It's a love shot

Кихён ничего не знает о том, что происходит с Чангюном - после объяснения с Наён он действительно напивается, и это кажется решением, так ему проще - хотя бы какое-то время. Он знает, что так нельзя, что ему будет плохо, но ему действительно очень нужно отключить мешающий мозг. Он отключает его так хорошо, что чуть не бежит среди ночи на другой конец города - хорошо, что ключи он все-таки отдал. Вылезти в окно он пока не попытался, и это тоже хорошо, слишком высоко. Как прошла ночь он не помнит, следующий день тоже в тумане, но уже после полуночи он немного приходит в себя, с отвращением смотрит на опухшую от слез и алкоголя физиономию и долго принимает душ. Как ни странно, ему действительно помогло, хотя Мунбёль смотрит очень укоризненно, а малыша Ли он долго не может найти - похоже, он выпустил его побегать и хомячок забрался под какой-то шкаф. Кихён странно спокоен - отключив мозги, он мог только чувствовать, что для него важно и насколько, и ответ в общем-то пришел сам. Он столько лет выстраивал свою новую жизнь, а сейчас снова пытался думать прошлым, жить не свою жизнь, а ту, которую от него хотели бы - но ведь теперь это не имеет никакого смысла, его все равно не примут дома. Зачем же тогда так себя ломать? Теперь он честно принимает то, что ничего не исчезло, что для него это нормально, что он влюбился в лучшего друга и ему наплевать, кто посчитает его из-за этого больным. Разрушить что-то больше, чем уже разрушено, все равно вряд ли возможно. Звонить Чангюну среди ночи он все-таки не рискует, будить Хёну - тоже, и до рассвета занимается наведением порядка в квартире, готовит еду, успокаивает животных. Ближе к утру - ему уже все равно, что еще очень рано, - он пытается дозвониться Чангюну, но телефон у него выключен, и Кихён начинает переживать. Конечно, мог просто разрядиться, но не бояться не получается, так что Кихён будит Хёну, тот открывает его и отдает ключи - даже соглашается, что его сосед и правда немного похож на адекватного, - и Ки вызывает такси и едет домой к другу. Несмотря на то, что он мог бы пойти на занятия, у него даже мысли такой не возникает. Но дома его друга нет, и это пугает еще больше. В студии тоже - туда Ки тоже приезжает, и оттуда спешит в ресторан - хотя еще рано, может быть, он все-таки там? Чангюн оказывается не там, но именно в ресторане ему говорят о том, что его друг с вечера субботы в больнице. Кихён вытрясает название и адрес и мчится туда, ругая себя последними словами. С вечера субботы. Это ведь только его вина.

***

В больнице Кихёна встречают очень радостно: к Чангюну никто не приходил, дозвониться получилось только до ресторана, в котором он работает, родственников они не нашли - но ведь и не найдут, Ки им тут ничем не поможет, их просто нет. Поэтому все вопросы о том, чем пациент раньше болел, есть ли у него аллергия и так далее, обрушиваются на единственного пришедшего в отделение человека. Кихёну сообщают, что у Чангюна сотрясение мозга и сломана левая рука, но в целом он легко отделался, учитывая, что мотоцикл его ремонту уже не подлежит. Но перелом сложный, ему будут делать операцию, когда он сможет нормально переносить наркоз - первые сутки после аварии его почти все время рвало, что при сильном сотрясении мозга, к сожалению, совершенно нормально. В палату Кихёна пускают не сразу - сперва Чангюна осматривает врач, который потом рассказывает о плане лечения более подробно, потом нужно дождаться, пока закончится капельница, потом приходит медсестра, чтобы сделать еще пару уколов, в общем, насидеться под дверью и испереживаться есть все возможности. Но зато потом наконец-то можно поговорить. - Ки... Прости, что не приехал к тебе. Я как раз хотел, но... - Чангюн очень бледный, у него перевязана голова - врач что-то говорил о нескольких небольших швах на голове и одном большом на левой голени, но смотрится это хуже, чем звучит. Левая рука в гипсе, правая вся в синяках и закрывающих ссадины пластырях, несложно догадаться, что то, что скрыто под больничной пижамой и одеялом, выглядит не лучше. - Как ты? Он пытается улыбнуться, и улыбка получается виноватой: не приехал, не смог быть рядом, когда Ки было плохо, наверное, еще и заставил волноваться.