(the first time) he kissed a boy

SK8
Слэш
Перевод
R
В процессе
211
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
https://www.archiveofourown.org/works/29870343/chapters/73504461
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Макси, написано 144 страницы, 10 частей
Описание:
Реки комплексует из-за отсутствия опыта в поцелуях. Ланга просто хочет помочь ему почувствовать, что он достаточно хорош в этом, даже несмотря на то, что поцелуй с Реки разобьет его сердце.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
211 Нравится 106 Отзывы 49 В сборник Скачать

а что, если?

Настройки текста
      Тротуар перед рестораном гудел от людей, когда Ланга припарковал свой мопед на обочине, остановившись, чтобы взглянуть на вечернее небо. Позади него Реки снял шлем, встряхнул волосами, и Ланга сжал руль, потому что тело Реки было таким теплым, когда они вот так сидели вместе на мопеде. Реки всегда обнимал его за талию, чтобы удержать равновесие, и Ланга не был готов к тому, что эта часть ночи закончится. —Готов? —спросил Реки, когда Ланга оглянулся через плечо и увидел, что тот улыбается так широко, что его щеки округлились. Ланга еще крепче сжал руль. Это был такой оживленный вечер, пары и семьи шли мимо и смеялись, и, возможно, если бы все было по-другому, Ланга и Реки могли бы держаться за руки, когда они входили бы в ресторан, втиснувшись в кабинку, такую маленькую, что их колени были бы прижаты друг к другу. Ланга всегда хотел знать, каково это— пойти на свидание с Реки. Он знал, что, вероятно, будет слишком потрясен, чтобы говорить много, он просто будет сидеть и смотреть, и, может быть, Реки тоже будет нервничать, может быть, он будет возиться с своими волосами, слишком много смеяться и потеть. Ланга встряхнулся, пытаясь избавиться от этой фантазии, а Реки наклонился вперед и отстегнул шлем Ланги. —Не выпадай из реальности так рано, бро,— ласково сказал он, взъерошивая волосы Ланги своей теплой-теплой рукой. —Ночь еще только начинается. Ланга сглотнул и кивнул. Реки помолчал, глядя на него, все еще улыбаясь, но потом улыбка немного поблекла, и он поднял брови. —Ты в порядке? —спросил Реки, и Ланге захотелось солгать, но когда он откашлялся, единственное, что он смог выдавить, было: —Гм, это вроде как… —Ты нервничаешь? Ланга с облегчением кивнул. Реки сочувственно поморщился и заправил волосы Ланги за ухо. Ночь вокруг них была полна звуков, хлопали дверцы машин, но когда Реки коснулся его уха, единственное, на чем Ланга мог сосредоточиться, были его глаза: большие, карие и заботливые. —Ты не должен нервничать,— сказал Реки, но Ланга знал, что он понял, и это заставило его сердце сжаться. Даже когда Реки опустил руку, их ноги все еще были прижаты друг к другу на мопеде, и Реки не двинулся, чтобы слезть. —Ты беспокоишься из-за языкового барьера, да? Ланга колебался. —Вроде того,— сказал он, хотя это было не единственное, что его беспокоило. —Иногда, когда много людей говорят и я не успеваю перевести это...и я не знаю, как попросить их повторить, так что я просто соглашаюсь с тем, что они говорят. —Ты не должен просто соглашаться,— сказал Реки, и Ланга не знал, что на это ответить. Они пришли на эту вечеринку только потому, что он согласился на то ужасное приглашение той девушки, но он не хотел говорить об этом Реки, и после паузы тот хлопнул его по плечу и сжал. Даже сквозь ткань Ланга чувствовал костлявую шишку пальца, который Реки дважды сломал в одном и том же месте. —Хочешь, я закажу еду вместо тебя? —спросил Реки. —Это поможет? Ланга вертел в руках руль. —Да, пожалуйста,— сказал он, хотя и знал, как заказать себе еду. Было просто приятно, что Реки додумался сделать что-то подобное для него. Он хотел бы сидеть за столом с рукой Реки на плечах, пока тот болтает с официантом, прежде чем сделать заказ для них обоих. Иногда ему казалось, что он каким-то образом принадлежит Реки. —Спасибо. —Без проблем, чувак,— сказал Реки. Он соскочил с мопеда, оставив спину Ланги холодной, и тот, сунув ключ в карман, медленно встал, пытаясь задержаться. Двое парней прошли мимо витрин, держась за руки, склонив головы от смеха, и на мгновение у Ланги сжался живот, боясь, что Реки заметит их и что-нибудь скажет. Но Реки просто схватил его за руку и потащил ко входу, перепрыгивая через бордюр. — Блин, я тоже нервничаю! —сказал он, хотя Ланге показалось, что он вовсе не нервничает. —Но я в предвкушении. Кстати, есть кто-нибудь, с кем ты хочешь сесть рядом? —С тобой,— сказал Ланга, шевеля губами, прежде чем его мозг смог догнать, и затем он остановился, подавленный, но Реки только рассмеялся и потянул его за собой. — Ладно, бро,— сказал он. —Я позабочусь о тебе. Не волнуйся. Ланга позволил волосам упасть на лицо, надеясь, что Реки не заметит, как он покраснел. В ресторане было светло и многолюдно. Реки сжал руку Ланги, прежде чем отпустить его, и парень сглотнул, потому что ему вдруг очень захотелось взять его за руку. Он оглянулся через плечо Реки на ресторан. Он понятия не имел, куда они должны были идти, и потом понял, что не может вспомнить лица девушек, и в панике схватил Реки за руку. —Я забыл имена всех,— прошептал он. —Все в порядке,— сказал Реки. —Мы представимся! Я вижу их вон там. Он помахал кому-то, кого Ланга не мог найти в толпе, и Ланга последовал за ним между столиками и официантками, чувствуя, как сердце болезненно колотится в горле. Иногда он так нервничал в таких больших толпах людей, что все его тело отключалось, а мозг отказывался работать. Когда они подошли к столу своих одноклассников, все их лица начали сливаться, становясь неразличимыми, и Ланга едва расслышал, как Реки поздоровался со всеми. Он никогда не мог хорошо запоминать лица, иногда он даже забывал лицо своего отца, так что ему приходилось искать старые фотоальбомы и смотреть на черты внешности папы, пока они не запечатлевались в его памяти снова, но это никогда надолго не откладывалось. На мгновение желудок Ланги сжался в панике. Но потом Реки потащил его между сиденьями к паре стульев у конца стола, Ланга сел, удобно прижав руку Реки к своему боку, и когда он моргнул, все снова начало фокусироваться. Ну, в основном. Может быть, Ланге действительно нужно проверить зрение. —А это Ланга! —радостно произнес Реки, и Ланга снова моргнул. Девушка напротив них улыбнулась. - Я знаю,— застенчиво ответила она. - Оу,— сказал Реки. —Я просто подумал, что раз ты учишься в Б классе… Ну, все в порядке! Конечно, ты знаешь Лангу. Он очень популярен, но никогда не верит мне, когда я пытаюсь ему это сказать. — Я не пользуюсь большой популярностью,— сказал Ланга. —Ты мой единственный друг. Он не хотел шутить, но девушка напротив него засмеялась, застенчиво глядя на них. —Я Юа,— сказала она. —Ланга, я видела, как ты играл в футбол на прошлой неделе во время занятий. Я болела за тебя. Она была очень хорошенькой и произносила его имя осторожно, как будто до этого тренировалась правильно произносить его, а когда улыбалась, уголки ее глаз мило опускались. Желудок Ланги неприятно скрутило. Он не хотел, чтобы она так смотрела на него, и почему-то забыл все слова, которые знал по-японски, поэтому поспешно взглянул на Реки. Реки быстро вскочил. — Разве он не потрясающий?— сказал он. —Я имею в виду, каждый раз, когда я узнаю, что мне придется идти против него, чувствую себя дерьмово. Потому что сразу понимаешь, что проиграешь… И ты даже не можешь злиться, потому что на него так классно смотреть, да и еще он такой…такой… Почему ты такой, чувак? —Он толкнул Лангу локтем, но единственный звук, который он смог издать, был: —Ах, э-э-э… Реки хихикнул, а Юа заерзала на стуле, поворачиваясь к проходящему мимо официанту. —Ты должен поболтать с ней! —прошептал Реки, наклонившись ближе, и мозг Ланги снова отключился, глядя на лохматые волосы на бровях Реки, на взволнованное выражение его лица. —Ты ей нравишься. —Может, ты ей нравишься,— попытался возразить Ланга, но Реки покачал головой, его волосы взъерошились, почти высохшие. Ланга запоздало сообразил, что ему хочется потрогать волосы Реки, проверить, не стали ли они от кондиционера мягче, но, когда его рука уже наполовину поднялась, он вспомнил, что они на публике. Он заставил себя снова положить руку на колени. —Ее сердце украдено уж точно не мной, мой друг,— сказал Реки с кривой улыбкой, и он потянулся и схватил Лангу за запястье, сжимая. Мозг Ланги совершенно затуманился, потому что рука Реки лежала у него на коленях, и они были на публике, и пальцы парня прижались прямо к его пульсу, прежде чем отпустить. К счастью, он был избавлен от необходимости что-либо говорить, потому что их официант начал принимать заказы на другой стороне стола, и Реки положил меню между ними. Ланга не понимал большей части описаний, поэтому Реки шептал ему их, указывая на картинки, чтобы Ланга знал, что это такое. Ланга внимательно слушал, кивая и радуясь, что есть на чем сосредоточиться и что ему не приходится обращать внимание на болтовню девушек за столом. Он подумал, что голос Реки успокаивает, и всякий раз, когда они оказывались в людном месте и Ланга был переполнен эмоциями, он всегда делал так: он обнимал Лангу за плечи и говорил: «Эй, посмотри на Реки 2.0», и Ланга сосредоточенно смотрел на доску, пока тот объяснял какой-то сложный метод, который он использовал, чтобы изменить колеса или что-то в этом роде. Он едва ли сможет функционировать без Реки, подумал Ланга, немного ошеломленный, и тогда Реки выпрямился в кресле и сказал официанту: — Мы почти готовы! —и толкнул Лангу локтем. —Ты знаешь, чего хочешь? Ланга указал на фотографию, и Реки выпалил их заказ, положив руку на спинку стула Ланги, и сердце того будто загорелось, хотя он все еще смотрел в меню. Реки был таким потрясающим. Он мог говорить с кем угодно и быть самим собой, он всегда смешил людей, и Ланга чувствовал себя в безопасности, просто сидя рядом с ним. Кто бы ни выбрал Реки своим парнем, он или она будет самым счастливым человеком в мире. Если бы Реки был парнем Ланги, последний сиял бы от гордости каждый раз, когда бы они вместе куда-нибудь ходили, потому что Реки заставлял бы всех смеяться, а потом прижимал Лангу к себе, и все знали бы, что, хоть Реки любит всех, он любит Лангу больше всех.… —Ланга-кун? Это снова была девушка напротив них. Ланга поднял глаза, и, черт возьми, он уже забыл ее имя, и он начал искать слова, но потом Реки сказал: —Юа, что ты заказала? —Оу,— сказала Юа, а затем начала объяснять сложное блюдо, о котором Ланга никогда не слышал, и он почувствовал, как Реки начинает сиять рядом с ним, дергая коленями под столом так сильно, что дрожал стул Ланги. —Такое иногда делает моя мама! —выпалил он, как только Юа закончила говорить. —Это очень старый семейный рецепт, и каждый раз, когда я ем это блюдо, я думаю о ней. Однажды она попыталась научить меня, но я совершенно безнадежен на кухне, так что всякий раз, когда мы готовили рис, я забывал об этом, а один раз практически поджег кухню, так что мне пришлось бегать вокруг, открывая все окна и выглядя как идиот. Мама выгнала меня тогда из дома на весь остаток дня и сказала, что мне больше никогда не разрешат готовить. Юа помолчала. После долгой паузы она сказала: - Ох, правда? - Ага,— сказал Реки, вроде как посмеиваясь над собой, а потом добавил:— О, Ланга, ты помнишь тот день? —и он пустился в очередную историю о том, как он пытался приготовить Ланге омлет на завтрак, и хотя история была неловкой (Ланга заснул за столом и обслюнявил футболку, которую ему одолжил Реки), он все равно легко привлек внимание Ланги. Голос Реки был таким оживленным: в нем было много разных тонов и интонаций, и, слушая его, иногда казалось, что несколько человек разговаривают одновременно, но в хорошем смысле, и Ланге захотелось наклониться к нему поближе. Ему хотелось прижаться к Реки. Он хотел… Официант остановился над их головами, ставя перед ними еду, и когда Ланга поднял глаза, он увидел, что Юа говорит «спасибо». Внезапно у Ланги упало сердце. Теперь Юа наблюдала за Реки, слегка кивая и беря палочки. Конечно. Конечно. Как Ланга мог быть таким глупым? Реки говорил не для того, чтобы Ланга мог его слушать—он говорил для того, чтобы Юа могла его слушать, а она слушала, произнося эти вежливые " о " и "действительно", когда они приступали к еде. «Должно быть, она нравится Реки»,— подумал Ланга, и его сердце упало еще дальше, болезненно давя на грудную клетку. То, как Юа держала палочки для еды, было так изящно, ее маленькие руки были очень милыми, и Ланга едва мог откусить свой первый кусочек, не уронив еду. Боже. Реки был так прекрасен, просто вибрировал от страсти и рвения, и, конечно же, он хотел бы кого-то другого, столь же замечательного, а не тупого, неуклюжего, как Ланга, который едва мог связать два слова. —Юа,— сказал Реки, и то, как он произнес ее имя, заставило Лангу опуститься на свое место, его сердце стало еще тяжелее. «Скажи и мое имя тоже»,— подумал он и сунул палочки в рис, потому что это было глупо, но он ничего не мог с собой поделать. Он хотел, чтобы Реки повернулся и снова улыбнулся ему; он хотел, чтобы руки Реки лежали у него на коленях, согревая пальцы Ланги. Теперь Реки и Юа говорили о ком-то из своей средней школы, и все имена, люди и места, о которых Ланга не знал, сливались воедино. Что, если Реки начнет с ней встречаться? Как только Ланга увидел этот образ в своей голове, он уже не мог заставить его исчезнуть, он заполнил всю его голову, потемнев по краям. Юа была такой хорошенькой и тихой, и ее волосы ниспадали мягкими завесами вокруг лица. Она способна очень быстро заменить Лангу. Сердце бешено заколотилось о ребра. Может быть, скоро настанет день, когда он будет ждать, чтобы пойти домой с Реки, и тот положит руку ему на плечо, застенчиво улыбаясь, и скажет: —Эй, я сегодня пойду с Юа, хорошо? Горло Ланги сжалось. Это всего лишь его воображение, пытался он убедить себя, сердце бешено колотилось, это было не реально, это было не реально—но боже, что, если это станет реальностью? Ланге придется ходить домой одному. Никто не будет разговаривать с ним, а когда он будет возвращаться к себе в комнату, перед Лангой будут тянуться долгие часы одиночества в его пустой квартире. Ему придется так долго сидеть в одиночестве, ожидая, когда мама вернется с работы. Мысли давили на легкие, перекрывая доступ воздуха, и Ланга поспешно моргнул, раз, другой, третий, потому что все это было нереально, но что, если это так и что, если Реки оставит его одного? Что, если Реки перестанет прижиматься к нему и утыкаться головой в его плечо, кто тогда будет прикасаться к Ланге? Его руки дрожали, и Ланга натянул рукава на пальцы, потому что все его тело было холодным, и он не знал, как остановить холод, дрожь и неожиданно пришедшее отчаяние. Какая-то девушка пыталась заговорить с ним. Она сидела по другую сторону от него, у нее были длинные вьющиеся волосы, а ресницы были слишком густыми и черными, чтобы быть настоящими. Уши Ланги были полны бессвязного шума, и он кивал в ответ на все, что она говорила, но его разум был разрушен. Реки нашел девушку, которая ему понравилась, подумал он отстраненно, это происходит, это действительно происходит. Возможно, сегодня он в последний раз целовал его. Ланга не ценил все эти моменты их близости. Он не умолял Реки поцеловаться еще пару минут, он вообще ничего не говорил, он просто молча стоял, зажатый теплыми ногами Реки, и позволял тому играть с его волосами и дразнить, отрываясь от рта Ланги. Он не знал, сколько просидел так. Он не знал, как долго он кивал в ответ на голос девушки, который звучал далеко и слишком быстро, но, наконец, в потоке шума и цвета официант поднял свой поднос, и рука Реки оказалась на его руке. Ланга с трудом переваривал произошедшее. Рука Реки легла на его плечо. Было тепло. Тело Ланги было холодным и окоченевшим, как будто к нему давно никто не прикасался. —Мы уходим,— сказал Реки, и на мгновение сердце Ланги воспряло надеждой: они уходят, они с Реки уходят вместе, они снова останутся наедине. Но потом Реки ухмыльнулся, в уголках его глаз появились морщинки, его лицо было счастливым, живым и нетерпеливым, и он сказал:— Мы пойдем в то кафе-мороженое, помнишь, куда мы водили Мию пару недель назад? Видимо, это очень популярное место для свиданий. Сердце Ланги глухо стучало в барабанные перепонки. Он кивнул, и Реки поднял его на ноги. Ланга отстраненно подумал, что он будет беспомощен сам по себе, как слепой, постоянно спотыкающийся, он будет в безопасности только когда он будет на вершине горы, один, где он не сможет ничего испортить. —Тебе понравилась еда? —спросил Реки, когда они вышли на улицу с фонарями, свисающими с витрин магазинов, и их компания, собравшись в кучку на тротуаре, направилась к площади. В животе Ланги слабо заурчало: еды было недостаточно, и Реки, слегка рассмеявшись, толкнул его локтем. —Ты очень тихий сегодня, бро. Ты уверен, что с тобой все в порядке? Ланга колебался. Реки хорошо проводил время, его голос был глубоким от удовольствия, он казался счастливым, и Ланга не хотел портить момент, но Реки сам спросил. И Реки был прекрасным слушателем, хотя иногда он перебивал или отвлекался, но потом всегда возвращал свое внимание к Ланге и помогал найти правильные слова для объяснения. Ланга хотел ему рассказать. Он хотел рассказать ему все. Но прежде чем он успел что-то сказать, кто-то появился с другой стороны от Реки, и сердце Ланги снова подскочило к горлу. —Реки,— сказала Юа своим нежным, красивым голосом, и сердце Ланги заколотилось: нет, нет, нет,— Можно мне поговорить с тобой секунду? Я имею в виду, эм, наедине?

Нет. Нет. Нет.

—Конечно! —сказал Реки, и Ланга попытался сглотнуть, но не смог. Тогда они все сошли с тротуара, чтобы перейти улицу, и Ланга споткнулся. Какое-то мгновение он падал, а потом рука Реки сжала его руку, удерживая. Ланга попытался отдышаться, но воздуха будто не было. Каким-то образом он выпрямился. Реки быстро бросил:— Сейчас вернусь. Ланга открыл рот, как рыба, но не успел ничего сказать. «Нет, нет, нет»,— в отчаянии подумал он, когда рука Реки отпустила его, удаляясь сквозь море людей. Ланга больше не мог его видеть, его ноги остановились прямо посреди пешеходного перехода. Кто-то налетел на него сзади, вдруг прозвучал девичий голос: —Ланга-кун!

нетнетнет

Ланга слышал только гудение машин и смех вокруг. Он чувствовал, что снова идет в окружении людей, которых он должен был знать, но не знал, лиц, которые он должен был знать, но не знал, слов, которые он должен был понять, но не понимал. Реки уже не было. Что, если Ланга уже забыл его лицо? Он споткнулся, возвращаясь к тротуару. Его горло так сжалось, что глаза начали гореть. Где-то на этой сцене неразличимых лиц эта девушка (как ее звали?) эта девушка говорила Реки то, что Ланге никогда не удавалось сказать: «Ты мне нравишься, Реки» (он нравился Ланге больше всех, он любил изгиб его улыбки, его смех, то, как его голос становился глубоким и ласковым, когда он говорил «чувак», то, как он в отчаянии пинал торговый автомат, когда тот съедал его деньги), эта девушка говорила: «Ты мне нравишься, Реки, будешь встречаться со мной?» и Реки улыбался так широко, так счастливо. Он был бы так счастлив, и Ланга подавил слезы, потому что, конечно же, он не мог сделать Реки счастливым— он мог только немного поцеловать его для практики. Он был идиотом, Реки, вероятно, уже устал от него и перешел к следующему человеку, и у Ланги никогда не было возможности сказать ему, как сильно он ему нравится. Следующая улица вздымалась перед ним. По пешеходному переходу громыхал большой грузовик, раскрашенный в яркие цвета, и лицо Ланги поднялось, пытаясь вобрать в себя все краски, глаза жгло. Реки в толпе он не заметил. Что, если Реки отстал? Что, если он сейчас в переулке с этой девушкой, и она положила руки ему на лицо, запустив пальцы в его волосы (Ланга не успел дотронуться до его волос, чтобы проверить, смягчил ли их кондиционер), и что, если она вытягивается на цыпочках, чтобы быть ближе к его лицу (Ланга был слишком высок, чтобы так делать), и что, если она прижимается своими мягкими губами к губам Реки, и что, если Реки издает этот глубокий гортанный звук и… и… и… —Ланга-кун. Одна из девушек прикоснулась к нему, удерживая. Ланга моргал и моргал, пытаясь сфокусировать затуманенные глаза, и увидел, что перешагнул через бордюр и вышел на проезжую часть. Девушка вытащила его на тротуар. —… там опасно,— сказала она, и кто-то еще добавил: —Он не чувствует опасности, разве ты не видела, как он катается? А Ланга стоял, безвольно свесив руки по бокам, и вспоминал, как когда-то катался на сноуборде по слишком крутому склону, гадая, умрет ли он, и ему было все равно, потому что отец умер, и потому что тогда он не чувствовал своего тела, все онемело. И сейчас снова онемели все конечности. —Ланга,— сказал кто-то. И Ланга обернулся так быстро, что снова споткнулся о бордюр, и с красной вспышкой в глазах Реки схватил его за руку, снова поднимая на ноги. —Чел, осторожнее! —сказал Реки. Его лицо раскраснелось, рука крепко сжимала запястье Ланги, согревая его пульс, а Реки качал головой. Когда Ланга выпрямился, он почувствовал дрожь в руке Реки и вгляделся в его лицо, желая разгадать это выражение, но не смог и почувствовал себя беспомощным, жалким. —Что случилось? —он спросил. —Тебя чуть не сбила машина, вот что случилось. —Нет,— сказал Ланга, и он знал, что не должен перебивать, но его мозг не слушался, не подчинялся ему. —Что случилось с той… с той девушкой? Она тебе призналась в чувствах? Реки посмотрел на него. Ланга вдруг почувствовал, что сказал что-то не то, но не смог взять свои слова обратно, и Реки отвел взгляд в сторону. — Нет,— ответил Реки и издал ужасный смешок, в который на самом деле не верил. —Она спрашивала меня о тебе. Она хотела знать, встречаемся ли мы. В мозгу Ланги произошло короткое замыкание, и он вцепился в руку Реки, пытаясь снова сосредоточиться. —Ч-что? —Я знаю,— сказал Реки, хотя Ланга не понял, что он имел в виду, и снова рассмеялся, потирая руку. —Очевидно, я слишком… Слишком часто прикасаюсь к тебе? Я не знаю. Извини, бро. Возможно, я разрушил твои шансы с ней. Я пытался сказать ей, что ты натурал и к тому же одинок, но даже при этом я не думаю, что она действительно купилась на это. Ланга уставился на него. Люди вокруг них снова начали переходить улицу, Реки подтолкнул его вперед, и на этот раз Ланга снова почувствовал свои ноги, вроде как держась за него. —Она правда так сказала? —переспросил он, и его голос звучал неуклюже и как-то отстраненно, но теперь здесь был Реки, и теплое чувство медленно возвращалось в тело Ланги, хотя горло все еще сжималось. —Ну, она сказала… она сказала, что я продолжал прикасаться к тебе за ужином, и поэтому она подумала, что мы… ну, ты знаешь. Реки снова рассмеялся, и желудок Ланги слабо скрутило. Реки стало не по себе. Ему было не по себе оттого, что кто-то думал, будто они с Лангой вместе, и это была его вина, потому что, конечно, люди могли видеть, как сильно он обожал Реки. Конечно, могли. Люди всегда умели читать эмоции друг друга, в отличии от Ланги. —Извини, чувак,— повторил Реки. —Ты хочешь, чтобы я перестал так часто прикасаться к тебе? Наверное, мне стоит прекратить. —Нет,— сказал Ланга, прежде чем он успел подумать, потому что хватка Реки ослабла, и если он отпустит его, то Ланга снова потеряет Каяна в толпе, Ланга потеряет себя. —Нет, я… все в порядке. —Окей,— сказал Реки и снова крепче сжал руку, ведя Лангу за угол на городскую площадь. Спазм в животе Ланги тоже усилился. Может быть, теперь, когда люди думают, что они вместе, Реки перестанет хотеть быть его другом. Может быть, он тоже заметил восхищение в глазах Ланги, когда тот смотрел, как Реки катается на скейте. Может быть, он уйдет и найдет других друзей, которые не будут так на него смотреть, и Ланга снова останется один, как в Канаде, где произошло то же самое. Реки проделывал эту штуку большим пальцем—что-то вроде поглаживания по локтю Ланги. Ланга пытался сосредоточиться только на этом, пока их одноклассники толпились возле грузовика с мороженым. Девочки разбились на группы, и, когда Реки погладил его по руке, успокаивая, Лангу осенило, что, может быть, Реки расстроен—может быть, ему следует спросить, не расстроен ли он. —Ты… —он запнулся на этих словах. Ничего не получалось, и он сказал себе по-английски: "Ты в порядке? Хочешь поговорить с остальными?" Он повторял это про себя до тех пор, пока не вспомнил японские слова и не увидел, что Реки смотрит на него в замешательстве, пока Ланга не объяснился. —Оу,— сказал Реки. Он огляделся. Рядом с ними хихикала группа девушек, и одна из них была той самой коротко стриженной девушкой, которая пригласила их на эту тусовку, и у Ланги скрутило живот. —Конечно, мы можем с ними поговорить. Я… э-э… Я думаю, что у тебя, вероятно, еще есть шанс со всеми, кроме Юи, тебе не нужно беспокоиться. Ланга не знал, что ответить, потому что его разум запутался, пытаясь расшифровать странный тон голоса Реки. Он все понял неправильно, Ланга не хотел иметь никаких шансов ни с одной из этих девушек, он просто думал, что Реки захочет поговорить с ними, потому что именно поэтому они пришли, чтобы Реки мог найти себе девушку. Но он все равно последовал за парнем к кругу девушек, его разум был затуманен. Хихиканье стихло, когда они приблизились, но девочки не стали открывать круг, чтобы они могли поместиться внутри. Они просто смотрели на Реки, подняв брови, и одна из них сказала: —Разве мы приглашали тебя, Реки? Не помню такого,— и кто-то подавил смешок. Реки нахмурился. —Ты меня и пригласила,— сказал он. —Ты уверен? —сказала она. —Потому что помнишь то время в средней школе, когда ты пришел на мой день рождения без приглашения? Ланге не понравилось, как она рассмеялась, сказав это. Это был не дразнящий смех. Это был подлый смех, и желудок Ланги скрутило еще сильнее, словно она вонзила в него нож. —Это было шесть лет назад,— возразил Реки. —Ну, я все еще помню это,— сказала она, перебрасывая волосы через плечо. Одна из девушек обернулась. —Что ты такое сказал, что заставило Юа чувствовать себя так неловко, Реки? Она выглядела очень странно после разговора с тобой. —Я не знаю,— начал было Реки, но другая девушка сказала: —Ты, бедняжка, постоянно болтал с ней за ужином. У нее даже не было возможности поговорить ни с кем из парней, с которыми она пришла тусоваться. Ты ведь знаешь, в чем смысл этой вечеринки, не так ли? Для того, чтобы девушки могли встречаться и разговаривать с самыми разными парнями, а не для того, чтобы слушать твою болтовню в течение пяти часов. Нож снова крутанулся в животе Ланги, медленно поднимая жар, и он заметил, что его руки сжались в кулаки, ногти больно впились в ладони. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но все было слишком громко, и девушки заговорили, перекрывая его, слишком быстро, чтобы он успел за ними. Рука Реки сжала руку Ланги, и тот услышал, как одна из девушек произнесла его имя. - Позволь Ланге тоже знакомиться с людьми,— сказала она,— он никогда этого не сделает, если ты будешь все время цепляться за него. Разговор продолжался, но мозг Ланги не мог пройти мимо этих слов. Реки поднял на него глаза, и их лица оказались так близко, что мозг Ланги заикнулся, размытое пятно рыжих волос Реки ошеломило его. Глаза Реки были жесткими, решительными, что-то плотно сжалось вокруг рта. — Я пойду куплю нам мороженое,— сказал он, и Ланга отчаянно сосредоточился на его голосе, чтобы ничего не пропустить. Слова Реки были тихими и осторожными. —Чего ты хочешь? —Я… э-э… —Ланга не мог думать. Его руки освободились от кулаков, но он все еще слышал ужасные вещи, которые говорили эти девушки, прокручивал их в его голове, и он не мог думать. —Э-э, все, что я ел в прошлый раз, когда мы были здесь. —Ладно,— сказал Реки, сжимая его руку, а потом добавил:— Я сейчас вернусь, ладно? У вас есть минутка наедине. А потом он стал пробираться сквозь толпу, и Ланга смотрел ему вслед, в его голове эхом отдавалось затихшее «нет-нет». Почему Реки бросает его с этими девчонками, с этими ужасными девчонками? Неужели он думает, что Ланга хочет поговорить с ними? Неужели он думает, что Ланга предпочтет быть с ними, а не с ним? Ланга с ними не разговаривал. Он просто стоял там, оцепенело, паря за пределами круга, пока девочки говорили между собой об учителях и их предстоящих летних каникулах, ожидая возвращения Реки. Он услышал, как девушка, пригласившая его на этот вечер, сказала: —Ладно, очередь собирается, я тоже пойду куплю что-нибудь. —О, Нанами,— сказала другая девушка,— ты можешь принести мне клубничный рожок? —Конечно,— сказала она и отошла от круга. Ланга смотрел ей вслед, и все ужасные чувства пронзали его тело, и он жалел, что позволил ей уговорить себя прийти сюда. Они с Реки никогда больше не смогут прийти к этому фургону с мороженым, не вспомнив эту ужасную ночь, и Ланге захотелось сесть на тротуар и заплакать, так он был измучен. Он хотел в свою кровать и, возможно, обнять свою маму (своего папу), он хотел свернуться калачиком с Реки и проспать двенадцать часов и ни о чем не думать. Сквозь разбитую толпу он увидел Реки с двумя стаканчиками мороженого, но тот не шел к нему, не двигался вообще. Он стоял у края грузовика, кивая, а потом увидел рядом с ним коротко подстриженные волосы. Нанами что-то говорила, Реки кивал, а у Ланги от паники пересохло в горле. Он не мог оставить Реки с ней. Он не мог, но его ноги не хотели двигаться, он не хотел приближаться к этой девушке. Оказавшись в нескольких шагах позади Реки, он увидел, как шевелятся накрашенные красной помадой губы Нанами. Он слышал ее голос, естественно, слишком громкий. -…подумала, что я должна сказать тебе несколько мудрых слов,— говорила она. —Эти девушки, они хотят парня, они не хотят друга, понимаешь? —Но что за… —начал было Реки, но она шикнула на него. —Послушай,— сказала она. —Послушай меня. Я встречалась с несколькими здешними людьми, ясно? Мальчиками и девочками. Они не хотят с тобой «встречаться». Они хотят кого-то для показухи. Они хотят рассказать всем своим друзьям, что у них есть высокий красивый парень, которого они могут выложить в инстаграм, и они хотят, чтобы вы, парни, задавали им сладкие вопросы об их интересах, покупали им цветы и молчали. Им нужен человек на фон, а ты всегда делаешь себя центром внимания, потому что, не обижайся, но ты никогда не знаешь, когда лучше заткнуться. Гнев пронзил живот Ланги, его зрение ухудшилось, но он сдержался, пытаясь успокоить дрожащие руки, потому что Реки говорил напряженным голосом. — Значит, мне надо просто… быть потише? —Это было бы хорошо для начала,— сказала Нанами. —И смени прическу, ладно? Она не соответствует чьей-либо эстетике. Она протянула руку, похлопав его по плечу, и Ланга сдержал крик, потому что она не должна была прикасаться к нему. Нанами исчезла в очереди за мороженым, и Ланга увидел, как плечи Реки поникли, когда он пнул ногой гравий, словно его его последние надежды на счастье рухнули. Ланга двинулся вперед, прежде чем он вспомнил, что приказал своим ногам идти. —Реки,— сказал он, но Реки отвернулся, убрал волосы с глаз и посмотрел на яркие уличные фонари. —Уже поздно,— сказал он голосом, который Ланга никогда раньше не слышал. —Наверное, нам пора домой, да? Кстати, ты не знаешь, будет ли кто-нибудь сегодня вечером в «S»? —Я...не знаю,— еле слышно проговорил Ланга. Его рука, которая автоматически поднялась, чтобы схватить Реки, упала обратно. —Ты…ты хочешь уйти? Реки долго молчал. Ланга опустил глаза на мороженое в своих руках, на пальцы Реки капал конденсат, и он сглотнул, потому что Реки принес ему три шарика вместо двух. Он, должно быть, знал, что тот не наелся за ужином, и Ланга снова с трудом сглотнул. Ему казалось, что комок в горле никогда не исчезнет. —Да,— наконец сказал Реки. —Ну, я имею в виду, что нам, наверное, лучше пойти домой. Я не уверен, что мы сможем улизнуть сегодня вечером, в любом случае, моя мама хочет, чтобы я был дома, чтобы присматривать за моими сестрами. Ланга молча кивнул. Реки слегка вздрогнул, повернулся, протянул Ланге мороженое, и их руки соприкоснулись, когда Ланга взял его, и на мгновение они оба замерли, уставившись на свои руки. Ланга не хотел отстраняться, и в течение долгой минуты Реки тоже не хотел, пока, наконец, не сказал: —Ты должен съесть его, пока оно не растаяло,— его голос надломился, и он убрал руку, чтобы потереть рот. —Хорошо,— сказал Ланга. Он изо всех сил пытался сказать что-нибудь еще, что угодно, но в его голове было так много вещей, и ни одна из них не была словами. Это были всего лишь образы—красный рот Нанами, говорящий: «смени прическу», море лиц, которые не были Реки, толпящимися вокруг тела Ланги, мальчик, которого он поцеловал в Канаде, уходящий от него. Ланга снова сглотнул, прижимая обе руки к холодным стенкам стаканчика с мороженым. —Можно… можно я переночую? —Конечно,— сказал Реки, и его голос был тихим, таким тихим, что сердце Ланги болезненно забилось.

Реки никогда еще не был таким тихим.

Примечания:
извините, что так долго не выкладывала новую главу!! сильно заболела и никак не могла сконцентрироваться, дабы перевести хоть строчку...но сейчас чувствую себя лучше и, надеюсь, в будущем буду выкладывать переводы чаще:)

и спасибо огромное всем, кто оставляет отзывы и лайкает этот перевод!! это очень приятно и вы делаете мои дни лучше
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты