It's a love shot

Кихён все-таки привыкает жить с Чангюном - не то чтобы ему это далось так легко, но быть рядом все-таки хочется больше, чем быть у себя. Если даже он едет к себе домой один, он очень быстро начинает скучать и еще быстрее - беспокоиться. Хотя все заживает вроде бы хорошо, до момента, когда Чангюн будет в порядке, еще очень долго. Больше всего его беспокоит то, что на работу теперь приходиться ездить очень далеко, возвращаться оттуда долго, и это кажется привыкшему гулять в ресторан пешком Ки бездарнейшей тратой времени. Зато он успел найти нескольких учеников, с кем занимается теперь английским - школьники знают язык отвратительно, так что работы по специальности у него наверняка будет очень много. Наверное, можно вообще уходить из ресторана и идти куда-то преподавать, но эта мысль для него сложная. - Мы можем сдать мою квартиру, - он уже думал об этом, когда понял, что все равно не сможет туда вернуться и жить так далеко от Чангюна. - Она, конечно, ближе к работе, потом мы могли бы оба оставаться там перед сменами, но это глупо - она же в основном стоит пустая. Пустая, но за нее все равно надо платить. Да, мысль о том, что в его доме будут жить совершенно посторонние люди, что это будет уже не его дом - очень сложная, Ки думает, что потом точно не сможет туда вернуться, но он ведь и не думает о том, что надо будет возвращаться. И о том, что они расстанутся - тоже, а что-то очень спрятанное в подсознании соглашается - если вдруг, Ки все равно не сможет остаться там, где много воспоминаний. Продавать квартиру он не хочет - если ее сдавать, можно получать деньги регулярно, это должно быть выгоднее.

***

- Я не знаю, это же твоя квартира, твой дом... Ты уверен? - Чангюн немного хмурится, его пугают такие серьезные решения, и еще он думает, что о деньгах сейчас должен все-таки думать именно он, а не Ки. - Но я все равно хочу выяснить, сколько будут стоить эти картины. Если все будет в порядке, я напишу другие, а если нет... От них будет только хуже. Да, если он не сможет больше рисовать, эти картины станут слишком больным воспоминанием, и от них все равно придется избавляться. Уж лучше так, пока все спокойно, и пока можно верить в лучшее. - Поможешь сделать фотографии? - спрашивает Чангюн. - И написать что-то... Я не уверен, что смогу подобрать правильные слова. Это сложно, он плохо умеет объяснять свое творчество, оно все-таки сильно не от мира сего, а сейчас нужно заинтересовать покупателей. Но вместе они смогут найти правильные слова, да? - А еще нужно будет подумать... Сейчас еще рано, конечно, но когда все заживет, нужно будет решить, какими татуировками перекрыть шрамы, - Чангюн задумчиво чешет затылок и улыбается. - Этот длинный след от шва на голени просто бесит. И на руке тоже будет заметно, если не перекрыть. Но я еще не знаю... Как думаешь, что мне может подойти?

***

- Не уверен, - честно признается Ки. - Но когда квартира стоит просто так, это же тоже как-то... неправильно. Он, конечно же, не собирается скрывать он Чангюна свои сомнения, зачем? Только бы еще себе все объяснить хорошо! Он что-то мешает на плите и моет руки - теперь не надо следить постоянно, а ему так хочется обнять Чангюна! - Конечно, помогу, мог бы и не спрашивать, - смеется он. Обниматься уже проще - теперь не каждое прикосновение для Чангюна такое больное, но, конечно, нужно быть очень и очень аккуратными. Это мешает им быть еще ближе, и этого уже очень не хватает, но они и без того по возможности не отлипают друг от друга. - Если тебе так будет лучше, можно. Мне, правда, их очень жалко, они красивые, но можно я буду очень сильно верить, что ты напишешь еще лучше? Да, эти работы странные, но разве эти странности не были одной из причин, почему Ки так влюбился в этого парня? Вот-вот. - А кто-то возьмется делать по твоим эскизам, ты знаешь хороших мастеров? - заглядывает он в глаза Чангюна и даже не слышит, что у него закипела вода в кастрюле. - Мне кажется, или что-то очень фантастическое, или растительное, как продолжение твоей розы, нет?

***

Хорошо, что теперь они могут обниматься чаще - делать это одной рукой, конечно, не так удобно, но все-таки Чангюн уже может прикасаться к Кихёну очень ласково, прижимать его к себе, и это очень важно, и хочется делать это как можно чаще. - Если ты будешь верить, у меня обязательно получится, - улыбается он. Чангюн гладит Ки по спине, притягивая его ближе, и все-таки забирается рукой под его футболку. Он волнуется, и ему кажется, что это поможет, что если он будет чувствовать своего парня еще ближе и ярче, ему станет легче. - Мастер, у которого я учился, может сделать что-то очень красивое, но я не знаю, возьмется ли он работать с моими эскизами, - Чангюн неуверенно качает головой и облизывает губы. - Розы и металл? На спине розы и меч, а на руке и ноге... Стилет? Мизерикордия, может быть? Думать сложно - Ки очень близко, и его очень хочется поцеловать, и Чангюн тянется к его губам, закрыв глаза. Ему нужно это, он очень хочет большего, так много, как только они могут сейчас дать друг другу.