Confession story

***

Дни тянутся как глиссандо, так же мирно и долго, в очень медленном темпе подступая все ближе и ближе к долгожданным выходным. Да, именно отдыха не хватает после столь долгой рабочей недели, особенно школьникам, которые днями и ночами, не досыпая и не доедая предавались учебе и только ей. Все это выглядело идеально в мыслях дежурного, однако мы все прекрасно знаем, что не каждый подросток будет запариваться над учёбой, свое свободное время уделяя чему-то другому, например — любимому хобби. Ведь, согласитесь, если все время только и учиться — не останется и минутки на себя... А если вспомнить то, с чего мы начинали, спешу напомнить, что эти пять дней тянулись настолько долго и, наверное, те предстоящие два выходных пролетят в мгновении ока. Так же всегда бывает..? Ждёшь чего-то очень долго, а оно берет и ускользает из рук, как шарик. Это было утро пятницы, последнего рабочего дня, после которого наступит любимая всеми суббота. С этим утром наступает первый урок, а за ним следом, чередой за остальными и последний. На перемене оказывается через-чур тихо, что кстати очень странно. Казалось, только недавно школьники бегали вокруг и звучали со всех углов школьных коридоров и классов, как сейчас те самые закоулки наполнялись небывалой тишью. Только и слышно как из приоткрытого окна в музыкальном кабинете доносилась чья-то игра. Это некий Леон пытался без единой ошибки сыграть гамму до диез мажор и, честно сказать, у него это получалось крайне ужасно... А пока звонок ещё не оповестил своими мелодичними трелями о начале последнего урока, мы можем наблюдать то, как двое парней, что сейчас находились вне школы — теплились на солнышке, примостившись в кругу одиноких скамеек, отлично проводя время друг с другом. Они то и делали, что болтали о всяком разном: какую еду давали сегодня в столовке, редко речь заходила о уроках, а теперь одноклассники обсуждали их недавно внезапно начавшуюся дружбу. — Мондо, что вообще должны делать друзья? — вдруг спросил Киотака, а ведь педант от слова совсем не знает о дружбе ничего! Нисколечко! Что даже удивительно. — Ну... — байкер погрузился в свои мысли, а его лицо стало таким задумчивым, каким оно не было еще ни на одном уроке — Друзья делают очень много всего... Типа, они могут смотреть вместе фильмы, они ходят гулять, вместе слушают музыку, обедают, делают различные безумные дела... Так можно перечислять и перечислять! По правде говоря, я никогда не задумывался об этом, просто всегда делал то, что мне хотелось... — Вот оно как... Нужно будет обязательно запомнить..! — бормочет себе под нос, в уме проговаривая все то, что только что сказал ему Овада. Со стороны смотреть на то, как Киотака отчаянно пытается запомнить сказанные ранее байкером фразы было до жути забавно. Это так же выглядело глупо. Но именно это заставило Мондо мимолётно улыбнуться. Смешного тут ничего нет, если педанту так будет легче, пусть воспринимает все сказанное как какой-то новый материал, который нужно хорошенько усвоить. Припоминается, что абсолютный дежурный ничего из этого не делал в компании кого-то, по крайней мере то, что подразумевается как «веселье». На такого рода вещи у Ишимару никогда не хватало времени, ведь в его жизни важна только учеба и только труд! В следствии такой крайней задумчивости дежурного, между одноклассниками возникла тишина, неловко из-за которой стало лишь абсолютному байкеру, потому парень попытался ее развеять, — Кстати, завтра же выходные? — более утвердительно чем с тоном вопроса сказал хулиган — Это я собственно к чему веду... Я хотел спросить, это же твой батя по сути не дома? — Да, верно. Мой отец уезжает сегодня вечером на три дня в командировку. А... Что собственно такое? — Да вот, идейка появилась, — радостно произнес Овада, а глаза его засверкали маленькими огоньками, в точности как в тот раз, когда парень предложил Ишимару прокатиться на байке. Улыбка не сходила с лица хулигана, а затем он вообще обнаглел, свесив свою руку на плечи абсолютного дежурного. Она там долго не задержалась, так как педант тут же скинул ее с себя, с укором пронизывая тело шатена. — О Боже... Твои идеи никогда не приводят ни к чему хорошему! — в каком-то смысле Ишимару даже прав, однако в мыслях тут же всплывает та же поездка на байке по вечернему городу... Была ли эта идея уж настолько плоха? Определенно..! Но, если бы не она, сидели бы парни сейчас вместе не как заклятые враги, а как друзья? — Така, ты даже не дослушал меня до конца! Короче, моя идея заключается в том, что мы на этих выходных пойдем тусить к тебе на хату! — Ту...сить? — переспросил Киотака, или это ему как всегда просто послышалось? Что мало вероятно. — Да, именно! Ту-сить! — подтвердил свои слова, по слогам выделяя последнюю фразу. — А... Это тоже входит в обязанности друзей? — Слыш, Киотака, друзья это не какая-то там обязанность, но если тебе так легче воспринимать, то считай что да, это ещё одна обязанность друзей! Ну, так что, как скажешь? Понравилась идея? Киотака нахмурил брови. По одному его взгляду было видно, что брюнет не был в бешеном восторге от предложенной идеи байкера, однако на умелые упрашивания Овады, Ишимару, хоть и нехотя, все же наконец сдался, выдавливая из лёгких краткое: «Хорошо» — Всё-таки, мой второй талант заключается в том, чтобы уламывать дежурных. Точнее одного дежурного! — имел в виду конкретно Киотаку. — Прекращай глумиться, иначе ты доиграешься, и я..! — хотел сказать что-то наверняка устрашающее, ну, только по мнению Киотаки. Однако его перебил звонок, что внезапно оповестил о конце перемены. Педант вздохнул, под пристальным взглядом хулигана поднялся со скамьи, отряхивая школьную, идеально выглаженную форму от невидимой пыли. — Что «ты»? — поинтересовался Овада, которому вдруг стало очень интересно услышать своеобразные угрозы абсолютного педанта. Наверняка там будет что-то вроде того: я заставлю тебя убрать весь класс до идеальной чистоты или заставлю сделать домашнее задание со всех предметов и даже устное. Честно говоря, второе и вправду очень пугало. — Ничего, — только и отвечает, разворачиваясь в сторону школы, размерным шагом приближаясь к ней — Давай просто поторопимся в класс пока учитель не пришел? Последним уроком оказалась математика...Черт возьми! Кто вообще ставит математику последней!? Кем бы ни был этот человек, он вызвал негодование и чувство полного отчаянья у большей половины класса, в том числе и Мондо Овады. Валить с урока — нет смысла, ведь учитель уже здесь и не получится пройти незамеченным. Это так раздражает! Если бы Мондо заранее узнал, что у них будет математика — удрал бы с вероятностью сто двадцать процентов, отсиживаясь на заднем дворе школы, дожидаясь там Киотаку. Сейчас же приходится довольствоваться монотонной лекцией преподавателя о каких-то функциях и молиться, чтобы не вызвали к доске. От скуки байкер бросает взгляд в сторону окон, надеясь найти там хоть что-то интересное, но каким-то образом взор байкера упал на Ишимару... И, кажется, дежурному интересно? Что-то бормочет тихонько под нос, сидит, старательно записывает, слушает и вновь склоняет колючую голову над тетрадью. Ох уж этот занудик, в то же время и его прелестный друг. — «Как же всё-таки тут скучно... » — думает про себя, накрывая голову открытым учебником, быстро засыпая под диктовку еще одного правила. Хоть так время пролетит быстрее. Намного быстрее... — И как тебе урок!? — над ухом разносится громкий, такой уж привычный тон их старосты. Сначала Мондо открывает глаза, заметив перед собой вмиг опустевший класс, а затем, поднимая голову чуть выше, наблюдает как с невероятно яркой улыбкой тот нависает над партой и... Что-то спрашивает у недавно спящего человека. — А? Что..? Бро, я даже не слушал... — честно отвечает, без всякого угнетения совести вытягивая руки как кошка после хорошего сна. — Даже не удивительно. В твоём стиле, Мондо, — с таким же улыбчивым выражением Ишимару смотрит на собирающего в портфель вещи друга. Получить такой ответ от Овады было не таким уж и удивлением для педанта, так же всегда случается. И чем же он занимался все это время? Спал? Вполне логично. — Завтра у школы в десять утра. — Эм? Прости? — Говорю же, завтра встречаемся у школы в десять часов утра, оглох что-ли? — наверное Киотака не расслышал слова нового друга и просто-напросто пропустил все мимо ушей, так как ранее задумался. — Хорошо, в десять у школы! — парень с нетерпением будет ждать этого времени.

10:15

Субботнее утро венчается с солнцем, с его лучами и неимоверной теплотой, которую лучше описать одним подходящим словом — жара. Она пекла в головы, заставляя людей надевать некую родом защиту, а то и вовсе прятаться в домах, наслаждаясь прохладой кондёра. Тем не менее, а эта жара еще никогда не останавливала никого перед этим великим словом — веселье! Этим собственно и занимался наш педант — «веселился» в тени деревьев, дожидаясь горе одноклассника, что уже и так опоздал на пятнадцать минут назначенного им же времени. Да, именно, это и есть то веселье, о котором говорилось ранее. Киотака точно веселится, ни в коем случает не умирает от палящего солнца и душного воздуха... Когда погода успела так измениться!? Недавно же было так спокойно, прохладно... Это уже не весна, а какое-то черт его возьми лето! Вот бы сейчас выпить чего-нибудь прохладного... Парень, уже не выдерживая терпеть это ощущение седьмого пота, ловким движением руки расстёгивает несколько верхних пуговиц рубашки, позволяя ветру заглянуть в его скромную обитель. Томный взгляд падает куда-то вдаль. И, то ли Киотака и вправду ослеп, то ли из-за жары там недалеко на расплывчатом горизонте ему мерещится силуэт Мондо. Брюнет не прогадал, к ему и вправду на все щах бежал абсолютный байкер. — Прости бро, я чуть припоздал — запыхтевший одноклассник останавливаться в нескольких метрах от дежурного, склоняясь над землёй, руками упираясь о собственные колени, переводя ранее сбитое дыхание. Наверняка, а точнее будет правильней сказать, что тот точно бежал на их место встречи, чтобы не заставлять нового друга ожидать еще дольше. Сейчас Киотаке бы следовало отчитать Оваду за опоздание, однако парни сейчас не в школе, так ведь? В этом нет же такой великой необходимости? — Ничего, — спокойно на выдохе произнес Киотака, стирая со лба еще несколько капелек пота — Впрочем, пятнадцать минут это не так уж и долго..! Но, ты хотя бы можешь назвать мне причину своего опоздания? — Вот! — молниеносно хулиган вытянул перед дежурным небольшой пакетик — Я заходил в магазин по дороге сюда, чтобы купить нам по прохладной газировке. На дворе вон какая жарища! Но эта гребенная очередь все испортила!! — как же в этот момент Мондо был разъярен, однако его пыл быстро утих со следующей фразой — И да, прости если она окажется не такой уж и прохладной... — а после хулиган протянул старосте одну из металлических бутылочек, которую в следствии Киотака с радостью в глазах принял. Она и вправду нагрелась, но это нисколько не удивительно... Какая к черту разница? Это все еще та газировка, которую Овада приобрёл для него. — Даже если и так, все равно спасибо тебе... Тем не менее давай побыстрее уйдем от сюда? Мы же вроде собирались ко мне домой? Всё-таки прислушавшись к совету свалить от сюда как можно быстрее, парни, мирно попивая немного теплую газировку отправились в уже знакомую им сторону. Этой тропой абсолютные каждым утром шли в учебное здание и этим же путем постоянно возвращались из него домой. Хоть их дороги и расходятся на полпути в разные стороны, однако сейчас же все совсем наоборот! Как никак, а одноклассники, теперь уже друзья направлялись прямиком к педанту домой. Киотаке как никак хочется побыстрее там оказаться, ведь это адское солнце... В какой уже раз стирая тыльной стороной руки выступившие капельки пота, брюнет невольно вздохнул. — Чего вздыхаешь? — сильная рука легла на плечи абсолютного дежурного. По уже некой привычке и оттого, что на улице чуть выше двадцати градусов, Киотака снова сбросил руку Мондо с себя. Это ничуть не смутило последнего, отчего тот продолжил — Давай лучше побазарим? — О чем же? — Да например о тех же увлечениях! Что делаешь в свободное время, какую музыку слушаешь? И так далее. — Мондо, наверное ты забыл, но я уже не раз говорил тебе, что у меня нет времени ни на увлечения, ни на музыку, ни на что в таком вот роде развлечений. — Да брось! — Я не шучу, в моей жизни приоритетом является только учеба! — вот настолько дежурный неинтересная личность. Вот такой у нас Киотака. Брюнет ни разу в жизни не слушал какой-либо жанр музыки, ко всему этому он не знает, что сейчас популярно. Ишимару ни разу не фанател с одной конкретной группы, не говоря о том, что таких групп в мире миллион! Да что там говорить, парень ни разу не смотрел фильмов, тех же захватывающих сериалов. Парню никогда не хватало такой информации, чтобы поддерживать с кем-то разговор. Он всегда начинался учебой и заканчивался ей же. Вся жизнь педанта кружится вокруг заданий, книг и школы. Только до этого момента все было примерно так, теперь же Ишимару решающе настроен на то, чтобы изучить все это, полюбить что-то настолько сильно, как и учебу! Например: посмотреть фильм, или прослушать музыкальные композиции, выучить участников популярной группы. Все это Киотака надеется сделать вместе с Мондо, ведь, если не он поможет ему стать настоящим другом, то кто? — Знаешь Киотака, это как-то грустно даже... — Ничего..! Скажи лучше, а какую музыку любишь слушать ты? Группы какие-то? — и начнет дежурный с банальных вопросов, чтобы маленькими шажками погружаться все дальше в глубины этого мира, изучать его вновь и вновь, ведь в нем так много всего неизведанного. Вмиг сверкнувшая улыбка Мондо заставила и Киотаку с улыбкой смотреть в ответ, и наблюдать за тем, как байкер настраивался перечислять. Чувствуется, что это затянется. Ничего, Киотака готов. — Ну, я много чего люблю слушать, например таких исполнителей и групп как MCR, Skillet, Panic! At the disco, Mother Mother, Nothing,nowhere, Bon Jovi, Agust D, и, наверное ещё Maroon 5 — перечислил Мондо, с воодушевлением произнося название каждой группы и исполнителя, как будто они были всем миром для этого парня. С такой же воодушевленностью и детской радостью Мондо перевел взгляд с чистого неба на идущего рядом Ишимару. Его глупые, ничего не понимающие глаза такие смешные. Они выглядят так, как будто ребёнку сказали что-то через-чур заумное и невъебенно сложное для такого маленького ума. Мондо засмеялся. — Не смотри на меня так глупо... Подожди секунду, сейчас тебе наглядно дам послушать их музыку. Все равно идти еще долго! — хулиган постукивает руками по карманах, вытаскивая из них скомканные в один небольшой запутанный шарик из проводов наушники, а вместе с ними и телефон, в котором содержится та самая музыка. Неужели сейчас Киотака впервые по настоящему послушает музыку? Настоящий рок, металл, рэп, все это с громким звучанием гитары и таких же громких слов? — Ну что, готов? — спросил Мондо, протягивая абсолютному педанту один из наушников. Немного дрожащими от волнения и предвкушения руками Киотака берет из пальцев друга наушник, втыкая его в ухо. Тишина. Она кажется настолько долгой, пусть и длилась та несколько секунд, пока Овада выбирал, что же первым включить. Спустя пару секунд, что длились как ода большая вечность — наконец-то полилась мелодия. Первое впечатление: громко, вызывающе, но в то же время так круто! Слова лились в унисон с мелодией, с самим битом, хотелось и самому сейчас начать по среди улицы танцевать и петь не зная слов, и не думать о том, что подумают прохожие. Выражения лица Ишимару со стороны выглядело таким вовлечённым во все это, с таким ясным интересом брюнет сидит только на уроках, когда слушает лекцию учителя. С таким выражением лица Киотака делает то, что ему и вправду нравится, то, что ему по-настоящему интересно. И даже сам того не замечая, темноволосый стал мычать в такт со словами, вызывая этим такую ясную улыбку у хулигана. — Хэх, походу наши вкусы в музыке совпали, бро! — на это Ишимару лишь утвердительно качнул головой. Вот первая композиция подошла к концу, и не успев что либо сказать о ней, в ушах педанта тут же заиграла другая мелодия, за ней следующая и так к самому дому Киотаки, к самому его порогу. — Вот мы и пришли! — с облегчением произнес Киотака, рассматривая неприхотливый ну очень давно знакомый ему узор входной двери. Стоя перед ней какое-то время, абсолютный староста на секундочку представил, как будет не меньше пятнадцати минут, а то и больше просто бездельно лежать на полу собственной комнаты и отдыхать от этого наружного пекла. Это все, о чем сейчас так сильно мечтал Ишимару. Заметив то, что он уж слишком долго пялился в одну точку, брюнет поспешно принялся искать ключ, что всегда находился с ним в небольшом кармане рубашки. Замок характерно щелкает от прокручиваний в нем металлического предмета и, вуаля — дверь в квартиру была гостеприимно открыта! А спустя еще мгновение парни вошли в само ее помещение. — Простите за вторжение... — уж слишком вяло промямлил Овада, сбрасывая свою обувь в уголку небольшой прихожей. Первым делом байкер оглянул помещение, как будто что-то в нем ища, а затем, не глядя на самого владельца, спросил — Так, где тут твоя комната? Киотака указал рукой куда-то вдаль коридора, — Дальняя дверь слева. — Окей, — кратко бросил абсолютный главарь байкеров, медленно проходя дальше коридором к той самой двери, пока Киотака снимал свои высокие ботинки. Две пары обуви аккуратненько стояли друг около друга. Ишимару выпрямился, оглядел уходящую вдаль широкую спину Мондо, сам же предпочел зайти на кухню. Звенят кружки. Выпить бы сейчас как минимум два стакана прохладной воды... Однако, как только Ишимару поднес ко рту кружку с охлаждающим напитком, чтобы насладиться всей прелестью воды, брюнет услышал приглушённый слоем стен возглас: «О мой Бог блять!» Что же случилось? Киотака решил выяснить это, поспешив на крик друга, в секундах оказываясь в проёме дверей собственной комнаты, наблюдая за байкером, что стоял в ее середине. — Что такое? Что-то случилось? — обеспокоенно начал спрашивать Киотака. — Нет, ничего. Просто твоя комната, она... Такая скучная. — ...А? Прости, что? — Ну, она такая, пиздец, серая. Обычно комнаты подростков выглядят не так... Идеально. — И что? — Нет-нет-нет! Я не позволю тебе издеваться над бедной комнатой! Это кощунство оставлять ее в таком виде! Ей что-то определенно не хватает и это «что-то» есть у меня дома, поэтому давай заднюю, мы выдвигаемся ко мне! — сообщил Мондо, идя в обратную сторону к выходу из квартиры. — Но мне и так хоро— — Что ты там говоришь!? Я тя не слышу! Дуй сюда и пошли! Киотака и не успел заметить, как прошло ещё пятнадцать минут, пока они блуждали по улице в направлении скромной обители Овады. Все эти пятнадцать минут педант ощущал, что ему хватит ещё какой-то секунды, чтобы превратится в пепел от ярких, уж слишком теплых лучей солнца. Он был готов убежать куда угодно, лишь бы не ощущать на себе седьмой пот! Вот только рука новоиспеченного друга, что намертво вцепилась в руку старосты никак не хотела отпускать. А сам Мондо как всегда в своей манере: упрямый, ничего не слушает, только и видит перед собой цель да идет к ней не смотря ни на что. Впрочем, пятнадцать минут это не так уж и долго, (для кого как) потому вскоре парни дошли к конечной точке — к дому Овады. — Располагайся как у себя дома! — сообщил Овада, хлопая входной дверью, тут же уходя куда-то вглубь квартиры, видимо направляясь в свою комнату. Киотака же решил остаться в прихожей, дожидаясь там горе одноклассника с чем-то, что по мнению Мондо может преобразить его комнату... А вы знаете такое чувство, когда приходишь домой и с самого его порога ощущается что-то такое уютное и родное? На великое удивление абсолютный дежурный никогда этого не ощущал на собственной шкуре, лишь до этого момента... Уже с самого начала приемной в нос выбился и приелся такой приятный, выдержанный запах чего-то в перемешку с выпечкой и приветливостью. А что собой являет выпечка? Конечно же доброжелательность! Киотаке эта квартира кажется какой-то иной, запредельной для ума. Здесь есть то, чего нет в его собственной. Чего же..? Неужели существуют и такие? Хочется еще на какой-то миг задержаться здесь, пожалуй и целой вечности не хватит для того, чтобы запомнить и задержать все эти ощущения глубоко в сердце. Взгляд Ишимару привлекла фигура выходящая из ближайшей к нему комнаты. Тогда перед ним перестал на вид молодой, немного старше самого Мондо парень, что точно являлся для последнего родственником, а точнее братом. Точно, Киотака вспоминает, как хулиган рассказывал ему о своем старшем брате! Точно такой же, как и с рассказов друга: высокий рост, добрые глаза и такая же приветливая улыбка. Язык не поворачивается сказать, что этот человек в прошлом являлся байкером! — Добрый день! — это было первое, что так громко произнес Киотака, для еще большего уважения наклонившись ровно на девяносто градусов, при этом выровняв руки по швам, как будто его сейчас будут расстреливать. Со стороны родственника Мондо послышался басистый, очень спокойный, даже сказать тихий смех. Такой ровный и успокаивающий... Это заставило Киотаку немного разогнуться и исподлобья глазеть на бывшего байкера. Что же его так рассмешило? — Ха-ха... Парень, я не настолько стар, чтобы ко мне так уважительно обращались..! Я собственно Дайя. — наконец-то успокоившись, мужчина прекратил усмехаться, а наоборот, протянул руку для приветствия. Киотака смотрел на нее секунд пять не врубаясь, что тот хочет от него и что ему нужно с ней делать. А когда дошло, педант тут же пожал в ответ, немного дрожащими голосом представляя себя, — А... Э-эм... Я Киотака! Киотака Ишимару! — стоит лишь надеяться на то, что это прозвучало не слишком громко. — Ох-хо-хо! — Дайя сильнее сжал руку парнишки — Киотака говоришь тебя зовут? Неужели в какие-то веки мой младший братец своизволил лично познакомить меня меня со своим другом? Он мне очень много о тебе рассказывал, Киотака — в лице Дайи блестнула неоднозначная улыбка. Это Киотаке к сожалению не удалось увидеть, так как его привлекло появление и самого Мондо, что нёс в руках очень большой ящик с плакатами и чего-то еще, скрытого на дне коробки. — Киотака, я все! — молвил шатен, не сразу заметив то, как его старший брат и Ишимару какую уже секунду то и делали, что жали друг другу руки. Самому бывшему байкеру эта ситуация вызывала яркую, неподдельную улыбку, а Киотака с некой надеждой в глазах, лишь одними губами говорил: «Спасите» — Так, Дайя, не отпугивай своим этаким видом моего братана! И не липни к нему, как банный лист! Дайя оглянул собственного братца. — Ох, так вы что, не останетесь? Я бы вам пивка налил... — Мы уходим! — громко отчеканил Мондо, выталкивая Киотаку и себя за одно с ним из квартиры. На лестничной площадке повисла тишина, наверное настала она из-за недавно случившегося с Дайей. А чтобы перевести тему с него на что-то другое, чтобы Ишимару точно забыл о случившемся, Мондо начал — Ну, а теперь попиздили к тебе! — Надеюсь мы больше не будем совершать необдуманных прогулок... — Ни в коем случае, бро!

***

Коробка с характерным глухим стуком приземлилась на пол посреди идеальной комнаты абсолютного дежурного. Киотака из интереса подступил к ней ближе, беря в руки небольшой, скрученный в долгий цилиндр плакат. На нем, в следствии аккуратной распаковки красочно расположились все члены одной популярной глэм-метал группы Twisted sister. Мондо не упоминал о ней в своем занимательном рассказе, но если у байкера нашлись плакаты и даже CD диски с полной дискографией, это значило только одно — Мондо так же являлся их фанатом. В руки брюнета попало еще несколько постеров, пластинок и даже альбомов. Глядя на все это в голове идеалиста возникает только один вопрос: неужели Оваде все это не жалко? Даже как-то не верится во все это... Он правда с такой яркой улыбкой готов сделать все угодно, лишь бы это время вместе было незабываемым? Докопавшись к самому дну коробки, Ишимару пальцами нащупал что-то холодное, по ощущениям металлическое. Как потом оказалось, это «что-то холодное» оказалось обычной колонкой. Не успев ее детально осмотреть, из рук старосты ее тут же забрал байкер, демонстративно сдувая с нее пыль. Шатен пару минут повозился с ней туда-сюда по комнате, паралельно подключая проводки к телефону, ставя всю эту конструкцию на полку с ровными учебниками. И перед тем, как включить музыку на всю, чтобы придать их посиделки некой атмосферы, байкер с искрами в глазах и в голосе выдал: — Ну что, украсим эту чертовую комнату!? — обращается к Киотаке, но его не волновал ответ старосты, ведь, если тот скажет категорическое нет, все обернется совсем по-другому. Как в тот раз с байком и ночным городом. Мондо в любом случае превратит эту комнату в настоящее произведение искусства. — Да... — не слишком то и уверенно протягивает дежурный, нервно улыбнувшись хулигану. В тот момент заиграла музыка. Пианинные клавиши отстукивают и медленно затихают, позволяя гитаре превратить спокойное начало в целый концерт. И это,

Story of my life

Разбросанные везде плакаты, и диски, и вся эта атмосфера... И вправду, в эту минуту в существовании Ишимару строилась его история жизни вместе с Мондо. И, как эта песня, в жизни педанта теперь не будет тех однотипных дней, таких холодных, чёрно-белых, вылитых тучами фильмов без красок. Все это время Ишимару лишь завороженно сидел на полу и наблюдал за другом, как тот крепил на абсолютно белую стену разноцветные плакаты и пластинки. — Ты так и будешь просто сидеть? — обернувшись, шатен протянул руку своему другу, а затем они скрепились вместе, так крепко, насколько скрепила их эта мелодия — Давай сделаем что-то безумное? — Да.. Что-то определенно безумное! Они будут менять свою историю вместе.