Эпизод 17 - Орбитальный синдром
18 декабря 2022 г., 22:48
Меня сжимают ткани скафандра,
Но без него мне, увы, не выжить.
Я уже пересекаю линию Кармана -
Так давай поднимемся выше.
Anacondaz — Линия Кармана
Старый текст
Итак, после всего этого, Андрей здесь, летит на стратосферном самолете прямо на орбитальную узловую станцию. Там он проведет четыре с половиной часа в ожидании отправления огромного межпланетного корабля, направлением Земля-Марс, полет займет два месяца, а точнее - шестьдесят три дня, если верить информации в билетах. Обратно будет та же дорога, с перелетом на корабле, а так же четырехчасовым полетом на стратосфернике.
Но самое тяжелое парня ждет на Марсе. Он ведь не просто так, погостить, туда едет!
Андрей хотел избавиться от тяжелых мыслей о предстоящем, потому, как совершенно не знал, получится ли у него провернуть задуманное или нет.
В этих размышлениях парень провел битый час, а самолет тем временем разгонялся, наворачивая по кругу вираж за виражем и медленно, по спирали, поднимался наверх. Наконец, он проложил плавный поворот вверх, почти на сорок пять градусов, и начал напрямую набирать высоту и скорость. А Андрей тем временем думал сначала о чем-то земном, вспоминая совсем недавнее привычное ему прошлое. Медленно мысли переключились на происходившее вокруг, внутри салона орбитального самолета. Пока Андрей рассматривал все вокруг, сам размышлял об устройстве корабля - он попытался примитивно представить себе тот невероятно сложный аппарат, внутри которого находился, и тем не менее воображение в определенный момент не смогло нарисовать все вместе. Как самолет может летать без атмосферы? От чего и чем толкают его двигатели? Можно было посмотреть и в интернете... Ах ты, черт - да бог с ним, нечего задумываться! - так и решил парень, хотя мысли все равно пробирались через это нежелание думать на тему окружавших инженерных систем. На сколько все стало сложным сейчас, в 25 м веке? Все в мире поставлено на широкие конвейерные ноги, даже разведение морской пищи на подводных фермах. Единственная, пожалуй, проблема этих "ног", в их экологически плохом запахе, отчего жизнь становится потихоньку отравлена сама своими же продуктами деятельности (или производства?). Вроде бы, космическая цивилизация... А нефть все равно, как и в древние времена, берется из под земли, для нужд легкой промышленности. Это на фоне того, что на Луне руды и топливо для термоядерных реакторов добывают ультра технологичные автоматические заводы. Только вот два миллиона человек на Луне - зачем? Зачем на Марсе такое же количество людей живет? И ведь живут, и как живут...
Андрей невольно вспомнил Оксану, и понял, что все его мысли опять замкнулись на ней. Бессмысленная болтовня с самим собой.
Если б это было смешно, Андрей бы и посмеялся, однако веселиться было особо не над чем. И снова эта мысль про Оксану взбудоражила голову, заставляя по кругу думать об одном и том же. О ней. Андрей не хотел лететь четыре часа, из которых прошло сейчас всего сорок минут полета. Он желал сейчас сию минуту оказаться на межпланетном корабле, а еще лучше - так сразу на Марсе. А между тем горизонт земли становился совсем изогнутым и далеким. Поэтому для глаз не было никаких серьезных ориентиров, чтобы понять - стоит ли корабль на месте или движется. Наверное, от этого у Андрея часто возникало желание выползти наружу и помочь тяжелому орбитальному лайнеру донести свою ношу, подтолкнуть до приличной скорости, чтобы уж наконец...
Такое время, в интернете, все равно постоянно появляются новости об очередных столкновениях малых народов, и все это происходит на фоне такого интенсивного освоения космоса. О Марсе Андрей знал мало, хотя и припоминал, что там сейчас обитают потомки шести разных национальностей. Эту планету осваивали в свое время европейцы, в основном французы, британцы, немцы, россияне и австралийцы. Американская же нация основала Лунные города. И тем не менее, даже их след остался там, на Марсе.
"Столько людей в одном единственном городе-государстве. Невероятно."
Естественно, Андрей никогда сильно не интересовался историей города Нового Вавилона, да и остальной частью истории, связанной с космическими колониями, тоже. Не интересовался до тех пор, пока не встретил очаровательную марсианку...
В пассажирском салоне было полно иностранцев, отовсюду слышалась то английская, то французская, то немецкая речь. Из всего этого облака людских разговоров Андрей не понимал ровным счетом ничего, и поэтому было столь приятно слышать редкие слова русского языка, откуда то из глубины пассажирских рядов. Говорили люди об одном и том же, хотя и на разных языках, Андрей старался не вникать в суть. Прошло еще минут десять и он просто включил музыку и скоро задремал. Очнулся он прямо перед прибытием на орбитальную станцию.
Сюжет главы о первом тревожном случае во время полёта - Андрей обнаружил у себя признаки орбитального синдрома во время прибытия на корабль, в тот период, когда на него воздействовала невесомость. Поначалу он об этом ничего не сказал, потому что народ его окружавший был ему не знаком, помимо группы испытателей. Но впоследствии пришлось познакомиться с корабельным доктором, который занимался затем курированием состояния Андрея во время полёта.
