Без тебя смысла нет

— Ало, здравствуйте! Федор Прокопенко, верно? — послышался Грому сквозь полудрему знакомый голос. — Игорь не может сейчас вам ответить, он спит. Да, конечно! С ним все в полном порядке! Не волнуйтесь! — заверил Сергей фальшиво благожелательным тоном. Майор наивным не был и прекрасно понимал, насколько паршиво чувствует себя Разумовский после вчерашнего, и как тяжело даётся ему сейчас эта приторная вежливость. — Кто говорит? Это Сергей Разумовский. Игорь сейчас в моем доме. — миллиардер ненадолго замолчал, а после пояснил как-то даже смущённо: — Мы соулмейты. Вчера случайно об этом узнали, вот я его и позвал обсудить этот вопрос. Только прошу вас, — голос Сергея изменил интонацию, но не на просительную, вопреки словам, а скорее на требовательную, — пусть эта информация останется конфиденциальной, чисто между нами! Как вы понимаете, я медийная персона, и мне не хочется, чтобы подробности моей личной жизни стали достоянием общественности! Благодарю за понимание! — с бледных губ миллиардера сорвался внезапно тихий болезненный стон. Голова и так просто раскалывалась, настолько, что даже поспать ему толком не удалось, и около шести утра пришлось покинуть чужие теплые и внезапно приятные объятия и пойти искать в аптечке необходимый сейчас как воздух фенобарбитал, а от разговора стало ещё хуже. — Все в порядке! — выдавил тихо Сергей после недолгой паузы. — Просто голова болит. Нет, что вы, Игорь в этом не виноват. Он прекрасный человек, очень заботливый и понимающий! — Разумовский улыбнулся неожиданно искренне. — Дело не в Игоре. У меня часто мигрени. Стресс на работе, недосып, переутомление. — пояснил он, а потом кивнул благодарно на пожелание хорошего самочувствия. — Спасибо! Если дело не срочное, то Игорь позже вам перезвонит, когда проснется. До свидания. — закончил Сергей и, растерявшись на мгновение в попытке понять, как же сбросить вызов на допотопном майоровом телефоне, наконец нажал на отбой и, оставив мобильник на каминной полке, отошел к стене и замер, опершись на нее спиной и обхватив руками голову. — Прокопенко звонил? — подал голос со своего места проснувшийся окончательно Гром, потягиваясь затекшей от долгого лежания на жёстком диване спиной. — Да. — отозвался Сергей коротко и, приблизившись, присел рядом. — Твои друзья тебя там потеряли уже, пытались его убедить отправить отряд к моему дому. Я так понимаю, они знают, что вчера ты понёсся сюда арестовывать меня. Хорошо хоть твой начальник мужик оказался адекватный и на поводу у них не пошел, прежде решил все проверить. Самим им, как я понимаю, позвонить тебе ума не хватило. — закончил Сергей с нескрываемым уже брезгливым раздражением в голосе. — Я их в ЧС кинул, знал, что названивать будут, меня бы это отвлекало. — Ты всегда так относишься к друзьям? — осведомился Разумовский холодно. — Они ведь беспокоились о тебе. — Это был мудацкий поступок. — признал Игорь, потупив виновато взгляд и неловко пожав плечами. — Но я привык работать один. Мне так проще. К тому же я не хотел подвергать их опасности. — Ты просто не хотел брать на себя ответственность за их жизни и здоровье. — возразил Сергей хмуро. — Но это правильно, наверное. — смягчился он неожиданно. — Олег тоже всегда говорил, что ему проще одному против толпы выйти в драке, чем со мной против даже пары человек, потому что он постоянно за меня будет переживать. Что ему легче самому огрести по самое не хочу, чем допустить, чтобы мне хоть один синяк кто-то влепил. — Именно так! — подтвердил майор охотно. — Гораздо хуже знать, что кто-то пострадал из-за тебя, чем самому пострадать! — Вот и не втягивай своих друзей во все это, хорошо?! Им не стоит знать правду! Пусть знают только о том, что мы соулмейты, этого им будет достаточно. Игорь кивнул, выражая согласие. Ненадолго замолчали. — Оденься вот и пойдем завтракать. — словно опомнившись от сна, Сергей поднял какой-то свёрток, лежащий на подлокотнике дивана, и, развернув, протянул своему вынужденному компаньону какую-то стильную и, судя по качеству ткани, жутко дорогую футболку. Игорь накинул ее на автомате и осознал вдруг с удивлением, что одежда идеально села на нем, хотя он был на все сто процентов уверен, что из гардероба Сергея, учитывая разницу в телосложение, на него бы не налезла ни одна вещь. — Это Олега одежда? — уточнил Гром осторожно. — Я это купил взамен твоей испорченной рубашки. — опроверг Разумовский чужую догадку. — Но с размером ты как угадал? Сергей закатил манерно глаза и протянул насмешливо: — Я просто посмотрел размер на этикетке твоей куртки. — А когда ты в магазин успел съездить? Миллиардер фыркнул насмешливо, впрочем тут же поморщившись от острой вспышки головной боли. — Двадцать первый век на дворе, Игорь! — всё-таки не удержался он от желания подколоть собеседника. — Существует такая вещь, как служба доставки, если ты не знал! Если ты всё-таки собираешься ко мне переехать, то тебе придется к ней привыкнуть, потому что готовить я не умею, а дошик в своем доме не потерплю, я их столько в студенчестве съел, что до сих пор от одного запаха этого тошнить начинает. — Так зачем ел? — Не зачем, а почему! — огрызнулся Разумовский вяло. — Не от хорошей жизни я их ел! — Понял, — Игорь выставил руки в примирительном жесте. Сергей отвернулся и, шаркая тапками по паркетному полу, молча пошел куда-то, видимо на кухню, и Грому не осталось ничего, кроме как последовать за ним. Дом Разумовского был похож одновременно на дворец, музей и художественную галерею: повсюду вокруг многочисленные картины в золотых рамах, статуи в античном стиле, на стенах узорная лепнина, мозаики и барельефы. Все это безусловно выглядело красиво, но сам себе Игорь признался, что не смог бы жить в такой обстановке. Потом он вспомнил о том, что жить ему здесь как раз таки придется, и резко поник. Майору оставалось только надеяться, что в этом доме найдется хоть одна жилая комната, в которой, лежа на кровати, ему не придется смотреть на целящихся в него с потолка из луков заплывших жирком купидонов. Можно было, конечно, предложить Сергею переехать к нему, однако Игорь не сомневался даже в том, что в ответ на такое предложение Разумовский посмотрит на него, как на умалишённого. На мгновение майор представил себе Сергея в этом его дурацком бархатном халате в атмосфере своей пыльной квартиры со старым, как мир, ремонтом, с раскиданным по истертому паркетному полу разным хламом, с окном, которое мыли последний раз, наверное, лет пять назад, и пустым холодильником, и невольно усмехнулся, настолько нелепым смотрелось это сочетание. Кухня Игорю показалась просто каким-то другим миром. Здесь интерьер был максимально простым и приятным глазу. Смотрелась комната на удивление обжитой, словно она принадлежала какой-нибудь примерной домохозяйке: стояла между столешницей и шкафом пеналом пусть и навороченная, но всё-таки обычная, а не модная индукционная плита, висели на специальных креплениях всевозможные поварешки, на маленькой полочке обнаружилось какое-то совершенно дикое разнообразие приправ, огромное множество самых разных ножей разместились в прозрачной подставке, прихватки аккуратной стопочкой лежали в углу стола, рядом с набором разделочных досок, и наконец на крючке рядом с дверью висел фартук. — А говорил, что не готовишь, — протянул Игорь как-то даже обиженно. — Я и не готовлю. Яичницу даже пожарить не смогу, не спалив. Это Олег готовить очень любит. Любил. — осекся Сергей, вздрогнув резко, словно от удара. — Эту комнату, ну и спальню свою и тренажерный зал он по своему вкусу обустроил. Игорь кивнул, одновременно вроде как выражая сочувствие чужой утрате, и ставя себе мысленную пометку, что нужно будет попытаться заселиться именно в комнату Олега, наверняка единственную адекватную жилую комнату в этом доме. Звякнул телефон Сергея. Тот посмотрел пришедшее извещение и пробормотав: — Я встречу курьера пока, а ты располагайся. — скрылся за дверью. Оставшись в одиночестве, Игорь вновь принялся осматривать окружающую обстановку. Кухонная утварь, теперь, когда раскрылась вся загадка ее присутствия в этом доме, сразу стала ему неинтересна, поэтому в итоге, повертев немного головой, полицейский обратил внимание на холодильник, увешанный фотографиями, напечатанными на магнитной бумаге. Фотографии эти были самыми разными, но объединяло их одно — люди на них запечатлённые. Везде там были Сергей и черноволосый смугловатый сначала парень, а потом уже мужчина, в котором по детским фото из досье Игорь опознал Олега. Казалось, по фотографиям можно было проследить жизненный путь этих двоих, начиная с редких фотографий с новогодних утренников в школе, переходя к подростковым и ранним студенческим фото, где прыщавый, вечно растрёпанный Сергей в бесформенных свитерах или футболках с дурацкими принтами обнимал Олега, облаченного сначала в неизменную рокерскую куртку и футболки с логотипами популярных рок групп, а потом в военную форму, и заканчивая домашними фото и снимками где-то на курортах и элитных вечеринках, где Олег уже отрастил бороду, а Сергей из нищего заморыша подростка превратился в красивого почти до неприличия молодого человека с идеальной укладкой и тонким чувством стиля. Игорь так увлекся изучением фотографий, что не заметил того момента, когда вернулся Сергей. Обратил на него внимание он только тогда, когда Разумовский то ли случайно, то ли специально с грохотом поставил на стол коробку с логотипом службы доставки. Ничего не говоря, он извлёк из нее несколько черных пластиковых контейнеров, один за другим отправляя их в микроволновку. Игорь так и не смог понять, разозлился Сергей из-за чего-то или просто сделал вид, что не заметил любопытства гостя к фотографиям, потому что не хотел говорить об этом. Ели в тишине. Себе Разумовский заказал какой-то сомнительный суп, один вид которого порождал в голове Игоря больше вопросов, чем ответов, а одновременно с тем чувство благодарности Сергею, который не вынудил его есть нечто подобное, а приобрел для него вполне нормальные и даже очень вкусные мясо под каким-то явно гурманским кисло-сладким соусом и салат с морепродуктами. — Пить будешь что-нибудь? — заговорил рыжий наконец. — Есть кофе, чай, алкоголь, газировка, ну и дальше по списку. — Я чай буду. — В шкафу возьми на третьей полке. Любой выбирай. Заварник стоит на полке выше. Игорь кивнул и отправился на поиски. И вот тут бравый полицейский впал в лёгкий ступор. Для него чай последние годы ассоциировался с типичными наборами заварочных пакетиков из супермаркета, а здесь его ждало такое разнообразие чая всех возможных видов и сортов, кроме, собственно, вышеозвученного, что у него просто глаза разбегались. — Я в этом не специалист. — протянул Гром растерянно. — Может посоветуешь какой-нибудь вкус? — Белый пион возьми. Он весьма неплох. — Это который? — уточнил Игорь. — «Гутенберг», в зеленоватой такой упаковке. — пояснил Разумовский терпеливо. — Завари побольше, я тоже буду. — добавил он мгновение спустя. — Так голова болит, что, думаю, от кофе я точно сдохну. ***** Как позже выяснилось, коллекция чая принадлежала Олегу, как и оленина в клюквенном соусе, которую заказал для него Сергей, была любимым блюдом Олега, и даже на черной кружке, которая просто первой подвернулась Грому под руку, когда в нее залили кипяток, проявилось яркими желтыми буквами имя Олега, окружённое с двух сторон сердечками. С каждой новой минутой, проведенной в доме Разумовского, майор все отчётливее ощущал себя любовником, пришедшим к замужней женщине, пока ее мужа нет дома. Эдаким героем тех самых комедий, в которых супруг возвращается обычно домой в самый неподходящий момент, и любовнику приходится срочно прятаться в каком-нибудь шкафу. Так и Грому казалось навязчиво, что злополучный друг Разумовского и правда появиться с минуты на минуту на пороге комнаты. Игорь долго мог бы размышлять об этом, но появилась тема поважнее, и стало не до того. Сергей допил свой чай, отставил в сторону кружку и, подперев рукой подбородок, спросил: — И что же мы будем делать дальше? — Ну… — протянул задумчиво Игорь. Разумовский хмыкнул мрачно: — Исчерпывающий, однако, ответ! Что ж… Если у тебя пока идей нет, то начну я. Переезжаешь ты ко мне, или нет, в любом случае нам нужно будет первым делом избавиться от костюма. Без него я не буду представлять особой опасности. По поводу того, как именно это сделать, есть у меня парочка идей. Кроме того, я запрограммирую Марго на то, чтобы в случае, если Птица всё-таки захватит контроль и попытается что-то приобрести на черном рынке или у оружейных компаний, она отсылала тебе уведомление с предупреждением. — Поддерживаю! — согласился Игорь без лишних раздумий. — Ты знаешь, где сейчас находится костюм? Сергей покачал головой. — Не знаю. Однако у меня есть соображения по этому поводу. Когда Олег вернулся… — Разумовский осекся и резко замолчал, тяжело дыша и прожигая взглядом пол. — Когда Птица появился в обличии Олега, он все время убеждал меня зачем-то начать копать бункер под домом. Я никак понять не мог, зачем, думал, что у него паранойя из-за участия в военных действиях, согласился просто чтобы не обижать, а сам там не был никогда. — Значит сегодня будешь первый раз. Сергей кивнул. — Значит так.