Одержимые

Гарри так плавно и гладко влился в нынешнюю студенческую жизнь, что рыцарские доспехи с тыквами вместо голов стали для него ударом ниже пояса. Чем дальше он шёл по коридорам к большому залу, тем сильнее голос внутри него, который омерзительнейшим образом был похож на Снейпа, твердил что у него нет времени, а главное прав жить ту жизнь, что он живёт сейчас. Он сыт, здоров и достаточно счастлив, пока все его друзья в будущем даже не были похоронены как следует. Предали ли их тела земле где-то на территории Хогвартса или же отправили родным? Гарри не знал. Он даже не был уверен в том, что они сейчас где-то существуют кроме как в его воспоминаниях. Лестрейндж возбужденно ворковал под ухом о скором квиддичном матче против Гриффиндора, когда Кровавый Барон просочился сквозь стену и пролетев над трепещущими первокурсниками, завис над блюдами перед Гарри не отрывая от того заплывших серебристыми кровавыми каплями глаз. – Доброе утро, сэр. Вы сегодня особенно ужасающи. – Рабастан, заметивший неуютную заинтересованность призрака к товарищу, счёл хорошей идеей отвлечь его на себя, к тому же престарелое привидение портило людям вокруг аппетит. Барон в ответ мимолетно окатил его взглядом, достаточно неприятным для тех кто не привык к его обществу, но терпимым для тех, кто уже был знаком с характером скорбной нечисти и снова уставился на Поттера. Чем дольше отпечаток личности нависал над столом Слизерина, тем больший ореол тишины расползался вдоль скамей. В конце концов, Барон таинственно погремел цепями, покрутил головой и примечая призрака факультета Когтевран поплыл за ней вдогонку. Только после степенного, но спешного ухода призрака Гарри ощутил холодный пот скатывающийся под его рубашкой, выныривая из мрачных дум. – Ну и жуткий он. – Буркнул Гарри, всё ещё глядящему в след Барону Рабастану, сидящий через два места Кэрроу криво улыбнулся и "агакнув" добавил, что в жизни тот наверняка был не сильно симпатичнее. – Эй, посмотрел бы я на тебя, если бы ты убил свою бывшую, а после жил с ней в посмертии несколько веков подряд. – Амикус что-то сказал в ответ и когда оба однокурсника обратились к самому Гарри за ответом, тот пожал плечами и уткнулся лицом в тарелку где яйца были обжарены в форме забавных рожиц с пародией на устрашающую ухмылку. Рону нравились такие и Поттер даже не удивился, когда понял что эльфы готовили такие блюда каждый Хеллоуин на протяжении двадцати лет так точно. И юноша совершенно не думал о том, что привлекло к нему призрака, который до этого не бросал в его сторону и единого взгляда. – Ну, если бы я был близок так к Слизерину как Барон, то наверно ходил бы ещё мрачнее даже при жизни, – вставил в разговор свои пять кнатов Долохов сидящий почти в другом конце стола, рядом с кучкующимися под знакомой рябью купола муффлиато девушками, среди которых были замечены галстуки цветом Пуффендуя и Когтеврана. Антонин же не выглядел таким грозным и сердитым, каким он казался обычно, наоборот: от него будто во все стороны сочились волны непривычного тепла и уюта и Гарри хотелось бы тот таким и оставался. Фантомная боль в переносице всё ещё тревожила Поттера при взгляде на него, хотя казалось бы, после всего что он успел пережить за свои годы. Уже следуя вдоль коридоров на зелья и слушая болтовню Лестрейнджа его планах на хеллоуин, Гарри встретился лицом к лицу с тем, чьей копией его беззастенчиво называл все люди, которые были хотя бы косвенно были знакомы с Джеймсом Поттером. – Лестрейндж, Долохов, – Джеймс кивнул им по очереди и уставился на Гарри, ожидая когда он отправит своих товарищей в класс, чтобы иметь возможность поговорить наедине. – Всё в порядке, идите, я догоню. – Гарри неловко махнул рукой однокурсникам, которые заметили лёгкий ступор и взбледнувшее лицо, а потому не собирающиеся его оставлять. Рабастан особенно недоверчиво сжал его локоть, прежде чем отпустить его. От проходящего мимо Лестрейнджа, Джеймс ощутил острый укол неприязни. – Эй, Поттер! – Явно довольный производимым эффектом, гриффиндорец сложил руки на груди в ожидании элементарного проявления вежливости и Гарри повторил его жест, кивнул в ответ:» Здравствуй, Поттер». Молодые люди, впервые оказавшиеся так близко друг к другу придирчиво оглядывали друг друга. Джеймс - заинтересованно, Гарри - оценивающе. Куда бы он не пошёл, с каждого утюга ему кричали о поразительной схожести со своим отцом. По началу Гарри испытывал гордость и радость, но после стольких слов сравнения, это начало набивать оскомину. Но одно Поттер - старший понял однозначно - Джеймс был красивым. Он был шире в плечах, выше и более загорелый, что свидетельствовало о его активном образе жизни за пределами стен замка. Там где Гарри облачённый в нарядные рубашки и брюки казался юношей обладающим утончённым изяществом, Джеймс же в своей полурастегнутой рубашке из под которой торчала футболка с маггловской группы, был воплощением бунтарского духа в стиле Queen. Но Гарри не был уверен, он лишь мельком слышал о знаменитом Фредди Меркьюри от кузена ещё мальчиком, когда Дадли вошёл в свою бунтарскую пору, которую Поттер запомнил особенно отчётливо, потому что в то время Дадличек поколачивал его с удвоенной частотой. Возможно, не будь Дорея так непреклонна в выборе одежды, которую должен был носить Гарри, то он одевался бы примерно так-же как и его отец сейчас. – Ха! У тебя точно так же как у меня торчит прядь на макушке! – Первым их игру в гляделки прервал Джеймс, потому как дошёл до подробного осмотра лица и головы. Смущённый таким неожиданным высказывание, Гарри выпалил:« Я старше, значит у тебя торчит как у меня, а не наоборот». Джеймс застыл с широко раскрытыми глазами, а после сощурился собирая лучики морщинок вокруг глаз и улыбнулся. – Окей - окей, господин старикашка. – Гриффиндорец, очевидно, принявший это за шутку поднял руки разыгрывая мини-сценку «почитания взрослых» с расшаркиваниями и поклонами, после чего подошёл к Гарри и положив тому руку на плечо, поволок вдоль по коридору. – У тебя сейчас Слизнорт? Я провожу. – Гарри анализируя и подстраиваясь под непривычные объятия кивнул и активно начал перебирать ногами, чтобы поспевать за «кузеном». – Мне чертовски интересно почему тётя Дорея так долго прятала тебя в Гриндельвальде и поверь мне, я это вытрясу, хоть и не сейчас. На сегодняшний день мне куда больше интересно куда ты поедешь на рождество. Не поняв сути вопроса, Гарри посмотрел на Джеймса поверх очков и уточнил:« В каком смысле куда?» – Очевидно же, что ты должен поехать на праздники не домой к родителям, а к нам в гости. Моя мама и отец стрясли твёрдое обещание приволочь тебя на каникулы на нашу Уилширскую виллу. Я же должен лучше узнать своего кузена, а ещё познакомлю со своими друзьями. Уверен, о Сириусе ты уже наслышан от малыша Регги...- дальше Гарри мало слушал, поскольку к стрессу от встречи с его ещё юным отцом, мысли заполнил Сириус. Время проведённое со своим крёстным отцом Гарри помнил хорошо, поскольку в шестнадцать лет было бы грустно иметь проблемы с памятью. Эти недели в особняки на площади Гриммо были для Гарри сокровищем, которое он бережно хранил на отдельной полочке своей души, в отличии от тех года и пары месяцев, что он провёл с родителями живя в доме на улице Годрика в Годриковой Впадине когда был совсем маленьким ребенком, едва ли умевшим ходить. – Си - сириус? — А? Да, Сириус, он в какой-то степени наш родственник по тётушке Доре. Эти Блэки... – Джеймс улыбнулся и поиграл бровями, мол " ну ты понимаешь". К тому времени, они уже минули плавучие лестницы и развешенную ловушку с карманным плющом Пивза и гриффиндорец уже в красках пояснял как они устроят матч в квиддич по приезду домой, с опозданием уточнив о том, как хорошо Адриан сидит на метле, а услышав что тот оседлал метлу раньше чем пошёл пришёл в восторг. – Наконец-то у меня появится достойный конкурент! Жаль только, что со Слизерина, – Джеймс огорчённо пожамкал галстук Гарри и небрежно запихнул его нагрудный карман Поттера, всем своим видом говоря, что предпочёл бы скорее повеситься, чем надеть зелёную форму. – Вообще-то факультет не так важен, главное какой человек по своей сути. – Насупившись, Гарри потеребил сбившийся у шеи узелок и достал безнадежно смятый галстук, в попытках вспомнить хоть что-то о бытовых чарах. – Фу, ты словно дед. Тебе стоит проводить меньше времени в компании Дамблдора, он плохо на тебя влияет. – Джеймс предпочел пропустить мимо ушей очевидную защиту Слизерина и дабы не нагнетать конфликт из-за пустяка, вывел всё в шутку. Дотащившись до заветного кабинета, Поттеры встали перед дверью прощаясь. – Но, ты понял. Я жду тебя в гости на это Рождество. – Гарри было открыл рот, чтобы сказать что у него планы дома и одна только мысль согрела его сердце, как Джеймс шлёпнул его по рту ладонью. – Нет-нет, Адриан. Ты должен, иначе я сам оседлаю метлу и выкраду тебя из постели. На что Гарри лишь ссутулился и обречено кивнул. – Я поговорю с родителями. – Так бы сразу. Я должен познакомить тебя с Сириусом. Ты бы видел как он крутил мне уши, ругаясь что я все это время укрывал тебя от него. – Вспомнив о недавних пытках, Джеймс вздрогнул и накрыл ладонями уши. – Уверен, вы сможете подружиться, он буйный самую малость, но славный малый. – Да-да, " эти Блэки", – поддакнул Гарри болтая головой как болванчик на приборной панели старого седана дядюшки Вернона, вспоминая как ураганом Сириус влетал в гостиную на Площади Гриммо заражая всех своим настроением. – Сечёшь. – Одобрительно кивнул гриффиндорец и похлопал по плечу, прощаясь. – Ладно, я побежал. У меня трансфигурация и не хотелось бы словить отработку от старой кошки. Твой кабинет и тебя явно ждут. – Обернувшись, Гарри увидел в приоткрытой двери как уставился на него сидя за партой Рабастан, закинувший ногу на соседний стул, дабы тот остался не занятым. Джеймс также заметил наблюдателя и на миг задорная улыбка потухла, а взгляд полный искорок стал серьезнее, выражая серьезность сказанного. – Осторожнее с Лейстренджами, Адриан. Они не те с кем стоит водиться. – Не дожидаясь ответа, Поттер махнул рукой и развернувшись почти умаршировал в сторону выхода из подземелья. « И что это было вообще?» Гарри задумчиво смотрел вслед, когда из-за двери его схватили чьи-то сильные руки. – Привет, Адриан. Меня зовут Септимус. Не хочешь вместе сесть?