Хороший эльф

Глава 2 Что-то холодное капало на лицо Гарри, медленно вытаскивая его из сна, которым он наслаждался. — Мистер Гарри Поттер должен проснуться! Гарри нахмурился, услышав нетерпеливый голос, пытаясь определить говорившего. Однако его тело медленно реагировало, и непрерывное капание сменилось волной ледяной жидкости. — Ай! — Гарри вскочил с кровати, сердце бешено колотилось в груди. — Что… кто… — дрожащей рукой он нащупал очки, которые тут же нацепил на лицо, чтобы лучше видеть. — Добби? — спросил он, его раздражение немного поутихло, когда он прищурился на эльфа, стоящего перед ним. Было еще темно, но он мог различить слабые очертания другого существа. Что еще важнее, он видел ведро с водой, которое только что разбудило его. Должно быть, это что-то важное, подумал он, зевая. — Это не Добби, — нервно ответила эльфийка. — это Тимбл. Гарри сонно кивнул, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать услышанное. Когда это произошло, он резко вскинул голову: — Тимбл? Мама Добби? — Да, мистер Гарри Поттер, — Гарри видел, как она хлопает ушами. — Тимбл — мама Добби. Тимбл также эльф госпожи Бл… — Ш-ш-ш! — Гарри оборвал ее, когда Невилл громко захрапел. Он внимательно прислушался, чтобы убедиться, что остальные все еще спят, затем схватил свою палочку. Жестом указав на дверь, он вывел Тимбл на лестницу. — Я не хочу их будить. — объяснил он. Лестница была хорошо освещена, и теперь он мог разглядеть встревоженное выражение лица Тимбл. — Гермиона? — спросил он, внезапно встревожившись. — С ней что-то случилось? Лаванда сказала, что она…. — Мисс Гермиона… справляется. — вздохнула Тимбл. Ее глаза опустились. — У нее были трудные времена. На мгновение Гарри показалось, что эльфийка сейчас расплачется, но она, казалось, взяла себя в руки. Ее плечи распрямились, и она подняла свой решительный взгляд, чтобы встретиться с вопросительным взглядом Гарри. — Тимбл нуждается в помощи Гарри Поттера. Пятнадцать минут спустя Гарри уже спускался вслед за маленькой эльфийкой по Парадной лестнице к портрету Персиваля Пратта. Оба были надежно спрятаны под мантией-невидимкой. — Так если Гермиона прокляла Беллатрису вечным сном, то зачем я тебе? — спросил он. Тимбл отодвинула портрет от стены, открыв проход, ведущий к Лодочному сараю. Она не ответила, пока они оба не оказались внутри, и Гарри не осветил кончиком своей палочки. — Директор считает, что знает, где находится настоящая коллекция специальных зелий Годрика Гриффиндора. — она начала спускаться по ступеням. — Мистер Гарри Поттер может снять свою мантию, здесь больше никого нет. — Дамблдор думает, что мы сможем найти зелье? — спросил Гарри, засовывая мантию в карман. Кивнув, маленькая эльфийка не замедлила своих быстрых шагов, практически галопом спускаясь по каменным ступеням.  — Директор был очень оптимистичен. — И это сработает, даже если на нее наложено проклятие? Раздался вздох, напомнивший Гарри о Гермионе: — Тимбл не знает наверняка, но мисс Гермиона сказала что-то о зелье, обращающем вспять все, что произошло после выбранного возраста. Все будет так, как будто проклятия никогда и не было. — Ах да. — сказал Гарри, вспомнив, что именно он «открыл» зелье в первую очередь. Еще очень рано, напомнил он себе. Они спустились по лестнице, и Гарри окинул взглядом ряды аккуратно сложенных лодок. — Так где же мы найдем это зелье? — он спросил. Раздался звон, означавший, что она поставила ведро. Затем с края причала донесся голос Тимбл: — В склепе Гриффиндора. Гарри обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как маленькая эльфийка прыгнула в воду. **** Гермиона вздохнула с облегчением, когда Лаванда наконец ушла завтракать. Она всегда выходила последней и никогда не упускала возможности «проверить» Гермиону. Это было бы мило, если бы не тот факт, что Гермиона была убеждена, что девушка действовала исключительно для того, чтобы чувствовать себя важной. Лаванда никогда еще не была такой обеспокоенной. Гермиона зарылась головой в подушку и приготовилась снова погрузиться в сон. Именно в этот момент она услышала, как открылась дверь, и послышался резкий стук шагов по половицам. Все ее тело напряглось, когда портьеры распахнулись. Она не отрывала лица от подушки, чувствуя, что от яркого света у нее заболят глаза. Она ничего не сказала, ожидая, пока незваный гость заговорит. — Мисс Грейнджер, — голос профессора МакГонагалл звучал нехарактерно мягко. — я понимаю, что Вы сейчас не в духе, но, боюсь, Вам придется пойти со мной. Я подожду снаружи, пока Вы оденетесь. Гермиона не двигалась, пока не услышала, как дверь снова закрылась. На какое-то мгновение ей захотелось снова заснуть, но она неохотно выбралась из-под одеял и простыней. Лучше поскорее покончить с этим, сказала она себе, выполняя основное очищающее заклинание, чтобы очистить кожу от грязи, накопившейся за время ее пребывания в постели. Ее конечности одеревенели, когда она переодевалась в школьную мантию, но она почти не замечала этого. Голова у нее была мутная и вялая. Открыв дверь, она проигнорировала зеркало, висевшее на стене. МакГонагалл ничего не сказала о растрепанном виде Гермионы. Вместо этого она сочувственно посмотрела на несчастную девушку.  — Директор хотел бы поговорить с Вами, если Вы готовы? Гермиона кивнула, стараясь не встречаться взглядом с профессором. Вместо этого она уставилась на носки своих туфель. — Нам лучше не заставлять его ждать. — наконец сказала МакГонагалл, хотя в ее голосе прозвучала нотка разочарования. Она повернулась и направилась вниз по лестнице. Гермиона выдохнула, не осознавая, что задержала дыхание, и последовала за МакГонагалл. **** — Что ты делаешь? — крикнул Гарри, бросаясь к краю каменного причала. Тимбл вынырнула на поверхность и покачивалась, как пробка в темной воде, яростно глядя на Гарри. — Директор сказал Тимбл, что она может найти проход в склеп Гриффиндора под Лодочным сараем. — пропищала она. Стук ее зубов выдал, насколько холодной была вода. — Ты ничего не говорила о плавании. — проворчал Гарри, запихивая мантию-невидимку поглубже в карман, чтобы она не выпала. Он сунул очки в другой карман. Крепко сжав палочку, он прыгнул в воду. Вода была ужасно холодной. Он чувствовал себя так, словно его тело было утыкано булавками. Он вынырнул, отплевываясь. — Мистер Гарри Поттер должен сделать глубокий вдох. — наставляла Тимбл, откашливаясь от воды, которую она проглотила, когда прыгнула. — Проход может быть очень далеко внизу… — Ты хоть знаешь, где он? — спросил Гарри, недоверчиво вытаращив глаза. Ее уши затрепетали, когда она покачала головой. — Нет. Был момент, когда Гарри на мгновение представил, как выбирается из воды и идет на завтрак. Но, конечно, он знал, что никогда не поступит так с Гермионой. Он кивнул эльфийке и взглянул на все еще светящийся кончик палочки, чтобы убедиться, что они не будут нырять в темноте. Что-то похожее на благодарность светилось в ее глазах, как будто она могла читать его мысли. — Готовы? Он кивнул. Оба глубоко вздохнули. Затем, с удивительной грацией, которой Гарри не ожидал, Тимбл скользнула под воду. Он неуклюже последовал за ней. Она, казалось, плыла с движениями, похожими на те, которые он видел у русалок, пока Гарри карабкался по камню причала, находя опоры для рук, которые помогали ему карабкаться за эльфийкой. К счастью для него, причал, казалось, простирался до самого дна озера. Свет от палочки позволил ему увидеть, как рука Тимбл взмахнула в сторону узкой расщелины в скалах. Он быстро подплыл к ней. Тимбл нашла небольшой проход, вырубленный в камне дока. Невозможно было сказать, как далеко он уходил в замок, но Гарри отчаянно надеялся, что они скоро найдут воздушный карман. Его легкие начали гореть, и он изо всех сил старался не паниковать, следуя за Тимбл по коридору. Его легкие отчаянно нуждались в воздухе, пока они вдвоем поплыли по проходу за поворотом. Он изо всех сил пытался удержать палочку, когда маленькие черные точки заполнили его зрение. Это не может так закончиться, подумал он, должны скоро всплыть на поверхность! Как раз в тот момент, когда он подумал, что потеряет сознание, он почувствовал, как сильные пальцы Тмбл сомкнулись вокруг его плеча. Его тянули вверх, а потом… Воздух! Он впитывал его, делая глубокие вдохи. Он наполнил его легкие затхлой сладостью, которую, как он чувствовал, он никогда больше не примет как должное. — Спасибо! — выдохнул Гарри маленькой эльфийке, которая покраснела в ответ. Они поднялись в круглую комнату. Мозаичные стены блестели в свете волшебной палочки Гарри. Миллионы ярких осколков создавали потрясающую панораму замка и его территории. Гарри быстро вытащил из кармана очки, надел их и изумленно уставился на сцену. — Там есть лестница, мистер Гарри Поттер. — голос Тимбл эхом разнесся вокруг него, и он обернулся, чтобы увидеть эльфийку, стоящую рядом с каменной лестницей, которая поднималась из воды. Он благодарно улыбнулся, вылезая на поверхность. — Пожалуйста, зови меня Гарри. — сказал он, внезапно осознав, что еще ничего не сказал. Тимбл только слегка покачала головой.  — Мистер Гарри Поттер замерз. — заметила она. Гарри был так поглощен тем фактом, что снова может дышать, что не заметил маленьких облачков пара, которые создавало его дыхание. Но теперь, когда она указала на это, он осознал, как холодно в комнате.  — Оу. — сказал он неуверенно. Раздался щелчок, и Гарри почувствовал себя так, словно его поглотил теплый кокон. Его одежда внезапно высохла, как и все остальное. Улыбка растянулась на его лице:  — Спасибо! Еще один румянец окрасил ее щеки, и она несколько раз откашлялась: — Ну, надеюсь, это правильная комната. — пропищала она, направляясь к большому проходу. Гарри, не скрывая улыбки, последовал за ней. Не было факелов, чтобы осветить их путь, но мозаика продолжалась в проходе — изображая сцены из того, что, как предположил Гарри, было строительством замка, а также отражая свет от палочки Гарри, так что он блестел вокруг них. Он обнаружил, что наслаждается долгой прогулкой, пока его глаза блуждали по различным сценам. В одном Салазар Слизерин и Годрик Гриффиндор стояли, взявшись за руки, у подножия Парадной лестницы. На другой была изображена Ровена Равенкло, склонившаяся над столом с пером в руке, когда она делала пометки в одном из лежащих перед ней томов. Еще на одном изображении Хельга Хаффлпафф счастливо помешивала в кастрюле на кухне Хогвартса. Хотя сцены не двигались так, как на волшебных картинах, Гарри казалось, что он мог видеть, как фигуры в каждой из сцен дышат, как будто они оставались неподвижными до тех пор, пока он не ушел. — Это удивительно. — сказал он. Тимбл оглянулась на него, но ничего не ответила. Во всяком случае, она ускорила свой и без того быстрый шаг, заставив Гарри перейти на бег трусцой, чтобы не отставать. Для существа с такими короткими ногами, подумал Гарри, она двигается удивительно быстро. Она не замедлила шаг, пока они не дошли до конца коридора, когда остановилась так быстро, что Гарри пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы случайно не пнуть ее. Они подошли к другой круглой комнате. Вместо мозаики на стенах были вырезаны слова на разных языках. То тут, то там Гарри казалось, что он узнает латинские фразы, но большинство из них были ему совершенно чужды. В камне были вырезаны четыре прохода, над каждым из которых возвышался один из четырех гербов факультетов. Глаза Гарри немедленно отыскали гриффиндорского льва, и он заметил гриффиндорский проход посередине, рядом со Слизерином. — Подождите. — сказала Тимбл, когда он двинулся вперед. Она рылась в чем-то похожем на карман сбоку от полотенца, которое было на ней надето. Глаза Гарри расширились от удивления, когда она вытащила меч Гриффиндора и протянула его ему. — Где ты это взяла? — спросил он. Тимбл улыбнулась его удивлению:  — Директор. — затем ее лицо стало серьезным. — Мистер Гарри Поттер не должен говорить, когда мы войдем в коридор. — сказала она серьезным тоном. — Это будет опасно, если он это сделает. Волшебники, — она оглядела комнату с нервным выражением на лице. — не должны быть здесь. — Тогда зачем ты привела меня сюда? Глаза Тимбл, их зеленый цвет был слегка выцветшей версией глаз Добби, снова повернулись к нему. — Тимбл нужен гриффиндорец, чтобы войти. — сказала она. — Только истинные гриффиндорцы могут открыть склеп. — Тогда как ты войдешь? — Тимбл — эльф, — сказала она, как будто ответ был очевиден. — Тимбл не может открыть склеп, но Тимбл может идти, куда захочет. Гарри почувствовал неприятное покалывание в затылке, когда ему пришло в голову Г.А.В.Н.Э. Он был уверен, что это была одна из тех вещей типа «Эльфы не люди, и поэтому не считаются». — Я ничего не скажу. — пообещал он, сжимая меч. Кивнув, Тимбл направилась к проходу Гриффиндора. Гарри последовал за ней, надеясь, что они найдут то, что искали. **** Гермиона почувствовала легкое удивление, когда вместо того, чтобы проводить ее в кабинет Дамблдора, МакГонагалл повела ее в Подземелья. Смесь любопытства и страха смешалась в ее животе, когда она последовала за своим профессором мимо класса зелий. Они также миновали коридор, который вел в общую комнату Слизерина. МакГонагалл резко остановилась у двери в конце коридора и резко постучала по дереву. — Я привела мисс Грейнджер. — сообщила она ему, проводив девушку в то, что, должно быть, было личными покоями Снейпа. Они вошли в небольшую гостиную. Там было несколько жестких на вид кресел, стол и несколько хорошо заполненных книжных шкафов. — А теперь скажи мне, почему мне понадобилось приводить ее сюда… Альбус, — голос МакГонагалл наполнился ужасом. — что все это значит? Гермиона напряглась, когда, наконец увидела, что удивило МакГонагалл. Через открытую дверь, ведущую в спальню Снейпа, была хорошо видна кровать, а на кровати… Голос МакГонагалл был шокирован: — Беллатриса? **** Почему все эти проходы такие длинные? думал Гарри, пока они с Тимбл шли по извилистому коридору. Его желудок громко жаловался каждые несколько минут, напоминая ему, что он довольно сильно напрягается на пустой желудок. Они обогнули еще один поворот, и Гарри чуть не закричал от удивления, когда увидел, что их ждет. Проход был в основном огорожен стеной. По бокам крошечной двери стояли две знакомые статуи львов. Гарри был очень счастлив, когда они оставались неподвижными. Однако это было не самое удивительное. Перед дверью стоял эльф. Или, по крайней мере, Гарри подумал, что это эльф. Его кожа была серой и, казалось, была сделана из того же камня, что и у львов. У него была такая длинная борода, что она лежала, свернувшись, на полу у его ног. На нем был холщовый мешок, а в руке он держал высокий золотой посох, инкрустированный рубинами. Его глаза были молочно-белыми, и по коже Гарри побежали мурашки, когда он уставился в непрозрачные шары. Когда древний эльф заговорил, это прозвучало так, как будто кто-то трет два камня друг о друга. — Они называют нас Грифф. Мы — верные домовые эльфы мастера Годрика Гриффиндора. Гарри не знал, кто такие «мы», и поймал себя на том, что оглядывается в поисках признаков других эльфов. Когда он не нашел ни одного, он вернулся к своему осторожному наблюдению за взаимодействием между эльфами. Тимбл шагнула вперед, ее маленькие плечи расправились.  — Они называют меня Тимбл. Я верный домовой эльф госпожи Беллатрисы Лестрейндж. Это Гарри Поттер, истинный гриффиндорец. Грифф склонил голову набок. — Мы решим, правда это или нет. Тимбл жестом велела Гарри выйти вперед, и волшебник повиновался. От старого эльфа исходил тошнотворно-сладкий запах, и Гарри с трудом сдерживал выражение лица, когда наклонился перед ним. — Отдай нам меч. — потребовал он. Гарри подчинился, отдавая меч и наблюдая, как эльф осматривает его. — Дай нам свою руку. Протянув руку, Гарри пришлось прикусить язык, чтобы не вскрикнуть, когда эльф поцарапал его руку скрюченным ногтем. Тонкая струйка крови просочилась из царапины, и Грифф провел по ней пальцами. Затем он постучал пальцами по двери позади себя. Гарри почувствовал приступ отвращения, когда его кровь заблестела на каменной двери. Затем послышался шаркающий звук, когда дверь медленно открылась. — Мы удовлетворены. — простонал Гриф. — Зачем вы пришли к нам? — Тимбл ищет зелье для своей Госпожи. — эльфийка подошла ближе. Грифф выпятил челюсть.  — Значит, вы пришли не в то место. Мы не аптекари. — Есть только одно зелье, которое может спасти госпожу. — настаивала Тимбл с ноткой отчаяния в голосе. — Тимбл должна найти зелье Второго Шанса! Директор думает, что оно может быть здесь, с волшебником, который его создал. — Он прав, но это не отменяет того факта, что мы не можем удовлетворить эту просьбу. — О, пожалуйста, — воскликнула Тимбл, бросаясь на колени. — Тимбл должна спасти свою Госпожу. Тимбл сделает все, что угодно! Что угодно! — Что угодно? — на лице эльфа появилось задумчивое выражение. — Подойди сюда. — он протянул руки. Тимбл, шатаясь, поднялась на ноги и, спотыкаясь, подошла ближе к древнему эльфу. Он положил руки по обе стороны от ее лица и пробормотал слово, которое Гарри не узнал. Тимбл забилась в конвульсиях, вскрикнув от боли, когда она затряслась между его руками. Гарри рванулся вперед с намерением оттащить ее, но не успел он подойти к ней, как ее отпустили. Гарри подхватил ее как раз перед тем, как она упала на пол. Его брови нахмурились, когда он бросил взгляд на пожилую эльфийку, но он держал рот на замке, помогая Тимбл встать на ноги. Она осторожно потерла виски, морщась то тут, то там. — Ты видела очень многое. — прокомментировал эльф своим скрипучим голосом. — Мы можем понять, почему ты ищешь зелье. Мы должны подумать об этом. Гарри похлопал Тимбл по спине, а старший эльф продолжал смотреть вдаль. Он начинал думать, что Грифф ему не очень нравится. Его урчащий желудок поддерживал эту мысль, пока между ними тянулись минуты. Наконец, эльф повернулся лицом к паре, стоявшей перед ним. — Мы решили, что ваше дело достойно. Мы хотели бы дать вам шанс. Готовы ли вы выполнить тест Домового Эльфа? Гарри в замешательстве наморщил лоб, но Тимбл ответила без колебаний: — Конечно. Грифф кивнул и вернул меч Гарри, затем медленно наклонился, чтобы собрать бороду в руки. — Следуйте за нами. — сказал он, поворачиваясь, чтобы пройти в дверь. — Подождите здесь. — сказала Тимбл, не глядя на Гарри. Гарри ничего не оставалось, как ждать, пока Тимбл исчезнет за дверью. **** Гермиона, не раздумывая, шагнула вперед, прошла через дверь и остановилась в изножье кровати. Ее глаза, не мигая, смотрели в лицо женщины, которую она любила больше всего на свете, и ей казалось, что ее сердце снова разбивается. — Она… — МакГонагалл, казалось, не могла закончить предложение. — Она жива, — добавил Дамблдор, и Гермиона почувствовала, что дышит немного легче. — но едва жива. Ее эльфийка оберегала ее от смерти. Гермиона почувствовала, как горячие слезы покатились по ее щекам. Она не знала, как Тимбл узнала о состоянии Беллатрисы, но внезапно почувствовала огромную благодарность к эльфийке. — Она не может оставаться здесь. — выдохнула МакГонагалл. — Если она проснется… Голос донесся из угла, напугав и Гермиону, и МакГонагалл. — Она не проснется, — сообщил Снейп заместителю директора. — Ваша ученица прокляла ее. — Это правда? — спросила МакГонагалл. Гермиона неопределенно кивнула, все еще не сводя глаз с Беллатрисы. — Она заставила меня. — прохрипела она.  — И почему же? — спросил Снейп, его голос сочился чем-то, что звучало очень похоже на горечь. Гермиона облизнула губы.  — Она сказала, что… что он заставит ее убить меня. Она не хотела этого делать, и она н-не хотела просить Орден о помощи. Она не хочет… — остальные ее слова прозвучали шепотом. — больше б-быть живой. Снейп подошел к кровати так, что оказался рядом с Гермионой. — Идиотка. — прошипел он. Удивленно вскинув голову, Гермиона ожидала встретить его презрительный взгляд, но вместо этого он уставился на неподвижную фигуру Беллатрисы. Она поняла, что он все еще заботится о ней. Из воспоминаний она знала, что когда-то эти двое были близки, но думала, что их дружба, если ее можно так назвать, сохранилась. — Мисс Грейнджер, — голос Дамблдора вывел ее из задумчивости. — я полагаю, что Вы недавно искали зелье, которое, скажем, повернуло бы время вспять для Беллатрисы? — Его не существует. — глухо сказала Гермиона, снова переводя взгляд на Беллатрису. — Что, если я скажу Вам, — она услышала улыбку в голосе Дамблдора, даже не глядя на него. — что оно может существовать? **** Стена, которая заканчивала проход, состояла из трехсот двенадцати кирпичей. Гарри пересчитал их шесть раз, чтобы убедиться. Рев в животе давно утих, превратившись в мучительную боль. Он сидел, ссутулившись, прислонившись к каменной стене прохода, меч лежал рядом с ним. Он ненадолго сделал нерешительную попытку пересмотреть то, что он узнал на своем последнем уроке Защиты от Темных Искусств, но его мысли продолжали блуждать к Тимбл. Он придумал различные сценарии того, что может произойти. В лучшем случае Тимбл должна была выпить чаю и ответить на несколько вопросов, в то время как корзина, полная пухленьких котят, играла у ее ног. В худшем случае ей придется скакать на драконе в озеро магмы, надев плащ из битого стекла. Он отвлекся от мыслей о последнем, собрав камешки с земли и посмотрев, можно ли бросить их в пасть львам. Их зубы продолжали мешать, но он был полон решимости добиться успеха. Наконец ему удалось закинуть самый крошечный камешек, который он нашел, в рот одному из них, когда древний эльф снова появился. Гарри чуть было не спросил о Тимбл, но вспомнил, что ему не разрешено говорить. Ему пришлось довольствоваться вопросительным взглядом на древнего эльфа. Грифф молчал. Что-то пошло не так. Гарри был в этом уверен. Его сердце заколотилось в груди, когда он представил себе сцену с магматическим драконом, и он быстро повернулся, чтобы поднять меч. Может быть, старый эльф был бы более мотивирован, если бы меч был направлен ему в лицо. Но еще одно движение в дверях остановило его. Эльфийка Беллатрисы вышла из склепа с царапинами на предплечьях, следами ожогов на полотенце, синяками, покрывающими ее крошечное тело, и… Бутылка с зельем. Гарри одарил ее своей самой счастливой улыбкой, на которую она победоносно ответила. — Мы впечатлены. — сказал Грифф. — Мы надеемся, что Ваша Госпожа мудро использует свой Второй Шанс. — Благодарю. — сказала Тимбл Гриффу, прижимая бутылку к сердцу. Из ее глаз текли слезы, но она излучала счастье. — Давайте передадим это мисс Гермионе. — прощебетала она Гарри с решительным выражением на лице, направляясь к проходу. Гарри развернулся, чтобы не отстать, но его остановил голос Гриффа.  — Мы желаем Гарри Поттеру удачи в его борьбе с Темным Лордом. Гарри кивнул и, помахав на прощание рукой, поспешил вслед за Тимбл. Она уже кричала ему в ответ: — Быстрее, мистер Гарри Поттер, быстрее! **** Гермиона сидела в кресле у кровати Беллатрисы. Прошло несколько часов с тех пор, как она рассказала историю о том, как Беллатриса заснула, и МакГонагалл, и Дамблдор согласились, что она заслуживает немного времени наедине с темной ведьмой. МакГонагалл была потрясена нарушением правил, и у Гермионы возникло ощущение, что, если бы она не убрала самого сильного последователя Волдеморта, она бы потеряла изрядную сумму очков для Гриффиндора. Хотя, вероятно, недостаточно, по стандартам Снейпа. На протяжении всей ее истории бывший мастер зелий был очень щедр на слова «исключение» и «если бы вы были в Слизерине». Дамблдор, с другой стороны, не упомянул о риске или о значительном недостатке внимания, которое она испытывала как к своей личной безопасности, так и к школьным правилам. Он просто издавал сочувственные звуки и передал ей свой носовой платок, когда она плакала так сильно, что не могла говорить. Она сидела, обхватив руками одну из рук Беллатрисы. Тепло кожи под ее пальцами немного успокаивало, хотя она и не смела надеяться, что решение будет найдено. Шум в гостиной заставил ее поднять глаза. Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Гарри с широкой улыбкой на лице. — Она сделала это! — прокричал он, бросаясь поднимать Гермиону. — Что она сделала? — спросила Гермиона, и в ее груди расцвела надежда. Но Гарри не ответил. Вместо этого он втолкнул брюнетку в дверь, где ее приветствовали счастливые лица МакГонагалл, Дамблдора и Тимбл. Следующее, что она помнила, была бутылка с зельем, полная фиолетовой жидкости, которая была зажата в ее руках. Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать это, затем… — ТЫ СДЕЛАЛА ЭТО! — взвизгнула Гермиона. Счастье взорвалось в ее груди. Она наклонилась, чтобы заключить эльфийку в крепкие объятия, целуя ее по всему лицу. Гарри был следующим, покраснев, когда Гермиона осыпала его щеки поцелуями. Потом она рассмеялась и обняла их обоих. — Тимбл рада снова видеть улыбку мисс Гермионы. — прокомментировала эльфийка, ее лицо было красным, как помидор. Даже Снейп позволил легкой улыбке промелькнуть на своем лице, когда узнал эту новость. Конечно, это быстро сменилось его обычным стоическим выражением лица. — Я очень надеюсь, что это означает, что вы найдете для нее более подходящее жилье. — протянул он. — Вторую половину зелья нужно будет варить по крайней мере месяц, и я хотел бы поспать до этого. ***** В конце концов, Беллатрису перевели в комнату рядом с кабинетом МакГонагалл. Она была закрыта, чтобы никто из студентов не мог наткнуться на спящую Пожирательницу Смерти, и МакГонагалл создала вторую дверь, в которую можно пройти через ее кабинет. Комната была маленькой и пустой, за исключением кровати, на которой лежала Беллатриса, и набора стульев, которые были расставлены там, чтобы шесть человек, которые знали об этой комнате и ее обитательнице, могли сидеть, когда они приходили. Гермиона навещала ее ежедневно, иногда приводя Гарри, обычно сопровождая Тимбл. — Ты же знаешь, что мы должны сказать Рону, верно? Гермиона оторвалась от своей Продвинутой книги по трансфигурации: — Конечно. Они сидели по разные стороны кровати Беллатрисы, оба с открытыми учебниками. Но в то время как Гермиона, казалось, действительно читала свою книгу, Гарри задумчиво смотрел в открытое окно туда, где виднелся край поля для квиддича. Послеполуденный свет наполнил комнату теплым сиянием. — Рано или поздно он узнает. Лично я думаю, что мы должны были сказать ему, как только нашли зелье. Раздражение отразилось на лице Гермионы, когда она открыла рот, чтобы возразить, но была прервана, когда дверь распахнулась. — Тимбл принесла яблоки. — радостно объявила эльфийка, пронося через дверь корзину, наполненную красными яблоками. Книга, которую Гарри держал в руках, со щелчком закрылась, когда он нетерпеливо наклонился вперед, чтобы взять самое большое яблоко. С тех пор как они с Тимбл вернулись из своего приключения, эльфийка изо всех сил старалась снабжать его едой. — Спасибо! — с благодарностью сказал он, вгрызаясь в хрустящую мякоть. — Спасибо, Тимбл. — сказала Гермиона, закрывая свою книгу и кладя ее на край кровати Беллатрисы. Она откусила кусочек от своего яблока и удовлетворенно жевала, пока все трое сидели в дружеском молчании. Теплый майский ветерок взъерошил волосы Гермионы, принеся с собой весенний аромат влажной земли и молодой травы. Она глубоко вдохнула, чувствуя, что все, на этот раз точно, должно сработать. Именно в этот момент дверь распахнулась во второй раз, и в комнату вошло сияющее лицо Альбуса Дамблдора, за которым следовали МакГонагалл и Снейп. — Готово? — спросила Гермиона, широко раскрыв глаза. Она вскочила на ноги, как только увидела выражение лица директора. Он кивнул: — Профессор Снейп определил, что это так, — сказал он. — Как видите, сегодня утром он добавил кровь единорога…. Глаза Гермионы отыскали пузырек с жидкостью, который держал Снейп. Теперь зелье было чистым, но, казалось, переливалось всеми цветами радуги. — Если все пойдет по плану, Беллатриса снова проснется шестикурсницей. Гермиона кивнула. Дамблдор и Снейп полагали, что зелье вычтет годы с даты введения зелья. Если они были верны, Беллатриса проснется со всеми своими воспоминаниями до 13 мая своего шестого курса. Дамблдор любезно объяснил это, когда она нервно призналась в своих страхах, что Беллатриса проснется в свой 17-й день рождения и поэтому не вспомнит признание Гермионы о ее путешествии во времени. Это было прекрасно. 13 мая было через несколько дней после их битвы в поле в маггловской деревне. Было несколько воспоминаний из их последнего месяца вместе, которые Гермиона хотела бы, чтобы Беллатриса помнила, но она была вне себя от восторга, что Беллатриса будет помнить большую часть их совместного времени в школе. — Чтобы оно подействовало может потребоваться несколько дней. — предупредил ее Снейп, подходя к изголовью кровати. — И все еще есть шанс, что это вообще не сработает. Кивнув в знак понимания, Гермиона орлиными глазами наблюдала, как Снейп опрокинул содержимое флакона в горло Беллатрисы. На мгновение все взгляды устремились на спящую ведьму. Не было слышно ни звука, пока они ждали, что что-то произойдет. — Ничего не случилось. — без всякой необходимости заявил Гарри. Сердце Гермионы немного упало, но она отказалась терять надежду так скоро после того, как наполнила его.  — Ну, похоже, что это не будет «мгновенным решением». — усмехнулся Дамблдор. — Кто-то однажды сказал мне, что все хорошее требует времени, так что, возможно, это и к лучшему. Гермиона опустилась обратно на стул и потянулась, чтобы взять Беллатрису за руку. Она твердо намеревалась оставаться там до тех пор, пока не узнает наверняка, подействовало ли зелье. Несколько часов спустя МакГонагалл прислала эльфа с подносом, уставленным едой для Гермионы и Гарри. Ее друг оставался рядом с ней, пока МакГонагалл не вернулась в их комнату несколько часов спустя и не приказала ему лечь спать. Однако, к удивлению Гермионы, профессор наколдовал раскладушку, чтобы она могла спать рядом с Беллатрисой. — Будет лучше, если она увидит знакомое лицо, когда проснется. — объяснила МакГонагалл. На следующее утро, когда она наклонилась над кроватью, чтобы проверить темную ведьму, Гермиона вскрикнула от удивления.  — Профессор! Через несколько мгновений в комнату ворвалась слегка взъерошенная МакГонагалл: — Она проснулась, дышит? — Она дышит, — заверила Гермиона, чувствуя себя немного виноватой из-за взволнованного выражения лица своего профессора. — она еще не проснулась, но посмотрите! МакГонагалл осмотрела неподвижную фигуру, в ее глазах появилось возбуждение. Волосы Беллатрисы, которые раньше были с проседью, теперь были гладкими, блестящими и черными, как в молодости. Кроме того, тонкие морщинки вокруг ее глаз и рта почти полностью разгладились. — Это очень хороший знак, — медленно произнесла МакГонагалл, и редкая улыбка появилась на ее лице. — очень хороший знак. Гермионе казалось, что она не моргнула ни разу за те три дня, что потребовались зелью, чтобы сотворить свою магию. МакГонагалл приходила через равные промежутки времени, чтобы убедиться, что Гермиона разминалась и позаботилась о своих основных потребностях. Гермиона, возможно, вообще не согласилась бы покинуть комнату, если бы не тот факт, что Тимбл (которая появилась вскоре после того, как МакГонагалл отослала Гарри в ту первую ночь и с тех пор не выходила из комнаты) упомянула что-то о том, что Гермиона не хотела, чтобы Беллатриса проснулась с вонючей подружкой. Брюнетка возмущенно пискнула, а затем быстро выбежала из комнаты, чтобы принять ванну и переодеться. Однако на третью ночь ничто в мире не могло заставить Гермиону покинуть эту комнату. Все шрамы, морщины и следы тех трудностей, которые пережила Беллатриса, исчезли. Фигура на кровати так мало напоминала женщину, в которую превратилась Беллатриса, что Гарри уставился на нее, когда впервые увидел. Ее фигура стала полнее, щеки округлились, кожа стала гладкой. — Она хорошо выглядит. — прокомментировал Гарри, его глаза все еще были широко раскрыты, когда он сел рядом со своей подругой. Раздался тихий смех, и Гермиона потянулась, чтобы убрать выбившийся локон с лица Беллатрисы. — Я понимаю, почему ты… Я имею в виду, теперь это имеет больше смысла, когда я… — смущение окрасило его щеки, когда он замолчал. — Подожди, пока не услышишь, что она говорит. — сказала Гермиона, ее глаза сияли, когда они терпеливо смотрели на лицо Беллатрисы. Помолодевшие черты лица слегка сморщились во сне, и Гарри подпрыгнул почти на фут в воздух. — Она делает это весь день. — засмеялась Гермиона. Она не упомянула, что сделала то же самое в первый раз, когда почувствовала, как рука Беллатрисы сжала ее руку. — Надеюсь, она скоро проснется. — Я верю, что так и будет. Двое студентов обернулись и увидели, как в комнату вошел Дамблдор в сопровождении профессора МакГонагалл. — Я решил составить вам компанию, пока мы ждем, когда проснется мисс Блэк. — Мисс Блэк? — удивленно спросил Гарри. МакГонагалл кивнула, усаживаясь рядом с Дамблдором напротив двух студентов: — Профессор Дамблдор попросил Кингсли взять копию из Министерства копию свидетельства о браке между Беллатрисой и Родольфусом. Дамблдор улыбнулся: — Похоже, что подпись мисс Блэк исчезла рано утром, аннулируя брак. Тимбл, сидевшая на табурете рядом с Гермионой, торжествующе улыбнулась своей хозяйке. Гермиона не смогла сдержать радостного смеха, вырвавшегося из ее груди. Она улыбнулась Гарри и двум профессорам. — Это фантастическая новость! — Что фантастическая новость? — к разговору присоединился сонный голос. Пять других существ в комнате напряглись и уставились широко раскрытыми глазами на фигуру между ними. Беллатриса, с затуманенными ото сна глазами, моргнула, глядя на них. — Что случилось? — спросила она, ее голос был как бальзам на нервы Гермионы. Темная ведьма крепко сжала руку Гермионы, когда ее глаза остановились на Гарри. — Кто ты? — спросила она. В идеальном мире Гермиона не выбрала бы первые слова Беллатрисы, обращенные к Гарри, чтобы они звучали так похоже на ее племянника. В его тоне звучала та же властность, которая была характерна для слизеринцев. Она открыла рот, чтобы представить молодого волшебника, но остановилась, заметив, что Беллатриса пристально смотрит на профессора МакГонагалл. Темная ведьма потерла глаза и уставилась на старшего профессора почти оскорбительным взглядом. Ее глаза метались туда-сюда между МакГонагалл и Гермионой, а затем замешательство рассеялось. Гордая улыбка растянулась от уха до уха, когда она пристально посмотрела на брюнетку. — Я знала, что ты сможешь это сделать! — затем, на глазах у всех, она бросилась вперед и поцеловала Гермиону в губы. Четверо людей дали Беллатрисе приблизительное описание того, что произошло (Гермиона пообещала заполнить больше пробелов на следующий день), в то время как Тимбл вызвала из кухни все любимые блюда темной ведьмы. Гермиона позволила Беллатрисе затащить ее на кровать, когда Дамблдор кратко изложил события, которые привели к тому, что она была помещена под сонное проклятие. Конечно, директор не знал всех подробностей, но Гермиона обнаружила, что не может говорить об этом. Она просто прислонилась к своей возлюбленной, когда другая ведьма защитно обняла ее и с восторженным вниманием слушала каждое слово, исходившее из уст Дамблдора. Затем настала очередь Гарри. Он рассказал ведьме все о приключении, в котором они с Тимбл отправились за зельем. — Так что на самом деле мы должны поблагодарить Тимбл за это. — объяснил он, кивнув туда, где маленькая эльфийка тихо стояла у кровати — слезы текли по ее лицу и капали с края ее длинного носа. — Я вижу. — сказала Беллатриса, тепло сияя в ее глазах, когда она улыбнулась эльфийке. Она наклонилась и положила эльфийку на кровать между собой и Гермионой. Она рассмеялась и поцеловала Тимбл в макушку. — Спасибо, Тимбл, — серьезно сказала она, крепко обнимая эльфийку. — ты лучший эльф в мире. Я не знаю, что бы я делала без тебя. Когда Тимбл разрыдалась, Дамблдор подал знак Гарри. Тихо, не мешая маленькому воссоединению, директор, МакГонагалл и Гарри выскользнули из комнаты. — Я думаю, можно с уверенностью сказать, — в глазах Дамблдора появился веселый блеск. — что зелье сработало. И тут Гарри в изумлении уставился на профессора МакГонагалл, разразившуюся хохотом.