Дженни и его Вселенная

— Это не правильно. И вообще, нам стоит вернуться. У меня еще живот заболел, и… — Хорошо, как раз сходим к доктору. — Нет, нет. Моя бабушка оставила настои, и именно они мне помогают! Только они! Слышишь? Они… — Ладно, давай тогда сходим в один магазин, и мы поедем обратно? — заботливо поглаживая спину, Дженни насильно вела его по знакомым переулкам, в глубине души не понимая и ругая его за такое необычное для Тэхена поведение с самого утра.       Она просто хочет купить сладостей и побольше, а то Ким совсем не обращал внимание на этот пункт в списке продуктов уже четвертый раз. Поэтому она встала рано и чуть ли не в слезах умоляла его. Только из-за этого. Почти.       Она хотела погулять по Лондону вместе с Тэхёном, держась за руки, восхищаясь видами, наслаждаясь погодой. Ветер бы играл с ее волосами и уносил бы теплые слова любви куда-то вдаль. Солнце бы освободилось от вечного плена облаков и золотом отражалось бы в волосах Ким.       Она хотела подарить в их вечности один момент. Момент, где горящие глаза встретятся с такими же, и время остановится тысячу раз, что-то укрепит их обещание, и Дженни робко признается, что счастлива…       Но у них всё как всегда. Дженни давно ругается про себя и дарит ему фальшивые улыбки, придумывая, как заметно и болезненно ослушаться «правил», к которым так наивно и банально привыкла, что сначала не поняла о чем это она.       У Тэхёна было совершенно другое в голове.       Снова разум захватили сильные лапы страха, будоража кровь и заставляя придумывать всякую чушь.        Он знал, что здесь небезопасно.        Здесь тысячу или миллионы людей с разными взглядами, конечно страшно. Да, особенно тому, кто только недавно влюбился бесповоротно, не забыв раны прошлого и приняв чужие. Особенно ему, кто любит назло точно одному человеку.       Но не считая его, а что если кто-то придет и заберет у него ее? Что если снова случится авария? Или город захватят военные? Что если это конец?       Ким точно знает, что случится недопустимое и судьбоносное, но как переубедить этого ребенка или сказать без слов о своем предчувствии, он не знал. Наверное, это невозможно без ссоры или…       Да, и сейчас она выглядит такой счастливой. Может, перенести побег из Лондона на час и пригласить ее на свидание?       Тэхён загорелся с идеи и расслабил плечи, снова так глупо и по детски отключая разум. — Знаешь, всё как-то само прошло… — Правда? — Да, думаю, нам не помешает прогулка. И, кстати, я знаю кондитерское лучше этого…

***

      Впервые после переезда он здесь больше пяти часов. Находится здесь терпимо, кажется, люди, знающие его, дружно переехали отсюда, или это он всех забыл? Забыли?       Улицы были совершенно чужие и гостеприимные, словно он странник, приехавший ради любования величественной архитектурой, за которыми, конечно, прятались пустота и надменные жители города тумана. Да, Ким Тэхён ненавидел Лондон так же.       А она широко улыбалась, скромно съедая сладости и прижимаясь к нему. Не обращая внимание на скептический взгляд, наоборот уделяя его на скрытое старение и любовь. Рядом с ними первое не имело смысла, как и происходящее вокруг. — Спасибо, Тэхён… — Могу сказать «не за что», но не хочется, потому что есть. — Ты всегда ведешь себя так? — весело ударяя в плечо, Дженни не знала, что тот остановился неслучайно… — Это мой дом, — после долгого молчания ответил Ким на ее немой вопрос, смотря на здание по середине, хоть и почти впритык стояли другие, он выглядел одиноким и серым. — Его никто не купил, поэтому он замрачнел сильнее обычного. — Почему? — Наверное, там написано, что жили циники и умерли из-за этого. — Я серьезно! — Я не захотел… — так тихо, насколько возможно, прошептал Тэхен и оказался в кольце рук Дженни.       От нее пахло карамелью и совсем немножко выхлопом, столько всего читалось в ее движениях и в подрагивающих ресницах. Он чувствовал защиту, что так робко и мило обещала прямо сейчас быть рядом. От этого стало тепло и приятно, ее забота чувствовалась как никогда, заставляя его быть сентиментальным, настоящим…       Дженни заметила тонкую полоску из слез и прижалась сильнее, не понимая, что он увидел в ней свой дом. — Ким Тэхён?       Но вдруг, как думал Ким, нагло ворвался тот… — Алкоголичка?

…который испортил.

***

      Он не думал, что встретит его еще раз. Этот Тэхён никогда не горел желанием дружить с кем либо, да и любым другим желанием, кроме как сна и одиночества. И встреча с загадочным другом должно было порадовать, ведь однотипные ответы как-то по своему привязали его к себе, и он часто думал о нем и о встрече. Он узнал его сразу, когда перешел дорогу, но увидев в девушке Дженни, он захотел ему врезать.       Джин сдерживал желание оторвать эту распутную от него и напомнить, чья она, а Ким Сокджин — сжать в руках шею Тэхёна и отправить куда угодно, лишь бы не рядом с его Дженни.       Тэхён читал по глазам, по этим выпученным до предела глазам и немножко злился: некий был таким импульсивным и простым, не умел скрывать гнев, или нарочно показывал, чтобы Ким отступил?       Но, по крайней мере, Сокджин не знает, что хочет сделать Тэхен с ним… — Алкоголичка? — такие непохожие, второй всегда думал о себе. — Что делает невеста самого Джина? — Подбирай слова, — а первый о ней, — ее зовут Дженни Ким.

***

      Тэхён никогда не думал, что Джин окажется Сокджином. В голову лезли только силуеты незнакомцев — Ким и не подозревал, что у них есть общие знакомые. Всегда считал, что Дженни с другой планеты, появилась из ниоткуда, и не может быть такого, что их пути когда-то пересекались, хоть и в виде него. — Ох, простите.       Как бы он не старался разглядеть добряка с неуклюжими движениями, перед ним стоял тот самый некий Джин, ее причина и, черт возьми, жених.       Гнев и жажда мести должны были плясать на его нервной системе и управлять им, подобно марионетке, но нет. Тэхён лишь сжимал ее ладонь, пытаясь избавиться от дрожи Дженни, когда в голове властвовала пустота.       Сколько раз он представлял этот день, Тэхён не помнит, но в них он смел и силен, он четко и грозно показывает ему свое место, делает всё, но не это. — Дженни, скучала? — Разобрался с делами? — Конечно. Готова приступить к делу? В город приехал Грин, ты наконец можешь отомстить ему. Они знают самого Грина? — Нет. — Но ты должна… — Что? — Отблагодарить.       Дженни замолчала так же резко, как и заговорила. Тэхён не находил себе места от ее слабого голоса и тихо скрипел зубами. Он хотел столько всего сказать, но ничего не лезло в голову. Он просто знал, что зол, и этого должно хватить, чтобы наброситься на Джина, но он почему-то ждал от него повод.       Казалось, Сокджин знает об этом и нарочно действует осторожно. Знает что-то еще… — «Спасибо» я говорила сотни раз. — Но ты же знаешь, что этого не хватает… Боже, Дженни, хватит с нас этих масок. Иди сюда и обними меня, я так скучал.       Тэхён не успевает опомниться, как видит ее рядом с ним. Вдруг слева становится так пусто, и это заставляет сердце остановиться в страхе. Она вся дрожит и несмело изучает руки на своем теле, ей так страшно, что совсем скоро расплачется.       Ким не знал, сколько секунд прошло, как долго он решался, но вдруг она дала ему то, что он терпеливо ждал. Взгляд сильно распахнутых и отчаянных глаз, которые кричали и умоляли, стал его поводом. — Отойди.

***

      Дженни уже думала, как будет напоминать о его молчании до конца жизни, но факт этого не радовал. Тэхён выглядел равнодушным с пустыми глазами и не двигался. Она представляла это по другому, но кажется, забыла, что это Ким.       Эта мысль горькой обидой бесповоротно закрыла бы глаза всему, что подарил Тэхён, если бы он так стоял и молчал еще пять секунд, но голос, пробивающий тело морозом, и он сам, стоявший почти вплотную с Джином развеяли ее наивные мысли о предательстве.       Она успела позабыть такого Тэхёна. — Что, прости? — Не стоит даже пытаться. Отойди от нее. — Почему же? — Наверное, ты просто не понимаешь… — Чего? — Я ненавижу, когда перебивают… — О-о, я это помню! — И когда трогают мое. — Как я знаю, она считается моей невесткой… — Что то я не вижу у нее кольца, или, скорее, подвески? — Нам не нужны такие формальности. Да и выберет она все равно меня, — он говорил так, словно ее нет. — Ведь семь лет не сравнятся… — Со мной, да, ты прав, Ким Сокджин. Она улыбнулась от абсурдности и чрезмерной уверенности Тэхёна, сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. — Всё, что между вами, не стоит и половину, чего должна мне она. Сделать это Дженни может лишь оставшись со мной, да, Алкоголичка? Ее сердце пропустило удар, когда тот пошатнулся и громко рассмеялся, привлекая внимание прохожих. Она не ожидала такого от него. — Еще раз скажешь это ей, и ты!.. Капля крови пропиталась в рубашку, а за ней и другие, Джин ответил, но так по другому, не вызвав ничего у оппонента и получив тонну уверенности. — Сделаешь что? Кем ты себя возомнил?! Ты никто. — Уверен? Я думал, ты знаешь меня… Жаль. Даже представляться перехотелось. — Что?.. — Я Ким Тэхён, также известный как V. *** — Ты кто?! — виновато пожимая, плечами он принимал удары в предплечье, что с каждым разом становились сильнее. — Какой еще V? Тот самый?! Нет, не верю. Почему я узнала только тогда? И почему ты всё это время молчал?! — Ты не спрашивала, чем именно занимался мой отец. — Боже… мой парень сам V. Как теперь жить с этим?.. И кстати, почему ты стоял как дурак, когда Джин разговаривал со мной?! — но кажется, второе имело более важное значение. — Проверял его, как оказалось, он не знал обо мне, но помнил, что есть такой человек. Значит, я могу вернуться в любое время и… — Ты только о себе и думаешь. — Как будто, ты нет.