Хроники цветущей сакуры: Возрождение

      В тот вечер Бакуго был довольно сильно растроган неожиданным подарком и в спешке покинул хижину лекаря, пряча в темноте покрасневшие глаза. Мидория на это только улыбнулся и не стал останавливать ученика, чтобы не смущать ещё сильней. Ему было достаточно, что Бакуго принял подарок и не стал фыркать, как обычно это делал. Лекарю оставалось только с улыбкой смотреть спешащему юноше в спину. Вероятно, Катсуки теперь возмущаться и выпендриваться перестанет? Стали ли они ещё ближе с того вечера? Следующие события показали, что небольшой прогресс всё же был, пусть и не слишком заметен.       Бакуго прекратил ворчать на лекаря и сыпать редким сарказмом во время разговора, вместо этого, казалось, в словах ученика появились нотки плохо скрываемого уважения. Может, Мидории это и вовсе казалось, и всё дружелюбие Бакуго было не более, чем плодом воображения.       Однако их отношения всё же продвинулись. Теперь Катсуки приходил за помощью с более спокойным лицом, словно ему даже в радость находиться в лечебной палате. Раньше, стоило юноше переступить порог палаты, его лицо кривилось, будто его заставили силой прийти за медицинской помощью. Теперь же всё было иначе, чему Изуку был бесконечно рад. Такими темпами ему удастся изменить мысли Бакуго и вернуть на тропу добра. К слову, Мидория ожидал, что рано или поздно младший ученик оттает — кто устоит перед бескорыстной заботой от одного-единственного человека, когда все остальные только и думают, как бы причинить тебе вред? Своей работой Мидория был доволен.       Также, в тот знаменательный вечер вернулся Всемогущий.       Всё, что он сказал спустя полгода отсутствия, были несколько слов:       — Тёмные времена надвигаются, Мидория-кун, будь осторожен.       Как оказалось, на той вершине, куда отправился Всемогущий вместе с разведывательным отрядом, было несколько монстров среднего класса с внезапной вспышкой агрессии. С ними разобраться оказалось простым делом, однако, когда группа собралась выдвигаться обратно в сторону школы Юэй, с соседних вершин пришло несколько сообщений о внезапных вспышках агрессии у демонических тварей. Группе пришлось отправиться ещё на несколько вершин на зачистку, потому они и пробыли в походе так долго.       Позже, лёжа на футоне без возможности заснуть, Мидория напрягал голову, пытаясь вспомнить эти события в новелле, но ничего так и не вспомнил. Может, такие события и были, но им не уделили внимания в самой книге, однако слова Всемогущего о тёмных временах заставляли насторожиться. Тошинори не будет болтать, что попало, а значит, нужно приготовиться.       Вопреки словам Всемогущего, следующий год прошёл спокойно, не было никаких исключительных случаев, несущих опасность.       Приближалось лето, и вместе с ним — Большие Игры Юэй.       В этом году Бакуго не мог принять участие в играх, как и Тодороки, так как им не было пятнадцати лет. Они будут участвовать лишь в следующий раз, через три года. Мидория рассматривал это событие для себя, как предварительный экзамен перед переломным моментом на следующих играх. Он мог бы понаблюдать за обстановкой, получше разузнать, что и как проходит, чтобы как следует подготовиться и не дать Катсуки упасть в ущелье. Разумеется, территория, на которой проводятся игры, огорожена барьером, не позволяющим кому попало вмешиваться в ход соревнований, но Изуку надеялся, что у него, как у лекаря, будет мало-мальское преимущество.       Ах, ладно, у него есть ещё время подумать над планом действий.       Было раннее утро, второе число июня.       Мидория проснулся слишком рано, до открытия лечебной палаты было много времени. Заснуть обратно не получилось, лишь голова начала гудеть, и пришлось заварить отвар на основе обезболивающей травы. Если подумать, жить в этом мире было довольно удобно — травы от всего и для всего в открытом доступе, иди и собирай, коли нужно, и если ты в них разбираешься. Мидория ни разу не жалел, что увязался за Всемогущим в Юэй. Через месяц будет два года, как Изуку попал сюда, а через три месяца будет два года, как он живёт в Юэй, под маской лекаря разрабатывая план по изменению сюжета. Казалось бы, прошло так много времени, но событий особо никаких и не было. Единственное знаменательное событие здесь — Большие Игры, которые проводятся раз в три года. Всё остальное время Мидория занимался… лекарскими скучными делами. Нет, ему нравится его работа, это увлекает, но в последние недели Мидория не узнавал ничего нового, потому и ощущал некоторую монотонность своих действий.       Бакуго стал реже заходить в палату, и половина из его посещений — прийти и поздороваться, вовсе не за лечением.       Что касается Тодороки… Тодороки просто… был.       Мидория периодически с ним сталкивался на территории школы, либо же ученик заходил в палату, чтобы передать поручение от Главы, на этом всё, других встреч между ними не было, о чём Изуку очень жалел. Прошло два года, прогресс отношений с Тодороки всё ещё был на нуле, и в душе Изуку едва ли не хныкал, единственное, что спасало его от хандры — прогресс отношений со «злодеем».       К слову, судьба у Золотых Ростков в корне отличается, как и сложность задачи изменить её. У Бакуго значительно сложнее изменить ход мыслей, потому как у юноши с детства копилась ненависть к окружающим, и всё росло желание отомстить.       Тодороки же… Он не глупый ребёнок, понимает, что да как, просто на него слишком давит папаша и то же самое окружение, пичкая в голову ученика огромную ответственность о спасении мира. Здесь было куда проще повлиять, как думал Мидория, поэтому решил отложить это дело ещё на неопределённый срок.       Сейчас куда важней было узнать побольше о Играх Юэй, чтобы начать готовиться. Допив раствор с обезболивающим эффектом, потихоньку начинающим действовать, Мидория бодро направился к лечебной палате, где уже вовсю хлопотал Всемогущий, занимаясь уборкой с самого утра.       Скрип дверей отвлёк его от протирания пыли, и старший лекарь кинул заинтересованный взгляд в сторону зашедшего внутрь помощника.       — Доброе утро, Изуку-кун, как раз тебя вспоминал — скоро Большие Игры Юэй, нам нужно потихоньку готовиться.       Мидория вдруг подумал, что Всемогущий может читать мысли.       — Доброе утро, Тошинори-сан, к чему готовиться?       — Ну, как, к чему? Ученики на соревнованиях по стойкости и физической силе будут соревноваться не только друг с другом, но и сражаться с демоническими тварями, им может понадобиться медицинская помощь, думаешь, мы с тобой будем просто сидеть и смотреть, как остальные зрители, которые не могут участвовать?       Мидоря охнул. Почему-то он и не подумал, что ученикам угрожает опасность на Больших Играх, и что им нужна будет срочная помощь при ранениях. Разумеется, они с Тошинори-саном будут работать все дни проведения игр.       — Точно, — протянул Изуку, задумавшись.       — Ну, ты не переживай, обычно ничего серьёзного не происходит, просто пара царапин на руках-ногах. За всё время, что я занимаюсь целительством в Юэй, смерть ученика была только единожды, а я здесь нахожусь более пятнадцати лет. — проговаривая всё это, Тошинори любовно поглаживал тряпочку для уборки, то разглаживая, то складывая в несколько слоёв, спокойным тоном, словно бы говорил о погоде. — Тебе не о чем беспокоиться, даже если что и случится, твоя обязанность — сделать всё, что сможешь и как можно быстрее, всё. Ты не Божество, чтобы воскрешать, а у трав тоже есть время действия, смертельно раненный ученик может просто не дожить до того момента, как трава начнёт действовать.       Всемогущий улыбнулся и напоследок потрепал Мидорию по голове, прежде чем выйти.       Чёрт возьми, да как после таких слов не беспокоиться?!

***

      Следующие несколько часов Мидория штудировал свои записи и даже заглядывал в записи Всемогущего, дабы освежить знания. Но всё это он помнил и без заглядываний в тетрадь. За два года проживания в Юэй он множество раз перечитывал записи, так что знал теорию наизусть, да и в практике не было косяков.       На следующий день был объявлен вечерний всеобщий сбор в Зале собраний, находящемся по-соседству с Залом Силы.       На собрании Изуку впервые увидел весь состав школы Юэй в одном месте — абсолютно всех, от Главы школы до уборщиков территории. Учеников, и младших и старших, всех вместе было больше двухсот человек точно. В тот момент Мидория впервые подумал о масштабах катастрофы, которая обрушилась на школу после нападения взрослого Бакуго. Если прикинуть, нападение произойдёт лет через десять, к тому времени учеников станет в разы больше.       Во чтобы то ни стало Мидория обязан всё исправить.       В Зале собраний он занял место на одной из передних лавок рядом со Всемогущим, приготовившись слушать. Из интереса окинув взглядом собравшихся, нашёл Бакуго и на какое-то время задержался на нём. Катсуки уже несколько недель не появлялся в лечебной палате, и Изуку поймал себя на мысли, что соскучился по сорванцу. Внезапно ученик поймал взгляд лекаря, Мидория не растерялся и легонько улыбнулся и кивнул, на что Бакуго потупил взгляд и опустил голову.       И что это было? Снова вредничать вздумал?       С другого конца Зала собраний за лекарем наблюдала другая пара глаз, имеющая симпатичную гетерохромию. Обладатель красно-белой толстой косы за спиной хмуро наблюдал за довольным лекарем, прежде чем гордо дёрнуть подбородком и отвернуться.       В зал вошёл Глава школы. Все, как по команде, поднялись с лавок, встав по стойке смирно, после чего сложили ладони вместе перед грудью и глубоко поклонились, задержавшись в этом положении ровно на пять секунд. После чего также синхронно выпрямились и опустились обратно на лавки.       Старатель окинул всех присутствующих пронизывающим взглядом, словно хотел заглянуть во внутренности каждого. Изуку вдруг прошиб озноб.       — Рад, что вы все собрались. Думаю, все уже догадались, ради чего я вас собрал? Через несколько дней начинаются Большие Игры Юэй, которые проведутся на главном стадионе школы, надеюсь, все желающие участвовать подготовились? — вопрос был риторический, потому Энджи Тодороки продолжил. — Все желающие принять участие обязаны записаться у ответственного за проведение Игр — сэнсея Айзавы до отбоя сегодняшнего дня. У меня всё.       Выходя из Зала собраний, Мидория вертел головой в поисках светлой макушки — Бакуго так необычно отреагировал на его приветствие кивком, вдруг заболел?       Но сколько он ни крутил головой, не удалось добиться ничего, кроме головокружения. Пришлось отложить поиски ученика.       — Пойдём, Изуку-кун, мне нужно тебе кое-что сказать, — Всемогущий неожиданно подошёл сзади и положил руку на плечо.       Лекари направились к палате, Мидория хотел зайти внутрь, но Тошинори неожиданно потянул его к складу.       — Помнишь, я рассказывал, что есть способ отменить эффект смертельного яда в Кунони Йорущи?       Мидория вспомнил чёрное жуткое растение, один листок которого вызывает летальный исход, и кивнул.       — В связи с тем, что опасность всё возрастает, есть вероятность, что на школу совершат нападение, нужно быть готовым ко всему. Слушай внимательно: я расскажу тебе о противоядии, и что нужно с ним делать.       Затаив дыхание, Изуку приготовился слушать, не догадываясь, что знания ему пригодятся в недалёком будущем.