Единственная реальность

*** Ночью они не ласкались, а просто лежали рядом какое-то время. Хуайсан прижимался к теплой спине и смотрел в потолок. Что-то внутри него протестовало против такого умиротворенного состояния, настойчиво зудя на границе сознания о том, что надо бежать из Нечистой Юдоли во весь опор. Он закрыл глаза и сосредоточился. Интуиция кричала дурниной. С тяжёлым вздохом Не прошёлся по крепкой спине и нехотя сел на постели. - Ты чего? - вскинулся и развернулся к нему его партнёр по отдыху. Не Хуайсан всмотрелся в его лицо, полное непонимания и беспокойства одновременно. Они, как и всегда, были на одной волне. - Тебе надо уходить... - начал было второй господин Не, но был крайне невежливо прерван. - Ты опять за свое! Прятаться?! Да ни за что на свете! Хуайсан с трудом подавил тяжёлый вздох. Внутри, словно в огромных часах, медленно вытекала вода, сигнализируя о том, что времени остаётся все меньше. - Отведу тебя в библиотеку, - умиротворяюще поднял руки он. - Там тебе будет, чем удивить себя.... Предвидя бурный протест, Хуайсан быстро прихлопнул вредный рот, что уже набрал воздуха для ответной яростной отповеди. - Тшшшш... Пойдем и не спорь. А по дороге давай выберем тебе новое имя, раз уж ты решил показать свое настоящее лицо. Его ладонь отбросили с фырканьем и ехидным смешком. - Хорошая тактика, младший господин Не. Отвлекающий маневр засчитан. Его собеседник поднялся с кровати, покряхтывая и натягивая ханьфу на плечи. Он встал на ноги и потянулся в до того знакомой манере, что Хуайсан потёр кулаком глаза. /А не померещилось ли? Вэй Ин?/ Однако, перед ним всё ещё стоял Дева Распускающихся Бутонов, и он с раздражением произнес это имя про себя. /Похоже, поменять имя, и в самом деле, - хорошая идея.../ Не подошёл к спутнику, оправил складки его одежды и легко коснулся губ поцелуем. - Идём... Я покажу тебе одну из сокровищниц ордена Цинхэ Не. Парень положил ладони ему на плечи и тихо захихикал. - Хуайсан, ты умеешь уговаривать. И тут же сменил тему. - Не хочу больше быть Девой Распускающихся Бутонов, надоело. На мне уже мужская одежда, как я могу называться женским именем?! Хуайсан отступил назад, прикрыл рот веером и хихикнул. - Ну, ты ведь не сам себе его выбрал... Его спутник упер руки в бока и воинственно хмыкнул. - Зато следующее имя я выберу себе сам! Хуайсан схватил его за рукав и потащил за собой. Разговаривать они могли и на ходу. Внутри все прыгало от беспокойства, а интуиция настаивала на том, чтобы они поторопились. - И какое же имя решит выбрать себе этот достойный и отважный молодой господин, - продолжил Хуайсан, переходя на шепот: они уже крались мимо стражи к коридору, выводившему на подземный ход. - Что-нибудь брутальное и внушающее страх! - продолжал вещать его спутник громким шепотом. - Что-нибудь, связанное с Преисподней... Хуайсан ускорился и прошептал: - Связанное с Подземным Царством? Хм... И что бы это могло быть, если этот молодой господин такой красивый? Они быстро миновали пост и уже двигались по подземному ходу. Атмосфера была соответствующая, а именно: напоминала врата в Диюй. - А в Аду бывают цветы, как ты думаешь? - поинтересовался этот самый молодой господин. - Мне не хочется менять имя так уж сильно... Хуайсан заткнул веер за пояс и обернулся. - Вот уж действительно, молодая госпожа, - тихо проговорил он, наклоняясь к уху собеседника, - то хочу что-то страшное, то не хочу сильно менять... В ответ он получил крепкий удар по рёбрам. - Сначала я думал о чём-то таком, что напоминает мост Найхэ... Хуайсан увидел огромную дверь, и они чуть ускорили шаги. - Хм? Тот, что разделяет два мира - мертвых и живых? Собеседник задумчиво потёр подбородок. - Ага, но мне это показалось черезчур грубым и не мелодичным. И я подумал о цветах, что должны цвести на том берегу... Они вплотную приблизились к каменному дверному исполину. В отблеске зажжённого талисмана на двери высветились искусно вырезанные фигуры мифических животных. Не Хуайсан положил ладони на прохладную поверхность, по коже прокатилась волна покалывания. Его нетерпеливо дёрнули за рукав. - Послушай! Как тебе такое - Минцзе Хуалинь... Хуайсан обернулся. - Минцзе Хуалинь? Цветок Подземного Мира? Скорее тебе пойдет Иньцзянь Линьмэй*, - задумчиво произнес он и опять развернулся к двери. В ответ послышалось довольное сопение. - Прекрасный цветок души Преисподней? Молодой господин Не мне явно льстит... - Я буду звать тебя "А-Мэй", - тихо поговорил Хуайсан, прикрывая глаза и уходя в воспоминания. Как же давно он тут не был... И тогда его спутником был другой человек... Внутри опять что-то неудобно дернулось, и Хуайсан тяжело выдохнул: времени оставалось все меньше. /Вспомнил!/ Молодой господин Не улыбнулся хитрой, но довольной улыбкой. Припомнить порядок нажатия и места на фигурах животных оказалось на удивление легко. Необходимо было выстроить мифических животных в том порядке, в каком они применялись в астрономии, и нажать на соответствующие места в барельефах. /Вслед за солнцем на север, где умолкает жизнь.../ - Лазурный Дракон Востока, там, где рождается день, - сказал вслух Хуайсан и нажал на выпуклый нос дракона, проговаривая в голос именования существ, - Красная Птица Юга, где солнце пребывает в зените, - далее палец уверенно нажал на глаз каменной птицы, - Белый Тигр Запада, там, где светило засыпает, - был нажат один из когтей, - и, наконец, север, Преисподняя, где живёт... Чёрная Черепаха Севера! С последним нажатием на голову мифического Воина Севера, раздался громкий щелчок, и механизм, скрытый за дверью, пришел в движение, распахивая ту настежь и открывая проход. Позади него восхищённо вдохнули. Хуайсан обернулся и послал улыбку А-Мэю, глядящему на него с благоговейным изумлением в глазах. - Ты настолько мне доверяешь... Хуайсан чмокнул его в кончик носа и тихо поговорил: - Ты - мой спутник на стезе самосовершенствования. Ещё один потрясенный вздох был ему ответом. Молодой господин Не сделал приглашающий жест рукой. - Прошу внутрь, в библиотеку ордена Цинхэ Не. Потрясенный юноша с непередаваемым выражением лица прошел мимо него, на нетвердых ногах приближаясь к огромному каменному постаменту посередине зала, перед рядами стеллажей. - Лани убили бы за такое богатство... Хуайсан нахмурился. Много реальностей назад похожие слова произнес и Вэй Ин. Внутри опять что-то неприятно заныло. Но он подавил это противное ощущение и улыбнулся. - Проходи и чувствуй себя, как дома. Все ряды подписаны, свитки и книги уложены в хронологическом порядке... Но его уже не слышали: А-Мэй медленно бродил вдоль рядов, благоговейно касаясь бамбуковых палочек и футляров для шелка. Он едва ли слышал то, что говорил ему Хуайсан. - А-Мэй, - он приблизился и положил руку тому на плечо, в ответ прозвучало растерянное "Ой", - я буду приносить тебе еду и питье каждый день, не возражай. Пока тебе стоит побыть тут... - И прикоснуться к мудрости клана Цинхэ Не, - закончил за него парень. - Ну, если ты настаиваешь... Хуайсан снова чмокнул его в щеку и подтвердил: - Настаиваю. - Внутри опять что-то скрутило внутренности узлом, стоило поторопиться. - А пока пойду. - Ладно... Юноша уже двигался к крайним стеллажам, где на светлом дереве красовалась надпись "Талисманы". Хуайсан проследил за ним взглядом с мягкой улыбкой и, развернувшись, быстро зашагал к двери. Створки закрылись с тихим щелчком. Второй господин Не положил на них ладонь - ровно на мгновение - словно запечатывая собственной волей, а потом резко развернулся и побежал прочь. *** Он прокрался мимо стражи и помчался к крепостной стене. Какое-то время он стоял, вглядываясь в туман, что сполз с гор, заполнив равнину перед крепостью и закрывая часть подъездной дороги, а потом его глава увидели темную полосу подходивших людей. Красный цвет было видно даже через туман. Хуайсан крикнул постовым "Вэни!" и стремглав помчался к брату. *** За ворота крепости они вышли все вместе. Отсутствовал только Лань Ванцзи, но внимание Хуайсана металось между Вэнь Чао и его дагэ, Не Минцзюэ. Хозяин Нечистой Юдоли вступил в короткую беседу с Вэнем, но Хуайсан видел, как тот стремительно теряет терпение. Хороший удар! Он сам не заметил, как с этого все покатилось под откос. Хуайсан с недоумением окликнул Мэн Яо, что ринулся проверить Сюэ Яна в темнице. Но бой между Не Минцзюэ и Вэнь Чжулю уже перерос в полноценное сражение. И, да, Вэни были сильны. Настолько, что защитникам крепости пришлось призвать на помощь стражу, охранявшую темницу Сюэ Яна. *** Его самого задели, но не сильно. Хуайсан проверял как защищается внутренний двор и не был свидетелем битвы Не Минцзюэ и Вэнь Чжулю, что его ранил. Он успел только к словам Вэнь Чао, который высокомерно возвестил: - Цинхэ находится у подножия Цишань, а глава Не сейчас у моих ног! Не Минцзюэ тяжело дышал, опираясь на саблю и прижимая вторую руку к груди. Рядом с ним полулежал раненый Мэн Яо, на груди которого расползалось пятно крови. Хуайсан не понимал, что происходит. Холодный голос Вэй Ина ввинтился в его уши. - Здесь всё-таки земли Цинхэ Не, не советую уходить в разгул. Вэнь Чао криво усмехнулся: - Тебя ведь уже не заботит судьба клана Лань, и по счастливому стечению обстоятельств, Лань Ванцзи направляется в Гусу, где уже находится мой старший брат, Вэнь Сюй. Наглец расхохотался. - И что он там увидит? Юньшэнь в руинах! Сожжённым до тла! Смех Вэнь Чао звучал на редкость противно, а слова резали по живому. - Цишань Вэнь давно не показывали свои зубы, и Великие кланы перестали воспринимать нас всерьез. Сегодня я помилую вас, но если это повторится, пеняйте на себя: Нечистая Юдоль будет следующей за Облачными Глубинами! Вэнь Чао окинул их злобным взглядом и медленно проговорил: - Что до тебя, Вэй Усянь, отец уже приказал всем кланам прислать своих детей на обучение в Цишань. Вот тогда мы и повеселимся с тобой! Внутри у Хуайсана скрутился тугой узел, но тут Минцзюэ закашлялся и выплюнул сгусток крови, так что беспокойство младшего Не оказалось оправданным. Однако, судя по всему, поводов для волнения было больше. - Хуайсан, - проговорил Минцзюэ, тяжело дыша, - отправь по мне Мэн Яо, я хочу с ним поговорить. *** Разговор этих двоих происходил без свидетелей. Хуайсан мерил каменные плиты перед Залом Приемов нервными шагами, выстукивая веером по ладони неровный ритм. Судя по всему, что-то случилось, пока он был занят обороной внутреннего двора. Наконец, из дверей показался Мэн Яо. Он неловко поклонился и тихо проговорил: - Отныне Мэн Яо не сможет заботиться о молодом господине. Не забывайте больше тренироваться. И вам не стоит больше злить Главу клана. Хуайсан застыл от изумления. Сзади послышались шаги, это подошли Вэй Ин и Цзян Чен. Мэн Яо продолжил: - Глава приказал мне немедленно покинуть Будзинши. - Почему? - взвыл младший Не, вцепившись в плечи собеседника. Но Мэн Яо аккуратно снял его руки со своих плеч. В уме Хуайсана мелькнула сцена прощания Лань Синьчэня и Мэн Яо в Облачных Глубинах... Эргэ также протягивал к тому руки, и Мэн Яо также аккуратно, но холодно высвободился из его объятий. Та сцена отдавала такой же тоской... Но Мэн Яо снова не стал ничего объяснять: - Глава уже принял решение. Прощайте! Пара поклонов, и он, чуть прихрамывая, отправился прочь. Хуайсан прикусил губу, что-то в этой истории не работало. Ему оставалось только спросить пояснений у брата. И он побежал. Впервые брат был нарочито груб с ним и чрезмерно резок. - Никакой дисциплины, сядь! Даже слова наследника клана Цзян о ранении Мэн Яо не смогли ничего изменить. Хуайсан отошёл в сторону, стискивал веер в пальцах. То, что он пропустил, оказалось очень серьезным. Настолько, что брат изгнал Мэн Яо из ордена. Младший Не с трудом слышал весь следующий разговор, напрасно пытаясь понять и проанализировать, что могло вызвать такой гнев. Из раздумья его вырвали слова брата: - Теперь, когда Цишань Вэнь показали клыки, вам обоим следует быть в Юньмэне. Что касается Синьчэня, остаётся только надеяться, что он жив и здоров. Минцзюэ тяжело взмахнул рукой, отпуская парней. - А нам надо решить, кто поедет в Цишань. Внутри у Хуайсана со скоростью полета стрелы просчитывались варианты развития событий. /Если Юньшэнь сожжён, то Сичэнь будет спасать Лань Цижэня, как Старейшину и Главу клана. Но Лань Цижэнь не позволит ему пожертвовать собой: он - старший сын и будущий глава Гусу Лань... Поэтому, что весьма вероятно, он прикажет Эргэ убраться из Гусу. Под любым предлогом, а хоть бы и во имя спасения знаменитой гусуланьской библиотеки... Но тогда в Цишань должен будет отправиться... Лань Ванцзи... Похоже, мы опять балансируем на грани.../ Из раздумья его снова выдернул грозный голос брата: - О чем ты только думал?! Зачем ты вернулся? Я же велел не возвращаться?! Хуайсан ещё сильнее сжал веер в ладонях, но взгляд его был тверд. - В Цишань поеду я. Минцзюэ резко подскочил и захрипел: - Только через мой труп! Младший Не кинулся к нему, поддерживая, вывел из-за стола, и они побрели в покои. Попутно он крикнул, чтобы Главе отправили лекаря. - Дагэ не может поехать, - мягко увещевал он Минцзюэ, ведя того по коридору, - брат не в форме. Брату надо поправиться. Брат должен возглавить оборону Цинхэ Не. Минцзюэ снова рыкнул и опять закашлялся, выплевывая сгусток крови. Хуайсан тяжело вздохнул, бормоча себе под нос: - Мы не можем пустить все на самотёк: у нас только это время... Брат не может не понять... Он сам тихо всхлипнул. Он знал, что этих двоих - Лань Ванцзи и Вэй Ина - опасно было сводить вместе. Будучи рядом, они словно притягивали неприятности. - Сделай рас... - кашель снова прервал Главу, - расчеты. Не лезь вслепую... - Конечно, - кивнул головой Хуайсан. - Потом покажу их тебе, если хочешь. Минцзюэ усилием воли выпрямился и грозно глянул брату в лицо. - Проверю. Хуайсану оставалось только покивать. Лекарь уже бежал к ним, и они вдвоем уложили старшего Не в кровать. *** Дагэ поправлялся быстро, поэтому их споры были яростными. С уходом Мэн Яо, казалось, брат перестал сдерживаться в своем гневе, словно он сожалел о принятом решении. И вымещал силу своего разочарования на тренировках. Хуайсан закончил расчеты. Они не сулили ничего хорошего: опасность от сильного противника, неожиданность и спасение под конец. Но в этих предсказаниях не было и ничего чрезмерно пугающего: смерти. Только это убедило Минцзюэ в том, что в Цишань Хуайсану ничто не угрожает. Про ранения, унижения и голод тот благоразумно умолчал. Все это он вполне мог перенести. Тем более, что свое подлое лицо Вэни уже показали. *** Хуайсан тяжело вздохнул и ещё раз перепроверил расчеты. Нет, все правильно, война началась, но ни Вэй Ин, ни Лань Ванцзи не суждено было погибнуть в исправительном лагере. Вэй Ину выпадал ожёг, а Лань Ванцзи - разочарование в любви, но Хуайсан с этим ничего не мог поделать. Ему самому звёзды сулили голодную диету, много физической работы и унижения. Ровным счётом ничего, что бы он не смог вытерпеть. К этому следовало подготовиться. Невольно вспомнились наставления Мастера Хэ Шоуэ, про незаметность, про терпение и про умение выбирать момент. Он сократил свой дневной рацион на две трети, усилил тренировки с саблей и ежедневно приносил еду А-Мэю. Тот жил в библиотеке, в совершенном неведении про то, что Вэни грозились построить в Будзинши наблюдательный пункт. И Хуайсан был этому рад. Когда у него было время, он отправлялся в библиотеку, где они часами беседовали про книги и поэзию, флиртовали друг с другом и целовались. Кроме того, он официально подтвердил, что А-Мэй стал его спутником на тропе самосовершенствования, в честь чего они обменялись поклонами и выпили по чашке вина. А-Мэй хохотал и шутил, что они теперь супруги на одну треть. Хуайсан не возражал. Он надеялся, что после исправительного лагеря он сможет добавить ещё две трети. Они простились буднично, с крепкими объятиями и влажными поцелуями. Младший господин Не выдержал экзамен на притворство в том, что все в порядке, и что поездка в Цишань ничего серьезного за собой не влечет. Единственное, что его несомненно радовало: он сумеет узнать, какие теперь отношения у двух столбов его единственной реальности - из первых рук. *** На сборы им было дано Вэнями всего семь дней. Хуайсан понимал, что многого он не успеет. Он написал письмо Ванцзи с предупреждением и просьбой не приходить в Гусу и отослал его почтовым голубем. /Целее будет.../ Но что-то ему подсказывало, что письмо не дойдет... Вскоре Вэни прислали посла в Нечистую Юдоль в сопровождении какой-то мелкой сошки и пары солдат. Два сына Вэнь Жоханя были заняты - и к ним в Цинхэ прислали Вэнь Цин. Хуайсан знал ее с обучения в Гусу, и они договорились. В обмен на семидневную задержку устройства наблюдательного пункта в крепости, что Хуайсан выторговал брату, он должен был отправиться в Цишань на три дня раньше. Они договорились с Вэнь Цин таким образом, и обошлось без кровопролития. Он выиграл брату время - тот ещё оправлялся от ранения. Они беседовали с Минцзюэ о сложившейся политической ситуации , и Хуайсан приложил все силы, чтобы убедить дагэ в том, что так будет лучше: они не повторят судьбу Гусу Лань. После приезда Вэнь Чао у них ещё были раненые, а Орден Цинхэ Не был не в той ситуации, чтобы спорить. Вот тут пригодились беседы с мастером Хэ Шоуэ - младший Не смог убедить брата подождать с ответными мерами Вэням. Обстановка меж тем накалялась: из-за Темного железа клан Вэнь стал рассматривать Гусу Лань, как врагов. Поэтому остальные кланы притихли. Хуайсан не пустил дагэ на переговоры, поскольку тот ещё не оправился от ранения. Из-за сделки Хуайсану не удалось подготовиться как следует, поэтому пришлось прятать припасы в цянькуне. *** Департамент по Перевоспитанию был расположен у подножия горы Цишань. И был воистину мрачным местом. И встретили Хуайсана так же мрачно. Цянькунь отобрали при обыске. Хуайсан, сам того не ожидая, закрыл глаза от унижения и пошатнулся, чем вызвал смех вэневских солдат. Они загоготали в голос, а их смех был крайне неприятен. Один из них издевательски поинтересовался, не хочет ли Хуайсан упасть в обморок. Это показалось ему хорошей идеей: мастер Хэ Шоуэ наставлял его, что со слабыми не дерутся. "Но их добивают", - про себя продолжил фразу младший Не. Поэтому он свалился на землю, а потом открыл глаза и громко застонал. - Клан Не слабаки, то ли дело клан Ланолин Цзинь, они слушают нашего господина, - опять заменялись солдаты. Неудивительно, что к его выходу на площадку перед огромной пирамидой Вэнь, где на верхушке горело пламя, клан Ланьлин Цзинь уже был там. /Вот уж кто умеет везде пролезть.../ *** Цзян Чен и Вэй Ин добрались до Цишань невидимыми. Он приветственно помахал им ладошкой. Не хватало только Лань Ванцзи. Парни стали тихо переговариваться, и сердце Хуайсана защемило от неприкрыто обеспокоенного тона Вэй Ина: тот волновался за друга. Младший господин Не невольно услышал их тихий разговор. Цзян Чен прошипел: - Может и лучше что его нет. Потому что у него кусок темного железа. Может быть он спрятался... Вэй Ин нахмурился: - Почему мне кажется, что тут есть подвох? Цзян Чен хмыкнул и ответил в своей обычной манере: - О себе бы побеспокоился... Громкий крик возвестил: - Прибыл господин Вэнь! С вершины пирамиды, словно с небес к ним спускался Вэнь Чао. Остановившись довольно высоко на каменных ступенях, он оглядел строй наследников Великих кланов и криво усмехнулся. - Смотрю на поведение каждого из вас, вы словно паршивые псы. Хуайсан закусил щеку изнутри. Все присутствовавшие напряжённо молчали. /Каждый сам за себя.../ Вэнь Чао хмыкнул и приказал: - Приведите его. Не хватало только Лань Ванцзи. И когда того привели под конвоем, одного, единственного из клана, Хуайсан решил не привлекать к нему внимания своим приветствием. Ванцзи был бледен, больше обычного, в его походке сквозила скованность. И ещё он был единственным из всего клана Гусу Лань, без сопровождения. В простых белых одеждах, что символизировали траур, без вышивки, без подвески. Без всех тех минимальных украшений, что носил обычно. Хуайсан внимательно следил за Ванцзи. От сосредоточенности он сощурил глаза, чтобы обнаружить, что с тем не так. Единственный пятном голубого цвета была лобная лента. Ванцзи смотрел прямо перед собой, и сколько бы Вэй Ин не пытался вызвать в нем какую-нибудь реакцию, тот стоял, как скала. Безмолвный, скорбящий и одинокий. *** Тем временем, Вэнь Чао продолжил: - Раз уж вы приехали в Цишань, вы должны соблюдать правила Цишань. Первое, во время наставления никому нельзя носить твое личное оружие, чтобы не тревожить Владыку. Поэтому начнем сейчас: оружие сдать! Хуайсан с опаской глянул в сторону Ванцзи и Вэй Ина. Момент был очень взрывоопасным. /Только бы обошлось.../ Однако Цзян Чен уже двинул брата локтем в ребра. - Ты чего? - зашипел тот. - Не вздумай навлечь на орден Цзян неприятности... Вэй Ин почти оскорбился: - Я и не думал. Я знаю, когда стоит помолчать. К ним подошли стражники, и они сдали свои мечи. На этом фоне Хуайсан помямлил "Уже сдаю, сдаю...", хотя на самом деле он испытывал огромное облегчение. Лань Ванцзи тоже сделал это молча. *** Их заставили учить правила Цишань Вэнь наизусть. Поскольку на второй день никто из вызванных - Лань Ванцзи, Цзинь Цзысюань - не смогли процитировать ни строчки, Вэнь Чао вызвал Вэй Ина. Все они стояли перед пирамидой Вэней ровными рядами, а Вэнь Чао восседал на кресле над ними, обозревая их с высоты. Вэй Ин вышел вперёд и стал разминаться, потягиваясь и вытягивая руки в стороны. Смотрелось комично. А потом он стал цитировать наизусть правила клана... Лань! Внутри у Не потеплело, Вэй Ин решил поддержать Лань Ванцзи, пусть и в своей привычной манере... Хуайсан тихо хикикнул: - Какой же Вэй Ин наглый! Лань Ванцзи молча наблюдал, но молодой господин Не заметил, что морщинка над бровями у того разгладилась, а губы, до этого плотно сжатые до побеления, вернули себе привычный розовый цвет. Разумеется, их всех наказали: Вэй Ина, Лань Ванцзи и Цзинь Цзысюаня отправили в поле убирать навоз, а Хуайсана, как слабого здоровьем и падавшего в обмороки, Хуайсана - отправили на кухню. Вэнь Чао показалось особенно забавным, что утонченный младший господин Не будет выносить помои и кормить свиней. Хуайсан не знал, что происходило в поле. Он не мог наблюдать за друзьями, но что-то ему подсказывало, что вместе им будет легче. Ему самому доставалась вполне приемлемая работа - чистить овощи, а в силу того, что заложников почти не кормили, помоев за день набиралось мало. Иногда его нещадно гоняли по кухне - подай или принеси. Но стоило ему споткнуться с горшком приправ, острого перца в частности, и вывалить все в котел с похлебкой для стражников, как придираться к нему стали намного меньше, и его жизнь в Департаменте Перевоспитания стала почти сносной. *** Как-то раз он встретил на кухне Вэнь Цин, что тихо прошептала ему о том, что условия сделки она выполнила, и теперь они незнакомы друг с другом. Ему оставалось лишь только кивнуть в ответ. Часто он крал с кухни еду, овощи или фрукты, и приносил Ванцзи: того кормили крайне маленькими порциями и всегда подсовывали непровареное мясо, надеясь сломить его волю и заставить нарушить правила клана Гусу Лань. Хуайсан тайком оставлял ему еду на тарелке, внутри его комнаты, благо комнату тому выделили такую же, как и всем остальным. Так было ровно до того момента, как Вэнь Чао не узнал, что на горе Муси завелась нечисть. Примечания: *Иньцзянь Линьмэй《花冥界》 - цветок душ загробного мира, Иньцзянь - Загробный мир, Линь - душа, Мэй - цветок, тут Хуайсан обыгрывает как название моста через реку на границе с Преисподней, так и намекает на красоту своего спутника. Спасибо великолепной Джин Соул за помощь с именем для персонажа!