-то с неба появилась серая сипуха и, уронив к ногам Гарри большой пергаментный конверт, с недовольным клёкотом исчезла в темноте ночного неба. Гарри поднял послание и увидел на конверте печать министерства Магии. Такое же письмо он получил перед вторым курсом, когда домовой эльф Добби колдовал в доме его родственников… — А вот и счастье привалило, — с грустной усмешкой проговорил Поттер. — Что там? — забирая письмо из его рук, спросил Седрик. — Наверное, опять предупреждение, — уныло ответил Гарри. — Можно? — не дожидаясь разрешение, Седрик раскрыл конверт и начал читать вслух: Уважаемый мистер Поттер! Согласно имеющимся у нас сведениям, сегодня в девять часов двадцать три минуты вечера в населенном маглами пункте и в присутствии магла Вы использовали заклинания ЛЮМУСА И ПАТРОНУСА. За грубое нарушение Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних Вы исключены из школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс». В ближайшее время представители министерства Магии явятся к Вам по месту вашего проживания, с тем чтобы уничтожить Вашу волшебную палочку. Поскольку за предыдущее нарушение Вы, согласно разделу 13 Статута о секретности, принятого МКМ, уже получали официальное предупреждение, мы с сожалением извещаем Вас о том, что Ваше личное присутствие ожидается на дисциплинарном слушании в министерстве Магии двенадцатого августа в девять часов утра. С пожеланиями доброго здоровья, искренне Ваша Муфальда Хмелкирк. Сектор борьбы с неправомерным использованием магии. Министерство Магии. — Что это за бред? — прочитав письмо дважды, один раз вслух, второй раз про себя, ошарашенно округлив глаза спросил Седрик. Гарри неопределённо пожал плечами и взяв послание из рук Седрика, стал перечитывать его сам. В этот момент к парням подлетела ещё одна сова и сев на плечо Гарри протянула ему лапку, к которой был привязан небольшой свиток, встряхнулась, оправляя перья и улетела через миг, после того, как Гарри взял письмо. — Ещё одно? — негодующе воскликнул Седрик. — Нет, по моему это не из министерства, — разворачивая второе послание, буркнул Гарри. Было видно, что письмо написано второпях: Гарри! Дамблдор только что прибыл в министерство и пытается всё уладить. НЕ ПОКИДАЙ ДОМА ДЯДИ И ТЁТИ, НЕ СОВЕРШАЙ БОЛЬШЕ НИКАКОГО ВОЛШЕБСТВА И НИ КОМУ НЕ ОТДАВАЙ ПАЛОЧКУ Артур Уизли. — Дамблдор пытается всё уладить... Что уладить? — Ну, наверное, директор хочет уговорить представителей министерства не ломать мою палочку… — скептически скривив губы, ответил Гарри… — И ты ещё сомневаешься, что директор Дамблдор здесь ни при чём? Откуда он так быстро всё узнал? Да ещё и мистеру Уизли передал… Ночь на дворе. Да и произошло всё это всего каких-то двадцать минут назад. — Знаешь, а теперь я уже в этом и не сомневаюсь. — согласно кивнув, произнёс Седрик. — Я думаю, что тебе отсюда лучше всего убраться… — Куда? — Ко мне! А давай к нам, — уверенно сказал Диггори и не дожидаясь согласия, обхватив гриффиндорца за плечи, крутанулся в воздухе, а через пару мгновений они стояли перед резными металлическими воротами у дома семейства Диггори. А в это время на крыльцо дома Дурслей упал ещё один конверт с печатью министерства Магии, который подхватил Локки и с счастливым клёкотом полетел туда, куда его направляли потоки магии любимого хозяина.