Диагноз: любовь

Прошло несколько дней, Малфой так и не появился в больничном крыле. Мадам Помфри узнала о ногах Грейнджер, когда попросила её встать для перевязки, а та не смогла. Женщина стала поить её лечебным зельем для ног, и вскоре уже появился прогресс. Только она говорила, что ей нужно с кем-то это разрабатывать, а самой Мадам Пофри было некогда, поэтому девушка только лежала. Гарри и Рон так и не пришли к ней, но она и не ждала их. Она ждала... Малфоя. Гермиона сидела в кровати и смотрела в одну точку. Ей было одиноко, но она сама достигла того, чего так сильно хотела. Одиночества. Ей не хотелось видеть никого, но пообщаться минутку хотелось хоть с кем-то. Вообще, лучше наверно молчать, только ей сейчас очень нужен человек, который попробует ей помочь вновь встать и попробовать походить. Сама она не могла. Гермиона пыталась несколько раз встать, но всё это заканчивалось падением обратно, на кровать. За окном светило яркое солнце, не свойственное для осени в магическом мире, хотя, это было только её начало. Пока девушка думала об этом, на стекле начали появляться капли, стекая до самых рам. Дождь. Вот чего ей не хватало для полного ощущения одиночества. Мокрое стекло, плохое освещение и она, прикованная непонятно на сколько времени к больничной кровати. Гарри и Рон уехали по своим очень важным делам обратно, в маггловский Лондон. Снова у них какие-то тайны, только теперь эти тайны без неё, без её участия, и Слава Богу, Слава. *** Уже несколько дней Драко делал всё, что только душе угодно. Главное - он был один, редко перекидывался парой фраз с Паркинсон или Забини. Его вполне устраивала такая жизнь. Наконец-то он не думал ни о чем, кроме своего неудачного положения и самого себя. В мире, где никто не думает о тебе, только ты сам можешь подумать о себе. Он никому не говорил про метку, но один человек точно догадывался обо всём. Этим человеком была Пэнси. Она как-то отстранилась от него в этом году, как будто даже разговаривать с ним было опасно для жизни. Но Драко отчасти понимал её. Всего лишь девушка, которая боится войны и не хочет вставать на чью-либо сторону. Только хочет выжить - вот и всё. Тем более, что Паркинсоны оба Пожиратели. Да, её судьба решена. И не важно, как долго она сможет ещё тянуть время. Сам Драко тоже не хотел принимать чью-либо сторону. Он просто хотел жить. Навалилось всё и сразу: случай в Министерстве, отец в Азкабане, убитая горем мать и разгневанный лорд. У него не было выхода. Искал ли он этот выход? Нет. Ему нравилось быть одному. Например, как сейчас в классной комнате номер одиннадцать. Тишина и исключительно собственная персона. Шли часы, а парень всё продолжал сидеть на месте, думая обо всём на свете. Он не хотел терять друзей, но понимал, что друзей у него никогда и не было толком. Он боялся разочаровать семью, но знал, что в любом случае разочарование придёт. Мысли пошли в другом направлении, и Драко вспомнил одного человека. Того, а точнее ту, кто как-то произнесла: "Ты не такой и плохой". Сейчас не верилось в реальность этих слов. Но они были. Их сказал тот человек, от которого Малфой меньше всего ожидал их. Грейнджер. Грязнокровка и поттеровская подружка увидела в нём что-то кроме ненависти. Интересно, как она там? Нет, ему не может быть интересно, что с ней происходит. "А если она умерла, а ты знать не знаешь?" - спросил внутренний голос. С другой стороны, на всю школу бы трезвонили, если бы она умерла. Была ни была. Драко встал с места и спокойным шагом пошёл в больничное крыло. Мадам Помфри он там снова не застал, но зато Грейнджер была на месте. Сначала она его не заметила, но он и не торопился, только стоял в дверном проёме, подперев плечом косяк, и наблюдал за ней. Гермиона не сдвигалась с места, она смотрела на мокрое окно и понимала, что даже дотянуться до него не может, по одной только простой причине, и больше никакой: ноги. Капли дождя всё катились и катились по старинным окнам, заставляя девушку всё усерднее и усерднее вглядываться в запотевшее промокшее окно. Ей не хватало одного человека, всего одного, в котором она увидела другого, не того, какого он пытался из себя сделать. Драко Малфой. Стоило ей вспомнить о нём, как вдруг дверь со скрипом открылась, впервые за несколько этих несчастных дней, и в её проёме появился человек, которого она никак не ожидала увидеть - Драко. Удивившись, но после и слегка улыбнувшись от удовлетворения исполнившегося желания, девушка приподнялась в кровати, чтобы сесть и тихо произнесла: - Привет. Она не сказала ни его фамилии, ни имени... Это было странно, просто "привет". - Давай обговорим всё сразу. Я не знаю, зачем пришёл, но всё-таки пришёл. Поэтому прими это как подарок судьбы. Какой же бред он нёс. Говорил для того, чтобы говорить. Драко мог бы и молчать в её присутствии, но это было бы странно. Он пришёл... Зачем? Он сам не знал. Парень сел на соседнюю койку и посмотрел на девушку. Она как будто изменилась. Как будто измучена болезнью. Это выглядело странно и неестественно. Так не должно быть, потому что это неправильно. Либо смерть, либо жизнь. Третьего не дано. - Когда назначена дата похорон? - с усмешкой спросил Малфой. Странное у него чувство юмора, но оставалось надеяться, что она не пошлёт его после такого заявления. Или наоборот, пусть лучше пошлёт, и у него начнётся та жизнь, которая была раньше. Парень внимательно всматривался в лицо девушки и никак не мог понять, что в ней изменилось. Даже если откинуть бледность и синяки под глазами, всё равно что-то ещё есть в её чертах лица. - Думаю, что похороны назначены на конец сентября. Идёт подготовка, - с улыбкой произнесла Гермиона и посмотрела на Драко. Странно, его речь о смерти заставляла её жить. Очень странно. А ещё ей нужно было ходить, но за всё время так и никто не переступил порог больничного крыла. Он был первым, кто пришёл сюда, но попросить его она не могла, почему-то. Слишком много просьб наверняка она ему посвятила... Хотя, почему тогда он здесь? Почему пришёл? Он и сам не знал почему, но зато теперь она начинала понимать... В нём просыпался Человек, который давным-давно заснул крепким сном. Гермиона, не спуская глаз с Драко, дотянулась рукой до своего кулона, который лежал на тумбочке, и надела его обратно себе на шею, не пряча. Это был кулон из чистого золота в форме маленького сердечка. Такие обычно дарят друг другу влюблённые, но какая тут у Гермионы Грейнджер любовь? Хотя, кто его знает, что происходит действительно в её жизни, в душе самой Гермионы Грейнджер. - Я не приду, уж прости, - фыркнул парень. В этой фразе звучала какая-то двусмысленность. С одной стороны - нежелание видеть чью-то смерть. С другой... Нежелание видеть её смерть. Драко снова уставился в противоположную стену и замолчал. Он не знал, о чём говорить. Не хотел говорить. Пришёл, чтобы молчать. Глупости какие-то. Надо что-то сказать. Только что? - До похорон так и будешь тут валяться? Небрежно брошенная фраза, которая ничего не значит на первый взгляд. Но только на первый. Если он пришёл, значит, что-то подтолкнуло для этого поступка. Не надо думать об этом. Не думать. Если будет думать, то тогда передумает и уйдёт. - Отвечать будем? Или в молчанку поиграем? Парень усмехнулся, но продолжал смотреть в одну точку. - Я буду отвечать, - Прошептала девушка, не спуская своих глаз с Драко. Он был забавным сейчас, даже его сарказм звучал смешно. - Я хочу походить, двигаться дальше, но Мадам Пофри нет времени на меня, а остальным нет до меня дела. Поэтому и валяюсь здесь, ожидая того момента, когда вовсе не сумею ходить... - печально вздохнув, прошептала она и кинула свой взгляд на окно. Там также и продолжал идти дождь. После, вздохнув, она вновь перевела свой взгляд на Драко. - Вот так вот и живу здесь. Ничего особенного. Ей бы хотелось, чтобы он ей вновь помог, но прямо попросить она не могла. Она может стать для него минутной обузой. - Грейнджер, я не собираюсь с тобой в игры играть. Либо говори прямо, что хочешь сказать. Либо молчи. Бесит, когда люди говорят намёками. Веди себя нормально. Не строй тут из себя актрису в придорожном театре. Парень сказал это как-то грубо и с какой-то язвительностью. Его раздражало, когда начинали юлить и намекать. Тем более, что девушка чуть ли не лопалась от желания попросить его о помощи. Пусть произнесёт в слух. Скажет каждое слово. Жестоко? Может быть. Только самолюбие за шиворот не засунешь. Что-то внутри хотело услышать то, как беспомощная Грейнджер будет просить его о помощи. Эгоизм. Не удивительно, потому что он был единственным ребёнком в семье, в которой было абсолютно всё. Он хотел что-то сказать ещё более язвительное, но вовремя передумал. - Можешь со мной немного позаниматься? Мне нужно пытаться ходить, а до меня нет никому дела. Да и желания ни у кого нет, - с горечью вздохнула Гермиона и посмотрела ему в глаза. Она ожидала любого ответа, язвительного, отрицательного, саркастического... Но в глубине души она хотела, чтобы он согласился. И ей это очень нужно, и... приятно что ли. Скинув со своих ног одеяло, она попыталась пошевелить пальцами, силой мысли заставляя их это сделать. Чуть-чуть получилось и она облегчённо улыбнулась. Она готова к бою, если он согласиться. Выпрямившись, она села на уровне его глаз. Такие серые. Странно, что он здесь, рядом с ней, но и хорошо... как-то, даже очень. - Позаниматься? Сама Грейнджер просит меня с ней позаниматься. Не верю. Мне нужна расписка. Если я кому скажу, то никто не поверит. Самая умная ученица Хогвартса просит, чтобы я с ней позанимался. Теряешь хватку. Скоро совсем скатишься. До уровня Уизли. Или Лонгботтома. Драко даже не пытался сдержать усмешку. Но всё же он встал напротив девушки и посмотрел на неё с какой-то непонятной отчуждённостью. Как будто у него был особый выбор. Он отказался от выбора тогда, когда пришёл в больничное крыло. Сам пришёл, значит, хотел придти. Если бы не хотел, то не пришёл бы. - Только не реви, если упадёшь. И не ори на весь замок. Тогда я, может, и помогу тебе. Теперь он окончательно подписал себе приговор. Зря. Очень даже зря. Уже сказал. Уже сделал. Назад ничего не вернёшь. А хочет ли он вообще что-то возвращать? Нет. Всё и так устраивает. Гермиона слегка улыбнулась и протянула ему свою тоненькую ручку, чтобы тот взял за неё. Она глубоко вдохнула, расправила плечи и стала морально готовой ко всему. - Я не буду кричать и плакать. Спасибо за помощь. Тихо сказала она и стала ожидать, когда Малфой в ответ протянет ей свою руку. Каждый день в её жизни становился более странным, теперь Малфой возьмёт её за руку и будет вновь учить её ходить. Как будто с мамой, в детстве, в первый раз. Гермиона заправила другой рукой мешающие ей волосы, а после вернула свою тоненькую ручку обратно себе на колени, которые едва чувствовали прикосновение собственной руки. - Запомни. Мне не нужна твоя чертова благодарность. Если я что-то решил сделать, то совсем не для того, чтобы мне потом "спасибо" говорили. Драко аккуратно сжал её ладонь своей, как будто боялся обжечься. Рука у девушки была тёплая, что нельзя было сказать про его руку. Сколько парень себя помнил, у него были всегда холодные руки. Говорят, что теплота ладоней - показатель души. Ерунда всё это. Дело в циркуляции крови и банальной биологии. Он дёрнул гриффиндорку на себя, видимо, чуть сильнее, чем было нужно. Странно всё это как-то. Непривычно. Да, непривычно - то слово. - Стоишь? - с неуверенностью в голосе спросил Малфой. Откуда только взялась эта неуверенность? Он не может бояться чужой боли. Совсем не может. Это не оправдание. Есть причина. И она совсем-совсем другая. Только найти эту причину оказалось намного сложнее, чем можно было предположить. - Пытаюсь, - девушка пыталась не показывать Драко, что ей страшно. Но равновесие хромало, и он сам мог это заметить. Вторую руку Драко Гермиона не могла взять, она немного боялась его реакции, поэтому смиренно стояла на своих ножках, смотря ему в глаза, как будто ища там уверенность, которой там не было. Она заметила, как в его голосе проскользнули нотки неуверенности, неужели он боится за неё? Или же... Он же ответственный за неё сейчас, вот и немного нервничает, это свойственно для каждого человека на планете. Боль немного притухла, и девушка сумела спокойно ровно встать на своих ногах, конечно с помощью одной руки Драко. Её осанка была неповторима. Гермиона стояла очень ровно, как натянутая струна, наверняка Драко раньше и не мог заметить такого явления, ведь они редко пересекались, а когда пересекались, то смотрели друг другу только в глаза, придумывая каверзные ответы. Ей хотелось попробовать сделать первый шаг, но здесь руководит он, каждое её движение зависит от Драко. Гермиона чуть сильней сжала его руку в своей и улыбнулась. Если бы его семья... Отец видел, что сейчас здесь происходит, они бы не поверили своим глазам, зато Гермиона знала бы ответ на данный поступок: "У парня есть сердце". - Если я тебя случайно покалечу, то виновата будешь сама, - сказал Малфой. Покалечить? Да куда ещё-то больше. Она и так покалеченная. Ненадолго. Скоро всё изменится, пройдёт. - Теперь пойдём. Парень сделал шаг назад и потянул девушку за руку. В голове всё никак не укладывалось, мысли путались, и в них было невозможно разобраться. Зачем? Зачем он всё это делает? Не важно, просто не думать. Драко посмотрел в глаза этой несносной Грейнджер и чуть ли не засмеялся. Она как будто пытается понять причину, по которой он всем этим занимается. Глупая гриффиндорка, он и сам не знает этой причины. Если бы кто-то мог ответить за Малфоя... Но никто не может. Остаётся исключительно гадать, что его привело сюда снова. Ещё один шаг назад и ещё один. Не много, но и не мало. Девушка держалась на удивление прямо, что Драко не мог не заметить. Гермиона делала каждый шажок с очень большим рвением и желанием. Она продолжала смотреть ему в глаза, и её вера в то, что она снова будет ходить, увеличивалась. Девушка как будто сама поняла, что он сам не знает, почему он это делает, и перестала в своём уме совершать какие - либо догадки. Он не Рон и не Гарри, и помощь от него куда важнее, чем помощь от друзей. Друзья по-любому бы помогали ей и утешали, только утешение ей не нужно. Она начинает ходить тогда, когда Малфой говорит всё с точностью, только наоборот. Ещё шаг и ещё шаг. И на её лице появилась неуверенная, но счастливая улыбка. Они уже прошли мимо двух кроватей. Всё то, что происходило вокруг, было нереальным. Сказка посетила сам Хогвартс, выделяя в особенности больничное крыло. Ещё пару шагов, и парень упёрся спиной в стенку. Всё, стоп. Похоже, что на сегодня хватит. Он и сам не знал, когда хватит, а когда нет. Но лучше не перегружать Грейнджер, а главное её ноги, физической нагрузкой. - Замок протестует, а значит, на сегодня это всё. Больше никакой ходьбы. Я устал. Всё болит. Это ты виновата, - наигранно произнёс Драко. Он усмехнулся, отпустил руку девушки и уже в следующую секунду подхватил её на руки. Несколько шагов и Малфой посадил Гермиону на койку, а сам сел на соседнюю. Видимо, что-то произошло. Что-то, что заставило его вернуться. Заставило сидеть тут. Заставило заниматься с ней. Заставило его вести себя не так, как раньше. Неужели такое возможно? В этой жизни возможно многое, стоит только захотеть, или чтобы хотел кто-то другой. Парень закинул ноги на койку и сложил руки на груди. Надо всё обдумать. Последнее время он стал слишком много думать. - Ты такой забавный был три минуты назад, - Гермиона улыбнулась и посмотрела на Малфоя, который лёг на соседней кровати. Он как будто здесь прописался, хотя и находится тут только второй раз. Ей хотелось с ним поговорить. Стоп... что?! Да, ей захотелось в первый раз в жизни с ним поговорить, хоть о чём то. Девушка посмотрела на него с другой стороны. Он заставил себя прийти сюда вновь, в отличии от остальных, заставил себя сидеть с ней, даже если просто молча, заставил себя помочь ей в её не очень то лёгкой беде. Хоть чем-то. И в этот раз... Он взял её на руки, а не перекинул через плечо. Это было другое, иное, непонятное и неопознанное ей. Гермиона даже не успела тогда и упасть, когда он отпустил её руку, как он подхватил её уже на руки. "Малфой... Ты вовсе не плохой, я...", а слово "знаю", она каким-то образом произнесла вслух и тут же прикрыла свой ротик тоненькими пальчиками. "Чёрт". - Забавный? - Драко фыркнул. - Я забавный? Это ты забавная, Грейнджер, как обезьяна. Фраза прозвучала грубо и обидно, потому что он и не пытался скрыть раздражения. Вечно она несёт бред. В жизни и так слишком много бреда, чтобы его говорили постоянно всякие Грейнджер. Какой же глупой она была. Нет, на самом деле. Учёба - не показатель мозгов. Школа не даёт знания. Либо человек умён, либо глуп. Третьего не дано. А учителя не видят в девчонке примитивных вещей. "Самая умная ведьма своего возраста". Тьфу. Никакая она не умная, а очень даже глупая. Просто не выживет в мире... В современном мире, где везде смерть и война. Ей бы сидеть в библиотеке, а не в бой лезть. Глядишь, никто и не заметит пропажи одной девчушки. Малфой смотрел в одну точку и создавалось обманчивое впечатление, что его глаза остекленели, и сам он превратился в статую. Разум начинал отключаться. Он не хотел ни о чём думать, устал. Пара мгновений, и веки парня сомкнулись. Как же быстро он уснул, даже сам не понял. Слишком много информации за один день. Он уснул? Он уснул? Да, бывает. Ничего, он заслужил этого. Драко сделал то, на что ни у кого не было времени. Гермиона тоже уснула. Но её сон был не таким долгим. Девушка проснулась через четыре часа после того, как уснула. Он до сих пор спал. Такой... необычный что ли. Не такой как все. Хотя, таких как все не бывает. Все индивидуальны... А он? Гермиона почувствовала прилив энергии и приподнялась в кровати. Взявшись обеими руками за спинку кровати, девушка встала. Как-никак, но встала. Хотя, это было очень тяжело для неё. Сейчас и самой. Гриффиндорка сделала несколько шажков и взялась одной рукой за спинку кровати, на которой спал Драко. Она хотела рассмотреть его по ближе. Это желание заставило её вторую руку также взяться за спинку его кровати. Через секунду девушка тихонько опустилась на кровать, сев и посмотрев на Драко прямо и так близко. Просто посмотрев, не более, и ей почему-то стало хорошо. Просто хорошо. От ощущение пристального взгляда на себе Драко проснулся. Он посмотрел на рядом сидящую и чуть не подпрыгнул от неожиданности. Ах да, он же заснул в больничном крыле. Тогда всё понятно. И что это Грейнджер на него так пристально смотрит? Другого занятия, что ли, не может найти? Да, в больничном крыле не так уж и весело, если задуматься. - Что вылупилась? Малфоя никогда не видела? - буркнул парень и сел на кровать. Сейчас почему-то хотелось сказать ей что-то обидное, сделать побольнее, чтобы она и думать забыла о том, что он может быть хорошим. Потому что это не так. Эта девушка даже представить себе не может, какой он на самом деле. Пусть не строит иллюзий. Пусть поревёт, обидится, пошлёт, в конце концов... Что угодно, но не становиться кем-то другим, кроме как её врагом. Потому что они оба ненавидят друг друга. Потому что им не нужна никакая игра. Это жизнь, жизнь, которая бьёт под дых в самый неподходящий момент. - Просто... Я хотела на тебя посмотреть. Я же не думала, что ты проснёшься. Едва слышно прошептала она и вздохнула. А она и должна была ожидать такой реакции, разве могло быть по-другому? Вообще-то... могло, но никто не постарался сделать это по-другому. Ей было скучно. Девушка не хотела, чтобы он её покидал. Он был хоть каким-то другим человеком, находящимся здесь. Она уже была готова сломать ему ногу, лишь бы он остался в больничном крыле. Хоть ещё на некоторое время. Ей хотелось что-то сделать, но она не знала что. Только через десять минут ей пришло в голову кое-что, о чём Малфой не знал, и, наверняка, ему было бы интересно познать новое... Хотя, это Малфой... А вообще, попытка не пытка, может у неё действительно получится его заинтересовать. - Драко... А давай сыграем? - Как ты меня назвала? - едко спросил парень. По имени его звали исключительно родители. Ну, может ещё друзья. Но друзей толком не было. Он ожидал от неё совершенно другой реакции. Почему ей так сложно только услышать те грубые фразы, которые он кидает в её сторону. Но нет же, всё как с гуся вода. - В любом случае, ты, Грейнджер, не можешь предложить мне ничего нового и интересного. К тому же, у нас слишком разные понятия о жизни, мире, войне, людях... Обо всём, одним словом. Я не знаю, по какой причине продолжаю тут тухнуть и пропускать занятия, но поверь, делаю всё это не ради твоих бессмысленных фраз. Всё это Драко выпалил на одном дыхании. Он говорил быстро и старался особо не думать о том, что говорит. Она не думала, что он проснётся. Какой надо быть дурой. Похоже, что эта девочка не знает, что такое война. Тут надо быть начеку постоянно. Вот Нарцисса вообще потеряла сон. Если и вздремнёт, то спит очень чутко. Жизнь изменилась в корне. Никто не знает, что будет через неделю, день, час. - Я назвала тебя... по имени, - сама для себя неожиданно произнесла она, а после кинула взгляд на окно. Через секунду её внимание вновь привлёк Малфой. Он был таким непонятным сейчас. Да и она сама была непонятной. Ищет в нём только хорошее, что на неё находит за эти всего-то пару дней? Почему она ждала его, только его и никого другого? Что вообще происходит с ней и с ним тоже? Столько вопросов и ни одного ответа. Но сейчас подобные мысли она желала откинуть на потом. Вздохнув, после поправив волосы, она пододвинулась немного к нему и уже с уверенностью в голосе произнесла: - Давай сыграем, а ты скажешь, новое для тебя это, или нет. Она как будто прочитала его мысли... Что нового она может ему рассказать? Да многое что. Лишь бы ему было интересно это познать. Драко тяжело выдохнул и уставился на девушку. - Вот такие заявления меня пугают. Только не говори, что ты решила на мне Круциатус немного попрактиковать. Предупреждая твой вопрос, такого рода вещи для меня не в новинку. Говори. Если мне будет интересно, то поддержу разговор, если нет... Он развёл руки в стороны, как будто был ни причём. Что затеяла эта сумасшедшая? Пусть болтает, только бы не прыгала с Башни Астрономии. Делать же больше нечего. Парень встал с койки и отошёл на пару шагов. - Во-о-т. Так будет намного удобнее тренировать на мне непростительные. Малфой был уверен, что Грейнджер такого не сделает. Она слишком слабодушна. Не сможет ни с того ни с сего пытать человека, не говоря уже об убийстве. Да... К войне она совсем не готова. Такие могут убить исключительно в экстремальной ситуации, и то не факт. Девушка вытащила из-под тонкого матраса свою волшебную палочку и направила её на Малфоя. Сделав специально серьёзный вид, Гермиона уже захотела припугнуть его, но после секундного молчания, она направила свою палочку на какой-то ненужный предмет и, прошептав заклинание, трансфигурировала его в небольшую пачку. Там лежала колода карт. Уже через минуту её личико вновь стало улыбающимся, и она тихо прошептала: - Нет, я не буду никогда испытывать на людях подобные заклинания, даже если мне будет грозить смерть. Или я, или этот человек. Я выберу другого человека, его жизнь, нежели себя. Мне хватило непростительных на уроке Грюма, когда - то... Он тогда измучил ни в чём неповинное животное и... убил его. Но, мы не будем об этом. Девушка вновь слегка улыбнулась. - Возьми вон ту пачку, пожалуйста. И сядь рядом со мной. Она положила свою ручку на кровать и немного похлопала ей, зовя парня присоединиться к ней. Малфой засмеялся на всё больничное крыло. Причём причины для смеха-то особой и не было. - Я не собираюсь с тобой на раздевание играть, - усмехнулся он. Было бы не удивительно, если бы девушка покраснела, но сейчас его это не волновало. Сказал первое, что пришло в голову. Несмотря на это, Драко всё же взял колоду карт и сел рядом с Грейнджер. - Учти, если ты решишь играть на деньги, то не расплатишься со мной всю жизнь. Такой жестокий и несправедливый мир. Ну что, не передумала ещё? Он внимательно посмотрел ей в глаза. Во взгляде Драко плясали чёртики. Да что там чёртики? Вся нечесть, которая только существует в мире. И почему она не реагирует должным образом? Начинает надоедать немного. - Если мы будем играть на раздевание, то ты останешься без трусов. Это прозвучало очень странно для такой девочки, как Гермиона Грейнджер, но она и вправду хотела это сказать, хотела сыграть в карты, не важно на что. Она была настоящей картёжницей, но об этом никто не знал, это была её чёрная сторона и слабость. Девушка выигрывала у всех, с кем играла. Поэтому когда Малфой заикнулся об раздевании, то она выпалила то, о чём тут же подумала. Он ведь правда остался бы без трусов. В душе она смеялась, а снаружи только смотрела на Малфоя и слегка улыбалась. - Ну что, сдавай. Играем на что хочешь. Можем на желания. Давай на желания? Принимаются любые, если я проиграю. А если проиграешь ты - правила те же. В её глазах заиграл яркий огонёк. У девушки тоже были чёртики, только никто не знал о их существовании. Теперь узнал... Малфой. - Ты не знаешь, с кем связалась, детка, - с вызовом сказал парень и начал мешать карты. - На желание, так на желание. Думаешь взять меня на испуг? Не по адресу. Во что именно играем? Покер? Преферанс? Перед ним сидела не та Грейнджер, которую он знал. Эта была совершенно другой. Девушка, которая может дать отпор, которая не боится играть в карты на желание вместе со слизеринским принцем в абсолютно пустом больничном крыле. Рисковая. Никто никогда не видел такую Гермиону Грейнджер. Драко был удивлён. От прежней поттеровской подружки осталась только внешности и некоторые глупые реплики. Что творится в этом сумасшедшем мире? Все сошли с ума - ответ очевиден. Слишком уж она самонадеяна. Надо преподать пару уроков - пусть не зазнаётся. Тем более, что заучка может смыслить в картах? Карты - игра аристократов, и у него появилась возможность это доказать. - В дурака играем, в дурака, - улыбнулась девушка и с азартом в глазах принялась смотреть на то, как парень искусно мешает карты. О Боже, его пальцы... Итак, закрываем глаза и забываем о своей глупости. Фу, Грейнджер, фу. Гермиона посмотрела внимательно на Драко и произнесла: - Я не знаю с кем связалась? Я прекрасно знаю с кем связалась. Могу даже назвать имя этого человека. Гермиона коснулась пальчиком своих губ, закатила глаза, типо обдумывая ответ, а после выпалила: - Его зовут Драко Люциус Малфой. Я не ошиблась? Она в секунду стала какой-то другой, уверенной в себе, всё ещё милой и рискованной. "Малфой, смотри не упади с кровати... А то на одного больного в палате станет больше. Или... уже стало..." - так бы подумал каждый, но только не они сами. Это же они. - Нет, блин. Дуру из себя не строй, - фыркнул Драко и быстрыми движениями руки начал раздавать карты. Колода лежит в стороне, козырь выбран, у каждого в руке карты. Это превращается в игру на выживание. Как будто решается, кому жить, а кому весь остаток жизни прислуживать другому. Малфой бегло глянул на девушку и еле сдержал усмешку. Да что она вообще творит? На неё так падение подействовало, да? О Мерлин, до чего он докатился! Играет в карты с Грейнджер. Зато в отличие от Нотта она не будет мухлевать и запихивать карты в рукава. Или будет? Кто теперь знает, на что она способна. Может, ещё и холодным оружием умеет пользоваться. Шпагой, там, или мечом. "С кем связался?" - промелькнуло в голове. Парень закинул ноги на койку, чуть прикусил губу, как бы размышляя, и хитро улыбнулся так, как умел один лишь он. - Ну что, Грейнджер, готова к тотальному разносу? Готова проиграть? - А ты готов к полному разносу? Вперёд. Что у тебя там? - вопрос конечно прозвучал вульгарно, но он таковым и был. А как ей ещё спросить об этом? Девушка взяла в руки карты и осмотрела то, что ей досталось. Три козыря, неплохо для начала. Довольно улыбнувшись, Гермиона произнесла: - У меня шесть козырная, я начинаю. Ещё раз улыбнувшись, Гермиона кинула взгляд на Малфоя. В этот момент он закусил губу. Закусил... что?! Закрой глаза, Грейнджер, закрой... Такие мальчики, как Малфой, только для взрослых. Девушка вытащила из своей ручки две карты и положила их на кровать, там были два валета. Вообще, она хорошенько рискнула, когда принялась играть с ним в карты. Она не может ходить, далеко не убежит... Дальше, конечно, кровати. Последняя карта бита. Всё. Это конец. Проигрыш. Ну всё. Перед глазами всплыла первая игра с отцом: - Мерлин, кого я вырастил! Этот мальчишка не может даже мозгами пораскинуть. Нарцисса, неси револьвер из гостиной. Я покончу жизнь самоубийством. - Пап, я... - Лучше молчи. Позор на мою голову. Позор на весь мой род! Это была самая ужасная игра в его жизни. И сейчас он снова проиграл. Но Малфой не был бы Малфоем, если бы не умел проигрывать как-то по-особенному. Парень хитро улыбнулся, так же, как и в самом начале игры, и спокойно сказал: - Целоваться с Поттером я не буду. И с Уизли. И со Снейпом. И с Забини. И с тобой. Ни с кем. И носить гриффиндорскую форму тоже. И много чего ещё не буду. Поэтому ты хорошо подумай перед тем, как вынести вердикт. Гермиона выиграла. Её счастью не было предела до того момента, пока он не сказал то, чего делать не будет. Сперва она покраснела, что было впервые при Малфое, и потеряла всю свою уверенность, которая блистала минуту назад. Вздохнув, она всё же собралась с мыслями и решила сама для себя: "Малфой сам на это подписался. Желание выигравшего - закон. Иначе не будет чести проигравшему". С этими мыслями она вновь вздохнула, краска с лица ещё полностью не сошла, и через мгновение она сказала те слова, которые Драко Малфой в серьёзности не ожидал услышать: - Поцелуй меня.