Хроники цветущей сакуры: Возрождение

      С того дня, как Всемогущий отправился вместе с группой старших учеников Юэй в разведывательный поход, прошло три недели. Подобные мероприятия, насколько знал сам Мидория, длились от месяца до полугода в зависимости от сложности и места разведки. Изначально ему было тревожно, но после двух недель беспокойства и попыток вспомнить, что же это за разведывательный поход такой, Мидория решил всё списать на забывчивость. Да, он перечитывал старые главы, пока ждал выхода новых, но сейчас по сюжету было самое начало новеллы, которое не было описано слишком подробно. Поэтому какие-то детали Изуку запросто мог забыть, если они не влияли на сюжет.       Да и к чему волноваться заранее? Нужно наблюдать за последствиями. Изначально в новелле не было особо драматичных моментов, затрагивающих остальных персонажей. В начале говорилось о тяжкой судьбе Бакуго Катсуки, о смерти его матери, и о издёвках, которым он подвергался. Помимо этого описывались будни в школе, малозначительные события не только с участием «злодея», но и с другими учениками. Около пяти лет можно было не переживать за сюжет, ведь единственное, что сейчас мог сделать Изуку — не дать тьме поглотить душу Бакуго. Не дать этому мальчишке разочароваться в людях окончательно.       Если он уже не разочаровался.       Мидория постарается быть рядом настолько, насколько это возможно. Даже если ему придётся стать единственным близким человеком для него, если это поможет, Изуку не против отдать всё за сохранение жизни Катсуки.       Ноябрь на удивление оказался тёплым на территории школы Юэй. И хоть практически все листья с деревьев опали, оставляя после себя лишь голые ветви, погода не сильно изменилась с сентября, оставаясь всё такой же тёплой и комфортной.       Мидория находился в лечебной палате и старательно растирал тушь для письма. Ему необходимо было составить список травы, имеющейся на складе, чтобы в дальнейшем знать, какие растения наиболее часто требуются для использования. Подсчитав, Изуку заметил, что чаще всего ученикам требуется трава, имеющая обезболивающий эффект. Конечно, не нужно много думать, чтобы понять, кто именно зачастую просил это лекарство. Ах да, ещё бинты. И если траву Мидория мог собрать вручную за пределами школы, либо же купить на рынке в ближайшем городе, то бинты он мог только купить. Это было накладно.       Ближайший город с большим рынком находился примерно в двух-трёх часах езды на телеге, пешком ещё дольше. А ведь ещё нужно было спуститься с вершины и дождаться, пока мимо не проедет торговая повозка, с которой можно добраться до города за пару серебряных монет. Благо, этот город считался одним из самых крупных, и торговцев, желающих основать там торговую точку, было множество.       Заботиться о запасах на складе входило в прямые обязанности лекаря, Мидория не жаловался, просто было немного лень тратить весь день на то, чтобы купить необходимые предметы для своей деятельности.       Скрип раздвижной двери привлёк внимание, и Изуку незамедлительно повернулся, с удивлением обнаруживая на пороге Тодороки Шото. Обычно мальчик не стремился первым идти на контакт, так зачем же пришёл тогда?       Шото равнодушным взглядом окинул основной зал палаты, прежде чем перевести хмурый взгляд на самого лекаря, застывшего с тушечницей в руках.       — …Мидория-сан, — мальчик поклонился, выказывая уважение, — я пришёл к Вам по поручению отца — он ждёт отчёт о складских остатках.       — Здравствуй, Тодороки-кун, — Мидория слегка улыбнулся, — спасибо, что сообщил, я как раз собирался зайти к Главе школы сегодня.       Шото с недоверием покосился на улыбку лекаря. Он что, не помнит, как Тодороки неуважительно к нему обращался? Почему такой добрый? Или же это просто лицемерие, и на самом деле младший лекарь скрывает за улыбкой недобрые мысли по отношению к нему?       Мидория же, не подозревая о мыслях ученика, продолжал мягко улыбаться до тех пор, пока Тодороки не покинул лечебную палату. В самом деле, как к этому ребёнку подступиться?       Ладно, ладно, до трагичного финала есть ещё несколько лет. Мидория обязательно что-нибудь придумает, как можно изменить судьбу этого парнишки и избавить его от огромного чувства ответственности, что лежит на его плечах. Даже если не получится, Изуку просто не может всё пустить на самотёк, он обязан хотя бы попытаться.       Кстати, о главных героях. Бакуго стал реже появляться в лечебной палате, что, безусловно, Мидорию беспокоило. Он прекрасно знал, что мальчишка постоянно вступал в перепалки и начинал драки с другими учениками, отчего и получал раны и синяки. Если за август и сентябрь он периодически наведывался в палату за лекарствами, то за последние три недели, со дня повышения Изуку в должности, Бакуго ни разу не появился. Встаёт вопрос: почему? Перестал драться? Или он моментально развил свою силу, что теперь остальные огребают, а он только тумаки раздаёт? Изуку, может, и поверил бы в это, если б не знал, что придираются к Катсуки не только сверстники, но и ученики постарше.       Подходило время обеда. Мидория убрал письменные принадлежности, оставляя на столе список трав, собираясь отнести его Главе школы, прежде чем пойти на обед в хижину.       Во дворе никого не было. Вероятно, ученики либо собрались в столовой на обеденный перерыв, либо продолжали занятие в библиотеке. Мидория вдруг подумал, а чем сейчас занят Катсуки? Скорей всего, он где-то прохлаждается во время перерыва — насколько Изуку помнил, Бакуго очень редко обедал в столовой вместе с остальными, чаще всего он приходил под вечер и брал уже остывшую еду. У Мидории сжалось сердце.       Бакуго предпочитал кушать один, потому как в столовой у него также случались стычки, ведь во время обеда за учениками не следили старшие, что было не совсем хорошо. Изуку подумал, что было бы неплохо предложить мальчонке иногда обедать вместе, как услышал неподалёку шум.       Недалеко от учебных тренировочных площадок, за пределами территории школы, располагался густой смешанный лес. Оттуда и исходил звук, который привлёк внимание. Мидория незамедлительно направился в ту сторону, нахмурившись. Возможно, это не было чем-то важным, но ему просто необходимо знать, что происходит.       Тихо ступая по гниющей опавшей листве, заглушающей его шаги, Изуку приблизился к небольшой опушке, притаившись за деревом, стоило ему разглядеть несколько силуэтов в сером кимоно. Ученики? Что они забыли в лесу? Неужто здесь удобно обедать или заниматься теорией?       — Ты притащил своих шавок, потому что одному страшно оставаться со мной наедине? — усмехнулся один из учеников знакомым Мидории голосом. Он выглянул из-за дерева.       На опушке находились пятеро учеников, среди которых был и Бакуго. Невооружённым глазом видно, что обстановка весьма напряжённая. Напротив Катсуки, сложив руки на груди, стоял Монома Нейто — достаточно высокомерный ребёнок, доставляющий себе удовольствие путём унижения других. Вот только он ошибся, выбрав жертвой Бакуго. Ой, как ошибся. Трое приспешников Мономы стояли на шаг позади него, кидая самодовольные взгляды на противника, с губ которого всё не сходила усмешка.       — Ты слишком бешеный, — лениво протянул Нейто, — мои приятели помогут тебя успокоить.       — Так и скажи, что ты слишком слаб, чтобы справиться со мной без чьей-то помощи, ничтожество.       Эти слова заставили улыбку исчезнуть с лица Нейто. Он махнул рукой, подавая знак ученикам позади него. Трое двинулись вперёд одновременно с Изуку, которому надоело наблюдать за жалкими попытками Мономы самоутвердиться за чужой счёт.       Звук чужих шагов, а после и слова, заставили всех присутствующих замереть.       — Разве младшим ученикам позволено покидать территорию школы? Что вы здесь делаете?       — Дерьмо, это лекарь, — шепнул один из мальчишек, чьего имени Мидория не знал.       Все ученики поклонились, приветствуя старшего. Изуку встретился взглядом с Катсуки и едва сдержал гримасу от его вида. Многочисленные синяки и ссадины украшали лицо и открытые руки мальчика. Становится ясно, что всё это время он продолжал драться, но почему не приходит в лечебную палату за лекарствами?       — Кажется, твой спаситель пришёл, ты ведь к лекарю постоянно ходишь плакаться в жилетку? — издевательски произнёс Монома, глядя прямо на Бакуго, явно насмехаясь.       — Я не хожу в лечебную палату, — твёрдо ответил тот.       Тогда Изуку понял, почему Катсуки больше не приходил. Чтобы не показаться слабым перед противниками, он отказался от лекарств и молча терпел, пока все раны, полученные в драках, заживали сами по себе. Этот ребёнок… такой гордый, чёрт возьми.       — Мидория-сан, мы просто пришли потренироваться в рукопашных боях, мы не знали, что здесь запрещено находиться.       — Не знали? — Изуку окинул пронзительным взглядом четверых учеников рядом с Катсуки, склонивших головы. — Об этом говорится практически на каждом занятии.       Мидория не врал. На одном из теоретических уроков в самом начале занятий проговаривались правила, касающиеся младших учеников. Сложно забыть что-то, что ты слышишь почти каждый день. Не пытайтесь держать Мидорию Изуку за дурака, ребятки, он тут всё про всех знает.       Провинившиеся сохраняли молчание, и тогда Изуку продолжил:       — Вернитесь на школьную территорию, если не хотите, чтобы Глава школы узнал об этом.       Через несколько секунд на опушке остались только Бакуго и Мидория. Блондин хмурым взглядом пилил лекаря, словно телепатией пытаясь передать ему важное сообщение, либо мысленно пытаясь его поколотить. Изуку повезло, что в этом мире персонажи не имели способностей к телепатии, да?       — Я сам мог справиться, не нужно было вмешиваться, — в итоге процедил Катсуки сквозь сжатые зубы.       — А? Да я просто мимо проходил, — Мидория улыбнулся ему и, сложив руки за спиной, направился прочь из леса, однако через несколько шагов остановился, — эх, что же делать? Я слишком много наготовил сегодня на обед, но боюсь, что не съем всё, и остатки придётся выкинуть, жаль переводить продукты. — он тяжело вздохнул.       Ученик за спиной сохранял молчание. Мидория обернулся:       — Составишь мне компанию за обедом, Бакуго-кун?       Бакуго посмотрел на лекаря так, словно у того на голове внезапно выросли оленьи рога. Ну что? Обычное предложение. Пора бы уже заметить, что этот лекарь к тебе хорошо относится, приятель, не отказывайся от подобного предложения. Мидория ещё ни разу в жизни никого на обед не приглашал, так что это ценно, заметь.       — Вот ещё, — фыркнул Катсуки, направляясь прочь, — я предпочитаю обедать один.       — Ты всё равно подумай! — крикнул вдогонку Мидория, сложив ладони рупором возле губ.       Разумеется, его проигнорировали. Изуку знал, что так и будет. Да чтобы Бакуго, да согласился с кем-то разделить обед? Ха-ха, смешная шутка, не шутите так больше.       Несмотря на отказ, на губах сама по себе расползлась улыбка, но в груди заскребли кошки. Такой очаровательный мальчик, и какие страдания выпали на его долю. Сильное желание догнать и обнять парнишу заставило сжать зубы и зажмуриться, чтобы удержаться от его исполнения. Катсуки это не понравится, а Изуку не хочет лишний раз заставлять его нервничать.       Вздохнув, он сжал в руках список и продолжил путь к Главе школы.

***

      — Так, значит, ты хочешь выделять этому ученику больше единиц лекарственных трав, чем остальным ученикам? — взгляд Старателя пронизывал до костей, и Мидория невольно поёжился.       — Этот ученик тренируется больше, чем остальные, следовательно, чаще получает ранения во время тренировок, я считаю, что это можно сделать в знак признательности его стараний, — чётким голосом ответил Изуку, скрыв истинную причину частых ранений Бакуго.       — Ты ведь понимаешь, что на каждого ученика выделяется определённое количество трав? За дополнительную дозу лекарств тебе придётся взять расходы на себя, школа не может позволить себе увеличить расход ради одного человека.       Лекарь стиснул зубы:       — Я всё понимаю и готов лично платить за дополнительную дозу трав для этого ученика.       Старатель окинул парня перед собой странным мутным взглядом, и Изуку не знал, что за ним кроется.       — Можешь идти.       Мидория покинул второй этаж Зала Силы, чувствуя, что на первом этаже даже дышать стало легче без этого напряжения, исходящего от Главы школы. Чёртов кретин. Школа, говорит, не может позволить себе увеличить расходы на одного ученика. Да с такой популярностью школа может обеспечить лекарственные травы еще сотне учеников, просто никто об этом не знает, кроме Главы и самого Мидории, разумеется.       Школа процветает за счёт обычных жителей, которым они платят безопасностью и охотой на монстров. В обмен на спокойную жизнь жители городов и деревень платят налоги, которые идут в карман Главам городов и самому Старателю.       — Как же бесит..! — Мидория пнул камень, мешающийся под ногами.       Ай, плевать.       До тех пор, пока есть возможность сохранить спокойную жизнь Бакуго, Изуку будет хвататься за неё руками и ногами, он готов собирать лекарственную траву хоть сутками без сна и еды, лишь бы обеспечить любимому персонажу полноценное восстановление после всех драк, в которых ему предстоит поучаствовать.       Чего бы ему это ни стоило.