Dominator.

Safety – безопасность. Правило VISSC, являющееся вторым по законоположению в BDSM. * Со следующей зарёй началась подготовка к пиру, которая доставила Королю лишь неудовольствие. Настоящий монарх должен жить праздно, не утруждая себя заботой о хлебе насущном или презренной торговлей. Но род Торнов нажил своё немаленькое богатство именно благодаря последней. Его предок, завоевавший земли на побережье, основался в самом удобном его месте для захода кораблей. Могучие готы никогда не боялись нападения с моря, ведь суда в те времена не могли переносить многочисленную армию. На месте поселения довольно быстро вырос город, который являлся теперь столицей Королевства Торн. Сейчас она превратилась в настоящий торговый порт, куда приходили товары с севера. Самый выгодный взаимообмен производился с торговцами из Руси, которые поставляли в его владения меха, кожи и рыбьи зубы, а также лён, сало и мёд. Обратно русские купцы везли серебро и медь, ткани и оружие. Род Торнов не гнушался торговлей и не поддавался лени самодержцев, предпочитая показывать её лишь другим властителям намерено. Поэтому Эрих отогнал минутную слабость и вызвал канцлера, чтобы призвать к ответу: - Поведай мне о моём состоянии и возможностях предстоящего пира. Маленький скрюченный старостью пыльный человек склонился в земном поклоне. Эрих подумал, что нужно срочно выучиться читать, чтобы не отставать от отца. Нельзя доверять запись отчётов камерария о государственной казне, не умея их проверить. Тем временем канцлер ловким движением фокусника изъял из своих недр тетрадь из пергамента, надул щёки и затараторил: - Ваше Величество, государственная казна хранит немалые запасы, состоящие из: - 28 сундуков золотых монет; - 13 ларцов драгоценных камней всех размеров; - 34 ларца полудрагоценных камней, из которых: - 3 ларца яшмы размером от ногтя до сливы, - 2 ларца белых жемчугов, - 7 ларцов... Почувствовав, что начинает тонуть в кознях своих счетоводов, Эрих прервал хитрого старикашку: - Говори по сути. С какой степенью пышности мы можем принять гостей? Много знающий лукавец покряхтел для виду, будто бы он совсем уже беспамятный, но, увидев, что монарх на это лишь начал гневно сдвигать брови, тут же предался воспоминаниям: - Ваше Величество, казна основательно преисполнена ценностей. Но за годы правления великого рода Торн, начавшегося ещё во времена праотца нынешнего Короля, она изрядно истощилась. Многие накопления пошли на возведение и благоустройство прекрасного Замка Торн. Хотя Вам не возбраняется устроить пир любой степени расточительности, и не один. Бесспорно «прекрасного» Замка Торн! Ещё дед Эриха начал испытывать тягу к запрещаемым церковью и вредным для кожи омовениям, из-за чего он задумался о возможности удалиться из столицы в собственные владения, которыми ему пришлось начать обзаводиться, затеяв строительство крепости на вершине неприступного с моря холма. Как только тело праотца начало высвобождаться из липких объятий всеобщего смрада, мужчина перебрался на эти склоны вместе со своими вассалами и жил в военных условиях, выстраивая вокруг себя всё более надёжные стены. Сделав своим преемником Готтилфа Торна, праотец не прогадал. Предыдущий король завершил благие начинания, и даже превзошел их. Он изукрасил свои покои деревянными панелями, окутал ложа монархов тёплыми мехами ягнят, даже вырыл сточный ров, по нему попадали в море нечистоты, которые он строго-настрого приказал слугам собирать и сливать только туда. И теперь неохватные объёмы замка довершали отвесные скалы, срастаясь с ними, словно сам Господь задумал их. Но пора было задуматься о тратах. Торны нажили состояние не только своей военной мощью, торговлей и отсутствием праздности, но и запредельной бережливостью, и молодой правитель не собирался нарушать это правило. Эрих, преисполненный гордостью от предшествующих мыслей, повелел: - Пир собирайте самый умеренный. Распорядись камерарию всё подготовить. * Эрих Торн вошёл в свои покои, взметая клубы вездесущего мусора и отпихивая сильной ногой одну из охотничьих собак, пытавшуюся увязаться следом за ним. Постельничий уже ожидал уставшего после дня, загруженного многочисленными распоряжениями, Короля. Мужчина прошёл мимо него к ложу, на ходу с яростью срывая с себя одежды и разбрасывая их по полу. Испуганный гневающимся владыкой нежный Клеменс застыл на месте, не решаясь снимать свою мягкую суконную рубаху, просвечивающую выбитым орнаментом в самых интересных для взора местах. Король истомлённо рухнул спиной на кровать, привольно раскинувшись на её покрове, и приказал прекрасному юноше: - Раздевайся. Садись сверху, всё сделаешь сам. Отзывчивый Клеменс так густо залился краской, что смуглость его шёлковой кожи совсем пропала, и Эрих почувствовал, как его кровь устремляется к чреслам безо всяких прикосновений. Тонкое тело скромными движениями начало разоблачаться, подрагивая от стыда, и член Короля начал подрагивать ему в ответ, наливаясь ещё пуще. Обнажённый юноша осторожно наделся сверху, не осмеливаясь опереться руками о могучую грудь монарха и не отвечая своим естеством на такие богопротивные действия, и Торн прикрикнул: - Проворней маши своим задом, постельничий! Как только покорно начавший усердствовать Клеменс издал первые звуки боли, монарх с восторгом излился в его недра, уже не открывая больше глаз, чтобы увидеть, как новый слуга снимет себя с его опадающей плоти и отправится спать на свою лежанку в углу. * К середине седмицы появилась ещё одна неприятность. Медленно излечивающий свои раны шут оказался не способен говорить. Сенешаль, с многочисленными расшаркиваниями рассказывающий об этом суровому монарху, чуть не расшибся о дверь, всё-таки не сумев обуздать своё стремление выдвинуться как можно быстрее задом из покоев Короля. Теперь мальчик не мог не только шутить, но и петь, а плясать ему было ещё ой как нескоро. Предлагавшему срочно нанять миннезингеров сенешалю Эрих провозгласил своё решение выгадывать казну: - Приведёшь шута. Будет мальчиком для битья. * В назначенный час окрестности огласились звуками рога, преисполненными горделивыми нотами с хорошо сочетавшейся между собой заржавелой хрипотцой. Сигнал начала парадного застолья послужил выходом к толпящимся в огромном помещении массам людей, слетевшихся сюда на зов своего алчущего нутра. Граф Штаде и маркграф Маркграфства Северной Марки Лотарь Удо III явился ко двору со своим сыном, будущим маркграфом Маркграфства Северной Марки Лотарём Удо IV, и многочисленной свитой в полном своём составе, а также при полном параде. Не менее искрящийся алмазами со своей каймы на пунцовой тунике Эрих заскрипел зубами от праведного гнева на расчётливость наглого соседа. Великий Король и заурядный маркграф воссели рядом за короткий стол, возглавляющий поверхность второго, бесконечно длинного, вытянувшегося из его середины и исчезающего где-то у входа в зал среди бурлящих и вспенивающихся разноцветьем одежд придворных, бьющихся за места поближе к намеченному мясному рагу. Эрих специально не стал водружать два стола по бокам от своего, чтобы как можно меньше лиц наблюдать возле себя. Приближенные вассалы обеих сторон прекратили трезвонить начищенными до зеркального блеска доспехами друг о друга, выигрывая себе места, и пир начался. Первым делом парадно одетый слуга предоставил бадью для мытья рук гостю и его сыну в знак почтения перед прибывшей стороной. Третий по счёту Эрих лишь слегка прикоснулся пальцами к воде, окаменевая лицом и величественным жестом пуская прибор для омовения рук по кругу стола. Когда чаша, наполненная таинствами дланей всех людей, исчезла из вида, в пиршественный зал начали заносить на металлических широких блюдах оленье рагу, клубящееся горячим дымком и посыпанное заморскими пряностями. Затем в очередь встали колбасы из мяса каплуна и ломти хлеба. Многочисленные слуги кравчего разлили вино по серебряным кубкам, тесня оруженосцев, нагруженных доверху мечами всех мастей. Специально назначенный распорядитель чинно подошёл к кушаньям возле монарших особ и опробовал первое из них. По залу пронёсся стройный голодный вздох множества сглатывающих свою слюну придворных. Но искушённые в этих делах властители выдержали должное время, пристально вглядываясь в мужчину на предмет его кончины, не дрогнув лицом. Когда срок истёк, Эрих властно кивнул, и испытатель королевской угрозы двинулся с облегчённым вздохом к следующей. Долгий, но весьма приятный процесс наблюдения за вкушающим смертельного страха мужчиной подошёл к концу, и Эрих, взяв серебряную ложку в руку, потянулся к рагу. Зал взорвался навстречу этому жесту множеством пёстрых жадных рук, хватающих и обжигающихся о долгожданную пищу, но не роняющих её. Мужчины и женщины, сидевшие парно, не замечая одну на двоих тарелку закидывали куски поплотнее прямо на хлеб и страстно запихивали подаренную им пищу в рот потеснее, благовоспитанно почти не издавая при этом ни звука. Колбасы разрывали руками, цепляясь за них в запале забрать себе побольше, и тут же лихорадочно вытирая руки о скатерть, чтобы они не соскальзывали с нового предмета спора. Весь двор был воспитан, не ковыряясь в зубах ножами и попросту их не замечая, вообще не используя. Буквально через мгновенье стол излился фонтаном оленьих костей, хлынувшим из него высокой струёй, ударяющейся о стены и с грохотом опадающей на монолитный пол Замка Торн. Эрих махнул рукой сенешалю: запускай собак. В зал ворвался яростный рёв множества радостных глоток, надвигаясь лавиной цоканья длинных когтей и превращаясь в многочисленные стаи откормленных животных, лоснящихся своей охотничьей статью. Стройный хруст заиграл свою партию, и пир окрасился совершенно праздничной нотой. Насытив свой первый голод намеренно быстрее соседа, Эрих счёл нужным начать беседу: - Граф Штаде, я готов выслушать Ваше предложение о дружбе. Поперхнувшийся особо крупным куском мяса, именно в этот, хорошо подмеченный миг еле уместившимся в беззубом отверстии покрытого вонючей пудрой лица, маркграф растерянно замахал руками, пытаясь молниеносно запить вином сие событие. Эрих ждал, пристально разглядывая это приключение в упор. Как только оно закончилось, его исполнитель не преминул предложить: - Эрих Торн, хочу заключить с Вами дружеский союз между нашими великими государствами для взаимного отпора вражеского нам обоим Герцогства Саксонии, угрожающего нашим владениям с юга. Владыка сделал задумчивое лицо, ничуть не сомневаясь в неизменности предложения, озвученного ему неделю назад послами. Эрих поднёс к губам золотой винный кубок и стал оттуда отпивать мелкими глотками, лишь ожидая, когда сосед потеряет бдительность и опять заполнит свою глотку, чтобы спросить: - Огласите мне Ваши условия для нашего союза. Со всё возрастающим удовольствием от повтора занимательного представления, исполненного снова для него маркграфом, он услышал начинающий становиться надломленным голос: - Условия абсолютно равные. В случае нападения на любую из наших территорий, не затронутая войной сторона высылает половину своей армии на помощь союзнику. Пока Эрих задумался о том, что его армия на три части превышает соседнюю, малоумный Удо III позарился на этот раз на колбаску, решив, что она проскочит в него как по маслу, но вовремя заметивший его уловку Торн развернул выгодный ему предмет поперёк жадного горла громовым голосом, специально наклонившись поближе к ни разу не мывшемуся за свою шестидесятилетнюю жизнь маркграфу: - Не половину своей части, а взаимно равные величины армии мы высылаем на помощь союзнику. Тогда наше объединение состоится. И с наслаждением расслабил сильные мышцы о спинку трона, жадно вкушая в третий раз исполненное в его честь поругание. * Когда с десертом, состоявшим из пирогов и яблок вместо ожидаемых гостями пирожных с финиками, было покончено, настало время для развлечений. Первым делом потешный Лотарь Удо III потребовал, чтобы ему принесли маленькую донельзя лохматую псину, которую он возложил на свои колени и крепко прижал к себе, несмотря на её видимое несогласие. Подозрение закралось в ум Эриха, и он не преминул спросить уповающего на бахвальство соседа: - Граф Штаде, что за странная диковина у Вас в ладонях? Сосед от обилия принятой пищи и вин заливался потом, рисующем на оплывающей пудре кривые узоры. Маркграф, воняя ртом сильнее, чем приправами, горделиво налился спесью и мерзким голоском возвестил несведущему Торну: - Это моя самоличная блошиная ловушка! Эрих окаменел всем телом и нарочито отодвинулся вместе с троном подальше от союзника. Не хватало ещё завести и себе искорок божьих на теле! Чтобы как можно быстрее отвлечься от гнездилища тварей небесных он предложил свою потеху гостю: - Не хотите ли развлечься моим новым шутом, Граф Штаде? И Удо III, будучи и стар, и млад, с удовольствием обратил свой внутренний, отроческий взор на бессердечное развлечение, заёрзав на стуле от нетерпения, либо от сонма укусов своих ново обретённых бессчётных друзей, радостно кивая головой. Король Эрих Торн кивнул сенешалю и приготовился ждать, стараясь не обращать свой величественный взгляд на бурлящую клоаку, обширно простирающуюся перед ним и являющую собой копошение выпачканных едой лиц и рук человеческих, так явно напоминающую ему ад. Угрюмые мысли были прерваны представшим перед глазами мальчиком в пёстрых одеждах, слабо держащимся на своих ногах, потому как его три дня не кормили по приказу владыки. С мыслью, что совсем небольшая разница в увиденных Эрихом ныне явлениях, он повелел: - Раздевайся догола и примкни к моим собакам. Ты сегодня один из них. И молниеносно обратил самый жестокий свой взгляд на малоумного союзника, весь оставшийся пиру срок пристально наблюдая, как проходит перед ним череда множества масок, нажитых за столь долгую жизнь маркграфом, до тех пор, пока тот не снял их все.