Рауха: Призрачный мир

Как-то утром Эйто все же поймал Тору в дверях и спросил, куда тот собирается в свой выходной. Он не имел привычки лезть в чужую личную жизнь, но, хорошенько подумав, решил, что должен опытным путем нащупать ту грань, которая отделяет тактичность от безразличия. Тору немного помялся, но ответил. – Я встречаюсь с Китагавой-сан. Это человек, у которого жил… предыдущий Лейкки. Как всегда при упоминании своего предшественника Тору помрачнел. – Сначала я ходил просто так… ну, чтобы ему не было одиноко. А потом узнал, что раньше он преподавал математику, – сказал Тору, затем снова помолчал, то ли решая, нужно ли продолжать, то ли собираясь с духом. – Я… хочу поступить в университет. Эрика предложила мне оплатить обучение, но… – Ты не хочешь быть обязанным неору? – предположил Эйто. – Ну да. Наверное. – Вряд ли она так глупа, чтобы ждать от тебя за это каких-то привилегий. – Наверное, нет. Но все равно. Эйто подумал и неожиданно для себя предложил: – А давай мы оплатим обучение поровну. Мне это будет не очень сложно, ей тоже. Тору снова надолго замолчал, глядя в пол. Должно быть, считал, потому что, помолчав, посмотрел на Эйто и сказал: – Мне придется работать на тебя бесплатно как минимум года три. А еще я у тебя живу… так что все пять. – Действительно, способности к математике у тебя есть, – кивнул Эйто. – Но давай разберемся с этим позже? Честное слово, денег у меня больше, чем необходимо одному человеку. На что мне их тратить? Купить антикварный диван? А если вдруг не будет хватать – напишу еще одну книгу. Или две. – Ты смеешься, да? – спросил Тору немного обиженно. – Ну что ты, я абсолютно серьезен, – усмехнулся Эйто. – В общем, подумай. Тору пообещал. Эйто закрыл за ним дверь и сел в кресло. Ему тоже нужно было подумать. Их, с позволения сказать, совместная жизнь каким-то образом устроилась сама собой, без особых усилий со стороны Эйто. Тору работал в ресторане полную смену и большую часть денег отдавал Айрин, которая по-прежнему вела хозяйство, то есть решала, на что их потратить. Кайрен незаметно и практически полностью заменил Айрин на кухне: готовить она умела, но не очень любила, поэтому результат обычно был съедобным, но не более того. То, что получалось у Кайрена, нравилось Эйто намного больше. Время от времени, возвращаясь домой со своих таинственных прогулок, Кайрен приносил большие свертки с продуктами, иногда весьма экзотичными. Названий некоторых Эйто и вовсе не знал. После одной из таких вылазок Эйто полушутя, полусерьезно спросил, понимает ли Кайрен, что теперь, когда у них есть знакомый полицейский, они не могут позволить себе нарушать закон. Кайрен сделал вид, что обиделся, и сказал, что никогда не опустился бы до воровства, а деньги он зарабатывает своим телом. Не дождавшись от Эйто ни удивления, ни возмущения, он обозвал его скучным и уточнил, что в человеческой форме неору не только красивые, но и сильные, так что он подрабатывает, помогая не таким сильным людям таскать тяжести. Эйто хотел сказать что-нибудь язвительное по поводу интеллектуальности этого занятия, но понял, что Кайрен как раз этого и ждет. Поэтому промолчал. Плата за обучение, безусловно, пробьет в его бюджете брешь, но все же не настолько большую, чтобы это стало проблемой. Эйто сказал правду: тратить деньги он не любил и не умел, так что вполне мог себе это позволить. К тому же ему очень не хотелось, чтобы родственники считали Тору неудачником. Почему-то это задевало Эйто лично. На этом месте размышления Эйто прервал звонок. Как ни странно, он даже не сомневался, кого увидит, открыв дверь. – Привет, Эйто, я просто зашла поздороваться. Эрика прошла в холл и села на диван, аккуратно расправив складки красно-белого платья. Против обыкновения, лента у нее в волосах тоже была красно-белой, а не желтой. Они посидели, глядя друг на друга. Эйто не выдержал первым. – Тору рассказал, что ты предложила заплатить за его учебу. – Ну и что ты думаешь? – Думаю, это очень великодушно с твоей стороны. Я посоветовал ему принять от тебя помощь и не переживать, что это можно будет посчитать за взятку. Эрика рассмеялась. – Мне нравится твоя откровенность. Тору ничего такого не сказал, но все было написано у него на лице. Он умный мальчик. Мы совершим преступление, если не отправим его учиться. С этим Эйто был полностью согласен. Он рассказал Эрике о своем предложении разделить расходы пополам, не сомневаясь, что она не будет спорить. Не из жадности, а потому, что понимает: Тору так будет проще. Уже не одолжение одного конкретного лица, а коллективная благотворительность. Фонд помощи одаренной молодежи, или что-то вроде того. И не ошибся. – Отличная мысль, – сказала Эрика, – Спасибо, Эйто, я надеюсь, ты его уговоришь. А сейчас мне пора бежать, у нас там… Она не договорила, потому что на пороге снова показался Тору. Увидев его, Эрика повела себя странно: вскочила с дивана, схватила за руку и стала внимательно разглядывать. Потом поправила челку, отошла на несколько шагов и снова посмотрела, задумчиво наклонив голову и прищурив глаз, почему-то правый. После чего удовлетворенно кивнула. – Подходишь. – Извини, к чему я подхожу? К цвету твоего платья? – И к нему тоже. Тору, солнышко, ты не мог бы мне помочь? Тору бросил на Эйто взгляд, ясно говорящий: ну вот, начинается. Эйто только пожал плечами. – Тору, ты меня не понял. Я не буду просить тебя кого-нибудь прикончить, честное слово. Всего-то заменить одного из наших. – Ваших – это неору? – Моделей. – Мысль об убийстве уже не кажется мне такой неприятной, – пробормотал Тору. Эрика посмотрела на Эйто с гордостью матери, радующейся успехам ребенка. Эйто прикусил губу, чтобы не рассмеяться. – Ну я ж говорю, он умный. И, что важнее, симпатичный. Видите ли, завтра начинающий, но жутко талантливый дизайнер устраивает показ подростковой моды. Он подписал контракт с нашим агентством, но в последний момент один из наших мальчиков приболел. А приглашать кого-то от конкурентов руководство не хочет, чтобы не делить с ними это молодое дарование. Она убедительно изобразила лицом отчаяние и умоляюще посмотрела на Тору. – Ну пожалуйста. Это займет всего полдня. – Я не подросток, – сказал Тору, но как-то неуверенно. – Зато ты компактный, – успокоила его Эрика. – И выглядишь как подросток. Тору вздохнул. – Разумеется, тебе заплатят. Тору снова вздохнул, но уже не так тяжело. – Ладно, я согласен. – Отлично! Тогда завтра утром я тебе позвоню. Эйто, зайчик, ты же его отпустишь? – А куда я денусь. – Я бы позвала тебя, но ты уж точно не сойдешь за подростка. В следующий раз, ладно? И, разумеется, вы все приглашены. Эрика мимоходом чмокнула Эйто в щеку и убежала. Он постоял, озадаченно глядя на закрытую дверь, но потом подумал, что в этой тусовке поцелуи наверняка дело обычное, не стоит придавать им большое значение. Но на Тору все равно покосился. Эйто не сомневался, что Тору держит слово и не читает ни его мысли, ни мысли Кайрена или Шиори. При этом был почти уверен, что тот не может не считывать их бессознательно, хотя бы временами и самые четкие. При этом Тору никогда не делился с Эйто тем, что невольно узнал. По очевидной причине это успокаивало. Читает ли Тору мысли других неору, Эйто не выяснял, но судя по тому, как вела себя в его присутствии та же Эрика, их это не очень волновало. Как относится сам Тору к тому, что неору теоретически могут залезть к нему в голову, Эйто не знал. – Почему ты вернулся? – Я совсем забыл, что сегодня его не будет дома. Позанимаюсь один. Тору поднялся наверх и скрылся в своей комнате, по совместительству библиотеке. Кайрен вошел, когда Эйто все еще стоял в дверях. Увидев его, остановился на пороге и подозрительно спросил: – Ты кого-то ждешь, или встречаешь меня? – Ни то, ни другое. Кайрен, как ты относишься к модным показам? – В прошлый раз это были зверушки… Да никак не отношусь. Не думал об этом. А что? – Завтра мы туда, в смысле на него идем. – А отказаться нельзя? – Ну конечно можно, – вздохнул Эйто. – Я понял, – сказал Кайрен и прошел на кухню. Эйто постоял еще и решил поговорить с Айрин. Как он и предполагал, Айрин сказала, что модой она почти не интересуется, но ни за что не упустит случая посмотреть на Тору в новом амплуа.

***

На следующий день они втроем отправились смотреть на Тору. Тот ушел еще раньше, уведенный Эрикой, которая решила лично проследить, чтобы ее будущая модель не потерялась по дороге. Перед входом в павильон с изящными белыми колоннами они столкнулись с мужчиной в затемненных, несмотря на пасмурную погоду, очках, который как раз выходил на улицу. Тот торопливо извинился, и, не оглядываясь, пошел дальше по своим делам. Эйто почему-то показалось, что не оглядывается он очень старательно. Но, возможно, ему это только показалось, он не знал, зачем сам оглянулся и посмотрел ему вслед. Зал, в котором проходил показ, был небольшим: всего-то в несколько раз больше холла в доме Эйто. Народу набилось в него прилично, практически не оставив свободных мест. Вместо привычного подиума у дальней стены располагалась низкая овальная сцена. Стену позади нее украшал коллаж из городских пейзажей: мозаика крыш, длинные пустые улицы, тенистая аллея парка, гранитная набережная и еще что-то, с трудом различимое и сложно идентифицируемое. Эйто, Кайрен и Айрин пришли загодя, и некоторое время толклись среди разнообразной публики как богемного, так и вполне консервативного вида. У самой сцены расположились журналисты и специально приглашенные гости. Человек в ослепительно-белом костюме, по-видимому, был здесь главным. Во всяком случае, самым заметным. Эйто подумал, что это и есть талантливый молодой дизайнер, хотя на первый взгляд ему было не меньше сорока. Но кто знает, что считается молодостью в этом бизнесе. Или у неору. Потом появилась Эрика и указала Эйто на скромно одетого человека, пояснив, что это и есть тот, ради кого все собрались. Словно почувствовав, что на него смотрят, модельер улыбнулся, помахал рукой и снова затерялся в толпе. Их разделяло слишком большое расстояние, чтобы Эйто мог сказать наверняка – человек он или неору, но Кайрен, поймав его взгляд, утвердительно кивнул. Примерно через полчаса свет в зале погас, освещенной осталась только сцена. Лучи прожекторов непрерывно перемещалось, выхватывая то один, то другой кусок коллажа, и меняли цвета и оттенки. Наверное, это было красиво, но, по мнению Эйто, слишком уж пестро. Тору вышел ближе к концу показа. Его одежда вначале показалась Эйто неприлично неброской по сравнению с нарядами других моделей: черная джинсовая куртка и светлые джинсы, правда, одна штанина была длинной и расклешенной, а другая – обтягивающей и доходила до середины икры. Но только до тех пор, пока Тору не повернулся спиной. Спина была в неровную черно-желтую полоску, как у осы. В целом же все смотрелось довольно симпатично, Эйто ожидал чего-то более вызывающего и экстравагантного. Держался Тору немного неловко, но, на вкус Эйто, выглядел получше других, профессионально-раскованных моделей. Впрочем, он был предвзят и необъективен. Напоследок все выстроились на сцене. Белокостюмный человек поднял микрофон, собираясь что-то сказать, но что – осталось загадкой, потому что в этот момент что-то громко щелкнуло, и зал утонул в неярком, но каком-то ненатуральном, серебристо-охряном свете. Эйто на секунду зажмурился, поэтому не сразу понял, что произошло. В зале послышался крик, потом еще один, и еще. Первым делом Эйто взглянул на Кайрена, и сам едва смог сдержать удивленный возглас. Кайрен был в форме неору. Эйто перевел взгляд на сцену и обнаружил, что из двенадцати или тринадцати моделей неору были трое. Такие естественные и изящные в Призрачном мире, на сцене они смотрелись нелепо и неуместно, как носороги за праздничном столом. Журналисты ожесточенно щелкали фотоаппаратами. То здесь, то там среди людей торчали рогатые головы. Возле них мгновенно образовалось пустое пространство, но паники еще не было, она только зарождалось в недрах толпы, как цунами в глубинах океана. Стоявший возле выхода пожилой охранник судорожно дернул рукой. Эйто сомневался, что в кобуре у него боевое оружие, но все равно почувствовал, что и сам близок к панике: если начнется стрельба, могут пострадать люди. Но тут же облегченно перевел дыхание. Не дотянувшись до содержимого кобуры, охранник застыл, опустив руки и бессмысленно глядя перед собой. Сразу после этого человек в белом костюме снова поднял микрофон. – Господа, сохраняйте спокойствие, – возвестил он каким-то деревянным, но громким и уверенным голосом. – Это часть шоу. Вам понравилось? Толпа загудела, то ли возмущенно, то ли восхищенно, сложно было сказать наверняка. Но панических криков слышно больше не было. Неору в толпе, сориентировавшись, прошли к сцене и, отвесив что-то вроде поклона, застыли почетным караулом. Сообразительный Тору подскочил к ближайшему неору и дружески приобнял его за талию. Неору возвышался над ним на полголовы, не считая раздвоенных рогов. Человек в белом костюме тем временем нес какую-то околесицу про живущих среди людей чудовищ, которые, на самом-то деле, никакие не чудовища, а воплощение страстей и пороков, заложенных в человеческой природе, и лишь великая сила искусства имеет над ними власть. Эйто изумленно покосился на Кайрена, но тот только пожал плечами, не отрывая взгляда от человека на сцене. Свет на секунду мигнул и снова зажегся, но уже нормальный, электрический. Ни на сцене, ни в зале неору больше не было. Эйто посмотрел на Айрин. Он за нее беспокоился: это был первый раз, когда Айрин вживую видела неору. Но с ней, кажется, все было в порядке. На лбу Кайрена блестела испарина, пепельные волосы слиплись от пота и казались почти черными. Он пошатнулся, и Эйто незаметно его поддержал, за что получил благодарный взгляд и вымученную улыбку. – Ну вот, мне все-таки пришлось это сделать. Теперь ты вряд ли мне поверишь. Эйто хотел сказать, чтобы он не говорил глупостей, но тут к ним подбежала Эрика. – Эйто, ты видел? Кайрен, это ты заставил Накишиму болтать всю эту чушь? Отличная идея, я даже не представляю, что бы… – она тоже пошатнулась. Эйто отвел ее к окну и усадил на низкий подоконник, после чего проделал то же самое с Айрин. Кайрен составил им компанию. Эйто осталась стоять. Участники показа последний раз поклонились и поспешно скрылись за дверью у сцены. Белый костюм слез с возвышения, растерянно глядя по сторонам. К нему подскочили двое, и, что-то сказав на ухо, практически силой увели вслед за остальными. Люди постепенно расходились, оживленно переговариваясь. Кажется, все действительно обошлось. Оставалось еще одно. Эйто похлопал по плечу проходящего мимо человека с фотоаппаратом. – Это было потрясающе, правда? – спросил он, стараясь изобразить беззаботное веселье. – Наверное, вышли отличные снимки. – Ага, как же, – буркнул репортер. – Ни черта не получилось. Какая-то, мать его, иллюзия, на снимках ничего нет. Эйто переглянулся с Кайреном. – Ничего удивительного, – сказал Кайрен, глядя вслед репортеру. – На самом деле мы не превращались. – Точно, – подтвердил Тору, который как-то незаметно оказался рядом. Уже в нормальной одежде, только с макияжем и блестками в волосах. – На ощупь он был как обычный человек. – Иллюзия, – сказал Эйто задумчиво. – Свет. Все дружно задрали головы и посмотрели на большой прожектор, который располагался прямо по центру зала. – Правильно, – подтвердила Эрика. – Это я его выключила. Но почему? Я никогда о таком не слышала. – Кто у вас занимается освещением? – Двое. Человек и неору. Думаю, неору подозревать не стоит. Она снова скрылась в быстро редеющей толпе, но вернулась буквально через пару минут. – Человек неделю назад внезапно уволился, вместо него работал кто-то временный. Мне сказали, что он сам объявился и предложил свои услуги. – И где он? – Понятия не имею. Хотя подождите. Эрика снова убежала, и на этот раз ее не было довольно долго. Вернулась она, победно размахивая листком бумаги. – Второго, который неору, я не нашла, наверное, он уже ушел. Но оказалось, что наш подозреваемый оставил свой телефон администратору. – Как неосторожно с его стороны, – покачал головой Кайрен. – Не думаю, что все так просто, – сказал Эйто. – Но в любом случае надо узнать, кому принадлежит этот номер. Он отошел в сторону и позвонил Наое. Коротко рассказав полицейскому о том, что произошло, Эйто продиктовал телефонный номер и вернулся к остальным. – Ну вот, Наоя сейчас все выяснит. А мы пока… Он посмотрел на Кайрена. Тот выглядел получше, но разве что самую малость. – Тору, ты не мог бы принести чего-нибудь перекусить? – Это отнимает много сил, – сказал Кайрен, словно оправдываясь. – Чего-нибудь мучного и сладкого, если не трудно. Тору кивнул и вышел из зала. – Не знаю, как ты догадался, но еда и правда должна помочь. – Ну это же логично, – усмехнулся Эйто. Вернулся Тору с упаковкой бургеров и большим стаканом ядовито-розового лимонада. Кайрен с сомнением посмотрел на лимонад, но отказываться не стал. Зал тем временем опустел окончательно, осталась только пара человек возле сцены, да еще талантливый дизайнер, с отрешенным видом бродивший по залу. – Они ведь знали, что Тору – шинмори? – спросил Эйто, наблюдая за его метаниями. – Ну разумеется. Я предупредила всех наших. Кстати, сейчас я вас познакомлю, – сказала Эрика, и прежде, чем Эйто успел отказаться, подошла к модельеру. Вернулись они вдвоем. Модельер был почти таким же бледным, как и Кайрен. Бледным и еще испуганным. Эйто стало его жаль. – Нам понравился ваш показ. Все было очень… стильно. Модельер расцвел слабой улыбкой и поклонился. – Спасибо, Рауха. И спасибо за то, что вы сделали. Все могло закончиться катастрофой. – Это ему спасибо, – показал Эйто на Кайрена, который спешно дожевывал бургер. Дизайнер поклонился еще раз. – Меня зовут Катагири Хенсо, – представился он. – Если вам понадобится моя помощь… – Понадобится, – кивнул Эйто. – Нам нужно осмотреть в-о-о-н тот прожектор. Катагири Хенсо посмотрел на потолок. – Но… – Я понимаю, что снимать прожекторы не ваша специальность, – вздохнул Эйто. – Но может… – А вот и тот, кто нам нужен, – перебила его Эрика. Она кинулась к дверям и ухватила за рукав человека, одетого в серую куртку и рабочие штаны с большими карманами. Не человека. Неору. Выслушав, что от него требуется, неору кивнул и предложил подождать в служебном помещении рядом с выходом. Модельер сослался на дела и отстал по дороге. Пройдя в небольшую захламленную комнату с металлическим столом в центре, все расположились где придется и стали ждать. Но недолго: неору вскоре вернулся, держа в руках огромный прожектор. Эйто мельком удивился тому, что у него хватило сил его дотащить. Прожектор положили на стол и столпились вокруг, как хирурги у операционного стола. Кайрен осторожно прикоснулся к линзе и побледнел еще больше, хотя казалось, что это невозможно. – Сигил, – сказал он каким-то не своим, мертвым голосом. Эйто посмотрел на него так, будто подозревал во временном помешательстве. – Аргшасса… Ну что ты на меня смотришь? Я не знаю, что здесь происходит, но точно чувствую сигил. – Я тоже, – согласилась Эрика. – Мы заберем эту линзу с собой, – решительно сказал Эйто. Неору кивнул и, достав из кармана отвертку, принялся деловито отделять стекло от корпуса. Потом выудил откуда-то из кучи хлама кусок плотной ткани, осторожно завернул линзу и вручил Эйто. – Пожалуйста, разберись с этим, Рауха, – сказал он, впервые обратившись к Эйто. – Конечно. Спасибо за помощь. И еще… Ты не мог бы описать человека, с которым вы устанавливали освещение? – Он сказал, что его зовут Ханада Ичиро. Лет сорока, среднего роста… – Погоди, – перебил его Тору. – Можно, я сам посмотрю? Неору неохотно кивнул. После недолгой паузы Эйто почувствовал, как в голове у него сама собой возникает картинка: средних лет человек с худым и нервным лицом на фоне стены и каких-то проводов. – И ты не заметил ничего подозрительного? – спросил Эйто после того, как картинка поблекла и окончательно исчезла. – Нет, – уверенно сказал неору. – Думаю, он поменял линзу, когда я уходил на обед. Я еще порадовался, какой мне попался толковый помощник. Тот, с которым я работал до него… В общем, проблем не было. До сегодняшнего дня. Он посмотрел на Эйто, нахмурился и то ли проинформировал, то ли попросил: – Если вам больше ничего не нужно, то я пойду. Он повернулся к выходу, но вдруг замер, и, постояв на пороге, снова прошел в комнату и сел за стол. Эйто хотел спросить, что случилось, но взглянул на Тору и промолчал. Лейкки не мигая смотрел на неору. Под его взглядом тот тоже побледнел, пополнив собрание бледных неору еще одним экземпляром. Прошло минуты три. Потом Тору отвел взгляд, и неору, мгновенно вскочив со стула, торопливо вышел из комнаты. – И что это было? – спросил Эйто, хотя в общем-то догадывался. – Ну да, – вздохнул Тору. – Я сказал, что нам очень не хочется тратить время, подозревая и его тоже, поэтому будет лучше, если он разрешит покопаться в своей голове. Первый раз я просто считал образ этого его напарника. Зато теперь мы процентов на девяносто может быть уверены, что он здесь ни при чем. – На девяносто? – Где-то так, – пожал плечами Тору. – Всегда нужно оставить процентов десять на что-то непредвиденное. Хотя вряд ли он настолько силен, что смог меня обмануть. – Понятно, – сказал Эйто. – Ладно, нам пора. Эрика, мы сообщим тебе, если что-то узнаем. Будь осторожна. Эрика порылась в кармане и протянула Тору упаковку влажных салфеток. – Тору, котик, эта подводка тебе очень идет. Но наш мир все еще слишком консервативен, не думаю, что тебе захочется показываться людям в таком виде. Впрочем, дело твое.

***

Наоя позвонил, когда они уже подходили к дому. – Эйто, я узнал имя и адрес владельца телефона, – сообщил он и замолчал. – Ну и? – Я пойду с вами. – Как скажешь, – согласился Эйто. – Ты главный. – Буду через полчаса, – сказал Наоя и отключился.

***

Дома они положили линзу на стол и снова собрались вокруг. Потом Кайрен взял ее в руки со сложным выражением скорби, почтения и брезгливости на лице. Наверное, так норка, обрети она разум, смотрела бы на норковую шубу. Или крокодил на сумочку. Эйто подивился своей нездоровой фантазии и спросил: – И что это такое? – Точно сказать не могу. Линза стандартная, а вот на ее поверхность каким-то образом нанесли… сигил. Это очень странно. Сигил, целостность которого нарушена, исчезает. Что в Призрачном мире, что в реальности. – Ну-ка, дай ее мне… Эйто поднес линзу к глазам и посмотрел через нее на Кайрена. – Интересный эффект. Собственно, этот эффект мы сегодня и наблюдали. Наоя пришел даже раньше, чем обещал. Увидев линзу, он так же осторожно, как и Кайрен, дотронулся до нее и тут же отдернул руку. – Что-то в ней есть еще… нехорошее. Я даже боюсь думать, что именно. Кайрен кивнул и снова прикрыл линзу тканью, стараясь лишний раз ее не касаться. Эйто представил Наою Айрин, после чего все снова вышли на улицу. Айрин как всегда осталась ждать их дома.