Давай помиримся

1. Мамору

      В воскресенье я проснулся от ужасного шума: в моей квартире одновременно работали фен, музыкальный центр, стиральная машина, мясорубка, и еще что-то явственно шипело на сковородке. Это могло означать только одно: Рей и Минако решили провести выходной день дома, за полезными хлопотами, и ничего хорошего меня не ждет…       Я накрыл голову подушкой в тщетной попытке спастись от этого грохота, тайно мечтая, чтобы по радио объявили о какой-нибудь супер-грандиозной распродаже, и мои дорогие двоюродные сестры чудесным образом куда-нибудь испарились…       Вообще, у меня пять кузин – и ни одного кузена! Раньше мы не очень-то общались, но стоило мне перебраться из провинции в Токио, как мне выпала уникальная возможность близко узнать всех пятерых: каждая сочла своим долгом навестить меня на новом месте и, заодно, попытаться обосноваться в столице.       Меньше всего неудобств мне доставили Ами и Мако: тихие и целеустремленные девушки, которые не прожили у меня и недели – поступили в университет и сняли на двоих квартиру. Малышка Хотару была у меня лишь однажды, вместе с тетей Сецуной – они приезжали посмотреть токийский парк развлечений.       А вот Рей и Минако… это тайфун, а не девицы! Они считали в порядке вещей заявляться ко мне ни с того ни с сего и жить в моей квартире по полгода, ничуть не смущаясь. Мои кузины решили стать певицами и усиленно искали продюсера. А заодно лезли в мою жизнь. Минако болтала без умолку и наполняла мою холостяцкую квартирку огромным количеством духов, кремов и увлажняющих средств. Рей же оказалась ярой поборницей чистоты и порядка – не дай бог мне зайти с улицы в грязной обуви или не завернуть колпачок зубной пасты! (Может, не совсем к месту, но как тут не вспомнить мою хорошую Усако? Она говорила так мало! И ее совсем не волновал беспорядок в моей квартире! Святая девушка!)       Я неохотно поднялся и выбрался на кухню. Голова раскалывалась – кажется, я вчера немного перебрал.       Рей жарила котлеты и одновременно ругалась на Минако, которая вздумала сушить волосы, бегая с феном из комнаты в комнату. С моим появлением обе замолчали, выключили все приборы и уставились на меня в ожидании.       Ясно, значит, я вчера не просто перепил, но и душу изливал. Интересно, что я успел им наплести? - Ну? – нетерпеливо пискнула Минако, - Ничего не хочешь нам рассказать? - Да подожди ты! – прикрикнула на сестру Рей, - Дай ему опомниться! Мамору, хочешь чаю? - Так! – я решил сразу расставить все точки над i, - Что я вам там вчера наболтал? - Ох, ты такое нес! – Минако всплеснула руками, - Мы аж краснели! Я и не знала, что ты так влюблен! Вот только мы не поняли, в чем проблема-то?       Я молчал. Мне было очень не по себе. Еще никогда, даже при самом сильном похмелье, я не терял голову настолько, чтобы рассказывать о своих чувствах. Об Усаги я не говорил еще ни с кем. - Мамору! – серьезный голос Рей вырвал меня из раздумий, - Если ты не хочешь, то можешь ни о чем нам не говорить – это твоё дело. Но… вчера мне показалось, что у тебя и правда серьезная проблема. И ты почему-то не можешь выкарабкаться сам. Ты варишься в собственных эмоциях. В общем, если тебе понадобится совет или помощь… Знаешь, ведь две головы всегда лучше… Короче, если что – обращайся! - Спасибо, Рей, - кивнул я и вдруг понял, что ХОЧУ всё рассказать. Теперь, когда в моих отношениях с Усаги проставлена точка, мне надо научиться с этим жить, мне просто необходим чей-то совет – пусть даже двух девчонок.       Я посмотрел на своих кузин, выжидательно застывших посреди кухни, и усмехнулся: - Ладно, любопытные варвары, так и быть, слушайте!

2.

      Пока я вел свой рассказ, выражение лиц моих кузин стремительно менялось: у Минако – от восторженно-любопытного к испуганно-потрясенному, а у Рей – от внимательно-понимающего к хмуро-мрачному. В общем, симпатии девчонок были явно не на моей стороне. Когда я, наконец, закончил повествование, на кухне повисла напряженная тишина. - Мамору, скажи честно, ты – дурак? – прошептала Мина.       Я обреченно вздохнул. Ну конечно, женская солидарность! Не стоило и надеяться, что меня здесь кто-то поймет! Нашел кому довериться! - Да, натворил ты дел! – кивнула Рей с умным видом, - Скажу честно, на месте этой Усаги я бы тебе красоту-то подпортила! - Вот-вот! – подхватила Минако, - Да я бы за такое поведение не только мотоцикл, я бы… я бы… - она захлебнулась в эмоциях, явно затрудняясь придумать мне наказание поужаснее. - Перестаньте! – нахмурился я, - Она нарушила закон! Я всего лишь выполнял свой долг! - А спал ты с ней тоже ради долга?! – подскочила Минако. - Как ни крути, а в этой истории твое поведение выглядит не очень красиво, - резюмировала Рей, - Иначе ты бы не чувствовал себя виноватым. - А я и не чувствую! - Чувствуешь! Ты смешал работу и личные отношения. А в такой ситуации что ни выбери – всё плохо будет. Ты выбрал долг, но твоя любовь от этого никуда не делась, вот ты и маешься. - И что ты мне посоветуешь? – усмехнулся я. - Я советовать тебе не могу, пока ты не скажешь, чего хочешь! – вдруг заявила Рей. - В смысле? - В прямом! Ты хочешь забыть Усаги или вернуть ее?       Этот вопрос поставил меня в тупик. Я растерялся. Конечно, я мечтаю быть с любимой рядом! Но, блин, надо реально смотреть на вещи! Усако ни за что ко мне не вернется – она даже не захочет меня видеть! О чем же тут говорить?! - Я устал от всего этого. К тому же, мы поставили точку, - ответил я, но так неуверенно, что сам себе не поверил. - Точно? – усмехнулась Рей, - Ты не спишь ночами, пьешь горькую и не смотришь на других девушек. О какой точке ты говоришь? - Я возьму себя в руки! - Что ж, рада за тебя! Значит, готов всё забыть? Выкинешь, наконец, ее фотографию из бумажника и ту заколку, что она как-то забыла на твоем ночном столике? Перестанешь ходить за ней по пятам, и, встречая на улице, не станешь переходить на другую сторону улицы? Будешь здороваться с ней и говорить, как ни в чем не бывало? Сможешь находиться с ней в одной компании, спокойно наблюдая, как какой-то чувак (или сразу двое) целует ее, а потом провожает до дому? Ты пойдешь к ней на свадьбу? А на крестины?.. - НЕТ!!! – заорал я так, что меня, наверное, услышали все соседи. Чем дольше я слушал Рей, тем больше понимал, что не смогу сделать ничего из того, о чем она говорит. А ее последние слова о свадьбе Усаги вызвали у меня тошноту. - Я так и думала! – засмеялась коварная сестрица, - И он еще будет говорить мне о выдержке! Мамору, ты с ума по ней сходишь! Сила воли тебе здесь не поможет!       Я встал, сделал круг по кухне и опустился обратно на стул. - А что поможет? - Например, откровенный разговор с Усаги. - Что?! - Да-да! Простой разговор! Ума не приложу, почему за весь год ты ни разу не соблаговолил с ней поговорить или объясниться! Всё, что ты воображаешь об ее отношении к тебе – лишь твои домыслы! Ты и понятия не имеешь о ее настоящих чувствах. Возможно, она тебя ненавидит и презирает, но наверняка ты этого знать не можешь, пока с ней не поговоришь! - Но как это мне поможет, не пойму! – упрямился я, - Она посмеется надо мной, скажет, что терпеть меня не может. И после этого мне должно стать легче?! - Так вот в чем дело! – ахнула Минако, - В дурацкой гордости?! Ты считаешь, что подобный разговор тебя унизит? А ты никогда не думал – ей-то каково?! - Да причем здесь гордость?! - Притом! Именно она мешает тебе объясниться с любимой! Ты такой упрямый, что даже если она сама придет к тебе и скажет: «Мамору, я твоя!», ты отправишь ее прочь со словами: «Нет, нам нельзя быть вместе, потому что ты меня ненавидишь!» Конечно, мы же такие гордые! Мы не привыкли к компромиссам! Это ниже нашего достоинства - просто подойти и сказать: «Давай помиримся!»       Я снова прошелся взад и вперед. В словах Минако была доля истины, но я никак не мог полностью это признать. - Рей, неужели все так… плохо? – выговорил я, наконец. - Плохо, братик, плохо! – запричитала Мина, - Выглядишь полным кретином! Если бы тебя любила Я, у меня бы сердце разбилось! - Если отбросить лишние эмоции, то что мы имеем? – начала рассуждать Рей, - Ты заводишь близкие отношения с девушкой, встречаешься с ней на протяжении трех месяцев, знакомишься с ее родителями и речь даже заходит о свадьбе, как вдруг, в один прекрасный день, ты являешься, арестовываешь её друзей и её саму. И при этом не говоришь ей ни слова, просто молча пропадаешь из её жизни! Ни звонка, ни письма с объяснениями – ничего! Что она должна подумать? Что ты любишь её всем сердцем? Ха! Итак, ты молчишь, а ей еще надо как-то объясняться с родителями и с друзьями, что, согласись, не очень приятно. И, в довершение всего, эта история с ее братом. Ты хоть представляешь, каково ей было – наступить на горло своей гордости и прийти к тебе с просьбой? Но наш принципиальный Мамору и здесь не сплоховал – снова указал любимой её место… Ты спрашиваешь меня, всё ли так плохо? Ну, это смотря для чего. Если ты действительно намерен обо всем забыть и просто жить дальше, то еще не всё потеряно. Но если ты хочешь свою Усаги возвращать, то я тебе не завидую! - Так, Рей, ты меня совсем запутала! – я схватился за голову, - Ты мне сегодня доказала, что я и забыть ее не смогу, и вернуть – тоже! - Ничего подобного! Я лишь обрисовала ситуацию. Но что делать дальше – решать тебе. Ты мужчина, Мамору. Здесь все зависит от тебя. Как захочешь, так и будет. Только ты можешь решить, будешь ли ты бороться за свою девушку или отпустишь её. Подумай. Борьба предстоит нелегкая. Вступив в нее, ты не должен сомневаться в победе и даже мысли допускать, что проиграешь. Иначе не стоит и браться. - Зачем ты мне всё это говоришь? - Затем, что сейчас я, например, не вижу перед собой борца. Я вижу гордеца, который сам придумал себе нелегкую судьбу и поскорее с ней смирился. И страдает. И считает, что его страдания искупают разбитое им собственное счастье. - А борец, по-твоему, это тот, который хватает женщину и тащит в свою пещеру со словами: «Это моё! А кому не нравится – тот получит!»? - я пытался шутить. - Можешь смеяться сколько хочешь! Но рано или поздно что-то решать тебе придется. Лучше рано, поверь мне.       И мои кузины вновь уставились на меня во все глаза, ожидая, видимо, немедленного ответа. Которого у меня не было. Но Рей права, больше ждать у моря погоды не имеет смысла. Нужно действовать. Я наломал много дров. Я потерял целый год из-за глупой гордости и не менее глупого упрямства! Я люблю Усако, сейчас даже больше, чем когда-либо! И мне просто жизненно необходимо ее вернуть – я с ума сойду, если не попытаюсь! - Как ты думаешь, Рей, есть ли у меня хоть небольшой шанс на победу? - я с надеждой взглянул на кузин. - Ну нет, это не борец! – замахала руками брюнетка, - Я с ним в бой не пойду! - Хорошо, спрошу иначе! – я придал своему лицу воинственное выражение и спросил как можно серьезнее: - Вы придете на нашу с Усаги свадьбу? - Вот это дело другое! – радостно завопила Рей, - Так держать!

3.

      Остаток дня ушел на разработку различных планов и тактик завоевания Усаги. Особенно старалась Минако – ее задумки были одна фантастичнее другой (улететь на воздушном шаре, прискакать на белой лошади и т.п.). А вот Рей порой давала действительно разумные советы. - Представим, что мы на шахматной доске, - вещала сестрица с умным видом, - Чтобы завоевать белую Королеву, нам нужно обойти кучу пешек, пару офицеров, коня и Короля. Более того, не следует забывать, что и сама королева, защищая Короля, способна рубить направо, налево и по диагонали. - А почему это мы играем за черных? – встряла Мина, - Ведь черные редко выигрывают! - Потому что в этой истории Мамору на белую фигуру никак не тянет! Он настоящий черный конь, что выскакивает из-за угла! По его милости белые так и сыпятся с доски! - Короли, пешки… Рей, нельзя ли объяснить по-человечески? – взмолился я. - Да всё просто! Белые пешки – это друзья Усаги. Они представляют собой некое общественное мнение, которое имеет для твоей девушки определенное значение. За встречи с тобой друзья ее явно не похвалят. Она наверняка чувствует себя перед ними виноватой, поэтому будет стараться по возможности тебя избегать. Для нас эти фигуры большой роли не играют – пешки есть пешки, но, все же, не стоит сбрасывать их со счетов. - ОК, а что там с офицерами и конем? - Это семья Усаги. Родители и брат. Ты обманул их любимую дочь – они так считают. Любые твои попытки примирения они будут топить. И пусть Усаги с ними больше не живет, но огорчать их она не захочет. А тут еще и история с братом, которого ты держишь под замком... Кстати, что там с ним? - Ничего. Отделался легким испугом. Вчера отпустили. - Отлично! Значит, конь уже на свободе! Нам плюс, хоть и небольшой. Ведь сделанного не воротишь… - Итак, остался только Король. Дай угадаю, это – Харука Тено? - В точку, братик! И не смейся, всё серьезнее, чем ты думаешь! Король для королевы – очень важная фигура, самая сильная из возможных, ведь без него партия продолжаться не может. Харука имеет для Усаги огромное значение. Это ее лучший друг, а, может, и больше… Из-за нее он попал в переплет, и она сделает ВСЁ возможное, чтобы свою вину искупить. Ты понимаешь, о чем я говорю? Что бы ты ей ни говорил, как бы ни убеждал – достаточно одного слова Харуки, чтобы положить конец всем твоим трудам. Она будет слушать только его. Она будет его защищать – даже от себя самой. Поэтому схема здесь простая: победи Короля, и ты возьмешь Королеву! - В смысле «победи»? Мне с ним что, надо подраться? - Лично я вижу только один выход: ты должен перетянуть Короля на свою сторону. - Да каким образом?! - Это уж ты сам думай! Возможно, нужен мужской разговор. Да-да! Не смотри на меня так! Я знаю, что ты не любишь разговоры! Но в данной ситуации без них никак не обойтись! Тебе придется говорить – и много! С Харукой, с Усаги, с ее родителями, со всем городом, если понадобится! - Ну, про весь город ты, конечно, загнула! – хихикнула Минако, - Я считаю, что самое главное – убедить саму Усаги. Если она по-настоящему захочет с ним быть, то всё остальное – само приложится. - У тебя есть конкретное предложение? – нахмурилась Рей. - Представь себе, есть! Прежде чем строить дальнейшие планы, надо прощупать почву! Я могу прямо сейчас отправиться к этой Усаги и все выведать. Ты ведь знаешь – я это умею! Мамору, где, ты говоришь, она работает? В «Короне»? – Минако поднялась и схватила свою сумочку. - И что, ты вот так просто к ней подойдешь? – не поверил я. - А что такого? У меня, в отличие от некоторых, нет проблем с коммуникацией! – и прежде, чем я успел что-то возразить, Мина выскочила за дверь.

4. Усаги.

      Этот воскресный день не задался с самого утра. Сначала мне позвонили из «Короны» и слезно умоляли выйти вечером на работу – в последний раз. В мои планы это никак не входило – я собирала чемодан (все-таки решилась покинуть Токио), чтобы попасть на вечерний поезд. В конце концов, я дала себя уговорить и согласилась прийти. Но сборы не прекратила. Теперь, когда Шинго отпустили, задерживаться не имеет смысла.       Харука долго наблюдал за моей возней, а потом изрек: - Значит, бежишь? - Никуда я не бегу! – я досадливо захлопнула чемодан, - Просто хочу сменить обстановку! - Думаешь, расстояние поможет тебе его забыть? – забил Хару следующий гвоздь. - Перестань, пожалуйста! – кажется, я кричала, - Почему ты все время мучаешь меня?! - Прости, Солнышко. Просто я не знаю, как тебе помочь. - Все в порядке, Хару! – я постаралась улыбнуться, - Не надо мне помогать, честно! - Если это порядок, то я – плюшевый заяц! – нахмурился Тено, - Если ты просто хочешь сменить обстановку, то почему бы тебе не поехать со мной в следующем месяце в Лондон, на спортивный заезд? Мичиру тоже там будет. Поддержите меня вдвоем. Что скажешь? - Следующий месяц… Нет, это слишком долго! Я хочу уехать сейчас! Не могу больше здесь находиться! - Значит, все-таки бежишь! – усмехнулся Хару, - Так сильно его любишь?       Я ничего не ответила. Демонстративно развернулась и ушла в другую комнату, где и просидела в компании телевизора до самого вечера.       В «Корону» я подошла к шести – в самый разгар работы. Все столы заняты, официантов не хватает. В общем, набегалась я здорово.       Настроение окончательно испортилось, когда где-то около десяти в кафе зашла блондинка. Я сразу ее узнала – одна из тех девиц, что я застала у дома Мамору. Я молила бога, чтобы она села не за мой столик, а ещё лучше куда-нибудь испарилась! Иначе я могу не сдержаться, и мой последний рабочий день закончится скандалом.       Но блондинка поступила неожиданно: она вообще проигнорировала столики и направилась прямиком ко мне: - Привет! Ты – Усаги? – она плюхнулась напротив меня за барную стойку и улыбнулась во все тридцать два зуба, - А я – Минако! Очень приятно познакомиться! Ты такая хорошенькая! Гораздо лучше, чем на фотографии! И духи мне твои нравятся! Это ведь «Шанель»? Слушай, а налей-ка мне чего-нибудь холодненького – ужасно хочется пить!       «Ну еще бы тебе не хотелось пить! – подумала я злорадно, - Сто слов в секунду!» - Воды? – как я ни старалась, все равно получилось слегка язвительно. - Ну нет! – запротестовала блондинка, - Я уже большая девочка – мне можно чего и покрепче! А давай-ка мы возьмем бутылочку «Мартини» и пойдем поболтаем вон за тем столиком, ОК? - Я на работе! И это не мой столик, извините! – я поставила перед ней требуемый напиток и попыталась скрыться.       Но не тут-то было! Уж не знаю как, настырная блондинка ловко ухватила меня за руку и устремила на меня свои голубые глазищи, полные мольбы: - Усаги, ну пожалуйста! Поговори со мной! Всего пару слов – и я отстану! – всё это она проговорила так громко, что на нас уставился весь зал.       Посетители стали хихикать и перешептываться. И действительно, со стороны казалось, что эта безумная блондинка в меня влюблена. В общем, я сочла за благо уступить и поскорее уйти с ней к ближайшему столику.

5.

      Минако оказалась не такой уж и ненормальной. Конечно, болтала она без умолку и часто отвлекалась от темы, зато проявила глубокое знание предмета))) За час мы успели обсудить: туфли на шпильке и на платформе, покупку сумочки из крокодиловой кожи, неудачный поход в солярий, преимущества перламутрового лака для ногтей, новую стрижку Виктории Бекхэм, Бреда Пита и Рики Мартина… И при этом приговорили целую бутылку «Мартини» и стали чуть ли не лучшими подругами (по крайней мере, Минако это утверждала). Но я так и не поняла – откуда она меня знает и что конкретно ей было от меня нужно.       Я нечаянно заикнулась про свой завтрашний отъезд в никуда, чем вызвала у своей новоиспеченной подружки бурю эмоций: - Вот это совпадение! Уезжаешь на север? Представь себе, мы с сестрой завтра едем домой – в том же направлении! Наверное, мы с тобой окажемся в одном вагоне! Только я выйду раньше – мне совсем недалеко. Слушай!!! А почему бы тебе не заехать ко мне в гости?! Поживешь в нашем городишке – не Токио, конечно, но вполне сносно. Если понравится – можешь остаться навсегда. Ну, Уса, ну пожалуйста, ну чего тебе стоит?! Какая тебе разница, где начинать новую жизнь, а?       Я немного растерялась. Мне действительно было не так важно, в каком краю я окажусь – лишь бы не здесь. Вот только хотелось уехать как можно дальше, а городок Минако, судя по ее словам, находился где-то рядом – километров сто. И еще меня смущала её настойчивость: с какой это стати меня так зазывает в гости малознакомая девица, которая, к тому же, встречается с Мамору?... Стоп, Мамору! как это я про него забыла?!       Минако, судя по всему, вспомнила о цели своего визита, потому что стала вдруг очень серьезной и начала говорить проникновенным голосом: - Ты меня совсем заболтала! А я ведь пришла с тобой об одном деле поговорить! О братике о моем, о Мамору! Знаешь такого?       Вот так новости! Честно говоря, в первый момент я ей не поверила. Представить, что у Мамору есть такая сестра, было сложно: он был молчалив, а из этой девицы слова лились нескончаемым потоком. Он и за три месяца наших отношений не сказал мне столько, сколько Минако за один час! С другой стороны, зачем ей врать? И чего же она все-таки от меня хочет? - Усаги, я знаю, между вами какая-то кошка пробежала, но… ты прости его, ладно? Он дурак, конечно, большой дурак! Только по-другому не умеет. Он привык один жить, а тут вдруг ты! Он не готов был… он запутался… потерял тебя. Вот только без тебя у него выходит совсем фигово! - С чего ты взяла? – резко перебила я, - Я встретила его на днях. По-моему, всё в этой жизни его устраивает, и мне в ней места нет! - Ты ошибаешься! Ты не видела его дома, наедине с самим собой! Он нам с Рей долго ничего не рассказывал, но было ясно – парень страдает. Он любит тебя, Усаги! У него твоя фотография – маленькая, мятая-перемятая – а он носит ее в бумажнике! Он твою заколку старую, с зайчиком, все никак не выбросит – чуть не съел меня, когда я ее примерить хотела. Он тебя до дома каждый день тайком провожает! Если это не любовь – то я не знаю как еще это назвать!!! - Мина, а тебе не кажется, что все это, по хорошему, мне должен сказать сам Мамору? – задала я вполне резонный вопрос, - Что это за манера – объясняться в любви через третьих лиц?! Неужели он собирается молчать всю жизнь?! - Если дело только в его молчании, то он исправится, обещаю! Усаги, ты мне главное скажи: есть ли у него хоть один шанс тебя вернуть?       Вопрос поставил меня в тупик. Честно признаться, я никогда об этом не думала – просто не видела ни одной возможности… А на самом деле, как мне себя вести, если Мамору будет меня возвращать? И будет ли… - Если тебе трудно ответить, я спрошу по-другому, - настаивала Минако, - Ты-то его любишь?       Тоже мне, спросила «по-другому»! Одно и то же ты спросила! И я не готова открывать тебе душу! - Да что же это такое! – простонала я и схватилась за голову, - Ну почему, почему начинается все по новой? Ведь я только-только решила поставить точку, все забыть, уехать… - Значит, любишь! – резюмировала Мина, - И ты не просто уезжаешь – ты бежишь.       Они что, с Харукой, сговорились? Вот заладили: «бежишь, бежишь»! Да, бегу!!! Имею право! И вам меня не остановить! - Слушай, Усаги, ты не подумай, я тебя от поездки не отговариваю, - Мина смотрела на меня сочувственно, - И насчет приглашения все остается в силе. Приезжай к нам в городок, а? Обещаю, что никаких душещипательных разговоров с тобой вести не буду! Но сейчас ответь мне, пожалуйста: да или нет? - Что «да или нет»? – переспросила я, хотя понимала, о чем она спрашивает. - Есть ли у Мамору шанс? - Не знаю… Все так сложно… Нет, я не могу… Харука не простит меня, никто не простит…

6. Мамору.

      Часы пробили двенадцать, а Минако до сих пор не вернулась из «Короны». Честно говоря, я весь извелся. А тут еще Рей со своей проницательностью! - Нервничаешь? – это было скорее утверждение, чем вопрос. - Так заметно? - хмыкнул я, наливая себе не знаю какую по счету чашку кофе. - Я тоже переживаю. Все думаю: какие новости принесет Мина? Конечно, я надеюсь, что они будут хорошие: что Усаги тебя любит, хоть и сердится. Но знаешь, честно тебе признаюсь, для тебя было бы полезнее, если бы она послала тебя куда подальше! - Почему это полезнее? – не понял я. - Потому. Вот мы и посмотрели бы, какова твоя решимость? Способен ли ты добиваться Усаги, несмотря на ее отказ – до победного конца? По-моему, тебе просто необходима подобная проверка! Представь себе, что бы было, если бы нас с Минако не было рядом? Кто бы подтолкнул тебя к примирению? А вдруг ты не решился бы на это до конца жизни?! Но пойми, мы с Миной не всегда сможем вести тебя за руку – когда-то тебе придется действовать самому! Завтра мы едем домой – ты останешься один. И мне интересно, не пустишь ли ты опять всё на самотек? - Как завтра?! – только и смог я выговорить. - Так! Я тебе напоминала об этом уже трижды! С завтрашнего дня действуешь один! И помни, что твоя судьба – в твоих руках!       И вот тут, наконец, появилась Минако. Ввалилась в дверь, икнула, пьяно помахала нам рукой и упала на диван. Это называется – «дождались»!       Но на Рей весь этот концерт, кажется, не произвел никакого впечатления. Она спокойно подошла к сестре и рывком придала ей горизонтальное положение: - Рассказывай! - О чем? – Минако с непониманием хлопала глазами. - Вот дурища! Об Усаги! - Ой, Рей, она такая классная! - радостно завопила блондинка, - Это наш человек! Она отлично разбирается в духах и моде, и сказала, что Джонни Депп… - Стоп! – перебила сестру Рей, - Меня не интересует вся эта ерунда! Ты о чем-нибудь важном с ней поговорила? - Что может быть для женщины важнее, чем красота?! – Мина надула губы и упрямо скрестила руки на груди. - Так! – Рей решительно поднялась, - Выбирай, красавица: или внятный рассказ про Усаги, или ведро холодной воды на голову – прямо сейчас! - Злюка! – проворчала Мина, но сдалась: - Да любит она, любит! - Что, вот прямо так и сказала? – недоверчиво нахмурилась Рей. - Нет, конечно! Но мне и не надо ничего говорить – я и так вижу! Лучше меня эксперта в любовных делах не найти! Кстати, братик, ты зря не радуйся – шанса тебе не дают! Слишком ты ее допек! Да еще и прекрасный Харука Тено у тебя на пути… - Я так и думала! – кивнула Рей, - Всё-таки, Белый Король…Что ж, Мамору, придется тебе очень сильно постараться! - Не важно! Если она меня любит, никакой Тено мне не страшен! - Подождите, я же самого главного не сказала! – заволновалась Минако, - Усаги завтра уезжает из Токио! Навсегда! - Как?! – вскричали мы с Рей в один голос. - Вот так! И вы ни за что не поверите – куда! – Мина хитренько нам подмигнула, - Рей, она едет с нами одним поездом – я уговорила ее у нас погостить! - Умница! – похвалила Рей, - Вот ведь можешь, когда захочешь! Что ж, значит, завтра я тоже увижу эту принцессу. - Она тебе понравится, обещаю! Усаги совсем не похожа на тех крокодилиц, с которыми Мамору встречался раньше! - Ну, он и с ума по ним не сходил так, как по ней! – усмехнулась Рей, - Итак, какой у нас план? Мы с Минако везем Усаги к себе и стараемся задержать ее в нашем городишке как можно дольше. Тем временем ты, Мамору, берешь отпуск и приезжаешь к нам – объясняться в любви своей зазнобе. Но учти, к моменту приезда ты уже должен иметь в кармане поддержку (или хотя бы обещание невмешательства) Харуки Тено и всех Цукино. Всё ясно? Тогда действуем!

7.

      Я стоял у дверей Харуки Тено и никак не решался позвонить. Не то чтобы я боялся, нет! Просто… Всё с самого начала пошло не так – весь план Рей трещал по швам.       В отпуск меня согласились отпустить лишь через неделю, да и то на 10 дней. Каждое утро я просыпался со страхом, что Усаги наверняка уже надоел маленький провинциальный городок, и она потихоньку сбежала от моих сестриц – неведомо куда.       С семьей Цукино разговор вышел плохо. Увидев меня на пороге своего дома, они решили, что я пришел вновь арестовать Шинго. Когда же я объяснил, чего хочу, их негодованию не было предела. Меня заверили, что Усаги я получу только в следующей жизни, да и то маловероятно. Набушевавшись вдоволь, мистер Цукино напоследок сказал мне следующее: - Послушайте, инспектор Джиба, я вдоволь насмотрелся на слезы своей дочери, чтобы желать увидеть их снова. Возможно, вам удастся ее убедить в своих чувствах, возможно, она снова вам поверит и даже переступит через наше мнение, связав с вами свою жизнь. Но для нас вы навсегда останетесь чужаком. Лично меня вы не убедили ни в чем.       …И вот, я стою под дверью Тено… И совсем не хочу ничего ему объяснять! С кем мне действительно надо поговорить – так это с Усаги! И больше мои чувства никого не касаются!       Неожиданно дверь распахнулась сама у меня перед носом, и из глубины квартиры донесся такой знакомый насмешливый голос: - Слушай, Джиба, может, ты, наконец, зайдешь? Или так и будешь маячить в коридоре? Я прошел в гостиную. Она была просто огромной – Тено умел выбирать себе апартаменты! Сам гонщик восседал в кресле, закинув ногу на ногу, и потягивал коньяк. - Спиртное и одиночество? – протянул я вместо приветствия, - Надеюсь, тебе сегодня не за руль? - Ты пришел сказать мне об ЭТОМ? - Нет. - Тогда что? - Усаги! – я опустился в кресло напротив, хотя Тено меня не приглашал.       Мы сидели и сверлили друг друга взглядами, как два мушкетера, скрестившие шпаги. Казалось, этому не будет конца. Наконец, Харука прервал поединок, отхлебнув из бокала: - Знаешь, а я всё ждал – когда же ты придешь. Хотел посмотреть тебе в глаза. Но ты оказался настоящим мазохистом – истязал себя целый год. Я наблюдал за тобой – не думай, что твоя слежка за Солнышком была для меня секретом. Скажи мне, Крепкий Орешек, каково это: любить и не сметь подойти? Весело, да? Надеюсь, ты получил сполна – за то, как с ней поступил! - Какая проникновенная речь! – скривился я, - Долго репетировал? - Достаточно, поверь мне. Думаешь, я злюсь на тебя за свой арест или за то, что меня отстранили от гонок? Фигня! Это всё поправимо! Но ты сделал то, чего я никак не могу тебе простить – ты затушил моё Солнышко! И знаешь, что самое стремное? Что без тебя, урод, оно больше не горит! - Я могу зажечь его снова. И прошу тебя мне не мешать. - Я подумаю над этим. Видишь ли, мне не очень по нраву то, что счастье моего талисманчика зависит от такого предателя, как ты. А что, если ты подведешь ее снова? Думаю, что еще год-два вдали от тебя, и эта взаимосвязь будет навсегда разрушена. - Я этого не допущу! – я поднялся, - Я твердо намерен ее вернуть, а на тебя мне плевать! -Блеф! – усмехнулся Тено, - Если бы я не был тебе нужен, ты бы сюда не пришел! Но ты знаешь, что достаточно одного моего слова, и Усаги не будет тебя даже слушать! Сядь!       Я опустился обратно в кресло. Я чувствовал, что проигрываю. - Чего ты хочешь? - Да, собственно, ничего особенного, - Тено улыбался, но от его оскала становилось жутко, - Просто дружеский заезд. Вот, держи! – он бросил передо мной ключи, - Это от моей новенькой машинки. Сегодня гонки, а я, как видишь, немного пьян. Придется тебе меня заменить. Поторопись, скоро начало! - Зачем тебе это нужно? - Затем! Хочу посмотреть, на что ты готов ради Солнышка. Ты сейчас не на задании и участвовать в гонках не имеешь права. Но будешь! И учти, ты должен прийти первым – не подведи меня! Кстати, вот еще что, - Тено взял телефон, набрал какой-то номер и проговорил: - Полиция? Хочу сообщить о том, что сегодня вечером состоится запрещенный заезд, с северной стороны Токио! – и положил трубку.       Мне казалось, что проваливаюсь куда-то вниз – всё ниже и ниже. Харука смотрел на меня неотрывно. Это была настоящая проверка на вшивость! - Ну что, ты едешь? – спросил он с издевкой. - Еду! – спокойно ответил я, хотя внутри все ходило ходуном. - Тогда вперед! Машина внизу.       Я медленно вышел из квартиры, медленно спустился в гараж. Мне казалось, что я прошел не один километр. Ноги были тяжелыми.       Прежде чем завести машину, я просидел в «Ауди» минут десять. Наконец, решился. Но ключ почему-то не подошел. У меня наступил полный ступор. - Что, не подходит? – услышал я все тот же насмешливый голос Тено откуда-то слева, - Не парься, он от другого авто. Неужели ты и правда думал, что я доверю тебе свою красавицу?       В тот момент мне хотелось выйти и его побить – еле-еле сдержался. - Что ж, ты меня разыграл. Ха-ха! – я старался, чтобы голос меня не выдал, - Может, ты и в полицию не звонил? - Нет, конечно! Это был маленький спектакль – для острастки. - А заезда тоже сегодня не будет? - Понятия не имею! Может, и будет! Я ведь с этим завязал – теперь только спортивные гонки!       Я вышел из машины и посмотрел в глаза своему противнику: - Так я прошел проверку? - Да как сказать… Что-то ты долго в машине сидел. Ну, будем считать, что да. Надеюсь, что в реальной ситуации ты не будешь раздумывать, прежде чем помочь Усаги. - Не сомневайся. - И еще надеюсь, что тебя не надо предупреждать: обидишь – получишь? Учти, третьего шанса не будет! – Тено развернулся и пошел прочь, потом обернулся и бросил на ходу: - Действуй, я мешать не буду! – и скрылся за поворотом.