Восьмое чудо света

Всю неделю Туан страдал от тэхёновых намёков, один противоречил другому. Во время объятий он говорил: «Твои объятия словно космос, в котором я хочу провести вечность», когда Ли случайно касался руки Кима, тот убегал, словно ошпаренный. Когда старший сосал Чупа-чупс, младший прошептал ему на ухо: «Твои губы, прямо как эта сладкая конфетка, хотя твои губки всё же будут послаще!». Но один случай просто поразил ТуТу, он пошёл в комнату к ТэТэ, чтобы поговорить, а тот выгнал его. В общем, так он и не понял, согласен его любимый на отношения или нет. — Ребят, давайте поиграем в бутылочку? — спросил полупьяный Чимин. — Пойдёмте, — согласился Намджун, — хотя я не особо люблю такое. Только давайте нормальные задания! — Хорошо-хорошо, хён. Сюда идите! Все расселись в кружок и начали крутить бутылку, по счастливой случайности она указала на Тэхёна, Пак игриво улыбнулся, задавая задание: — ТэТэ, ты должен поцеловать любого участника, который больше всех тебе нравится. Недолго думая, Ким подполз к Ли, смотря прямо в глаза, мягко прикасаясь к его губам, переминая их, старший сразу же ответил на поцелуй, когда младший отстранился, то Туан задал важный, решающий всё, вопрос: — Это намёк. Значит, ты точно будешь моим парнем? — Да, — тихо прошептал Тэхён. Ту прижал его к себе, опрокидываясь на пол, и продолжил его целовать. — Фу, блять, меня сейчас стошнит! — скривился Мин, в радостной мине за макне. — Меня же ещё не стошнило от твоих ночных стонов, Юнги-хён, — вякнул Чима. — Цыц, моё не трогай, — прижимая к себе Юна, рыкнул Хосок. — Ой, всё. Целующиеся наконец соизволили отлипнуть друг от друга, уходя в комнату Пак-Ли, ложась на кровать и впадая в объятия. — Ту, почему ты не мог сразу признаться? — Я думал, что ты натурал, и если я признаюсь, то ты пошлёшь меня далеко и надолго. — Ладно, окей. Но это глупо. Ты у меня такой дурашка. — Почему это я дурашка? — Потому что я так сказал, — Туан закатил глаза от этой железной логики. — А почему ты сам не признался мне? — Я ждал первого шага от тебя. Ты, конечно, признался мне в любви, когда пришёл пьяным, но я ждал трезвого конкретного «я тебя люблю», — Тэхён бил своей логикой наповал, но, по сути, он был прав. — Дак я всё-таки тебе признался пьяный? — Ну да. — Ты же сказал, что нет! — Но не мог же я сказать: «Ты признался мне в любви, но просил не говорить», так что ли? — Ну… агх, убедил. — Вот именно. Никогда со мной не спорь, у меня есть железные аргументы, а ещё я всегда прав. Понял? — Понял… — Туан, — слыша вопросительное мычание, Тэ продолжил, — а как мне тебя называть? — В смысле? — Ну… как мне мило тебя называть? — Ну, как хочешь. — Я буду звать тебя… ворчалка. Тебе в самый раз, постоянно бубнишь. — Ээээ. — Ладно, шутка. Ты моё солнышко, потому что, когда я увидел тебя, моя жизнь стала ярче и светлее. — Хих... Я люблю тебя, — целуя младшего в макушку, прошептал старший. — Я тоже тебя люблю, солнышко. Давай спать, я устал. — Конечно, тигрёнок, спи спокойно. Они уснули друг у друга в объятиях, Ким прижался к Ли, привычно закидывая на него ноги. Они любят, любят сильно и искренне. Но спасёт ли их эта любовь при встрече с трудностями?