Слабая концентрация

      Если бы сегодня утром кто-то сказал Люмин, что она как в старые добрые будет задыхаться от волнения и смущения рядом с Тартальей, Привер бы посмеялась и покрутила пальцем у виска — у человека с такими фантазиями явно проблемы.       Но почему тогда чьи-то больные выдумки вдруг стали реальностью? Люмин, судорожно придумывающая повод высвободить свою скользкую от пота руку из стальной хватки чужих пальцев, ответа на этот вопрос не знала.       Они только что вылезли из зияющей чёрной пропасти в ограде и молча наблюдали, как за углом отеля меняется освещение, отбрасывая на раскидистые деревья красные, синие и розовые пятна — до Люмин и Аякса, касаясь носков их обуви, доходили только причудливые разноцветные тени. Но даже отсюда, места, где они стояли, было видно, как неясные силуэты людей двигались под гремящую из колонок музыку, которая всё же не могла заглушить гомон толпы.       То, как они вдвоём молча пялились на вечеринку у «Мак-Кьюзика», вызвало у Люмин острое чувство дежавю: рассеивающиеся грозовые облака на жёлтом небе, видном через широкие окна пустого холла школы; футбольное поле сквозь густую зелень леса. Она надеялась, что подобное безмолвное стояние рядом не войдёт в привычку.       Кстати, за всё это время Аякс так и не отпустил Люмин. Точнее её руку. Или Привер не отпустила его? Девушка не могла здраво рассуждать — всё внимание сконцентрировалась на чужой холодной коже под пальцами.       «Он… он забыл о своей руке? — Привер путалась в мыслях, пытаясь выцепить из них хоть что-нибудь полезное. Она хотела посмотреть на парня, стоящего рядом, чтобы оценить ситуацию — вдруг Тарталья просто смеётся над ней? но физически не могла повернуть к нему заклинившую, словно ржавая цепь велосипеда, шею, — Пранк. Это точно пранк. Очередной тупой прикол».       Люмин, погрязшая в болоте сомнительных мыслей и двояких ощущений, вздрогнула от нескольких ощутимых вибраций — уведомления, пришедшие на лежащий в кармане кофты телефон стали спасением.       — Извини, — и за что она извиняется? Привер, задержав дыхание, вывернула руку из железных оков его ладони и вцепилась в мобильник, — Нужно ответить.       Она два раза ошиблась в наборе пароля, не попадая по цифрам на сенсорном экране, но всё же разблокировала телефон и трясущимися руками зашла в общий чат с Эмбер и Моной.       Привер, невидящим взглядом пытаясь прочитать сообщения, отстранённо думала о том, как бы ей хотелось сжаться в одну маленькую точку, лишённую чувств и эмоций, и навсегда потеряться в стратосфере. Хотя, конечно, больше ей хотелось вытереть влажные и скользкие ладони о платье.       «ambermaklaggen: БОЖЕ ЗАЧЕМ Я ОТПУСТИЛА ЛЮМИН ОДНУ       ЕЁ ЖЕ ТАМ ЗАГРЫЗУТ       queen_of_astrology: Эмбер, спокойно.       Она взрослый человек. Сама справится.       ambermaklaggen: НЕТ!       УЖ КТО КАК НЕ Я ЗНАЕТ ЧТО ОНА НЕ СПРАВИТСЯ!!!       queen_of_astrology: На месте Люмин мне было бы обидно такое слышать…       Но, соглашусь, вечеринка в компании мерзкого Фатуи — то ещё удовольствие.       ambermaklaggen: Дела в мастерской были и не такие уж важные……………………………….       АААААНУЖНОБЫЛОПОЙТИААААА       Я УЖАСНАЯ ПОДРУГА (╯°益°)╯       queen_of_astrology: Какой смысл жалеть об этом сейчас?       Такой исход событий был очевиден.       Если ты правда хотела быть рядом с Люмин, то пожертвовала бы одним рабочим вечером и пошла бы с ней.       ambermaklaggen: МОНА ТЫ НЕ ЛУЧШЕ!!!       Люмин просила и тебя но ТЫ НАОТРЕЗ ОТКАЗАЛАСЬ ХОТЯ У ТЕБЯ ДАЖЕ ДЕЛ НИКАКИХ НЕ БЫЛО!!!       НИЧЕГО МНЕ НЕ ГОВОРИ!!!!!!!!!!!!!       queen_of_astrology: Как я уже сказала, вечеринка в компании с мерзким Фатуи — то ещё удовольствие.       И я, в отличии от некоторых, не считала Люмин недееспособной.       К тому же, у неё достаточно неплохой прогноз по гороскопу на сегодня: «Интересные встречи и общение с приятными людьми ждут всех Близнецов, к которым в ближайшие дни будет проявлен повышенный интерес со стороны противоположного пола. Вторая половина суток благоприятна для общения в рабочем коллективе, совместных занятий и для отдыха в приятной компании. Вечером не исключена, без видимых на то причин, ссора с близкими людьми. Проявленные вами в это время выдержка и такт помогут нейтрализовать назревающий конфликт».       Как раз подходит для вечеринки ;)       Конечно, кроме последней части.       ambermaklaggen: Боже…………………….»       Вопреки своим словам, Люмин ничего не ответила, убрав телефон обратно в карман кофты — горячую голову Привер остудили обидные слова подруги.       В последнее время Эмбер стала её слишком опекать — скорее всего, это был связано с рассказом Привер о своём прошлом. В тот субботний вечер неделю назад ей около получаса пришлось успокаивать разрыдавшуюся подругу — Люмин раньше не могла представить, что её жизнь так печально выглядит со стороны. И, вообще, кто кого должен был утешить? Привер тогда не высказала никаких претензий и только молча гладила по волосам дрожавшую от слёз Маклагген.       Не то чтобы забота Эмбер была неприятна Люмин, но конкретно сейчас ей было обидно — неужели её считают настолько убогой?       «Мак-Кьюзик» ещё содрогнётся перед моей крутостью! Попомни мои слова, Эмбер!»       Занимая себя подобными мыслями, Люмин старалась забыть о Тарталье и его сегодняшней повышенной тяге к тактильности — руки парня подозрительно часто норовили к ней прикоснуться, даже учитывая его обычную развязность и несерьёзное отношение к чужому комфорту.       «Влюбился что ли?» — Люмин слабо улыбнулась такой бредовой мысли, всё ещё не смотря на Тарталью и сжимая руки к кулаки. Кожу одного из них до сих пор фантомно покалывало.       Вдруг порыв ветра особенно неприятно стегнул холодом по открытым ногам, отвлекая от бесконечных размышлений о мотивах поведения Аякса. Люмин посмотрела вниз, на свои порванные колготки, тяжело вздохнула. «Пусть задавят меня танком, всё равно умру я панком».       Несмотря на все неприятные мелочи, вроде заскоков Тартальи, миллиона стрелок на тонком нейлоне, покрывающем ноги, и пренебрежительных суждений Эмбер, в груди у Люмин томилось неясное предвкушение. Обычно девушку крючило от вечеринок и тому подобного — любые интенсивные взаимодействия с людьми казались для неё потенциально опасными занятиями. Но что-то изменилось.       То ли Стиллуотер и его обитатели так на неё влияли, то ли Привер настолько заебалась трястись над каждым чужим словом и косым взглядом — теперь всё происходящее девушка воспринимала как игру или краш-тест, который она проводила сама себе. «Сколько продержусь? Как себя поведу?» Люмин не знала, но хотела узнать.       Будто короткий разбег: утопающие в мелком песке пятки, гулкие торопливые шаги по выцветшему дереву и прыжок с причала в ещё не нагретую солнцем воду озера Лили. Как в детстве: сразу с головой — без раздумий и сожалений.       Хотя, конечно, было просто ощущать себя бесстрашной в темноте и условном одиночестве — всё-таки Тарталья рядом не растворился в вечерней прохладе, а просто стоял и продолжал ничего не делать, как будто NPC в онлайн игре, ждущий пока с ним повзаимодействуют. Если быть честной, сейчас Люмин не хотелось читать диалоги.       Привер не обманывала себя — компания Аякса даже в виде задумчивой и растерянной оболочки придавала ей уверенности в себе и дарила чувство безопасности такое же, как когда-то рядом с Итером.       Почти.       Всё-таки кто знает, что может скрываться в синей, на первый взгляд спокойной и гладкой поверхности океана? Люмин не любила глубину и холодные подводные течения, она любила понятный и чистый янтарный свет, любила сверкание отполированной стали и отстранённость серого затянувшегося неба.       «Глубина, бла-бла, пизди дальше. Торчу сейчас в глуши только по его воле, — Люмин усмехнулась про себя, — И когда я успела стать дайвером?»       Привер заметила, как её мысли, противоречивые и сложные, потекли в опасное русло.       «Скарамуш. Это он. Всё потому что его здесь не будет — поэтому здесь буду я. Аякс заранее предупредил меня об этом. Аякс… — Люмин не могла это контролировать — непроизнесённое имя парня красиво и звонко переливалось, как лесной ручей со студёной водой, — Почему ты так поступаешь? О чём думаешь, Аякс?»       О чём?       Привер выдохнула до боли в лёгких. Вместе с паром, сорвавшимся с потрескавшихся от холода губ, ушли ненужные и бесполезные мысли — какой смысл гадать? Она взглянула на молчаливого парня, который заворожённо наблюдал за веселящимися вдалеке людьми.       Люмин с трудом понимала Аякса, а иногда вообще его не понимала. Но в чём она была уверенна насчёт него так это в том, что Тарталья чувствовал себя как рыба в воде там, среди рассеянного света и гомона десятков голосов. Здесь же, рядом с ней под навесом темнеющего неба и тяжело опущенных ветвей деревьев, он смотрелся неуместно.       Почему-то у Привер возникло знакомое до боли ощущение. Будто у неё из рук ускользает Солнце.       «Ну что за глупости?»       — Послушай, — по какой-то причине она побоялась обратиться к нему по имени, — Я хочу тебя кое о чём попросить.       — М-м, что такое? — голос Тартальи звучал заинтересованно, хотя он даже не оглянулся на Привер — не мог оторвать глаз от огней и шума вечеринки. Люмин же не могла оторвать взгляд от кое-чего другого.       В какой-то момент Аякс расстегнул ветровку — девушка заметила это только сейчас. Возможно, это случилось, когда она читала сообщения в чате или когда на несколько минут абстрагировалась от внешнего мира, погрузившись в свои мысли.       В любом случае… Как же приятно обтягивала серая футболка его стройное тело, освещённое далёкими огнями. Грудь, ребра, торс — Люмин в одну секунду начала буквально облизывать взглядом небольшой участок, не скрытый верхней одеждой.       «Матерь божья, застегнись! Правда, можешь не прямо сейчас».       Люмин с внимательностью ювелира проследила за направлениями всех линий его обтекаемого рельефа тела, неосознанно хмурясь, — ему не было холодно в футболке из такой тонкой ткани? На улице, пусть и плюсовая погода, но ветер то и дело заставлял сильнее кутаться в ветровку.       Видимо, всё-таки было — Привер уставилась на едва заметные затвердевшие соски. Она, смотря на грудь Тартальи, ещё какое-то время с трудом мысленно обрабатывала только что увиденное, — точно, они ведь есть и у мужчин.       Через мгновение Привер, поняв о чём она вообще думает, густо покраснела, почувствовав жар, приливший к голове, и опустила взгляд на носки своих ботинок.       Да, очень красивое тело. И лицо. Улыбка у него тоже просто очаровательная. Даже рыжие волосы делали из Аякса не клоуна (спорный момент), а скорее лиса, до последнего скрывающего свою опасность, чтобы ввести наивную жертву в заблуждение, а потом внезапно атаковать. По крайней мере, у Привер возникали именно такие ассоциации.       Раньше Люмин не задавалась вопросами о своих предпочтениях во внешности парней — было как-то не до этого. Но теперь, кажется, она имела некоторые представление о своём типаже. Аякс, спасибо, что помог разобраться.       «Блять… какие кнопки он мне на шее нажал, что я так с ума схожу?»       Почему-то вдруг Люмин ощутила острое чувство уязвимости — будто Аякс слышал все её мысли и сейчас еле сдерживает ехидный смех. Или разочарованный вздох. В любом случае, ей бы не хотелось ни того ни другого, поэтому она поспешно продолжила разговор, стараясь отвести от себя все подозрения:       — Не бросай меня здесь одну, ладно? Просто я стремаюсь, что никого кроме тебя не знаю, — после достаточно долгой паузы Привер на одном дыхании выпалила свою просьбу.       Конечно, она знала, что озвучит её ещё до того, как вышла сегодня из дома, потому что хотела дать понять парню, что оставлять человека, которого ты сам сюда пригласил, один на один с толпой незнакомцев — очень плохая идея. Привер как-то не верилось, что Тарталья сам до этого дойдёт — временами Люмин сильно сомневалась в проницательности парня, а после сегодняшнего и в его адекватности. В своей, кстати, тоже.       Аякс, наконец обратив на девушку всё своё внимание, повернулся к ней всем корпусом. Она, несмотря на это, продолжила максимально заинтересованно рассматривать жухлую траву под ногами — у Привер на сетчатке выжглись все анатомические особенности его торса.       — Ав-в-в, — умилённо протянул где-то над ухом, — Так мило, что ты полагаешься на меня. Конечно, не брошу — я же не совсем конченый. Столько уговаривал тебя и в итоге не составить тебе компанию — ну что за бред? В общем, можешь ни о чём не волноваться! — опять от задумчивости парня не осталось и следа. Люмин даже согласна свыкнуться с его внезапными выпаданиями из реальности — для этого Аяксу нужно почаще носить такие обтягивающие вещи.       — Посмотрим, — она ответила уклончиво, не вникнув в смысл слов Тартальи, только уловив приятно щекочущий слух тембр его голоса. Привер почувствовала себя отвратительным грязным животным — возможно, окружавший их мрак и уединение были всему виной, — Пойдём?       Они направились ко внутреннему двору — территория «Мак-Кьюзика» была наполнена музыкой, светом и, конечно же, огромным количеством танцующих школьников.

***

      «Запись от 20.07.2019 23:22       очень больно, когда тебя кидает самый близкий тебе человек — чувствуется как удар ногой по сердцу       может я и покажусь сейчас жалким нытиком, но я этого не заслужила       все то, что терплю, как себя извожу       я не сделала ничего ужасного       когда в кино чувак совершает плохие поступки, ему все равно сочувствуют, проявляют эмпатию       во мне что ли вообще нет ничего способного вызвать хоть какие-то эмоции?       за что я так жестко расплачиваюсь?       очень тяжело осознавать то, что отчасти ты сама виновата в этом       мне стоит перестать воспринимать все так близко к сердцу. пойми, как раньше уже не будет       это незнакомый тебе парень. тот, кого ты знала и любила растворился в тумане майского утра       теперь ты сама по себе»

***

      «Прежде всего нужно найти Альбериха! Он тут главная зажигалочка», — Привер уже наслышана о Кэйе и была не против познакомится — всё-таки не о каждом Аякс отзывается с такой теплотой.       Они успешно миновали основную часть толпы — Люмин, не выпускавшая из виду светлую макушку Тартальи, наконец вышла к самому освещённому участку внутреннего двора отеля. Здесь было немного потише — колонки, с грохочущей оттуда музыкой находились по ту сторону танцующих людей. Также тут разместилось что-то наподобие фуршета: неказистые столики без скатертей, склад бутылок на них и даже разложенные по тарелкам бутерброды с претензией на закуски. Люмин покосилась на местные угощения: и кто это всё сготовил и принёс сюда?       В этой более спокойной, чем импровизированный танцпол, зоне люди стояли небольшими группами и общались: кто-то культурно выпивал, держа в руках красные стаканчики, кто-то менее культурно в забытье прислонился к белым наружным стенам здания. Люмин нахмурилась: она и Аякс совсем ненадолго припозднились, а люди уже успели налакаться до беспамятства.       Несмотря на то, что девушку ужасала организация этой вечеринки, она не могла не признать, что в ней что-то есть: в лицах подростков, отуманенных эйфорией от громкой музыки и всеобщего веселья; в рваных движениях их танцев; в свете бумажных фонарей в китайском стиле, развешанных над столиками с пуншем и бутылками; в морозном воздухе, который, кажется, стал теплее от тел всех собравшихся.       Люмин не могла сдерживать улыбку. Впервые Привер чувствовала себя не бабкой, которая со снисхождением смотрит на пропащее поколение и их нехристианские развлечения, а настоящим подростком из сериала от нетфликса — безалаберным, свободным, живущим одним днём.       Но всё же Люмин соответствует не всем параметрам типичной главной героини подростковой киношки — Привер слишком строго относилась к употреблению алкоголя и других увеселительных веществ и не собиралась сегодня менять никакие свои принципы. Девушка сама не знала, чем вызвано такое острое отвращение — у неё в семье даже по праздникам алкоголь никто не пил. И на этом спасибо, другого дерьма и так хватало.       Хотя… Привер немного, но соврала: кое-кто всё-таки позволял себе выпить, можно даже сказать — набухаться. Почти перед самым отъездом в Стиллуотер, Люмин, пользуясь уединением в квартире, разрешила себе поужинать на кухне, а не, как обычно, в комнате — рядом с братом и отцом кусок в горло не лез. Как раз в тот момент, когда микроволновка запищала, оповещая о том, что еда разогрелась, вернулся Итер — он ввалился в прихожую, хлопнув входной дверью, и, шатаясь, поплёлся в свою комнату мимо барной стойки, рядом с которой стояла девушка. Даже не заметил её. После такого у Люмин пропал весь аппетит — она не помнит сколько литров воды выпила, чтобы убрать мерзкое ощущение кома в горле.       Отвратительно.       — Я думаю, он где-то здесь, — Аякс, прервав размышления Привер, внезапно появился сбоку. Люмин, у которой за секунду развеялись все мрачные воспоминания, посмотрела на него — померещилось, будто в глазах парня загорались и сразу же тлели искры, — Тебе нравится? — обвёл взглядом пространство вокруг.       — Да, — в этот раз не пришлось неловко отнекиваться, — Неплохо. Мне даже…       Громкое «О-о-о» перебило Люмин, заставило её и Аякса повернуться в сторону звука. Раскинув руки в приглашающем жесте, к ним шёл парень. Тарталья, не став заканчивать диалог, направился ему навстречу, оставляя Люмин позади.       Привер сразу поняла, что это был тот самый Альберих — почему-то ему очень подходила эта фамилия. Она немного вычурная — её носитель, мягко говоря, тоже.       Чёрный кожаный корсет, обтянувший худую талию, белая, расстёгнутая рубашка с декольте до солнечного сплетения, спущенная с плеч джинсовка со всевозможными видами декора: шипами, висящими ремешками, яркими нашивками, заметными потёртостями. Если посмотреть чуть ближе: лента, обвившаяся вокруг шеи с висюлькой какой-то странной формы, мотоциклетные перчатки с шипами на костяшках, чёлка тёмного непонятного цвета, полностью закрывающая один глаз.       На чёрные, обтягивающие, как вторая кожа, штаны с лампасами в виде маленьких железных треугольников, которые сквозили лейтмотивом во всём наряде, Привер старалась не смотреть. Что за мода у пацанов пошла на вещи на размер меньше, чем нужно?       На самом деле, Люмин не смогла бы сказать, что первым бросилось в глаза в образе парня, потому что ей бросилось в глаза сразу всё — словно синяя сигнальная вспышка. Правда, именно от лица Кэйи Привер дольше всего не могла отвести взгляда: ровный смуглый оттенок кожи, выразительные нос и брови, высокие скулы, тонкие симметричные губы. И как обладатель настолько аристократичных черт мог быть одет в такое уродство?       Девушка всегда считала себя толерантным и свободным от стереотипов человеком (хотя, по большей части, ей было всё равно на людей вокруг), но сейчас внешний вид парня вызывал у неё внутренний диссонанс — это его протест обществу? протест холодной погоде? Люмин знала: такими людьми движет только необходимость создания какого-либо резонанса, хотя сами они из себя ничего не представляют.       Да. Привер уже вынесла приговор человеку за первые три секунды, что видит его. И что вы ей сделаете?       Девушка ждала, когда он откроет рот и заговорит, чтобы убедиться в своих пренебрежительных суждениях, которые она так не любила получать в свой адрес.       — Кто это тут у нас? — широко улыбаясь, парень подошёл вплотную к Тарталье и, дружески обнявшись, хлопнул его по плечу, — Это же сам Предвестник Фатуи, какая честь! — внимание переключилось на улыбающегося Аякса. Чего? Какой ещё предвестник? Очередная кличка? Люмин была в шоке от количества его титулов, — Давно не виделись! Ты что-то не часто заглядываешь к нам в последнее время, — «к нам» — это куда? Этот колхозный внутренний двор заброшенного отеля? Красиво жить не запретишь.       — Ты же знаешь, я не люблю такие сборища людей, — ого, Люмин, оказывается, ошиблась даже в этом — в единственной вещи, в которой была уверенна насчёт Аякса.       Привер не успела морально отойти от Кэйи, как в сегодняшний вечер ворвался ещё один джентельмен.       — Добрый вечер, Чайлд, — спокойный глубокий голос слишком резонировал с попсовой песней, раздающейся из колонок. Из-за спины «зажигалочки» выплыл человек, которого Привер сразу узнала.       — Чжун Ли, не ожидал тебя здесь увидеть! — искренне обрадованный голос Аякса немного озадачил Люмин — они настолько близкие друзья?       Брюнет, как так и задумано, прижал к себе Тарталью обеими руками, положил голову ему на плечо и, прикрыв глаза, улыбнулся. Теперь Привер была озадачена не немного — они каждый раз так делают, когда видятся? В девушке крепла уверенность, что она по случайности попала на закрытую ЛГБТ-вечеринку.       В любом случае, во время перерыва парней на объятия у Люмин появилась возможность рассмотреть Чжун Ли повнимательней.       Он был именно таким, каким она себе его представляла, когда единственный раз увидела его спину из окна второго этажа школы, — воплощением спокойствия и сдержанности. Казалось, что лицо парня отразило его самые выдающиеся личностные черты: прямые брови, выделяющееся верхнее веко (для Люмин почему-то эта черта всегда определяла умных людей), греческий нос — как будто Чжун Ли создан для неторопливых глубокомысленных бесед, как будто он морально старше всех присутствующих.       Кроме того, даже здесь, на, казалось бы, совершенно дешманской тусовке (Привер никогда бы не подумала, что он ходит по таким мероприятиям), парень выглядел аристократично в своей тёмной приталенной жилетке со светлыми вставками по бокам, чёрной рубашке и прямых брюках с идеально отглаженными строчками. Боже, у него даже туфли от чистоты блестели!       Наконец, Тарталья отстранился от своего друга (друга ли?), и уже повернулся к Люмин, чтобы, видимо, представить её остальным, но Чжун Ли остановил его:       — Я знал, что ты будешь здесь, — Привер почему-то смутилась и почувствовала себя лишней. Эти объятия, эти слова — какая-то слишком явная химия между ними. Почему Аякс не рассказал, что они встречаются? «Кэйя, пойдём отсюда, оставим их. Не такой уж ты и стрёмный», — Может быть, познакомишь нас со своей спутницей? — Привер, которая в мыслях уже неумело танцевала в толпе рядом с Альберихом, вздрогнула от того, как парень ненавязчиво сделал акцент на её присутствии.       — Да, познакомь! — Кэйя в два широких шага подошёл к опешившей от такого внимания к своей скромной персоне Люмин — она только сейчас заметила под чёлкой чёрную повязку на его глазу, как у пирата, — Тарталья не говорил ей, что это костюмированная вечеринка. Тарталья, на самом деле, много чего ей не говорил!       Альберих перевёл на неё хитрый взгляд, блеснув морозом своего глаза.       — Наконец-то ты привёл девушку, а не своего злобного карлика, — обратился к немного растерянному, так и застывшему вполоборота Аяксу — он ничего не ответил, — Добрый вечер, миледи, рад видеть Вас на этом скромном вечере, — теперь он смотрел прямо Люмин в глаза и, пристально наблюдая за застывшем в кирпичном выражении лицом девушки, поднял её опущенною вдоль тела руку и прикоснулся губами к тыльной стороне ладони.       К такому Привер жизнь не готовила.       — Я не… — что-то пролепетала. Будто попав в ледяную ловушку, она была не в силах отвести взгляда от места соприкосновения его растянувшихся в ухмылке губ и её кожи. «Господи, эта ведь та рука, которую держал Аякс», — почему-то от этого осознания этого факта девушке стало противно от самой себя.       Тарталья вдруг отмер.       — Прекращай Люмин в краску вгонять, — Привер, ещё немного не отошедшая от этого инцидента, поняла по голосу Аякса, что он хмурится, — Не все готовы к твоим шуткам, — кто бы, блять, говорил, Тарталья.       «Всё-таки мой диагноз был верен. Чел реально в душе артист — лишь бы шоу устроить», — девушка как-то слишком легко восприняла произошедшее — видимо, общение с Аяксом выработало у неё настоящий иммунитет к внезапным нарушениям личного пространства.       Тарталья всё же представил девушку:       — Люмин, познакомься, мои хорошие товарищи — Чжун Ли, — указал на брюнета, с которым минуту назад обнимался, как в последний раз, — Кэйя, — парень кивнул на пирата, — Кэйя, Чжун Ли, это Люмин — моя подруга, — Тарталья немного подтолкнул Привер в спину ближе к себе, чтобы она не стояла в стороне, как неприкаянная.       — Супер, — выражение лица у Альбериха было, как у Чеширского кота.       — Я рад знакомству, — Чжун Ли почтительно склонил голову. Люмин растерялась — ей нужно сделать реверанс? Если бы она знала, что тут всё так официально, то надела бы платье на одну ладонь подлиннее, — Друг Чайлда — мой друг.       Привер неловко кивнула, продолжая корчить губы в улыбке — она чувствовала себя главной героиней симулятора свиданий. Три парня тоже вежливо улыбались, выжидающе смотря на неё (Аякс смотрел даже как-то слишком выжидающе), — Люмин, поняв, что она и слова за всё знакомство не сказала, поспешила исправиться:       — Мне тоже приятно со всеми вами познакомится. Аякс много рассказывал об этом месте, — шутка юмора. Ничего он не рассказывал, — Тут довольно мило, — Люмин почему-то очень хотелось понравится этим ребятам.       Кэйя и Чжун Ли с нечитаемыми выражениями лица уставились на Привер — так, будто она только что призналась, что обожает ковыряться в носу, доставать оттуда козявки и потом с удовольствием их есть. Люмин испуганно прокрутила в голове всё, что только что сказала — вроде бы ничего ненормального. У неё что-то на лице? Голос слишком противный? Она не должна была влезать в разговор? Господи, да что такое?       — Интересные в Стиллуотере развлечения. Да… — добавила Привер, чтобы разбавить повисшее молчание, но только больше сконфузилась — её слова, сказанные сорвавшимся на высокие ноты голосом, прозвучали как-то убого.       Альберих первым смахнул с себя это странное наваждение и улыбнулся абсолютно по-ушлёпски.       — Аякс? Ну-ну, — Кэйя был доволен, как шкодный кот, укравший со стола сметану, — А классное у тебя имя, Аякс. Не замечал раньше, — Люмин недоумённо посмотрела на нахмуренного Тарталью. Ну да, имя классное и необычное — но почему Кэйя внезапно делает на нём такой акцент? Привер не понимает каких-то локальных приколов?       — Люмин, понимаешь…       — Действительно. Красивое имя, — Чжун Ли как-то совсем неманерно перебил начавшего говорить Аякса.       Привер чувствовала, что они все что-то недоговаривают, и злилась всё больше и больше — тяжко быть единственной тупицей.       — Хватит уже, — до странного разозлённый Тарталья резким тоном оборвал эту клоунаду. Но уже через секунду угомонившись, начал спокойно объяснять, — По имени меня обычно никто не называет. Тут нет ничего такого — просто так сложилось, — скосил взгляд на стоящую рядом подругу, — А когда мы познакомились, я как-то не подумал представиться своим прозвищем, — он пожал плечами.       Люмин стала ясна причина такого ехидства Кэйи и, что удивительно, Чжун Ли — они считают, что Привер находится на каком-то привилегированном уровне доверия Аякса, раз он разрешает девушке обращается к нему по настоящему имени. Ну что за идиотизм? Сами придумали эти дебильные правила и прозвища — потом сами с этого и смеются, как дурачки.       — А-а-а, понятно, — Люмин протянула во вновь наступившей тишине, — Извините за бесцеремонность, Предвестник Фатуи Чайлд Тарталья.       После недолгой паузы Аякс и Кэйя засмеялись в один голос, Чжун Ли лишь сдержанно улыбнулся.

***

      «Запись от 07.10.2020 18:00       НИКТО МНЕ НЕ НУЖЕН       ОТПУСТИ И ЗАБУДЬ       ОТПУСТИ.       И.       ЗАБУДЬ.       я и не подозревала, что жизнь может быть такой жестокой       просто надеюсь, что все изменится когда-нибудь само по себе, хочу верить, что это просто очень тяжёлый жизненный урок, чтобы я могла стать более сильной, цельной и самодостаточной       я не могу так жить всегда       пожалуйста       зато теперь я с уверенностью могу сказать, что видела всякое дерьмо в жизни       хм сделает ли моральная травма меня более глубоким и интересным человеком?       запомни, сейчас твои страдания — не главное, главное — закончить школу и сбежать»

***

      У Люмин сейчас треснет лицо.       Нет, правда — у девушки уже немели щёки от не сходящей с губ улыбки. После удачной шутки Привер атмосфера сразу разрядилась: Кэйя уже успел всучить ей с Аяксом по стаканчику с какой-то тёмной алкогольной жидкостью — Люмин приняла его только из вежливости. Пить содержимое она, конечно же, не собиралась. А Чжун Ли, узнав, что Люмин сравнительно недавно переехала в Стиллуотер, начал свой полный деталей и исторических справок рассказ о богатом прошлом отеля «Мак-Кьюзик». Привер слушала, открыв рот, — парень оказался замечательным рассказчиком. Он вдумчиво и подробно говорил о каждой мелочи, связанной с этим местом, будто был управляющим курорта с момента его создания. И откуда у него такая информация? Люмин сомневалась, что подобное можно найти в интернете.       Кэйя и Аякс, видимо, привыкшие к словоохотливости друга, лишь посмеивались на фоне, шушукаясь между собой о том, что Чжун Ли наконец-то нашёл благодарного слушателя.       На моменте рассказа о близлежащем озере и том, какие меры предпринимаются, чтобы во время ежегодных летних засух оно не превратилось в болото, у Люмин затрезвонил телефон, вибрациями оттягивая вниз карман кофты.       — Извини, — Привер, расстроенно сведя брови к переносице, обратилась к Чжун Ли — к сожалению, ей пришлось прервать на довольно интересной части.       — Всё в порядке, — на лице парня не проскользнула ни одна эмоция.       Люмин, вынув из кармана мобильник, уже собиралась отойти подальше, чтобы в более тихом месте ответить на звонок матери, но вдруг остановилась, удивлённо вскинув брови. На экране отсвечивался неизвестный номер. Привер, не раздумывая, скинула вызов, в раздражении выдохнув, — эти кол-центры совсем ебанулись названивать вечером в пятницу?       Девушка не так далеко ушла от своей «компании» — Альберих и Тарталья о чём-то болтали и смеялись время от времени, а Чжун Ли, сложив руки на груди, наблюдал за ними, видимо, ожидая, когда вернётся Привер.       — Я всё, — Люмин встала справа от главного ценителя истории «Мак-Кьюзика», — Так о чём ты…       Ещё не убранный в карман кофты телефон задрожал в руке Привер — снова громко раздалась встроенная мелодия. Развеселённые Кэйя и Аякс обернулись и вопросительно взглянули на шумный гаджет в руке Привер.       Люмин быстро скинула звонок. Через пару секунд он поступил вновь.       — Извиняюсь ещё раз. Я отойду всё-таки, — Люмин стремительно направилась к углу отеля, по дороге выливая в траву алкоголь из красного стаканчика и комкая бумажную посуду в руке.       Сейчас она выскажет всё, что думает о выгодных условиях кредитования или сезонных скидках на тарифы у какого-нибудь оператора.

***

      «Запись от 06.04.2021 2:00       кошмар       это просто кошмар       зачем так жить, если у меня сил нет ни на что       короткие моменты спокойствия сменяются на тягучие часы безнадёги       я боюсь, что мне никогда не станет легче       чувствую себя абсолютно одинокой       мне очень плохо и никто не может мне помочь       опять болит голова»

***

      Люмин скрылась за ближайшим поворотом, откуда всё ещё был слышен грохот музыки. Она приняла звонок, параллельно думая о том, что нужно сообщить матери о своём решении немного задержаться. Не зря же она всё-таки пролезала через густой бурелом, порвав себе при этом все колготки!       Да и вечеринка оказалась не такой ужасной, как она себе представляла — компания Кэйи, который теперь не казался фриковатым, и Чжун Ли, который больше не лез к Тарталье, была на самом деле приятной.       И, конечно, Аякс. Его компания была тоже очень приятна.       — Я слушаю, — она ответила на звонок.       Люмин хотелось звучать грозно и по-взрослому, чтобы там все поняли с кем имеют дело и добавили её номер в список тех, кому лучше не звонить в пятницу вечером.       В трубке молчали.       — Алло-о, ну что такое?       — Люмин, — у Привер перехватило дыхание от этого голоса, — Это Итер. Я могу поговорить с тобой? Пожалуйста.

***

      «Запись от 22.07.2021. 22:31       я не могу ни на чём сконцентрироваться»