Так сложилась судьба

      Город был настолько запущен и разбит, что вызывал у Ранбу жуткую панику. Ему казалось, что добром это путешествие не кончится, потому он так испугался, едва Техно позвал его с собой. И теперь, оставшись один на один с пустым местом, Энд заволновался еще больше. Он словно чувствовал чьи-то липкие холодные руки на своих плечах, на затылке, спине, и страх пробудил самые темные уголки его сознания.       Едва перебирая ногами, Энд вышел из осыпающейся хлопьями после телепортации лиловой дымки и посмотрел на каменное строение за собой.       Дом Общины — заброшенное, потертое здание, восстановленное после взрыва лишь только для того, чтобы не портить картину общего вида города, располагалось прямо на озере. Когда-то давно это был действующий центр сервера, кто-то рассказывал истории, что этим местом дорожила вся команда Дрима, тщательно возводя постройку собственными силами.       Ранбу сожалеюще взглянул на полузабытое, печальное творение человеческих рук. Каким зверем нужно быть, чтобы устроить взрыв прямо здесь, в центре, в собственном уютном домике? А после попытаться повесить тяжесть этого преступления на ни в чем не повинного Энда. Ведь если даже так рассудить — в самом отчаянном положении, в самом психически неустойчивом состоянии Ранбо никогда бы, никогда в своей жизни не смог бы даже сжечь их с Таббо отель, который возводился такими силами, таким трудом. Как долго они собирали еловые бревна, люки, как трепетно ждали готового стекла. И так хладнокровно разместить внутри динамит? Заставить доски полыхать?       Ранбу мотнул головой. Его мысли сейчас устремляются в нехорошее русло, если он войдет в неконтролируемую прострацию, то никто не выведет его из этого состояния как минимум ближайшие часа два, а их ждет Филза. И Майкл…       Майкл, этот маленький ребенок, которого они обнаружили около портала в Незер. Напуганный малыш, впервые оказавшийся в верхнем мире, боялся каждого шелестения травы — кажется, он отбился от своих родных, а поиски его семьи в Аду не дали ни единого результата. И тогда, Туббо решил внезапно, что мальчик поселится в их доме. Пускай Майк немного дикий, но очень хорошо учится и имеет некое подобие разума. Не стоит считать, что аборигены совсем ничего не умеют только потому, что их цивилизация отличается от «развитой» цивилизации наземных жителей. Как минимум, человеческие предки бегали с каменными топорами, тогда как пиглины во всю пользуются арбалетами.       Маленький свинозомби, например, уже даже освоил азы алфавита и начинал попытки говорить, потому Таббо просто запретил матерщиннику Томми приближаться к их дому.       Славное было время.       Время до тех пор, пока город не пришлось покинуть.       Случилось все слишком быстро — вечер, закат, стрелки настенных часов клонятся к отметке восьми, как Туббо врывается в дом. Растрепанный, напуганный, словно загнанный кошкой в угол воробей. Его пушистые пшеничные волосы топорщатся, и Ранбу, ждавший мужа на ужин, тут же подскакивает с места, готовясь защищать парня от нападения, но блондин бросается к сундукам. Они переезжают следующим утром, в Арктику, в маленький коттедж Энда, поближе к Синдикату. Таббо встревожен, знает, что в городе опасно, он просто хочет обезопасить семью.       И все же, возвращается, потому что друзья написали письмо и просили приехать. Обещает, что ненадолго, туда и обратно, просит оставаться в сохранности, лишь бы никто из семьи не пострадал.       Ранбо чувствует, как слеза, обжигая кожу, сползает по щеке и беззвучно падает в траву. Новый шрам на его потрепанном временем и жизнью лице.       Порой Ранбо думается, что Дрим был прав — друзья, это опасная и глупая привязанность, губящая все вокруг.       Порой Ранбо хочется наконец стать послушной марионеткой, чтобы больше не чувствовать ничего.       И отчаяние, усиленное одиночеством, лишь подталкивает к пропасти.       Энд готов был поклясться, что на секунду услышал на задворках чужой шепот. Незаметный, но явно посторонний.       Вздрогнув от страха и поскорее убедившись, что Общественный Дом так и остался пустой безжизненной декорацией, Ранбу в большой задумчивости покинул район центра, не без опаски обходя все лужи и озера, коих в окрестностях было просто несчетное количество. Парень с ужасом представлял, как будет набирать воду из церковного водопада. Надо же будет попасть в узенькое горлышко склянок, которые остались еще из-под прошлых зелий (их Ранбу позаимствовал из Дома), а значит и велика будет вероятность забрызгать руки. Это будет очень больно, чертовски, как добровольно приложить раскаленный металл к нежной коже.       —Тогда сдайся, — подсказал чужой голос, заставляя Ранбо испуганно расширить глаза.       О нет… Этот чертов голос. Еще не вторая личность, но и не совесть, весьма неприятная штука, будто шепот со стороны над ухом. Проснулся видать.       Энд стиснул зубы. Его нужно угомонить, заставить спрятаться, чтобы ненароком не потерять в приступе кусок памяти. Главное не слушать, главное думать о другом.       Где-то высоко над городом, но чуть пониже крыши кирпичного отеля Иннита, держался на тонких металлических столбах Неопознанный объект Перпла. Ранбо решил, что самым логичным в его ситуации будет сейчас раздумывать над тем, каким же образом Перп попадает внутрь — жемчужинами ли Эндеров, поршневым ли лифтом, а может с помощью откидной лестницы? Наверное, самым рациональным объяснением будет нелогично держащаяся на факелах лестница, поднятая до самого входа. И дешево, и сердито, и никому не заметно.       Ранбу снова слышит в своей голове тихий, угрюмый шепот намекающий, что пора бы заканчивать со своей нерасторопностью, ведь время поджимает как никогда и заняться куда более важными вещами, и скорее занимает свои мысли лирическим описанием природы вокруг. Энд торопится думать о том, как безлюдно на улицах города, вспомнить Майкла, как можно меньше погружаясь в прошлое. Он не может позволить захватить над собой контроль, не может позволить себя впасть в прострацию и забыть, куда ему было необходимо, только не сейчас, не сейчас!       —Если расстояние от Земли до Луны двести …нет, предположим триста миль, а обычная лошадь бегает со скоростью одиннадцать миль в час, — бормотал себе под нос Ранбу, стараясь занять голову глупой задачкой. —То сколько времени потребуется, чтобы долететь на единороге до луны? Нет, тогда нужна скорость полета лошади. Может попробовать решить эту задачу с точки зрения Мюнхаузена? — Энд поднял голову и осмотрелся. До церкви оставалось уже совсем немного, жалкие двести метров, а там может и голос затихнет. Может станет немного лучше…       —Перестань страдать ерундой, нам нужно поторапливаться!       —Нужно узнать, с какой скоростью летают ядра, — Ран мотнул головой, впиваясь когтями в собственную руку. — Кому это нам?! Мне не нужно никуда, моя комната паники далеко, и она закрыта, я больше не собираюсь никого слушать! Ни глупые голоса, ни Дримонов, никого! — он неосознанно повысил голос и тут же запечатал себе рот.       Поблизости могут ходить толпы зараженных, а он орет здесь, словно требует быстрее поймать гибрида Эндермена и еще кого похуже.       —Идиот, — шипит голос разума, словно специально выводя Энда из себя. —Сдай быстрее контроль, все будет куда лучше, ты сам это прекрасно понимаешь.       —Не понимаю, — упрямо твердит Ранбо. Вот перед ним двери церкви, туда нужно зайти, ему нужна вода, всего пару колбочек, чтобы облегчить свои приключения.       —Сдавайся, — вторит голос.       —Нет! — перед ним двери церкви, нужно сделать еще пару шагов.       —Скорее…       Перед ним двери церкви. Он касается их рукой. Он стоит на пороге.       Он… Не помнит.       Что дальше?       Ранбо замирает как вкопанный. Даже назойливый голос из головы пропадает. Сейчас Энд думал над задачкой, шел сюда, преодолел двери церкви… Зачем?       В его сумке звенят колбы, но он не помнит, чтобы пил зелья. Вокруг так много воды, это так опасно и больно.       Ранбу делает осторожный шаг назад, оглядываясь, чтобы ненароком не упасть. Кажется, он искал выживших среди домов? Но здесь пусто, как никогда раньше, и слишком много воды.       Стрелой выметаясь из церкви Прайма, парень споткнулся о свою же ногу и растянулся на траве. Ему хотелось скулить от страха, ведь всё нутро ему подсказывало, что он забыл что-то невероятно важное, что-то жизненно необходимое. Была бы здесь его книга памяти, он бы быстро записал эту информацию еще до приступа, а теперь он абсолютно ничего не помнит!       Ран схватился за голову, взъерошивая и без того жутко растрепанные волосы.       Он забыл, он забыл, что-то тут не так. Он забыл не только то, зачем пришел в церковь, он не помнит и разговора с Техно, он совсем ничего не помнит, кроме того, что на другом берегу его ждет Филза и Майкл.       Майкл?       Если его ждет Майкл, значит они пришли в этот город найти Туббо. Точно, он думал о своем муже всю дорогу, это четкая картинка в памяти, значит они тут, чтобы найти Туббо!       Но где же искать Туббо?       Ранбо слышит легкие шаги неподалеку и поднимает голову. Голос исчез, и это хорошо, назойливый свист больше не мешает воспринимать картину отчетливо. Мутный взор наконец собирает фигуру воедино, и Энд видит перед собой того, кого и искал.       —Таббо! — рывком поднимаясь, Ранбу тут же заключает парня в объятия. —Милый, я так переживал, ты бы просто знал. Ну зачем, зачем ты сюда пошел?       Энд смотрит в покрасневшие глаза мужа, наивно полагая, что это все из-за слез.       —Идем домой, ладно? Мы ждем тебя, милый, я, Майкл, даже Филза, идем быстрее.       Блондин приоткрывает рот, желая что-то сказать, с губ даже слетает:       —Наше Яйцо должно…       —Помоги мне.       —Что? — Ранбу смотрит в недоумении на мужа, прищурив глаза. —Я конечно помогу тебе, только нужно иди со мной!       —Помоги мне, — раздается снова, но только звук словно рождается в самой голове. Туббо даже не открывает рот, чтобы обратить с этими словами к Ранбо.       —Я… конечно… — недоуменно произносит Энд, заглядывая в глаза пареньку напротив. —Как тебе помочь? Что мне сделать, Таб?       Парень молчит. Глядит тускловато-зелеными, с красной окантовкой глазами на Ранбо, словно пытаясь понять, свой он или чужой.       —Вытащи меня отсюда. Оно говорит со мной, черт возьми, помоги мне!       Ранбу обессилено опускает руки, выпуская Туббо из объятий. Как ему помочь, как? Сознание словно оживает само по себе, будто ведет ноги в одному ему известном направлении. Сознание Ранбу медленно мутнеет, он уже плохо отдает себе отчет, что делает и зачем. Просто знает, что поступает правильно, поступает так, как требует его воля. Просто идет к тому, кому нужна помощь, но предназначается ли она Туббо?       Шаг, шаг.       Он идет, опираясь только на зов чужого голоса. Мимо проплывают неясные картинки реального мира.       Шаг, шаг.       Этот голос куда приятнее чем предыдущий, его, Ранбо, собственный. Этот ниже, тембром добрее. Ласковый. Манящий. Как для рыбы на крючке червяк.       Шаг. Шаг.       Идет, как тряпичная кукла, повинуясь ниточкам. Легкая марионетка, не слышащая никого и ничего. Но если это нужно ради его мужа, ради семьи, почему бы не рискнуть?       Шаг. Шаг.       Голос твердит, как ему здесь плохо, как ему хочется скорее выпорхнуть на волю, ведь внутри такие страшные лозы, такое ужасное Яйцо. И Ранбу согласен с ним, эти лозы отвратительны. Если ты заперт с ними в одной клетке, то это куда хуже, чем простая камера.       Камера?.. Куда он идет?

***

      —Почему?! Почему вы, блядь, не пытались это контролировать?! — Томми отчаянно отплевывался от воды, параллельно вытряхивая её из ботинка.       —Потому что это невозможно! — нервно отозвался Техноблейд. —Мы пытались, не один раз, однако единственное, что выводило Рана из этого состояния — подзатыльник. Или хорошенькая встряска. Он общается с Дримом, считая его частью своей личность, просто не определяет реальность.       —Значит мы сейчас со всеми очень хорошо поговорим, — самоуверенно ляпнул Том.       Они бежали по полю, буквально вопя во всю глотку имя Ранбо, совсем не скрываясь. И так уже весь город зараженных знает, где они находятся и скоро появятся. Им бы сбежать пораньше, но для этого надо захватить с собой Энда, а своевременно одуматься парень не хотел. Напротив, его и след простыл в глубине Ящика.       Надзиратель их даже не остановил — вяло проводил взглядом тускло-зеленых, больше карих из красного цвета глаз и продолжил меланхолично рассматривать трезубец.       —Черт возьми, почему здесь такая расхлябанность, — пропыхтел Техно, осматривая огромный холл, заплетенный Лозами. Ранбу на горизонте не было и подавно —И куда нам идти?!       Томми нервно сглотнул. Последний раз когда он тут был, обернулся не самым лучшим для него образом, потому страх соваться в это богом забытое место поселился в самых жилах парня.       —Здесь начальная проверка — система порталов. Предполагаю, что Ранбу просто преодолел их телепортацией, нам придется пробежать.       —Веди, — подтолкнул его Техно.       Том вздохнул. Ох как ему не хотелось, жутко не хотелось соваться внутрь, куда сильнее было желание бросить прямо сейчас все и отправиться на выход, но… Он не ребенок! Он взрослый, он сильный.       Ему все еще нужна поддержка, потому он берет Блейда за руку, нервно сжимая чужую ладонь так, будто пытался её сломать и спешит вперед, вдоль коридора.       Бог Крови здесь не был ни разу. Никогда больше не возвращался к бывшему союзнику, словно забыв о их прежних приключениях, буквально бок о бок. Да и честно, ему было плевать. Насколько возможно — плевать. Даже когда Дрим буквально умолял его о помощи, оказавшись в ловушке, Техно благополучно забыл и о своём обещании отдать должок и о прошлых злоключениях. Решил, что бросить сотоварища будет куда проще. Просто не хотелось торчать в Пандоре вдвоем, как идиоты. А теперь, Блейд и не знал, как посмотреть Дриму в глаза. С одной стороны, тот натворил кучу всякого…       А с другой, они творили эту кучу из грехов и взрывов вместе, творили анархию, что буквально была символом их существования. Только выйти сухими из воды удалось всем, кроме Дрима. И если он сейчас в относительно здоровом рассудке, то у Блейда есть одна вещь. Вполне разумная, но та, что отчаянно не понравится Инниту.       —Я прибью его, — ругался Томми всеми плохими словечками, что он успел выучить за своё пребывание. —Мразь, сучий сын, какой он… — они быстро двигались по обходным путям, проложенным специально для Надзирателя. Здесь, за плотной стеной лавы, Кровавые Лозы были чахлыми, полумертвыми и практически отсутствующими. Но все же доползали аж до последней зоны защиты. Пробираться обходными путями было куда быстрее, чем при обычном осмотре, что занимает полчаса, а то и больше. — Я его по стене размажу, Дрима этого, я его на комбикорм отправлю! Чтобы он…       Сложно комбинированные ругательства Иннита тут же были перебиты физическим затыканием рта. Правда, Томми уже и сам поспешил замолчать, завороженно, будто впервые, наблюдая, как громада лавы медленно и торжественно опускается на дно огромной камеры особой защиты. Мальчик вздрогнул, когда наткнулся на метафорически следящий за ними пристальный взгляд человека, чье лицо было плотно прикрыто маской.       —Зачем вы стоите, как вкопанные, — Ранбу обернулся к ним, строя предложения неестественно вычурно для себя. Его стеклянные глаза не выражали ничего разумного, и Томми был даже уверен, что сейчас через него буквально звучит Дрим. Энд положил руку на рычаг, отвечавший за управление платформой (кажется, Дрим тоже шевельнул рукой, чтобы направить марионетку по своему желанию) и холодно протянул.       —Навестите вашего лучшего друга.