По стопам планет

      Смит стоит в очереди в столовой и почти засыпает от ожидания. Она и так не спала целую ночь, раз за разом прокручивая вчерашний разговор с Сарой, с которого так трусливо сбежала: вернулась в школу, якобы поискать в шкафчике зонт, и спряталась в библиотеке, пока дождь не прошёл и пока королева школы не ушла с крыльца, медленно обходя лужи, чтобы не испортить новые ботинки. Эмбер мечтала, чтобы сегодня она не встретилась с Сарой ─ и не встретилась. Ни разу. Даже на математике.       ─ Ну что, где она? ─ где-то за спиной девушка слышит глухой голос Джо вперемешку с шумом на фоне.       ─ Позвонила, сказала, что уже идёт, ─ говорит кто-то в ответ. Кажется, это Шерил.       ─ Где она полдня была? ─ уже кто-то третий встревает в их разговор, пока Смит медленно продвигается в очереди.       ─ Да опять с мамой поругалась, ─ равнодушно отвечает темнокожая девушка. ─ Вечно у них проблемы!       ─ И что на этот раз?       ─ Вроде какой-то конкурс красоты. Сара отказалась ехать ─ получила от мамы.       ─ Даже я её мать боюсь, ─ с лёгким смешком говорит Джо. ─ Помните, как в шестом классе Сара тайно бросила степ? А потом мисс Воннегут узнала и озверела, как собака с бешенством.       ─ Да-а, ─ протянул кто-то позади. ─ Или как в девятом классе она ушла из модельной школы и потом ещё целую неделю не появлялась на уроках из-за ─ что она там говорила? ─ «несварения».       ─ Да ты слушай её больше! ─ отзывается Шерил. ─ Я сама видела на её шее и запястьях синяки тогда.       Эмбер не хочет слышать ничего из этого, но прислушивается. Буквально к каждому слову, чтобы не упустить детали, и довольно скоро ощущает, как её чуть толкают в спину.       ─ Эй, ─ снова чёртов Джо, ─ ты пришла сюда на месте постоять или что?       ─ А? ─ почти неслышно произносит она, не успевая даже обернуться на парня.       ─ Очередь, Смит!       Эмбер видит вместо спин большое пустое пространство перед собой, затем переводит взгляд на прилавок с едой, на старые лампы под высоким потолком и, развернувшись к футболисту всем телом, с силой вжимает в его грудь свой поднос. Вжимает и уходит ─ вот так просто. Оставшись без обеда. Оставшись без Сары.       Она путается в ногах ─ и так пролёт за пролётом, пока не оказывается в главном коридоре на первом этаже. Сейчас хочется подышать воздухом. Выйти на улицу, сесть на какую-нибудь одинокую лавочку во дворе школы, поджать ноги и просидеть так до конца уроков. И ей остаётся совсем чуть-чуть ─ рука уже почти дотянулась до ручки двери, ─ но её опережают: большая дверь широко распахивается, и перед Эмбер... Ха, как иронично!       Сара окидывает девушку удивлённым взглядом, на её губах так и крутится какая-нибудь насмешка по типу «Что, Смит, уже у самых дверей меня караулишь?», но не успевает сорваться с них. Навстречу королеве школы выходят ученики. Выходят и разглядывают её новую юбку и модный ремень, подходят почти вплотную, с фальшивой улыбкой здороваются, делают комплименты ─ да буквально вьются над ней, словно кольца Сатурна над бедной планетой. И так каждый день. Каждый. Как ей это не надоедает?       Сара просовывает обе руки между какими-то девчонками, разводит их в стороны и протискивается, бросая Эмбер на пороге, словно ненужную собаку, купленную ещё щенком в качестве развлечения для ребёнка. Он наигрался, ему надоело ─ и её выбросили, как вещь.       Смит оборачивается на чужую спину. Вот Сара подходит к шкафчику, открывает его, внимательно осматривает в зеркале макияж ─ вдруг осыпался, ─ достаёт учебники левой рукой, но изгибает кисть, роняет их и обхватывает её правой ладонью, чуть потирая. Болит, значит.       Эмбер мысленно выругивается, говорит себе: «Не смей этого делать. Считай до десяти, дыши глубже, но не подходи к чёртовой Саре!» ─ и не слушается, подходит. Опускается перед ней на одно колено, словно рыцарь перед принцессой, поднимает разбросанные возле учебники и встаёт. Сколько же вокруг неё жалких мошек ─ всё летают, жужжат о чём-то, пытаются пробиться в её общество, ─ но не помогают. Ни один из этих лицемеров даже с места не сдвинулся. Позорище.       Сара замирает на месте, Смит берёт её за правую руку, тянет на себя ладонью вверх и просто ─ молча ─ ставит на неё учебники. Хочет поговорить, хочет помочь донести, хочет, в конце концов, ещё секундой дольше постоять рядом, но переосиливает себя: делает шаг назад, затем второй, постепенно разворачиваясь на носках (ох уж эта привычка каждый раз приподниматься на них рядом с Сарой), и уходит. Туда, куда изначально и планировала ─ на школьный двор.       Но не доходит до свободного столика: останавливается на полпути, скидывает портфель и плюхается прямо на пожелтевшую позднеоктябрьскую траву. Знает королеву школы не больше двух месяцев, а уже так загоняется. Хотя причины определённо есть.       Пускай никто искренне и не любит Сару, все делают вид, что это так. Потому что у неё есть власть, и Эмбер уверена, что неподкупная. Есть достоинство, есть эта царственность и даже некое величие, которое чувствуется вместе с её духами. И всё-таки Смит неправа ─ существует как минимум один человек, который по-настоящему любит эту девушку. Сама Сара. Вот, чего не хватает обычным подросткам, ─ любви и уважения к себе.       А все эти подделки с масками вместо лиц, кружащие над её персоной, ─ лишь картонки. Но если Сатурну его кольца необходимы, то Саре они не нужны вовсе. Они не просто окружают её на постоянной основе, а душат ─ чуть ли не до покраснений на шее, до синяков на запястьях. Её душит буквально всё: вечное внимание, семья, запредельные ожидания и собственное одиночество. Хочется по-человечески взять за руку, увести подальше от столпотворений, сесть где-нибудь ─ где она любит? ─ в парке на лавочке и слушать её, слышать её. Слышать мечты, цели, переживания, смешные истории и нелепые ситуации. Но получается только сидеть на сухой траве, смотреть далеко-далеко за горизонт, ловить волосами ветер и думать, донесла она свои чёртовы учебники или нет.       Эмбер замечает, как школьники постепенно возвращаются в здание, и встаёт, сливаясь с их потоком, словно хамелеон. Прикидывает в голове, какой сейчас урок, проверяет портфель и вспоминает, что информатика. А тетрадь, видимо, в шкафчике осталась.       Смит подходит к нему, крутит кодовый замок четыре раза в какой-то банальной и скучной комбинации чисел, и тот щёлкает, давая возможность открыть железную дверцу. Эмбер заглядывает внутрь и тут же робеет ─ прямо на месте. Она тянется рукой к вдвое сложенному листочку, неуверенно раскрывает его и чувствует знакомые духи ─ так пахнет бумага. Кто бы мог подумать, романтичная ─ снова не вяжется, снова противоречит своей обёртке. Или не противоречит, а раскрывается? Ещё один вопрос для Эмбер на повестке дня.       Она медленно, буква за буквой, словно вбирая в себя, читает одно-единственное слово. Доходит до «о», возвращается к «с» и перечитывает ─ снова и снова. И снова.       «Спасибо».