It's a love shot

- Ну так и стукнул бы, раз хотелось, - смеется Чангюн. - Разговорились бы раньше. Я же не знал, что ты вообще станешь со мной говорить, ты же... Ну, держался так, что казалось, что что бы я ни делал, ты все равно будешь беситься. Ты меня тоже раздражал, но... Как бы это объяснить? Не ты сам по себе, а какие-то мелочи, которые ты старательно подчеркивал. А если в целом... Ну, в целом я не умею ненавидеть человека, если совсем его не знаю. А теперь начал узнавать - и ненавидеть уже не смогу, ты мне нравишься. Как может, так и объясняет! Но да, как раз именно такая прямота в нем обычно и раздражает окружающих, а вовсе не сложное лицо и отстраненность, они мешают гораздо меньше, чем привычка говорить все как есть, ничего не смягчая. Чангюн обычно не думает о том, что нужно дать собеседнику возможность сохранить лицо, а в любой азиатской стране это очевидный недостаток. - Зачем такие сложности? - удивляется бармен и смешно дергает бровью. - Если ты чего-то хочешь, просто скажи, зачем что-то выдумывать? Поедем кататься, когда захочешь, это же здорово! Про "напроситься" он тоже не понимает, потому что сложно напроситься к тому, кто и сам будет рад провести время вместе, тем более если речь идет о скорости и свободе. Если поделиться таким счастьем не с кем, оно ощущается каким-то неполным, но если находишь того, с кем можно ловить ветер, это уже двойное счастье, и Чангюну сейчас это очень нужно. - Где мне можно лечь? И, наверное, надо сперва все устроить, а потом мазать мне спину мазью, чтобы тебе потом осталось только вымыть руки? - спрашивает он. - Футболка, наверное, сильно пропахнет этой гадостью, я тебе потом другую привезу. Удобно, что можно просто взять своего размера!

***

- Конечно, ты же бармен, - объяснение из разряда "Ю Кихён как всегда". Логика? Какая логика? - Конечно, я шипел на все, что ты делаешь. И не могло быть иначе, - не могло, но Ки и сам понимает, что Чангюн ему нравится, он может оказаться хорошим приятелем. Может быть даже другом? - А ты оказался совсем другим, так что, кажется, я даже готов сдаться, - он демонстративно закатывает глаза - как же, такая битва века. Но он действительно сейчас думает, что уж пусть лучше это будет Чангюн, чем очередной тупой незнакомец. И что на работе может быть интересно общаться. Что - может быть... - он все-таки сможет перестать сравнивать каждого нового коллегу с Минхёком. - Ну не знаю, может, тебе это и не кажется сложностями, - смеется Ки, - но ты только представь свою реакцию, если бы я к тебе с просьбой "покататься" подошел без этого всего, - он делает непонятный жест, явно обозначая прошедший вечер. - На скольких языках ты бы меня послал и как далеко? Сам бы он точно послал. Вот даже сомневаться не приходится. И вообще картинка кажется чересчур сюрреалистичной и в голове не укладывается. - А ты правда согласен? Я не ожидал, что мне так понравится, я же никогда не ездил раньше на мотоциклах, для меня это слишком... - страшно? массивно? наверное, все вместе. - А оказалось, что это очень здорово. - Я постелю тебе тут, - он кивает на диван. - Он раскладывается и вполне удобный. Ты во сколько обычно просыпаешься? - спешить некуда, но Кихён знает, что без утреннего кофе он не будет даже нормально ползать, так что важно не разбудить Чангюна и если что забрать в комнату хотя бы чайник. На слова о футболке он только машет рукой, мол, забей, постираю, а потом тихо хихикает про себя - не нужны ему футболки от Чангюна, Ки черное не носит. Потом он убирает и домывает посуду и идет в комнату за постельным бельем, оставляя бармену самому отодвинуть стол и раздвинуть диван. И убрать хомячка в клетку, конечно же.

***

Логика Кихёна очень кихёновская и какая-то совсем не логичная, но Чангюна это не смущает. И то, что из этого объяснения он ничего не понимает, - тоже, потому что главное не это, а то, что бариста готов признать, что он ему тоже понравился. Ну то есть это было понятно и раньше, но приятно же услышать, как он сам говорит об этом. И что он готов отказаться от этой непонятной вражды - это тоже очень приятно. Зачем тратить нервы на такое, когда они могут стать неплохими приятелями, а то и друзьями? - Я бы подумал, что тебе надоело фырчать, и ты наконец-то решил поговорить нормально, ну и нашел простой и очевидный повод, все же знают, что я гоняю на байке, - Им живет в очень простом мире, да. Простом, понятном, без перемешанных эмоций, да у него даже тараканы в голове какие-то очень логичные и послушные. - Так что послал бы я тебя открывать карту и выбирать маршрут. А куда, кстати, ты хотел бы съездить? Я бы для начала предложил просто поездить по ночным улицам, чтобы не было неприятно из-за того, что кругом машины, и вообще - так проще привыкнуть. Но в городе совсем быстро ездить нельзя, а ночью и на трассах намного свободнее, так что тоже можно будет выбраться. На вопрос о том, правда ли он согласен вместе покататься, Чангюн не отвечает, зачем? Даже хомячку понятно, что он хочет этого не меньше, чем Кихён, так для чего же все портить словами? Тем более что говорить красиво он не умеет, а говорить о скорости и свободе как раз нужно красиво. Потом они прикидывают, во сколько завтра нужно встать, чтобы и не слишком рано, и обоим удобно, и Кихён, закончив с делами на кухне, уходит за постельным бельем, а его гость осторожно переселяет хомячка в его домик, осторожно отодвигает стол, стараясь не растревожить больную спину, а потом пытается справиться с диваном, но нет - это уже слишком. Так что к моменту возвращения хозяина квартиры он сидит на полу, обхватив себя за поясницу, морщится и кусает губы, - больно, но ругаться на всю квартиру сейчас точно нельзя, а отвлечься от боли как-то нужно.

***

- Я бы до такого не додумался, - честно признается Кихён. Ни до "перестал фырчать", ни просто подойти с такой просьбой. А если бы каким-то чудом и подошел, а Чангюн согласился, все время ждал бы подвоха и думал о том, где именно его скинут с мотоцикла и где потом будут закапывать. А ему умирать нельзя, у него животные не кормлены! - И вообще я слышал, что наши тебя уже просили их покатать, а ты отказывался, так что ты все равно бы не согласился. Ну да, никак бы не согласился. Чтобы решить покатать бариста, с которым враждуешь с первого дня в ресторане, отказываясь при этом катать девушек? Нет, это точно что-то нереальное! - А я не знаю, куда повезешь, - но теперь он почему-то доверяет Иму и не задумывается обо всех тех возможных опасностях. - Я же в этом вообще не разбираюсь, я первый раз на такого монстра сел сегодня, - монстра, разумеется, в хорошем смысле, и по Кихёну это очень видно. Когда Ю возвращается с постельным, Чангюн сидит на полу и ему очевидно плохо. - Ой, - Ки бросает постельное и закрывает рот руками. - Прости, пожалуйста, я такой тупой! Расслабился и совсем не подумал, - звучит на самом деле довольно своеобразно, ведь становится понятно, что в этот момент Кихён воспринимал Чангюна не как бармена, которому обещал помощь, а как приятеля, который просто остался у него ночевать. - Все совсем плохо? Ты встать сможешь? Он протягивает руки, пытаясь понять, как лучше поднимать пострадавшего с пола. Потом сам раскладывает и застилает диван, все так же виновато смотря на гостя. Ему действительно очень неловко - предложил помощь, а сам...