Любовь с первого укуса в «Belle de nuit»

Если бы Сынмин писал книгу про свою жизнь, то он назвал бы её «Невероятное рядом». Эта фраза очень ёмко передаёт всю суть происходящего в его жизни последние несколько лет. И дело даже не в том, что в холодильнике на кухне у него лежат пакеты с кровью, а жалюзи в спальне всегда опущены. Он уже привык к этому и даже не обращает внимания на многочисленные тюбики с тональным кремом от разных брендов, которые заканчиваются у своего владельца очень быстро, поэтому Сынмин каждый день наблюдает одну и ту же картину: несколько упаковок крема в мусорном ведре в ванной комнате. А ещё Сынмин привык, что в этом доме спит только он, ведь Минхо, по абсолютно объективным причинам, не нужен сон. Но каждый вечер он укладывает любимого и даже иногда поёт для него, дожидаясь, пока тот не уснёт в уютных объятиях, кутаясь в медовый голос Ли как в самое тёплое в мире одеяло. «Мой человек». Сынмин впервые слышит эту фразу от своего парня спустя три месяца после того, как они съезжаются. И в этот момент он понимает, какая сильная связь между ними. Они смогли преодолеть все мыслимые и немыслимые расстояния, чтобы дотянуться до друг друга. И вот они здесь. В этой уютной квартире со светлыми стенами и высокими потолками. Здесь нет зеркал, но много книг и настольных игр. Вечерами Сынмин любит читать для Минхо, которому скорее больше нравится слушать голос своего парня, а не сюжет очередного романа. Поэтому он всегда просит почитать ему, удобно устраиваясь на острых коленях. А после сеанса чтения, когда Минхо, едва дыша, прикасается к щеке Сынмина, чтобы перехватить аккуратно внимание и сказать тихое «Спасибо», Сынмин понимает, что удивительное — это руки рядом, готовые всегда обнять и прижать ближе к себе. В этих изумительно тёплых объятиях холодных рук он всегда находит утешение и ответы на все вопросы. В своём партнёре Ким видит целый мир. Его Минхо пьёт только томатный сок, у него холодные руки и кожа, натёртая тональным кремом, который всегда оставляет пятна на белых рубашках; и целая вечность впереди. И её, Ли утверждает, он готов разделить с Сынмином, который от смущения каждый раз начинает нервно икать. Перспектива быть целую вечность с тем, кто научился готовить его любимые английские завтраки и подаёт их в постель вместе с кофе, несмотря на то, что он сам не ест всё это, вполне устраивает человека, безумного влюблённого в каждый вздох рядом. Минхо нужен ему. Ли Минхо — личность. Многогранная, интересная, но мало кем понятая и безумно одинокая до встречи с владельцем храма кофе «Belle de nuit». Та ночь, когда Минхо почувствовал жажду рядом с кофейней, изменила их жизни в лучшую сторону. Ни один из них не был готов к тому, что их ожидало. Но сейчас, оглядываясь назад, оба считают, что их встреча — судьба. Исход, созданный даже не ими, а хитроумными сплетениями нитей судьбы, в которые так искренне верит Сынмин, когда касается любимых губ. В такие моменты Минхо не может сдержать кривую улыбку и язвит про «Сумерки» или «Дневники Вампира», над которыми он искренне смеялся когда-то, не зная, что и на его вампирскую долю найдется свой собственный человек. Два года совместной жизни пролетают как один очень долгий день для Сынмина, погружённого в работу и семейный быт. Он искренне пытается сделать их дом уютнее; местом, куда Минхо захочется возвращаться каждый день, как только он выходит за дверь. И так оно есть: вампир всегда возвращается туда, где есть его человек. И если Сынмин после первого укуса был очарован Минхо, то вампир до последнего боролся со своей необходимостью быть рядом. Но отсутствие запаха Ким Сынмина сводило с ума даже сильнее, чем его кровь на языке. Осознав это, Минхо возвращается. И всегда будет возвращаться. В сказанную после переезда фразу «Мой человек» вложено много смысла. Для вампира чувствовать человека на таком уровне является самым настоящим признанием в любви. И Минхо очень нравится использовать слово «мой», когда он говорит про очаровательного владельца кофейни, пленившего его с первого укуса. Для Сынмина становится открытием, что у Минхо есть друзья. Те, кому вампир много рассказывает о нём и вставляет через слово «мой». Их веселит эта одержимость, но в то же время они счастливы за друга, который смог переступить через себя и свои принципы, почувствовав поистине магическую связь. Кофейня «Belle de nuit» процветает. Последние два года её владелец много работал, чтобы сделать это место ещё популярнее и лучше. В этом ему помогает Минхо, порой вынося Сынмина на руках в ночи из заведения. У Кима есть дурацкая привычка перерабатывать даже тогда, когда это делать абсолютно не нужно. А его парень злится, знает, что людям нужно много спать, чтобы оставаться здоровыми. Только после начала общения с Сынмином Минхо узнал много про людей в принципе. Сам он уже и не помнит человеческую жизнь до изменений: это было так давно, что Минхо ещё видел корейцев, носящих традиционную одежду в повседневной жизни. Он забыл, что раньше ему нужно было спать, чтобы нормально функционировать на следующий день. А приёмы пищи должны быть более сытными, чем стакан томатного сока с перцем, и содержать полезные белки и углеводы. Ли вычитывает это на одном форуме про здоровье, который он читает только из-за наличия человека в своей жизни. Но не простого, а очень важного и любимого. С тех пор помимо должности «парня Ким Сынмина» он занимает ещё и должность ответственного за питание. И даже получает искренний восторг, когда ему удаётся воспроизвести блюдо из повареной книги. А его самый строгий судья, лояльно соглашающийся попробовать и томлёные телячьи щёчки, и яичный тофу на пару, всегда честно выставляет оценки. Даже если он хотел бы соврать, он знает, что его милашка вампир всё равно прочитает мысли. Сегодня им три года. Три счастливых года отношений, полных сюрпризов, нежности, невероятных эмоций и любви. Последнего было, по мнению друзей пары, даже слишком много. Потому что иногда их бесит, когда те начинают вести себя так, будто в этом мире есть только они вдвоём. И дело даже не в поцелуях или каком-то развратном жесте; у них свой особый вайб. Из-за которого другим кажется, что они лишние в этом самом месте и компании. Традиционно Минхо приглашает Сынмина на свидание. В этом году он делает это более креативно, подсмотрев интересные идеи в Пинтерест. Поэтому Сынмин просыпается этим утром в лепестках роз, а милые стикеры приводят его на кухню, откуда доносится запах свежесваренного кофе. — С годовщиной, малыш, — Минхо чмокает парня в уголок губ и усаживает за уже накрытый стол. Сегодня он решил приготовить не типичный английский завтрак, фанатом которого является Ким, а что-то более праздничное. — Надеюсь ты любишь слизывать взбитые сливки не только с меня. Сынмин давится воздухом от этого воспоминания в своей голове. Однажды они решили попробовать добавить чего-то сладкого в их постельную жизнь, что закончилось большой стиркой и нулевым удовольствием в итоге. — Не рановато ли для шампанского? — парень наблюдает за искрящимися пузырьками в бокале. — Это супер романтично, но… — Тебе не нравится? — Сынмин слышит некую панику в голосе. И тут же пытается исправить ситуацию, пока Минхо, старавшийся всё утро удивить его, не расстроился. — Мне очень нравится. Ты так старался… — Сынмин цепляет клубнику, украшавшую сладкие блинчики. Подносит крупную ягоду ко рту и нежно обхватывает её губами. За этим действием, не моргая, наблюдает кондитер, создавший десерт. — Выпьем за нас? Минхо поднимает свой бокал, наполненный до краёв томатным соком. К сожалению, он не может разделить этот дорогой игристый напиток со своим любимым, но это не помешает им отпраздновать годовщину. — Это только начало, — Ли касается щеки Сынмина, проводит большим пальцем по скуле. Ему нужно делать это каждый год, чтобы убедить себя в том, что он не придумал его образ, и Ким Сынмин — настоящий. — У нас впереди много лет вместе. — Не так много, если ты не обратишь меня. Минхо сталкивается с этой претензией каждый год. Это как заевшая пластинка, от которой очень хочется избавиться, но почему-то рука не поднимается. — Не начинай то, что может испортить нам день, — вампир беззлобно улыбается, выпивая свой томатный сок залпом. — Может, тебе стоило задаться этим вопросом три года назад? — Ким аккуратно нарезает блинчик, щедро укрытый взбитыми сливками и свежими ягодами. — Ну, когда ты в первый раз... — Мы можем хоть одну годовщину провести без этой твоей дурацкой просьбы? — Минхо трёт переносицу. Он ни за что не позволит Сынмину пройти через мучительное перевоплощение, которое пережил сам. Ли просыпался в неизвестных ему местах, полностью залитый чужой кровью, а рядом с ним были растерзанные тела. Сперва это были люди. Много людей, которые смотрели на него с осуждением с плакатов о пропавших. А затем — животные. Минхо до сих пор питается их кровью, всеми способами избегая человеческой. Попробовав её однажды, очень сложно остановиться, но он борется. Вампир борется каждый день с жаждой, которая после встречи с Сынмином становится в какой-то степени сбалансированной. — Ты знаешь мой ответ. И я буду повторять его целую вечность. — Во сколько ты встретишь меня после работы? Сынмин меняет тему, понимая, что дебаты приведут их к крупной ссоре. Пожалуй, это единственная тема, из-за которой они натурально могут поругаться. Минхо благодарен Сынмину за то, что после их серьёзных разговоров тот не бежит искать другого вампира, способного его обратить. Однажды Минхо уже проходил через это, но выбор Хёнджина всё ещё остаётся для него загадкой, глупостью, совершённой под эмоциями. С ними Ли предпочитает жить в гармонии, опасаясь, что те могут привести к проблемам. И они привели его. К Ким Сынмину, ставшему его самой большой занозой в жизни, но до безумия нужной и любимой. — Я приду в девять, — Минхо моет свой стакан, сосредоточенно наблюдая за тем, как кроваво-красные разводы стекают по мрамору. Он находит это невероятно эстетичным. А во рту появляется ощущение сухости, ему нужно не забыть свою дневную порцию с кровью, иначе будет довольно-таки проблематично достать её где-то в центре, пока он будет ходить по делам. — Закроешь кофейню сегодня пораньше? Сынмин сталкивается с тёмными глазами, глубокими как океан после шторма. Ему сложно отказать любимому, поэтому он сразу соглашается. Знает, что в итоге Минхо применит свою «вампирскую магию» и убедит его сделать так, как нужно. Или Сынмин просто готов сделать всё, о чём его попросит его персональное «дитя тьмы». Впрочем, сложно называть Минхо так, когда он носит жёлтый фартук с утятами и розовую повязку, когда умывается утром и вечером. Ким находит это невероятно сексуальным, особенно когда Минхо специально оставляет дверь приоткрытой, и он может видеть как капельки воды стекают по бледной коже. В такие моменты он понимает, какого рода жажду испытывает вампир в повседневной жизни. — Если ты так просишь… — Обычно просишь ты, — Сынмин издаёт сдавленное «ой», когда Минхо оказывается рядом с ним. Да, в фильме «Сумерки» не соврали про скорость вампиров, — малыш. У Сынмина раньше была непереносимость кличек. Особенно «детка» и «малыш». Его смущали все эти сладкие прозвища парочек, но теперь он и сам активно их использовал. Не часто, но всё же его восприятие нежности кардинально изменилось рядом с тем, кого он безумно любит. И готов отдать свою жизнь только ради того, чтобы провести ещё одну вместе. Он обязательно поднимет эту тему ещё не раз, ведь ему нужно это. — Скажи ещё раз «малыш», и я не открою кофейню сегодня в принципе. Ким готовится получить свой утренний поцелуй, но Минхо играется, почти коснувшись его губ. Сынмин уже ощущает тёплое дыхание на своей коже, когда Минхо внезапно оказывается в трёх шагах от него, поправляя рубашку. И Сынмин дует губы, желая быть зацелованным, но лучше — искусанным. — Я приду вечером! Утром Минхо всегда уходит на таинственную работу, о которой так мало знает его партнёр. Сынмин лишь знает, что это связано с торговлей на бирже и оценкой изделий из драгоценных металлов. Не раз он навещал Ли, пока тот отдавался работе. Наверное, это второй любимый пейзаж Сынмина сразу после Минхо в ванной. Его вампир ужасно сосредоточен и дотошен, когда дело касается работы, и это совершенно другой Минхо, с которым мало знаком Сынмин. И предпочитает оставаться в неведении, увидев, как однажды его любимый отчитывал сотрудника за ошибку. День в кофейне тянется невероятно медленно. Сынмин тщательно проверяет поставку, сводит цифры в документации и много общается по телефону. Теперь он выполняет административные задачи после раскрутки кофейни, наняв толковых барист, которые прошли полное обучение под его руководством. Он доверяет своим сотрудникам и знает, что у тех глаза горят, когда кто-то произносит слово «кофе» вслух. Ему в окружении важно иметь увлечённых людей, готовых учиться и узнавать новое. Но сегодня Сынмин отпускает всех рано. Заранее предупреждает о закрытом мероприятии и незаметно отключает камеру. Ему не нужны такие доказательства их с Минхо любви. Он оставит их на крепкой шее и бёдрах любимого. Около девяти вечера Сынмин специально занимает место баристы, чтобы как и три года назад услышать звук колокольчика над дверью. Он рождает самые тёплые воспоминания в груди обоих. — Добрый вечер. Что желаете? — владелец кофейни рассматривает гостя, разрешив себе лёгкую ухмылку. Его парень, как всегда, одет с иголочки и выглядит так, будто вместе с купленным кофе сразу отправится на красную ковровую дорожку. Про запах его парфюма Сынмин даже не будет говорить — ему сносит голову только от одного вздоха. Но больше ему всё же нравится свежий запах тела Минхо и мыла. Он ощущается так просто и естественно. Как дом. — Ты веришь в вампиров? Сынмин не может сдержать улыбку. Они оба такие романтики, несмотря на то, что презирают всю эту сопливую розовую картинку в других. Оба находят отношения тошнотворно противными, но не когда говорят друг о друге. — Разве они не вымысел? — Сынмин облизывает пересохшие губы, точно так же, как и сделал три года назад. — То есть миф. — В каждом мифе есть доля правды, — Минхо копирует прошлое, изменяя цвет глаз на секунду. — Вампиры, оборотни, сирены… Ли останавливается, оказавшись ровно напротив владельца кофейни. Замирает, слыша отчётливо чужое ровное сердцебиение. Они повторяют ту же сцену, разыгрывают её как по сценарию, едва сдерживая смех. Но при этом оба остаются чертовски серьёзными. — Мы можем поговорить об этом за чашкой кофе. Вампир чувствует, как у него трясутся колени. Он словно находит временной портал и ныряет в прошлое, где и встретил того, кто смог проникнуть ему под кожу. Добраться до самого сердца через все омертвевшие клетки и подарить надежду. Минхо перепрыгивает через стойку, прижимает Сынмина к гладкой поверхности, а затем целует. Языком вырисовывает известные только ему картины, вжимая податливое тело так, что точно останутся синяки. В его планах оставить куда больше отметин этой ночью, чтобы утром Ким ворчал на него, замазывая самые очевидные старания Минхо. Сынмин стонет. Ему так мало надо для того, чтобы завестись. Он чувствовал накатывающее возбуждение ещё когда они начали разыгрывать сценку. А сейчас он плавится. Как мороженое, забытое в жаркий день на столике под солнцем. Тело плохо слушается его, напоминая больше желе. Ему просто хочется обхватить Минхо так, чтобы коснуться каждого открытого участка кожи. Стать ближе, насколько это возможно. — Люблю, — Сынмин стонет громко, когда Минхо мажет языком над острой ключицей, оставляя первую метку. Рядом сразу же расцветает вторая, — тебя. И этой фразы достаточно, чтобы Ли потерял голову, покрывая каждый миллиметр доступной кожи поцелуями. В этом моменте хочется остаться, зависнуть и раствориться навсегда. — Мне вечности будет мало. — Ты знаешь, что делать, — Сынмин задыхается, тянет шею, чтобы открыть лучший обзор на неё. Он давно всё решил для себя и неважно, что будет. Они смогут через всё пройти вместе. И чтобы это «вместе» точно сработало, он готов немного умереть. — Один. Точный укус. Ким обхватывает руку Минхо, только чтобы коснуться его подушечками пальцев пульсирующей венки на своей шее. Она уже давно манит вампира, очаровывая своим вкусом. Слаще крови Сынмина Минхо не пробовал примерно никогда. Её хотелось смаковать и пить как самое дорогое в мире вино только по праздникам. — Я не могу, Мин-а. Ты не понимаешь, что хочешь добровольно вступить на земли ада. — Понимаю. — Жить так — это не про «Дневники Вампира» с весёлыми приключениями. — Ты думаешь, что я такой тупой? — Сынмин невесело улыбается, всё ещё прижатый к гладкой столешнице. — Ты думал о моих чувствах? О том дне, когда я начну стареть? — Мгм. — У меня будут белые волосы и дряблая кожа. Я буду забывать пить таблетки и справлять нужду под себя. Минхо кривит лицо, услышав последнюю информацию. Впрочем, убирать за Сынмином ему не кажется такой уж плохой идеей, если его человек проживёт долгую счастливую жизнь, будучи живым. — Ты будешь милым. Минхо спешит поменять тему и продолжить то, чем они занимались до очередного серьёзного разговора, но Сынмин уворачивается от холодных губ. — Пять лет. — Ты о чём? — Я даю нам пять лет, — Сынмин опаляет дыханием шею напротив. — И если наши чувства не изменятся, ты сделаешь это. Минхо знает, что Сынмина практически невозможно переубедить. Знает, поэтому запечатывает эту клятву на любимых губах, соглашаясь со сделкой. Ведь он уверен в своих чувствах и в будущем, которое хочет видеть рядом с собой. Но Минхо так боится, что Сынмин разочаруется в нём. В том, что у них есть и возненавидит каждой клеточкой тела. Увидеть разочарование в глазах того, кому ты готов отдать всего себя до последнего вздоха, пожалуй, его самая большая фобия. И смерть не так страшна Минхо, чем причинить боль Ким Сынмину, мысли о котором полностью завладели его разумом здесь, три года назад. — Восемь — это бесконечность. — Да. — Ты знаешь. Сынмин едва касается губ напротив. Шепчет как молитву, боясь отпустить. Сжимает чужую рубашку до белых костяшек. Ему так важно слышать его сейчас. — Ким Сынмин, — Минхо убирает горячие слёзы в уголках глаз своего любимого человека, — пойдём домой? Сынмин готов следовать за Минхо куда угодно.