Чего стоит прах?

Теперь их было семь. Прекрасное число, число счастья и удачи. Идеальное число. Число бога. Соир, новорождённое божество, не отличалось разговорчивостью. Тогда, как другие боги спорили, приводили аргументы, даже парой кричали, Соир указывало на место и никто не смел попрекнуть его решение. Оно говорило что-то и ни у кого не было, что сказать в ответ. Соир видело истину, но увы не долго. Искра спасительного, для потерянных в глубинах космоса богов, смысла, вспыхивала и тут же гасла. Пока Соир ничего не видело, оно молчало. И молчало оно порой слишком долго. Боги несовершенны. Как и всё в известной нам вселенной, они состояли из мельчайших частиц. Каждая маленькая деталь этих сложных конструкторов была создана в жерле старых, таких же неидеальных звёзд. Они были сломаны, потёрты во множестве разных мест. Омерзительны сами себе. Их дары исчерпаемы. Их разумы гнилы разрушительными идеями. Это осознание терзало их. Новый бог был хуже своих предшественников. Слеп, нем, наивен и глуп. Бестолков, некрасив. Душа его бесчувственна к мольбам и просьбам. Но не все разделяли этот взгляд. Харас воспротивилось их пренебрежению и первое услышало голос истины. Она твердила создать идеал на третьем спутнике Солнца.

***

Из-за иссушающей погоды за окном, выдачу грамот десятиклассникам проводили в кабинете. Это мало спасало и детей, и преподавателей, но больше всего страдали сладкие призы для отличников. Особенно мучалась первая парта первого ряда. Жалюзи, из-за открытого окна, постоянно трепыхались и солнце, не переставая, жарило двух парней с проблемами со зрением и дисциплиной. Вторая парта того же ряда могла уже без проблем наслаждаться всеми плюсами открытого окна. За ней сидела печально известная София, которая одна среди хорошистов пошла не в программисты, а во врачи. И её сосед Влад – программист. Третья парта две недели пустовала, так как за ней сидели сёстры близняшки, которые хорошо учились вместе, но маме которых отпуск дают только в мае. За четвёртой партой уже как пол года в одиночку сидит Данила, после инцидента, когда в панике он случайно уронил соседа со стула. Уже давно его пытаются пересадить на второй вариант первой парты третьего ряда, поближе к выходу. Но из-за его роста в метр девяноста пять, все, кто сидит за ним, жалуются, что им ничего не видно. Сразу за Данилом сидит единственный член кино-клуба, не сидящий на третьем ряду. Ходят слухи, что он там изгой, но по видимому его туда посадила учительница. На втором ряду сидел бывший физмат и хим-био, из группы которых выбились Софья и Алина. Обе они учились в классе математиков, но Алина окончательно и бесповоротно, решила отказаться от своего логически-схематического прошлого. В девятом она перешла в гуманитарный. И как бы подчёркивая это, она села на четвёртую парту третьего ряда. Её сосед Максим уже четвёртый год писал свой роман. Иллюстрировать его согласилась его девушка художница с первой парты. А её невысокая соседка, как раз пошла получать свой подарок за очередную победу в лёгкой атлетике. Кроме ещё одного спортсмена за последней партой, остальной ряд занимал кино-клуб. Вторая парта это оператор и красноволосая Дарья, занимающаяся костюмами. Третья – лучшие друзья, режиссёр и актер главных ролей, с чистой пятёркой по русскому. За пятой вместе со спортсменом сидел сценарист. Их любительские фильмы массово игнорировались всеми в классе. Это было негласное соглашение всех со всеми. Киноделы не пройдут. Вообще, такой класс в полном составе можно было увидеть только три раза в год. И на зачёте по физкультуре. Данил чувствовал себя немного одиноко среди них. До этого из-за сложностей в обучении он попал в общеобразовательный класс. Его старых одноклассников здесь не было, да и отношения с ними не были даже близко дружескими. Спасало его то, что брюнетка с четвёртой парты, чьё имя начиналось на «А», постоянно кидала ему записки. Все они очень удачно попадали ему в голову и содержали в себе следующие послания: «Сегодня идём к тебе.»; «Купим торт по дороге.»; «Давай, Андрей не пойдёт с нами.»; «Прекращай меня игнорировать!». Алина сидела за партой прямо и иногда косилась на него. В ответ на записки Даниил утвердительно кивнул, и град из бумажек прекратился. Они были не единственными пренебрегавшими дрескодом в этот праздничный день, но точно самыми яркими. Девушка сидела в фланелевой голубой рубашке, а её друг в жёлтой рубашке в клетку и джинсах. Правда, был ещё парень пришедший в чёрной футболке. Но, на счастье учителя, он сидел на последней парте и не мозолил глаза, в отличии от этих двоих.

***

Когда всё закончилось они наконец могли начать дышать полной грудью, идя по полу-пустому коридору. Теперь они в каком-то смысле свободны. И с одной стороны это означало, что теперь на весь июнь Данилу увезут за город, а с другой - в оставшиеся два месяца он будет ведеться с Алиной и Андреем чаще, чем раз в неделю. Что на самом деле его очень приободряло. У Данилы было всего пять друзей, только три из которых были членами его семьи. Это было большое достижение, учитывая, что три года назад он этим похвастаться не мог. Его в принципе очень во одушевляло то, что рядом с ним сейчас шла Алина. Да, это был не самый лучший вариант, но выбирать не приходилось, потому что настоящий друг выберет тебя сам. С этой девушкой так и случилось. Она просто подошла и начала говорить с ним как ни в чём не бывало. По дружески шпынять его и дёргать за косички. Нет, тогда у Данилы кос не было, а вот у Алины были, и очень длинные. В перспективе сложно смотреть на неё сейчас и воспринимать, как раньше. В раннем детстве за год можно вымахать в двое. Но сейчас казалось, они стоят на границе со взрослой жизнью и такой бурный рост должен был бы остановится, но нет. За последний год у Данилы случился самый большой скочёк роста за всю жизнь. Если раньше он был вполне соразмерным и в меру упитанным мальчиком, то сейчас он превратился в фонарный столб. Палку, если вам угодно. Алина решила вырасти тоже, но душой. Она коротко подстриглась, перестала носить сарафан и красится. Из-за последнего, кстати, стало хорошо видно голубые венки на её щеках. Кожу очень сильно раздражало даже от умывания с мылом, так что это было вполне предсказуемо. Но и другие изменения не лишены логики. Чёрные волосы на солнце сильно грелись, передавая своё тепло хозяйке. А из своего любимого сарафана она просто выросла… Возможно, совсем чуть-чуть, но и физически она подросла тоже.