Во власти твоего взгляда

Бездушно не щадил факт, что Господин так поступал с ним. Всякий раз Юлиан лишь не верил, что мужчина относился с нежностью к другим марионеткам. Но в сторону парня иногда были нежности со стороны Господина. Юлиан совершенно не понимал, в чём дело. Или не хотел понять. – Сара, – подал он голос, смотря на женщину напротив. – Господин относится ко мне совсем не так, как следовало бы относиться к своим марионеткам. – Что ты хочешь этим сказать? – спросила женщина, садясь рядом. – Он не всегда гнёт свою линию. Хотя, казалось бы, его мнение и слово – закон в этом доме… Был момент после одного убийства, когда он отнёсся ко мне с некоторой жалостью. Знаешь, это никак не вяжется. Сара в некотором шоке смотрела на Юлиана. Тот поднял голову, замолчав. Она же не находила, что сказать. Спустя пару мгновений всё же ответила: – Я знаю Господина уже почти пять лет. Видела всех его марионеток, которые, увы, погибали. И к каждой он относился как к вещи. Вся эта любезность и некоторое прикрытие миленьким цветочным магазинчиком – это лишь маска. Господин словно играет на камеру. А я, ты и предшествующие тебе марионетки видели и видим его настоящим. Увы, он такой. С прогнившей душой, безжалостным сердцем, холодным разумом. И сейчас я очень сильно удивлена. Господин не может относиться к тебе с нежностью, жалостью, любовью и всем таким прочим. Я думаю, ты что-то перепутал. Глаза Юлиана удивлённо замигали. Может, он действительно что-то перепутал? Может, со всеми этими убийствами он окончательно сошёл с ума? Господин – безжалостный ублюдок. Он не приемлет никаких светлых чувств. Всё, что было сделано мужчиной, – лишь грязные, уродливые, неприятные поступки. Разве может человек, безжалостно расправляющийся с людьми чужими руками, быть добрым, нежным? Нет. Однозначно нет. Сара знает Господина очень хорошо. Она не может ошибаться. – Да, наверно, я перепутал, – согласился Леттенхоф. – Наверняка мне показалось или что-то типа того. – Не стоит возлагать на Господина надежды, что он другой, не такой, каким мы его видим. Поэтому просто будь осторожен. – Осторожен? – Можешь напороться на его больший гнев, – Сара улыбнулась, хотя улыбка была совершенно лишней. Юлиан хотел улыбнуться, но не стал, лишь кивнув в ответ. Он не желал больше оставаться здесь и пытаться вникнуть в тайны этого дома и его хозяина. Прошло, кажется, не так уж много и времени, но нахождение здесь осточертело до тошноты. Тошнота была и из-за убийств, которые ему приходится видеть. Юлиан бы многое отдал, лишь бы не выпадать в реальность во время убийства. Почему так происходило? Это было очень странно, непонятно и до ужаса противно. Боль кружила голову, нервы сдавали… В такие моменты осознание накрывало с головой, хотелось бежать. Но каждый раз не получалось. Получалось лишь оставаться на цепи со своими ужасающими воспоминаниями.

***

На горизонте показалась Ирэн – очередная жертва бездушного бизнесного дела их города. Она оперлась на свой чёрный мотоцикл. Её выкрашенные в синий цвет волосы еле доставали до плеч. Одежда была чёрной и кожаной. Ирэн походила на настоящего байкера, хотя таковым не являлась. Она была неформалкой, другие же, естественно, на неё косо поглядывали. Но Лютику было совершенно плевать, кто она и как она себя показывает свету. Девушке не повезло – влюбилась в бизнесмена, который крупно портил дела заказчикам. Она была с ним и принимала непосредственное участие в его бизнесе. Заказчики решили убрать Ирэн в надежде на то, что её возлюбленный утопиться в горе и бросит бизнес. Если же нет – уберут и его. – Прокатишь на своём мотоцикле? – Лютик подошёл ближе и бросил оценивающий взгляд на девушку и её двухколесного «друга». Ирэн приподняла бровь, остановив взгляд на парне. Рассмеявшись, она сложила руки на груди и поправила волосы. – А ты хоть разбираешься в мотоциклах? А то по тебе совершенно не заметно, что ты хоть что-то в них понимаешь, – ответила Ирэн. – Оо, красотка, ты глубоко ошибаешься, – Лютик жемчужно улыбнулся. – Так докажи, что я ошибаюсь. Тогда прокачу, – она улыбнулась, усмехнувшись, в ответ, но более пафосно и словно чувствуя своё превосходство перед Лютиком. Тот поправил рукав своей куртки и прокашлялся. – BMW S 1000 RR – лучший мотоцикл в мире, по моему скромному мнению. Он был представлен в 2008 году, как первый серийный спортбайк от компании BMW. На гоночной версии этого мотоцикла ездила команда пилотов BMW Motorrad Motorsport на чемпионате мира по езде на мотоциклах… Лютик продолжал говорить, а Ирэн удивлённо моргала. Даже она не была осведомлена о каком-то конкретном мотоцикле настолько сильно. В один миг она подняла руку и остановила словесный поток парня. – Стой, малыш, успокойся, – она коротко посмеялась. – Ты меня действительно удивил и доказал, что я ошибалась в тебе. Леттенхоф гордо вскинул головой. Девушка что-то посмотрела в телефоне и залезла на мотоцикл. – Ты, безусловно, удивительный парень, но мне надо ехать, знаток мотоциклов. Её телефон завибрировал, и она взяла трубку. Коротко перекинувшись с собеседником парочкой банальных и односложных фраз и отключившись, она стала надевать шлем. – Эй, постой, – Лютик улыбнулся. – Ты действительно так просто сбежишь от меня? Он взглянул в глаза Ирэн, облокотившись на мотоцикл перед ней. Та рассмеялась, кладя шлем на сидение. Лютик удивлённо взглянул на неё. – Ой, не говори, что влюбился в меня, – она махнула рукой. – А мне оно надо? – серьёзно спросил Лютик. – Ты же вон, на мотоцикле ездишь. Не ровен час, съедешь в овраг, и тебя не станет. Куда я потом со своей любовью? В монастырь подамся? Идея хорошая, но не для меня. – Я осторожна, красавчик. Так что ты в любом случае бы не подался в монастырь. – Я бы тебе поверил, если бы ты держала своё слово. – Ах, да, – Ирэн наигранно хлопнула себя по лбу. – Как я могла забыть о возможности провести с тобой весь вечер? Что, будешь меня унижать знаниями о мотоциклах? – Я знаток не только в мотоциклах, – несколько пошло улыбнулся Лютик. Ирэн вновь рассмеялась. – А ты забавный. Кстати, как тебя? – Лютик. – Очень странное имя, но мне, честно говоря, плевать, – Ирэн улыбнулась, проведя ладонью по щеке Лютика. – Мне же не спать с тобой, и стонать твоё имя я не буду. Предоставь эту возможность своему любимому человеку. Меня, кстати, Ирэн зовут, и у меня есть парень. Улыбка отразилась на её лице. Она была такой, словно Ирэн сначала дала лёгкую надежду наивному пареньку, а потом к чертям разрушила все его иллюзии. Но Лютик лишь посмеялся. Он же всё прекрасно знал и не испытывал ничего ни к Ирэн, ни к тому, что у неё есть парень. Было плевать, но Лютик не показывал, что ему плевать. Просто чуть-чуть равнодушно. – Я разочарован, – спокойно произнёс он, всё так же улыбаясь. – Мы будем сегодня кататься? – Садись, цветочек. Шлема у меня второго нет, поэтому потерпи. И да, постарайся не вывалиться, – сказала Ирэн. Лютик запрыгнул на мотоцикл, пока Ирэн надевала шлем. Девушка завела мотоцикл, и они тронулись. Мимо них быстро проносились дома, деревья, люди. Юлиан бы мог почувствовать сейчас свободу на полную мощность, но вместо него был Лютик, который не чувствовал ни свободы, ни что-либо другое. В голове лишь была идея фикс – убить Ирэн во что бы то ни стало. Девушка любила скорость, поэтому гнала наперерез всему и вся. Не боялась ничего: ни машин, ни людей, ни внезапных поворотов. Ирэн хоть чуть-чуть могла бы притормозить, опасаясь за свою жизнь. Но адреналин бурлил в крови, и страх уходил на самый задний план. Через несколько минут они остановились у какого-то здания. Ирэн слезла с мотоцикла. – Меня не будет минут пять. Не сломай мой мотоцикл, Лютик, прошу тебя, – она улыбнулась и скрылась в здании. Он ухмыльнулся и проводил девушку всё тем же оценивающим взглядом. Время пролетело незаметно. Тем более для Лютика, который находился под действием колдовских чар. Ирэн выпорхнула из здания, поправив копну синих волос. Она подбежала к мотоциклу. – Ну как, не заскучал? – По тебе даже за секунду можно соскучиться, – льстил Лютик с улыбкой на лице. Ирэн посмеялась и коротко провела ладонью по его руке. Тот вскинул бровью и спросил: – Может, теперь я поведу? – Ты серьёзно? – она улыбнулась, ухмыльнувшись. – Ты настолько смелый? Я поражена тобой, Лютик. Но так уж и быть, прокати меня. Лютик с пафосной улыбкой сел ближе к рулю, пустив девушку сзади себя. Та почувствовала ещё большую свободу, когда парень начал крутую езду. Она ловила нереальный кайф, а Лютик лишь разгонялся всё быстрее, чтобы поскорее закончить эту историю. Вскоре они выехали за черту города. Лютику было на руку, что девушка не смотрела ни вперёд, ни по сторонам, а лишь наслаждалась пьянящим адреналином. На его лице была хищная ухмылка, которая не сулила ничего хорошего. Ни Ирэн, ни Юлиану. А Лютик лишь впитывал в себя всю предстоящую боль Ирэн и ликовал внутри. За чертой города была река, в которой Лютик мечтал утопить девушку. Но решил поступить иначе. На горизонте показался высокий обрыв, ведущий к этой самой реке. Поворот от обрыва был крутым и опасным. Им Лютик и решил воспользоваться. Перед самым обрывом он спрыгнул с быстро едущего мотоцикла. Ирэн не успела ни о чём подумать и спастись, как оказалась лежащей около реки. – Бля-ять, – протянул Юлиан, чувствуя пронзительную боль во всём теле. – Какого чёрта так больно? Вновь осознание всколыхнуло разум. Он попытался подняться, как услышал звук подъезжающей машины. – Рискованно, но неплохо. Юлиан повернул голову и увидел рядом с собой сидящего на заднем сидении автомобиля Господина. Тот открыл дверь и внимательно смотрел на лежащего парня. – Я снова убил человека? – через боль спросил Леттенхоф. – Думаю, нет, – сказал Господин. – Тебе стоит сходить и посмотреть. Внезапно он замолчал и запустил пятерню в волосы, вздохнув. – Ты в сознании, да? – уточнил Господин. Юлиан кивнул. Господин протянул ему руку и помог подняться. Боль пронзала всё тело, но стоять и ходить Юлиан мог. Господин вновь сделал так, что вместо Юлиана был уже Лютик. Он приказал ему спуститься и посмотреть, что с Ирэн. Если она жива – убить. Лютик с довольной улыбкой кивнул и быстро спустился с оврага. Он не чувствовал боль. Он. Не чувствовал. Ничего. Лютик нашёл Ирэн, лежащей на песке. Её руки и ноги были неестественно выгнуты. Она была в ссадинах и крови. Девушка еле дышала и, полуоткрыв глаза, смотрела на Лютика, когда тот подошёл ближе. Мотоцикл лежал дальше. Тот пострадал не настолько сильно, как Ирэн, которую ещё можно было спасти. Но спасать Лютик никого не собирался. – Лютик? Что… Что случилось? – полушёпотом, превозмогая боль, спросила Ирэн. Тот наклонился перед ней и прошептал на ухо, откинув измазанные кровью волосы: – Ничего, – его нежный голос обволакивал и успокаивал Ирэн. – Тебе всё кажется. Это лишь сон… Он поднял её на руки и понёс к реке. Та будто бы прижалась к нему, думая, что он станет спасителем. Лютик лишь усмехался про себя. Какие же люди наивные и доверчивые! В какой-то момент Лютик понял, что глубина вполне подходящая. С другой стороны, в состоянии Ирэн можно захлебнуться и на мели. Чёрные брюки Лютика стали сырыми, но и на это он не обращал внимание. Встретившись взглядом с Ирэн, он без промедления бросил её в воду. Та, испугавшись и не ожидав этого, вмиг заглотнула воды. Сил встать на ноги и хоть как-то двигаться не было. Она медленно закрывала глаза, уходя под воду. Юлиан пришёл в себя. И опять же – весьма не вовремя. Он стал пятиться назад. Вмиг развернулся и побрёл к берегу, не желая больше видеть Ирэн. Выйдя на берег, почувствовал сырые брюки. – Твою мать, – пробормотал себе под нос Юлиан. Он проклинал самого себя, находившегося под колдовскими чарами. Оставалось лишь идти к машине Господина. Иначе всё будет лишь хуже. С неприятным осадком после убийства Юлиан взбирался по склону, понурив голову. Ему настолько хотелось сейчас убежать, что даже не хватало сил. Юлиан открыл дверь автомобиля и сел рядом с Господином. Леттенхоф беспрерывно чесал руки, желая освободиться от неприятных воспоминаний о лежащей на его руках умирающей Ирэн. – Я снова убил человека… – медленно произнёс он, как бы говоря это себе. Ламберт завёл автомобиль и выехал на дорогу. Господин недоумённо посмотрел на Юлиана. – Чёрт, – прошипел он. – Я надеялся, что ты не придёшь в себя так рано. Юлиан медленно повернулся к Господину и почувствовал злобу, что вскипала в нём. Именно из-за этого ужасного человека он совершает всё больше и больше убийств. – Почему я, чёрт возьми, каждый раз выпадаю в реальность? – задал Юлиан вопрос напрямую, глядя на Господина. Тот молчал. – Я устал постоянно испытывать этот тошнотворный страх и нескончаемую вину. Почему вы ничего не делаете? Я единственный из предшествующих мне марионеток знаю, что я убиваю. Убиваю людей самыми изощрёнными способами. Но по вашей вине я это знаю. Если вы меня от этого не отгородите, я окончательно сойду с ума, и это будет плохо не только для меня, но и для вас. Леттенхоф совершенно не замечал за собой, что он говорит. Слова выливались сами собой, словно так и должно было быть. А Господин лишь молчал. Но злость в его глазах была. В один миг мужчина всё же подал голос, тем самым заткнув и Юлиана. – Ламберт, останови машину, – чуть ли не прошипел он. Водитель был несколько шокирован, но всё же остановил автомобиль на обочине. – Выйди, – вновь сказал Господин. Глаза Юлиана засветились надеждой, и он приблизился к двери, начиная открывать её. – Не ты, – зло посмотрел на него Господин. – Ламберт. Тот удивился ещё больше и, кивнув, покинул автомобиль. Юлиан взглянул на Господина, не понимая ничего. – Почему вы выгнали Ламберта? Почему он ушёл? – в ответ снова было лишь молчание. Господин смотрел куда-то вперёд. Юлиан понял, что ему не ответят, решил гнуть свою линию касательно его прошлого монолога. – Так вы мне объясните, почему я выпадаю в реальность? Ваши чары не настолько сильны? Разве я не могу просто жить в недоумении? Хм, интересно, что же я там делаю по заказу Господина? Хотя, нет, мне не интересно. Наверняка, это очень ужасно. Но нет же, я знаю, что я делаю. И меня это сильно тревожит и ломает. Так почему же вы просто не можете это исправить?? Последнее предложение было выкрикнуто Юлианом. Он поздно понял, что после этого должна последовать душераздирающая боль от одного взгляда Господина. Юлиан сглотнул, смотря, как Господин медленно повернул голову после его крика. В янтарных глазах была злость, ярость и желание причинить боль. Юлиан уже смирился со своей участью. Но Господин в миллисекунды приблизился к его губам и впился в них. Он целовал дико, страстно, словно вымещая всю злость. Юлиан опешил и совершенно не знал, что делать. Губы Господина будто захватили его в плен, и он перестал дышать. Этот поцелуй выбил Юлиана из колеи, и он забыл обо всём. Господин отстранился от него, смотря на удивлённое и испуганное лицо парня. – Хоть заткнулся, – равнодушно бросил мужчина и вышел из машины. Через пару мгновений пришёл Ламберт, а Господин сел на переднее сидение. Юлиан так и продолжал сидеть в немом шоке, лишь изредка вдыхая воздух.