Я, Ты и моя Гордость

На парковках пустынных в свете фонарных столбов На стекле отпечатались выдохи в лютую стужу. Ты отдал мне много бессмысленных слов. Я тебе отдала свою душу.

Василиса

Спалось мне сегодня, если откровенно, то дерьмово. Я все время ворочалась, не могла уснуть. В голову лезли ненужные мысли. Каждые пять минут, я начинала обдумывать, а правильно ли я поступила с Фэшем? Вроде, как и дружба это правильное решение, а с другой стороны… с другой стороны мне хотелось наконец его поцеловать. Но я почему-то каждый раз переубеждаю себя, что это неправильно. На самом деле я просто боюсь, что он снова меня бросит. И не могу себе в этом признаться. В тот раз, как он уехал, то вырвал кусок души, и я до сих пор понятия не имею как удалить все эти воспоминания, когда я ночью кричала в подушку и била кулаками в стену, чтобы заглушать дыру в груди. Вот вам оттуда и решение — просто не подпускать его так близко, чтобы потом было беспредельно больно. Уже в полшестого утра я поняла, что нормально поспать мне так и не удастся. И я решила, что неплохо было бы пойти прогуляться с собакой. Заодно и мозги, так сказать, проветрю. Я быстро оделась, пытаясь не разбудить Захарру, потом умылась, решая не краситься. Кто меня вообще в половину шестого увидит? Так еще и в воскресенье. Когда я уже вышла в гостиную, Фэш мирно спал на диване, а Гитлер разместился под кофейным столиком. И как эта тушка туда залезла? Я задержала взгляд на Драгоцие. Сейчас он был настолько милым и настоящим, что я не смогла сдержать глупой улыбки. Так хотелось лечь рядом с ним и просто обнять, действительно стоило усилий, чтобы этого не сделать. Я мотнула головой, дабы как-то придти в себя, и тихонько подозвала Гитлера. Но тот так резко подскочил, видать забыл, что под столом, и треснулся головой, после чего занервничал и вылетел из-под столика так, что чуть его не перекинул. Я забеспокоилась, что этот грохот перебудит весь дом, но Драгоций только перевернулся на другой бок, а из комнаты Захарры никаких возмущений не было слышно. Значит обошлось. Я пригрозила уже повеселевшему псу пальцем, чтобы тот не шумел, и велела идти рядом. Мы дошли до коридора, где я быстро натянула ботинки и пальто, и взяла поводок. Пристегивать Гитлера я не стала. В этом не было необходимости, так как на команды он реагировал сразу же, и на людей никогда не бросался, наоборот даже лез, чтобы его погладили, в особенности он обожал детей. Но правда если человеку, с которым он, можно сказать, дружит, угрожала опасность, то миленькая псинка превращалась в злобного беса. Так что если мне кто-то приставит к животу нож в подворотне, Гитлер, не раздумывая, перегрызет обидчику глотку. Прогулялись мы очень хорошо, целых полтора часа. Я решила сводит пса в парк, чтобы он там немного побегал. Людей даже на горизонте видно не было, так же как и машин. В воскресенье все отдыхали, и пытались выспаться. Все, кроме меня. Я побросала Гитлеру палочку, мы с ним немного побегали, и мне сейчас было так весело, как не было, наверное, уже год. Мы с псом знатно побесились, и я подумала, что пора возвращаться домой. Когда мы вернулись, то, как нестранно никто уже видимо не спал. Я разулась и сняла с себя пальто, после чего повела Гитлера в ванную, чтоб помыть ему лапы, на улице хоть и декабрь, но повсюду одна грязь. После того, как я отпустила уже чистого пса дальше досыпать, и пришла на кухню, то поняла, что не ошибалась. Весьма сонная, не выспавшаяся Захарра, пыталась заварить кофе, но у нее никак не получалось залить воду в турку, и она все время проливалась. И точно такой же сонный, только довольный Фэш, сидел за столом. — Всем доброе утро! А вы чего не спите-то? — обратилась я к друзьям, садясь рядом с Фэшем. — Доброе! — ответили Драгоции в один голос. Вот только Фэш с энтузиазмом, а Захарра так, как будто сейчас точно кого-то убьет, и не пожалеет. — Фэш выспался, и решил, раз уж он не спит, то никто не должен. После чего весьма по родственному разбудил меня криками: «Солнышко светит, курочка клюет, по зернышку, по зернышку, а служба все идет!» Ладно, чего уж там песня, так он же на ухо мне орал! — нажаловалась мне подруга, а я только рассмеялась, уж такой она возмущенной была и растрепанной, что только видом смех вызывала. — Вот видишь! Я же говорил что это весело, — хмыкнул Фэш, наблюдая за моей реакцией. Захарра фыркнула и поставила перед нами две кружки кофе. — Пейте, я в душ пошла, — подруга немного задержала на нас взгляд, как-то странно улыбнувшись, и ушла в ванную. Мы с Драгоцием сидели и в тишине пили кофе, было слышно только как Захарра что-то напевает в ванной. Каждый раз, когда я хотела посмотреть на парня, сразу же встречалась с его взглядом и отводила глаза. — Василиса, скажи мне, ты еще что-то ко мне чувствуешь? — тихий голос Драгоция заставил меня вздрогнуть, но посмотреть на него я так и не осмелилась, понимая, как только я на него посмотрю — сразу сдамся, ну или в лучшем случае, могу расплакаться. — Ну… возможно это и так, а разве это что- то меняет, Фэш? Ты слишком легко забыл меня, значит, не так уж я и была для тебя важна. Тем более что запретит тебе снова так же уехать, и сделать мне еще больней? — я слышала, как мой собственный голос срывается, и если так продолжится, я не сдержу эмоций. Чего мне очень не хотелось. Не хватало еще показывать свою слабость. Если бы он только знал, сколько пережила я истерик, о которых не знает даже его сестра, сколько я винила себя, что видимо была не достаточно хороша, что он, не сомневаясь, улетел. Сколько я выпила успокоительных и сколько времени проводила в полной без эмоциональной отключке, с мыслями, что проще уже умереть, чем терпеть, то для него бы не было все таким простым со стороны. — Это меняет абсолютно все. Послушай, то, что я оборвал с тобой связь, не значит, что я тебя забыл. Поверь, когда я почти каждый день звонил Захарре, чуть ли не единственное что меня интересовало — ты. Я тысячу раз был готов все бросить и вернуться, и не делал этого только потому, что обещал родителям. И не мог не сдержать слово. Но если ты сейчас простишь меня, я клянусь тебе, что никогда больше не посмею сделать тебе больно. Я знаю, что поступил как последний урод. Прости меня, Василиса. И поверь, я до сих пор так же сильно тебя люблю, как и говорил до отъезда. Я такой же, как и тогда, и все так же тебя люблю, — он резал без ножа, повторяя, что любит меня. Все это время я просто слушала мотаясь, от того что сердце кричит мне «Ну же, давай! Обними его, наконец, скажи, что все будет как раньше! Давай! У вас все получится», а здравый смысл приказывал не вестись на это снова. Я ему уже поверила. И боюсь обжечься. — Фэээш, пожалуйста, прекрати. Ты же знаешь, что не будет как раньше. Ничего вернуть нельзя, дважды в одну реку не заходят, — голос был слишком тихим из-за того, что я пыталась сдержать слезы. Как же хотелось сказать ему обратное! Парень разочаровано вздохнул и, кажется, сжал кулаки, что пальцы побелели. — Хорошо. Давай по-другому! Спорим, что до Нового Года, ты изменишь свое решение? Если ты убедишься в том, что я такой же, и испытываю к тебе те же чувства и не намерен уезжать, ты ко мне вернешься? Нет — я отстану от тебя, и мы так и останемся навсегда просто друзьями. Ну же, Василиса, соглашайся, ты ничего не теряешь! — Драгоций, мать твою! Этот засранец знает, что я никогда не отказываюсь. Мой азарт всегда играл со мной плохую шутку. От споров я никогда не могла отвернуться, но по правде, ни разу не выигрывала… На самом деле он прав, я ничего не теряю. Если он действительно переубедит мою больную логику, то я наконец-то буду счастлива, нет, тогда у меня останется хороший друг. — Черт бы тебя побрал, — прошипела я, а Фэш сразу заулыбался, гад, он знал, что я не откажусь. Парень протянул мне руку и я ее пожала, но как только я хотела выдернуть ладонь, он ее не отпустил. — Стоп. Захарра! Сюда иди, рыбка заморская, хватит плескаться! — проорал Фэш на всю квартиру, что я даже поморщилась, слишком громко. Подруга нарочно громко цокнула языком, чтобы мы ее услышали и через минуту появилась на кухне, с мокрой головой. — И? Звали, чтобы я полюбовалась, как вы за ручки держитесь? Ну, так совет вам да любовь! Все, я пошла, — Драгоций улыбнулась и уже хотела уйти, но Фэш схватил ее за запястье. — Да стой ты! Мы поспорили. Разбей, — ааа, так вот чего он так за меня схватился, спор — не спор, без свидетеля. — Поспорили? А это интересно. Суть? В двух словах, — Захарра сложила руки на груди и ожидающе на нас уставилась. Драгоций посмотрел на меня, и я ему кивнула, пускай сам объясняет. — Если коротко, то если выиграю я, Василиса возвращается ко мне, если она — я не рассчитываю ни на что кроме дружбы. Все. Разбивай давай, — Фэш в ожидании уставился на сестру, но та только прыснула. — Вы дебилы, или да? — подруга укоризненно на нас посмотрела, намекая на то, что мы ведем себя как дети. Ну и пусть! Зато весело. Захарра еще немного помедлила, но просьбу брата таки выполнила. — Все, теперь не отделаешься, — шепотом сказал Драгоций мне на ухо. Я только фыркнула, еще посмотрим, кто кого. — Как дети малые, ей богу! Ладно, идите, собирайтесь, через два часа мы должны быть у Дианы, у нас намечаются дружеские посиделки. И да, Фэш, никто не знает, что ты прилетел, — Захарра ухмыльнулась и вышла из кухни. — Развлечемся, — хищный оскал Драгоция не предвещал ничего хорошего. *** — Вы идиоты? Я не собираюсь в этом участвовать! — я отвернулась от Драгоциев, давая понять, что моя позиция железная. Нет, я знала, что они над людьми прикалываться любят, но это перебор. — Василиска, ну пожалуйста! Тебе же ничего делать не нужно, просто немножко подыграть. Постоять с грустным лицом. Пожалуйста! — ненавижу, когда Захарра начинает клянчить, я всегда введусь на ее уговоры. Что ж я за мямля-то такая? А сейчас эти двое полоумных так на меня смотрели, что я не могла упираться. — Ладно. Хорошо. В последний раз! — я сдалась, ожидающе посмотрев на эту семейку, и ожидая объяснений, что им от меня нужно. — Для начала, брызни мне духами в глаза, — моя подруга точно адекватная? — Чтобы глаза правдоподобно красными были, будто я плакала. Я не стала спорить, зная, что образумить их не удастся. Достав из сумки свой небольшой флакончик духов, я направила его Захарре на лицо. — Уверена? — я сомнительно покосилась на нее. — Да! Давай. Я мужик, я вытерплю! — Драгоций мужественно расправила плечи, и я не медлила пшикнула духами недалеко от ее лица. Реакция ждать не заставила. Глаза подруги заслезились и слегка покраснели, было видно, что она еле сдерживалась, чтобы не потереть глаза и не заорать, но держалась действительно как мужик. — Слушай, Василис, может тебе тоже, а? Ну чтобы правдоподобно, — я злобно уставилась на Фэша, и тот сразу на шаг от меня отступил, правильно, а то точно бы получил. — Я сейчас тебе, весь флакон в глаз залью! Поверь, мне чтобы расплакаться, духи не нужны, — я даже не знала, стоит ли этим гордиться? — Так все, пошли, пока я еще в состоянии что-то делать. Фэш, ждешь на этаж ниже, через пять минут заходишь к Диане в квартиру, думаю нам этого хватит. А дверь Фрезер, слава Богу, никогда не запирает, ну когда дома. Брат Захарры кивнул и спустился на этаж ниже. Мы с подругой остались стоять возле двери в квартиру Дианы. Я нажала на звонок, и через пару секунд с той стороны крикнули: «Входите!». Я еще раз посмотрела на Драгоций, надеясь, что та передумает, но она была решительно настроена. Когда мы вошли в квартиру, то услышали дружный смех с гостиной, что значило, что все в сборе. Своим появлением мы с Захаррой произвели фурор. Ну да, что стоит вид Драгоций, с красным якобы заплаканным лицом, и таким видом, будто у нее хомяк умер. Я же, использовав свой талант расплакаться на ровном месте, тоже пустила слезу, даже не одну. Все трое ребят, а именно: Ник, Маар и Диана уставились на нас с округленными глазами. — Эй, девочки, что случилось, вы чего рыдаете? — Фрезер в секунду оказалась рядом с нами, и изумленно посмотрела сначала на Захарру потом на меня, будто убеждаясь, что мы действительно плачем. — Ребята… Мне родители звонили… Фэш, он… попал в аварию и… — Дальше Драгоций решила не продолжать и разрыдалась в плече двушки. Я снова поразилась ее актерскому мастерству, ей бы в театре играть! Шутники хреновы. А реакцию они вызвали ожидаемую, Ник уронил бокал, который хотел налить вино, у Маара из рук выпала бутылка, и разбилась. Жалко, дорогая, наверное… Но уже через минуту шокированного молчания, которое сопровождалось лишь нашими, с Драгоций всхлипами, в гостиную в прямом смысле запрыгнул Фэш. Широко расставив руки и улыбнувшись, парень рассмеялся. — Ха! Что, не ожидали?! Круто я придумал вас разыграть? — Драгоций самодовольно улыбнулся и осмотрел лица друзей, после чего сразу стушевался. Ник с Мааром явно просто охренели. И до сих пор не доперли что происходит, Захарра уже со смеху помирала, а вот грозный вид Дианы ничего хорошего не предвещал. — Разыграл, да? — хмыкнула Фрезер, протягивая руку Нику, тот сразу передал ей увесистую бронзовую статуэтку, вот это идиллия, понимают друг друга без слов, — я тебе сейчас покажу, разыграл! Через секунду Диана погналась за парнем, размахивая статуэткой и обещая, что убьет Фэша, как только поймает. Вся эта беготня сопровождалась нашим дружным хохотом. Я уже говорила, что Драгоции идиоты?