Без тебя смысла нет

— Нет, Игорь, уж извини, но моя идея намного продуманнее твоей! И мы будем придерживаться ее! Признай уже, — вспылил Разумовский, — что потолок твоих способностей, как режиссера, — это второсортный сюжет к третьесортному ментовскому сериалу на НТВ! — Ну ты тоже далеко не Нолан! — отозвался Гром обиженно. — Дичь какую-то понапридумывал! Зачем все так усложнять?! Просто взорвем к чертям костюм и объявим, мол Чумной доктор погиб. — Да как ты не понимаешь?! — разозлился Сергей. С грохотом он отодвинул стул и, вскочив из-за стола, принялся мерить подвальную комнату широкими торопливыми шагами, что-то бормоча себе под нос, и потирая руками ссутуленные плечи, словно в попытке согреться. Игорь остался на месте, прослеживая его передвижения ленивым взглядом прищуренных голубых глаз, каким наблюдают обычно за ползающей по оконному стеклу мухой. Наконец Разумовский успокоился, вернулся за стол и, приземлившись совсем не грациозно на свой стул, достал из кармана узких до неприличия джинс начатую пачку «lucky strike» и закурил, нервно отстукивая по столешнице тонкими, как паучьи лапки, пальцами какую-то мелодию. — Мало просто «убить» Чумного доктора! — вновь заговорил он наконец, выпустив в воздух облачко дыма. — Его люди ещё героем-мучеником объявят, сам знаешь, как это бывает! Нужно саму идею его, за которой люди пошли, уничтожить! — Да я все это понимаю! — перебил Игорь, устало потирая ладонью лоб. — Но ты такую многоходовочку придумал, что, жопой чую, на каком-нибудь пункте мы обязательно погорим! Невозможно просто такой сложный план осуществить без косяков! — А я говорю, что возможно! — упёрся Разумовский. — Не умел бы я просчитывать наперед все свои шаги и строить сложные планы — не был бы сейчас миллиардером! Так что поверь моему опыту! — В тебе я и не сомневаюсь, только речь ведь идёт не о бизнесе сейчас! — Игорь потянулся, достал сигарету из брошенной небрежно на краю стола пачки и, наклонившись в сторону собеседника, прикурил ее от чужой сигареты. Здесь в полутемном подвале, находясь в каких-то паре метров от проклятого костюма и решая судьбу Чумного доктора, он чувствовал себя сейчас каким-нибудь Штирлицем или Йоганном Вайсом, планирующим на встрече в подполье очередную диверсию. Сергей же виделся ему ценным объектом, который обязательно надо наставить на путь истинный и завербовать в свои ряды. Такие аналогии казались Грому весьма интересными, а мысли о том, что сейчас они как раз таки, подобно героям горячо любимых с детства фильмов, решают вопрос без преувеличения национальной важности, льстили его самолюбию. — Да какая разница?! — вырвал его Разумовский из плена абсурдных, но приятных размышлений. — Речь идёт о жизненном опыте! Я знаю людей! Я знаю, что именно нужно сказать и сделать, чтобы из героя Чумной доктор превратился в глазах общества в объект ненависти и презрения! — Так, — протянул Игорь, хмурясь, — ну давай ещё раз рассмотрим подробно твой план, раз ты так настаиваешь. — Да что там рассматривать?! Все проще некуда! — огрызнулся Сергей, закатывая раздраженно глаза. — Мы записываем нужную речь якобы от лица Чумного доктора, я обрабатываю ее и выдаю полиции под видом того, что мне удалось взломать ненадолго канал связи, по которому маньяк общается со своими подельниками. Эту запись, где доктор в процессе разговора выдает истинные свои планы, сразу опубликуют СМИ, и люди узнают, каков на самом деле их «герой». Что здесь непонятного? Техническую сторону я отработаю так, что никто покопаться не сможет! — С этим — отозвался задумчиво Гром, — все как раз таки понятно. Меня вторая часть плана больше всего смущает. — Да что тебя смущает, я не пойму?! Мы заранее снимем видео, якобы прямой эфир, где ты в костюме чумного доктора держишь меня в заложниках и собираешься взорвать вместе с моим офисом, — принялся пояснять Сергей свой план уже третий раз за вечер, — якобы это доктор мстит мне за то, что я его раскрыл. В нужное время мы это видео запустим, поднимем шумиху в СМИ. Представь: люди в шоке все, полиция не может никак проникнуть в здание, потому что я заблокирую все двери, а стекло бронированное, и тут появляешься ты уже как Игорь Гром, а точнее твой голос, который я вмонтирую в запись, кричишь что-нибудь героическое, стреляешь, гаснет свет, изображение почти пропадает, только силуэты мелькают и грохот стоит, имитация драки, короче говоря, а потом тишина вдруг, — Разумовский выдержал драматичную паузу, — ну а дальше появляется вновь твой голос, где ты говоришь мне, что освободишь сейчас, и что нам надо скорее убираться оттуда, пока чумной не очнулся, и не взорвалась бомба. И все… Мы в последний момент появляемся потрепанные из здания, и происходит взрыв. — на последнем слове Сергей хлопнул громко в ладоши. — А мы в то время, как будет транслироваться видео, что делать будем? — уточнил Игорь хмуро. Он чужого энтузиазма не разделял. — Я буду устанавливать бомбу, а ты громить мой офис из огнеметов, чтобы видно было с улицы, что в здании действительно что-то происходит. Потом скинешь быстро костюм, и мы свалим. — Не, — Гром скривился брезгливо, — лажа какая-то! — Да почему?! — вспылил Разумовский окончательно. Сама мысль о том, что какой-то там мент сомневается в его гениальности, бесила рыжего неимоверно. — Цитируя классика… — Игорь театрально воздел к потолку палец и отрапортовал бодро: — План — говно! Я не хочу в нём участвовать! Я брезгую! Сергея просто перекосило всего от злости. Он прикусил по бульдожьи жадно и без того всю покрытую мелкими ранками припухшую губу и замер, тяжело дыша. Казалось, ещё мгновение и Разумовский превратится в Чумного доктора, накинется на своего оппонента и на мелкие клочья разорвет его острыми, как бритва опаска, птичьими когтями. Но нет, не прошло и минуты, как Сергей успокоился и только бросил раздраженно: — Что именно тебя не устраивает, ты можешь объяснить? — Могу. — согласился Игорь без раздумий. — Я не понимаю, к чему все так усложнять? Зачем нужна эта история с похищением, супергеройством каким-то глупым, взрывом здания? У нас же не Голливуд здесь, а реальная жизнь! — А затем нужна, Игореша, — протянул Разумовский с откровенной издёвкой в голосе, — что мы с тобой сразу несколько целей преследуем! Первая — Сергей демонстративно загнул палец, — нам нужно уничтожить Чумного доктора и сделать это эффектно, потому что если мы просто взорвем костюм и скажем, ну так получилось, никто не поверит и пойдут слухи, что доктор инсценировал свою смерть. Вторая — обеспечить тебе, дорогой мой человек, триумфальное возвращение в ряды нашей доблестной полиции. А победа над злодеем и спасение народного любимца в моем лице для этой цели подходят идеально. Ну и третья — продолжил Разумовский отстаивать свою позицию, — необходимо отвести от меня все подозрения, для нашей же с тобой безопасности, ну и потому что, как ни крути, а я — фигура символическая, я человек, который подаёт людям пример того, что можно изменить мир к лучшему без насилия. Нельзя, чтобы на мою белую и пушистую, как плесень, репутацию пала тень! — Нескромно, конечно, — хмыкнул Игорь, качая головой, — но здесь я с тобой полностью солидарен. Сейчас людям нужен такой герой-символ. — Герой, — Разумовский тускло усмехнулся, — хорош из меня герой! — Ну хороший плохой, это уже пусть люди, которым ты помогаешь совершенно бескорыстно, решают! — А с чего ты взял, что бескорыстно? — отозвался Сергей хмуро. — И в чем же твоя выгода? — спросил Игорь, щурясь задумчиво. — Денег бы хотел — не разбрасывался ими так, ну а если славы хочешь, рожей своей на всю страну посветить, мол смотрите, какой я герой благодетель, так что в этом плохого, если уж ты реально того заслуживаешь? Никому хуже не будет, только лучше станет, если таких, как ты, в нашей стране героями будут считать! Такие герои стране сейчас нужны! — И ничего ты, Игорь, не понимаешь! — Сергей улыбнулся грустно и покачал головой. — Не такие, как я, герои России нужны, а такие как ты, как начальник твой, как старушка воспитательница наша в детском доме, которая хоть за шалости и ругала, но все равно нам сорванцам пустоголовым коленки разбитые зелёнкой мазала, а сама дула на ранку, чтобы не щипало. Обычные люди, которые честно делают свою работу, и которые, несмотря на трудности и весь мрак, всю грязь вокруг, остаются достойными людьми — вот какие герои нужны современной России! Чтобы смотрел человек на них, на то, что они делают, и не мог оправдывать свое бездействие мыслями вроде: «Ну вот он богатый, потому и помогает! А я же не миллиардер, у меня нет лишних денег, а были бы, тоже помогал бы!» — Ох как ты все завернул… — отозвался Игорь задумчиво, почесывая затылок. — Как есть. — Разумовский, — спросил Гром, хмурясь напряженно. В его голове сейчас явно, судя по взгляду, проходила сложная мыслительная работа, — ну вот уничтожим мы костюм, замнем всю эту историю с доктором, а дальше что будет? Сергей пожал плечами и ответил тихо: — Я продолжу работать, ну и лечиться начну, ты тоже, наверное, в полицию свою вернёшься. Хотя — вспылил Разумовский неожиданно, — на кой черт сдалась тебе эта работа, вот объясни?! Ты «Дяди Стёпы» в детстве перечитал, или ты мазохист, и тебе нравится постоянно жизнью рисковать за копеечную зарплату?! — Эй-эй, — Игорь развел в недоумении руками, — ты чего это взбесился вдруг? Все же нормально! — Нормально, это когда в самое пекло не лезешь день через день на своей работе, и когда те, кто дома тебя ждут, не боятся каждый раз на работу провожая, что ты не вернёшься живым с нее! — А меня дома, кроме тараканов, и не ждёт никто! — усмехнулся Игорь хмуро. — Или ты меня теперь ждать будешь? — спросил он вроде как в шутку, а ответ получил более чем серьезное «буду». — После смерти родителей, кроме Олега, у меня близких людей не было, а сейчас вообще нет, потому что и Олега нет. — голос Сергея жалобно задрожал, как бы не пытался он держать себя в руках и не выдавать истинных своих эмоций. — Потому что Олегу хотелось риска, ему было скучно жить обычной жизнью, потому что Олег содержанкой якобы быть не хотел, за большими деньгами потянулся, чтобы хоть немного по уровню доходов мне соответствовать, как он говорил. — Разумовский замолчал, тяжело дыша, а потом продолжил истеричным злым криком, срывающимся в хрип: — Да насрать мне было на эти деньги, на то, что он мне дворец подарить не может где-нибудь в Швейцарии и кольцо помолвочное стоимостью с какой-нибудь среднестатистический город, насрать было на то, что люди будут думать о нас и говорить, на все! Я просто хотел, чтобы он рядом был, а не сказал на вокзале однажды, мол ты, Сережа, жди, я вернусь скоро, и сдох, блять, где-то на другом конце мира за дерьмо это зелёное американское и какую-то гордость свою тупую! А теперь я встречаю тебя, — Сергей потянулся и ткнул неприятно собеседника тонким пальцем с отросшими острым ногтем в грудь, — моего соулмейта, человека, с которым хотя я и не намерен, вроде как, заводить любовных отношений, но который может быть мне близким другом, и этот человек такой же идиот, который ради каких-то там глупых своих убеждений и амбиций, ради жажды риска, готов сдохнуть на своей тупой работе! — Да не все полицейские погибают на работе! — возразил Гром как-то неуверенно. — Риски на деле не так уж и велики! — А ты, Игорь, со всеми себя и не ровняй! — прошипел теперь уже Сергей, становясь похожим на разъяренную кобру. — Все в кабинете штаны просиживают за бумажками, а ты в супергероя играешь, постоянно свою жизнь ставя под угрозу! И да, пока что тебе везёт, но ты же и сам знаешь, что везение не вечно! — Ну так и волков бояться — в лес не ходить! Опасную работу кто-то тоже делать должен! Если все, как ты, размышлять будут, то не будет ни пожарных, ни спасателей, ни армии, потому что везде там есть риск погибнуть! — попытался Игорь переубедить упрямого миллиардера. — Пока живой — продолжу бегать за преступниками, потому что кроме меня некому, — майор усмехнулся коротко, — ну а если погибну — значит судьба такая! Будешь на могилку ко мне приходить цветочки сажать. Рыжий побледнел резко, как мел, из-за чего коричневые пятна веснушек, рассыпанных по переносице и впалым щекам, стало сразу гораздо виднее, прикусил опять многострадальную губу и шумно выдохнул через нос. — Да пошел ты нахер, супермен, блять, хуев! — выплюнул в следующий момент Сергей ядовито и, вскочив из-за стола с такой прытью, словно стул под ним вдруг раскаленным стал, направился к выходу из бункера. — Эй, — окликнул его Игорь растерянно, — ты обиделся что-ли?! Ну извини, тупая шутка была! Разумовский не повернулся даже и вылетел пулей за дверь.