little taste of heaven

⪼●⪻       Саша проснулась через час с накинутым на нее пледом. Когда она ложилась спать, у нее не было никакого пледа, но было ощущение, что ее новообретенный партнер накрыл ее.       Она перевернулась и ее сердце пропустило удар, когда заметила Земо, сидящего напротив нее. Он заснул, казалось бы, в неудобном вертикальном положении прямо напротив нее, будто наблюдал за ее сном.       Саша не знала, что делать с бароном Хельмутом Земо. Он был антиподом всему, за что она боролась, и, тем не менее, она не думала, что они совсем разные.       Он не был фанатом Мстителей и после смерти Нико, Саша не была уверена, что понимает их роль. Почему они не были на их стороне? Почему они не пытались помочь вынужденным переселенцам?       Где они были, когда люди больше всего нуждались в них?       Не помогло и то, что Земо был красавчиком. В необычном смысле. Он совсем не понимал, почему Саша должна была раньше смотреть на все иначе. Ему была свойственна мания величия, какую она с трудом когда-либо могла бы себе представить. И он так умело демонстрировал это через свои слишком приятные незаметные ухмылки.       Он был самодовольным, высокомерным и обладал всеми качествами, которые она должна была ненавидеть.       Очевидно, что она слишком долго была одна, если посмотреть на этого с той стороны, что он именно тот человек, в котором она нуждается.       Саша перекатилась на спину и уставилась на потолок, слушая шум мотора самолета под собой. Она никогда раньше не была на частном самолете. Единственный раз, когда она летала ˗ это был самолет класса экономии в стесненных условиях с кричащими детьми.       Краем глаза она заметила, как Земо бодрствует. Он немного задергался, вытягивая ноги перед собой, потягиваясь.       — У тебя привычка наблюдать за людьми, когда они спят? — спросила Саша, когда он вытирал сонные глаза.       Земо улыбнулся: — Здесь тише.       — Понятно, — Саша повернулась на бок, — Почему ты был в тюрьме?       — Я кое-кого убил, — признался он, подправив рукава водолазки на запястьях.       — И они выпустили тебя?       Земо вздернул бровью: — Не совсем. Это лишь вопрос времени, когда они вернут меня в мое личное чистилище.       Тогда Саша села, проведя пальцами по грязным волосам: — Так ты тоже в бегах?       — Как я и сказал, — он откинулся плечом назад, повернув голову в мою сторону, — мы с тобой не такие уж и разные.       Земо вдумчиво прикоснулся большим пальцем к нижней губе: — Я хочу извлечь максимум выгоды из своей непродолжительной свободы.       Она отзеркалила его движение головой: — Любишь летать с совершенно незнакомым человеком в своё тайное убежище в России?       Он промурлыкал, прижав пальцы к груди, не сводя с нее изучающего взгляда: — Ты заинтриговала меня.       — Рада стараться, — ответила она, отодвинув плед в сторону, собираясь встать. — Я знаю, что это не очень похоже на сравнение, но эти последние несколько месяцев ощущались, как в тюрьме. Поскорбев о наших погибших товарищах, мы обрели покой в безграничном мире. Безработные нашли работу. Бездомные нашли дома. Там была еда для всех. Теперь мы граждане второго сорта, потому что не потеряли пять лет жизни. Нет никакой радости, только непреодолимое разочарование.       Земо прошелся языком по зубам: — Ты можешь считать, что я не понимаю тебя. Я понимаю. Я был бы на твоей стороне, если бы ты не решила стать такой, как они.       Саша опустила взгляд, медленно кивая головой. — Я понимаю. Если бы я могла вернуться и решить делать или нет, я бы так и сделала. Но я не могу.       Он внезапно встал, вторгаясь в ее пространство с небольшим предупреждением: — Никто не должен быть настолько сильным. Никто не должен иметь подручные средства, чтобы стать неудержимым оружием.       — По крайней мере, мы остановили Пауэброкера от принятия этих средств, — ответила Саша, удерживая взгляд на полу, в то время как он превратил хищника в жертву. — Есть куча обычных людей, у которых сыворотка течет по венам. Не солдаты. Не дрессированные собаки какого-нибудь правительства.       Глаза Земо сузились, когда он вторгся в ее личное пространство. Он держал ее на расстоянии нескольких дюймов, но она не позволяла этому ее запугать. — Если бы только твой вождь чувствовал то же самое, Саша. В тот момент, когда она убила, ваше дело потеряло свой рычаг воздействия.       — Дело было не в этом. Никогда, — она протестовала, — что нам дает око за око?       Земо был тверд: — Но это стало так, потому что сыворотка развращает того, в чьих венах она течет. Она заставляет хороших людей чувствовать, что они могут быть богами.       Саша усмехнулась: — Я не чувствую себя богом.       — Нет?       — Нет.       — Суперсолдатам нельзя позволять существовать.       Она протянула руку и сжала пальцы вокруг ремней его кобуры: — Если у тебя проблемы с тем, кем я являюсь, тогда зачем ты спас меня? Ты мог выстрелить в канализации. Ты мог оставить меня умирать на асфальте. Почему?       — Я сидел один в тюремной камере восемь лет, — Земо осторожно обернул пальцы вокруг каждой из ее рук, не спуская глаз с ее лица. Он не закончил мысль, но между ними повис в воздухе намек.       Саша горько засмеялась: — Достаточно долго, чтобы трахаться, но и достаточно, чтобы хотеть смерти. Очень любезно с вашей стороны, барон.* Она выдернула руки из его схватки.       — Ты заинтриговала меня, Саша. Ты говоришь, что у меня была возможность убить тебя в канализации, но у тебя была такая же возможность. Почему ты этого не сделала?       — Разве смертей не достаточно? — спросила она, повышая голос. — Я чувствую себя ответственной за те смерти, которые Карли совершила, потому что я не заговорила раньше. Я чувствую ответственность за смерть Нико, потому что он не должен был быть один. Надо было уехать из города, вместо того, чтобы враждебно относиться к гребаным Мстителям, — Саша указала на него, — так что не стой там и не говори мне, что мы все одинаковые. Я хотела помочь людям. Я хотела, чтобы у детей были полные животы и образование. Я хотела, чтобы у людей были медикаменты и крыши над головой. Я не хотела, чтобы на моих руках была кровь.       На этот раз она подошла к нему, толкнув в грудь с небольшим усилием. — Мне жаль, что из-за Мстителей погибла твоя семья. Но я — не они, и я не одобряю твои обширные обобщения. Я неплохой человек. Я буквально никого не убивала.       Саша снова толкнула Земо, и он наткнулся на кожаное сиденье-диван позади себя. Он схватил ее и, падая, утащил за собой.       Саша положила руки ему на плечи, и она оказалась полулежащей на нем, а ее ноги прижимались к его бедрам. Злость ˗ забавная штука. Было так же головокружительно, как и другие чувства.       — Ты мне не нравишься, — предупредила его Саша, когда его рука обернулась вокруг нее, чтобы пробраться к небольшому участку на ее спине.       — Чувства взаимны, — он вытянулся, наклоняя лицо к ней.       — Пошёл ты, — выкрикнула Саша, сворачивая пальцы вокруг его шеи и сократила расстояние между ними.       Поначалу это был не очень хороший поцелуй. Столкновение зубов и борьба за господство, а затем последовали синяки. Но потом она уступила, отдала лишь малую часть своего контроля, и он сделал это стоящим. Его язык проделывал путь к ее нижней губе, и она впустила его.       Земо был ужасающе хорош в поцелуях, когда они не боролись за господство. Его язык проскользнул в ее рот, сливаясь с ее собственным, заставляя задуматься, где еще можно было бы использовать этот талантливый язык.       Саша медленно двигала бедрами в поисках любого трения, которое она могла бы получить, когда почувствовала, что его член затвердевает под ней. Звук, вырвавшийся из его горла, посылал жар прямо к бедрам, что лишь подогревало ее желание получить большего.       — Саша потянулась за застежками его кобуры, нажимая на спусковые кнопки и отталкивая ремни, чтобы начать работать над кофтой, застрявшей в его штанах.       Человек просто по всем признакам утверждал, что ей лучше умереть, чем остаться в живых, и она царапала его дурацкую фиолетовую водолазку. Она никак не могла просто так вернуться к Разрушителям Флагов. Не после этого.       Земо оборвал поцелуй, чтобы помочь снять с себя рубашку, и этот край безумия был еще более очевиден, когда он встретил ее взгляд. — Ты этого хочешь?       Ее брови взметнулись вверх с истинным недоумением: — Я поцеловала тебя.       — Я просто хочу быть уверен, что ты полностью заинтересована в этом, Саша. — Кое-что из его бравады оборвалось и это заставило ее сердце затрепетать в забавном темпе.       — Вопреки моему разумному мнению - да. Так и есть, — сказала она, кусая ему челюсть. Саша откинулась назад и поцеловала его, скользя губами по его собственным.       Руки Земо играли с краями ее собственной рубашки, пальцы дразнили ее голую кожу, когда он медленно поднимал рубашку вверх. Его прикосновение разожгло в ней новый огонь, и Саша потеряла представление о том, когда и как они раздеваются. Важно было только то, что они оба были почти голые, и он прижимал ее к мягкой коже лежащего под ним дивана.       Его рот был порочен. Саша не сомневалась, что в ближайшие дни она будет носить результаты его несдержанности. Земо поцеловал ее в шею, прошелся языком и зубами, дразня мягкую плоть.       Саша нежно стонала, когда он спускался вниз, целуя ложбинку меж грудей, грубо лаская их.       Но только после того, как он натянул ее ноги на плечи, Саша узнала, насколько порочен его рот. Он совсем не был похож на поддавшегося. Отношение, частный самолет, причудливое имя. Она неверно подумала, что он из тех, кто слезет и исчезнет.       Она недооценила его и его способность угождать.       Земо прикоснулся на внутренней стороне ее левого бедра, пролагая путь наверх, пока не задышал прямо на ее киску. Саша была потрясена тем, как быстро ее тело отреагировало на его прикосновения, какой влажной она была для него, но это истязание закончилось, когда он прошептал ей нежную похвалу, поглаживая пальцами в самых чувствительных местах.       Саша вытянула руку за голову, схватившись за подлокотник, когда Земо прижал язык к ее клитору. — Твою мать! Саша зашевелилась, обернув каблуком его спину, когда он прошелся губами вокруг маленького нервного пучка и сосал как раз то, что надо.       Земо схватил Сашу за бедра, чтобы удерживать ее на месте, пока его рот дарил ей невероятные ощущения. Он чередовался между муками и наслаждением, работая языком, высасывая ее клитор так, что у нее кружилась голова.       А потом он снова застал ее врасплох. Земо вставил в нее один палец, а затем другой. — Вот так, — пробормотал он, двигая пальцами внутри нее.       Саша старалась не кричать, смутно осознавая, что в самолете они были не одни. Но это было испытанием, когда Земо заставил все ее тело содрогнуться с сокрушительным удовольствием. Она принадлежала ему, ее тело подчинилось его прикосновениям.       И тогда он снял ее ноги с плеч и заполз обратно к ней, встав между бедер, нависая над ней. — Я приехал в Ригу не готовым к этому, — сказал он ей.       — В прошлом году мне сделали имплантат, — заверила Саша, — и я чиста.       Земо коротко кивнул: — Как и я. Я не… с тех пор как жена…       Саша подняла руки, чтобы поцеловать его и почувствовала свой вкус на его губах. Поначалу он колебался, губы едва шевелились, когда он отвечал на поцелуй. Рука Земо опустилась вниз по боку, остановившись на бедре, когда он переместился между ее бедрами. Саша протянула между ними руку, протолкнув нижнее белье вниз по бедрам, чтобы освободить его член.       Звук, который он издавал пальцами вокруг члена, был настолько эротичным, что Саша почувствовала, что собирается расплавиться на подушках дивана. Его самоуверенность не была необоснованной.       Она резко вдохнула, когда головка его члена проскользнула сквозь ее чувствительные складки, прежде чем он вошел в нее. Земо так тщательно обработал ее тело, что она сразу приняла его. Внутренние складки ее тела трепетали, сжимая его, и она мягко кричала, когда он начинал двигаться.       — Ты… — Он начал, целуя ее в ухо, — прекрасна. — Его руки блуждали по голой коже, пока он качался в ней. Темп был медленным, но непрекращающимся. Земо вдавливался в нее до тех пор, пока бедра не прилипли, а потом быстро отступал.       Для человека, который не имел никаких действий в течение более восьми лет, он был шокирующе подготовлен. Не было никакой гонки до финиша, как она неправильно предполагала о нем.       — Твою мать. Земо! — Саша задыхалась, глаза широко раскрылись, когда он сместил угол, долбясь по чувствительному месту, которое так мало кто из напарников потрудился найти.       — Тебе нравится? — Спросил он грубо, свободно скручивая пальцы вокруг ее шеи прямо под челюстью.       Саша кивнула головой: — Блядь, да, — она прошлась ногтями по его плечам. — Ты все еще хочешь убить меня, Земо?       — Нет, — он засмеялся, когда наклонился и поцеловал ее снова. Он усилил темп своих толчков, долбясь в нее с новым отчаянием.       Саша стонала в его рот, вонзая пальцы в его волосы, прижимаясь к затылку. Каким-то образом ему удалось снова добить ее, и ее тело отчаянно сжималось вокруг него.       Земо последовал за Сашей с еще тремя толчками, изливаясь в нее. И он не переставал двигаться, пока не выжал из их тел каждую секунду удовольствия.       Саша примкнула к его губам, когда он отстранился, и Земо смилостивился, позволил ей притянуть его обратно к себе, чтобы снова поцеловать.       — Возможно, не все суперсолдаты плохие, — прошептал он ей прямо в губы, и она не могла не засмеяться.       Саша прошлась рукой по его позвоночнику: — Я бы разозлилась, если бы после этого ты все еще хотел бы убить меня. — Саша ударила его по заднице смычным шлепком, радуясь, заметив на себе его возмущенный взгляд.       — Это было весело.       Земо хмыкнул, двигаясь рукой вниз, чтобы схватить ее бедро: — Как я и говорил -забавно.       — Неважно, — она закатила глаза, тыкнув пальцем его голень. — Спасибо, что пригласили меня на клуб залетчиков,* барон.       — Добро пожаловать на борт, — он слегка насмехался, прижимаясь губами к подбородку. — Ты приглашена оставаться в моем поместье, Саша. В противном случае я дам указание Ознику и экипажу незаметно отвезти тебя туда, куда тебе нужно.       — Я никогда раньше не была в поместье барона, — отметила Саша, прикусывая нижнюю губу, — я могу остаться здесь на несколько дней, — она пожала плечами. — Я не то, чтобы горю желанием вернуться туда.       — И не надо, — предупредил он, поглаживая большим пальцем ее губы — Я не вижу счастливого конца ни для Карли, ни для её приспешников после всего случившегося.       Саша знала, что он не ошибается. Карли пересекла черту, которую нельзя было стереть. Люди были мертвы из-за нее, и как бы Саша с ней не соглашалась, она не хотела, чтобы на ее руках тоже оказалась кровь.