Сборник драбблов и мини по Ильверморни

Персиваль еще раз взглянул на себя в зеркало. Черный фрак, плащ с красным подбоем. Волосы до плеч, обычно свободно спадающие, пришлось убрать назад с помощью геля. Перед тем, как он вернулся в гостиную Вампуса, Серафина с помощью трансфигурации сделала ему седые виски, чтобы добавить образу возраста, но выглядело это так себе в сочетании с молодым лицом. От зелья состаривания Персиваль сразу решительно отказался — кто знает, что бы вышло из этой затеи и какая будет длительность эффекта? В любом случае у него есть маска, полностью закрывающая лоб и нос. Этого должно быть достаточно, чтобы его никто не узнал. Кроме сокурсников, с которыми он делил общую спальню для мальчиков. Ахиллес вот оделся инферналом, облачившись в тряпье и сделав синюшную кожу, что его и без маски не узнаешь. К счастью, Персиваль впервые увидел его костюм для Хэллоуина при свете дня, иначе тот бы снился ему в кошмарах, встреть он Ахиллеса среди ночи. Якоб нацепил кошачью маску и волосатый костюм вампуса, но походил скорее на домашнего книзла, чем на опасного хищника. Вампусом ожидаемо оделся не только он с их факультета, но по комплекции Персиваль в любом случае бы узнал своего друга. Вздохнув, он нацепил на лицо белоснежную маску и сунул в рот вставную челюсть вампира с острыми клыками. Маскарадный костюм он приобрел, когда отправился с Серафиной в Уитчснук, в филиале британского магазина Зонко, представлявшего обширный ассортимент всевозможных волшебных фокусов и трюков, чтобы разыгрывать ни о чем не подразумевающих друзей. Серафина собиралась прийти на праздничный бал в облике жрицы вуду Мари Лаво. Интересно, кем на Хэллоуин оденется Криденс? Будет забавно, если тот тоже окажется вампиром. В любом случае Персивалю не составит труда вычислить его среди студентов по Якобу, рядом с которым точно будет Куини, а следовательно и Криденс. Персиваль задумчиво облизал выпирающие клыки и широко улыбнулся, рассматривая себя в последний раз. — Спрячь, во имя Мерлина! И больше не показывай такую страсть приличным людям! — возмущенно воскликнуло зеркало. Персиваль хмуро зыркнул на него, мстительно клацнул вставными зубами и вздрогнул, увидев в отражении позади себя инфернальное лицо Ахиллеса. — Правильный вампир не должен отражаться в зеркале, — объявил тот, положив серо-синие, покрытые струпьями ладони на плечи Персиваля. — Хватит прихорашиваться, Дракула, а то всех ведьмочек разберут. — Думаешь, у нас много любительниц некрофилии? — фыркнул Персиваль. Ахиллес прав, лучше уже не будет. Разве что он в последний момент передумает, возьмет какой-нибудь драный черный балахон и явится на Хэллоуин в качестве дементора. И почему ему раньше не пришла эта блестящая идея… Хотя тогда на романтические поцелуи уж точно можно не рассчитывать. — Говори за себя, умертвие, — хохотнул Ахиллес и вышел из спальни. Серафина отловила Персиваля в толпе без особого труда, когда тот спустился в главный обеденный зал Ильверморни. По случаю Хэллоуина стены украшали ажурные паутины, на потолке расположились летучие мыши, совсем как настоящие время от времени расправлявшие крылья, точно их в пещере побеспокоили нежданные путники. В воздухе парили желтые и черные горящие свечи и светильники Джека, вырезанные из пузатеньких тыкв. Факультетские столы исчезли, вместо них просторный зал занимали круглые столы, рассчитанные на шесть и восемь человек, а на помосте, где во время трапез сидели преподаватели, расположились сцена со школьным оркестром и танцевальная площадка. По опыту предыдущих лет Персиваль знал, что через пару часов младшекурсников в свои гостиные проводят старосты, и останутся только пятые, шестые и седьмые курсы, чтобы продолжить веселье. В этом году Хэллоуин как нельзя кстати выпал на субботу, а значит можно было надеяться, что преподаватели разрешат им веселиться до глубокой ночи, оставив в качестве блюстителей порядка только деканов факультетов. После того, как студенты наконец расселись, выбирая компанию не по знакомым лицам, так как почти все скрывали свою личность за масками, а по праздничному наряду, директор школы Даффодилл Бузверт произнес короткую торжественную речь, и начался долгожданный пир. На столах по волшебству появились угощения: там были и всевозможные мясные пудинги в виде пугающих рожиц, и жареная курица, тушеные овощи, соусы, чипсы и рыба, миниатюрные булочки, десерты с сидящими на них съедобными пауками и скорпионами, и запотевшие графины с сокам всех цветов радуги, а на столах, за которыми сидели старшекурсники, можно было найти и сливочное пиво. Персиваль был уверен, что многие пронесли на праздник и веселящую воду, а кто-то может даже и огневиски для самый крепких и стойких. Персиваль с Серафиной, пришедшей в пышном терракотовом платье и белом платке, повязанном на манер тюрбана, оказались за одним столом в незнакомой на первый взгляд компании Тыквоголового Джека, банши, невесты монстра Франкенштейна и Эдварда Мордрейка с двумя лицами. Невысокого вампуса поблизости не было, а значит Якоб сидел где-то еще. Персиваль специально увел Серафину за дальний стол, откуда открывался отличный обзор на весь зал, но за сидящими людьми оказалось не так просто рассмотреть дальние столики, расположившиеся ближе к сцене. — Дорогой граф, вы как будто высматриваете себе жертву, — наклонившись к нему и насмешливо улыбнувшись, сказала Серафина. Ее лицо также было скрыто только наполовину. — Я ищу вампуса, — объяснил Персиваль. — Тебе повезло, тут десятки вампусов любого пола и возраста, — послышался из-за тыквы голос Джека. Персивалю было очень интересно, как тот собирался ужинать. Тыквоголовый явно не продумал все нюансы своего костюма. За соседним столом Ахиллес уже умудрился втянуть какую-то девушку в беседу. Хотелось надеяться, что речь он вел не о квиддиче. Персивалю нужен был один конкретный вампус. Зря он задержался в спальне. Следовало выходить вместе с Якобом, тогда он мог бы с безопасного расстояния увидеть, как тот встретит Куини. Хотя, с другой стороны, разве не в этом ли суть маскарада? Как истинный вампир, Персиваль решил сосредоточиться на еде, а заодно подождать, когда старосты уведут младшекурсников, и присутствующих сразу станет в половину меньше. И действительно, пусть пришлось помучиться в неведении около полутора часов, но когда схлынула часть толпы, Персиваль увидел за столом ближе к сцене нужного ему вампуса. К этому моменту, чтобы хоть как-то скоротать время до основной увеселительной части, Персиваль успел выпить пару пинт сливочного пива и один стакан веселящей воды, которой его угостил Мордрейк. Его второе лицо, маленькое и злое, как у мандрагоры, располагалось на затылке, а потому больше пугало остальные столики, чем сидящих рядом с ним людей. — Ты пьешь, как ирландец, — поделилась наблюдениями Серафина. — Я и есть ирландец, только американский, — пожал плечами Персиваль, наблюдая, как к танцевальной площадке потянулись пары. Это увеличивало его шансы на поиски Криденса. Ему казалось, что будет прав, если скажет, что тот вряд ли пойдет с кем-либо танцевать. Сам он танцевать не собирался, у него были иные планы. Стратегия проста и понятна, как флоббер-червь: подойти к Криденсу и завязать ничем не обремененную беседу, не боясь, что получится как на вчерашних Заклинаниях. Якоб поднялся из-за стола, подав руку сидящей рядом с ним ведьме, и они направились к танцевальной площадке. Ведьма была одета в точности, как их любили изображать немаги — в черном платье, шляпе-колпаке, только без метлы, зато с вампусом вместо кота. Персиваль напряг зрение, разглядывая костюмы людей, сидевших с ними за одним столом. Среди которых были оборотень, красный колпак, дементор (как хорошо, что он отказался от этой затеи), Медуза Горгона судя по змеям в волосах и кролень в черном балахоне. Наверняка кто-то из них был Криденсом. Кроме Горгоны, конечно, это должно быть старшая сестра Куини, Тина. А Криденс скорее всего кролень. Персиваль помнил, как тот упоминал в Уитчснуке, когда друзья оставили их наедине, что сердцевина его палочки — это панты кроленя. Но рисковать и подходить наугад к кому-то конкретному не хотелось. — Иди, — подбодрила Серафина, видя его метания. — Ты же сидишь как на иголках. Мне ли не знать все об иголках — я жрица вуду. Иначе я тебя укушу. — Кусать сегодня ночью — моя прерогатива, — с озорной ухмылкой возразил Персиваль, поднимаясь со стула. — Думаешь, меня это остановит? — фыркнула она и пригрозила: — Я уже сделала тряпичную куклу с прядью твоих волос. Самым правильным было отловить Якоба и спросить у него, в облике кого пришел Криденс, но сейчас тот танцевал с Куини. К счастью, за их восьмиместным столом один стул пустовал, а потому можно было дождаться Якоба прямо там, заодно с близкого расстояния попробовать определить кто есть кто самостоятельно. Подхватив для образа вампира бокал с рубиновым клюквенным соком, Персиваль непринужденной походкой двинулся вперед. Он словно невзначай приблизился к столику, оглянулся, будто проверяя, что место не занято, и сел по правую руку от Медузы рядом с кроленем, а потом сделал вид, что очень заинтересован танцующими парами под мрачную, но мелодичную Хэллоуинскую музыку. Кролень взял бокал с соком и просунул соломинку через щель для рта, находящуюся в маске. Следовало что-то сказать для начала. Пусть даже банальное. — А вы предусмотрели этот момент. Через некоторые маски совершенно невозможно есть. — А вы уже раздобыли чью-то кровь, — приглушенно, видимо маскируя голос, ответила ему вместо кроленя Горгона. У нее была практически глухая маска сероватых тонов, имитируя каменное изваяние, с отверстиями для глаз и губ, подведенным алой помадой. Она сделала глоток веселящей воды и смущенно хихикнула. — Не желаете ли присоединиться к танцующим? — Я бы с радостью, но кое-кого жду. — Танец бы скрасил ваше ожидание. — Благодарю, но боюсь окаменеть от вашей красоты. Горгона снова хихикнула. На этот раз без помощи веселящей воды. — Но ведь вы уже мертвы, — напомнила она. Возразить было нечего. Ахиллес прав, мало кого оттолкнешь своей немертвостью, особенно на Хэллоуине. Может, от одного танца не станет хуже? Персивалю уже порядком надоело за сегодня пустое ожидание. Но не успел он что-либо предпринять, как к Горгоне подошел высокий статный студент в бежевом костюме немага и рогатой маске выскобленного до кости оленьего черепа. Он чуть склонился и предложил Горгоне руку. — Вы позволите? Горгона бросила задумчивый взгляд на Персиваля, а потом величественно поднялась, высоко держа голову, и позволила увести себя танцевать. Персиваль вздохнул с облегчением. Олень пришелся как раз кстати — ему в самом деле не хотелось танцевать. А вот кролень продолжал хранить молчание… Нужно было действовать. — Мне кажется, я вас знаю, — наклонившись к нему, заговорщицки проговорил Персиваль и улыбнулся, демонстрируя вампирские клыки. — В самом деле? — послышался из-за маски приглушенный голос. Настороженный и почему-то женский. Неужели он обознался? Быть того не может! Серафина поднимет его на смех и еще неделю будет издеваться за то, что он провалил свою миссию наладить контакт с Криденсом. — Привет, Персиваль, — радостно произнесла Куини и села на свой стул, оставив между ними пустующее место Медузы Горгоны. — Как тебе праздник? — Привет. Неплохо, — автоматически ответил он и тут же спохватился: — Как ты меня узнала? Куини весело указала пальцем на свою левую щеку. — По родинкам, глупый. — Маcкировка провалена, мистер-будущий-аврор, — хохотнул Якоб, заняв место рядом с Куини. Сняв маску вампуса, он налил ей и себе веселящей воды. Персиваль и правда чувствовал себя очень глупо. — Кстати, а где Криденс? — спросила Куини, просматривая зал. В самом деле. Ему бы тоже очень хотелось это знать. Хотя, постойте, разве его не было за столом? Может, он сидит где-нибудь еще в другой компании? Якоб поднялся со стула и огляделся по сторонам, а потом ткнул пальцем в сторону танцевальной площадки. — Так вот же он! Танцует с каким-то оленем. Куини заинтересованно всмотрелась в группу танцующих. Персиваль всмотрелся не менее заинтересованно. И в самом деле — высокий парень в оленьей маске и не менее высокая Медуза Горгона в глухом длинном черном платье кружили среди пар в стойке вальса. Ладони сцеплены, рука партнерши покоится на плече партнера, который привлек ее ближе к себе за талию. Сняв с лица маску, Персиваль раздраженно бросил ее на стол и сполз ниже на стуле, вытянув вперед ноги. Сложив руки на груди, он ревниво поглядывал на вальсирующую пару и то, как изящно двигался Криденс, позволяя вести себя в танце. Веселиться дальше резко расхотелось. Этот олень наверняка семикурсник. И поди не догадывается, что пригласил на танец другого парня. А Криденс? Он же сам приглашал Персиваля несколько минут назад! Узнал ли он его, как и Куини, или же ему просто приглянулся незнакомый вампир? И почему Криденс в женском наряде? Хотя кролень вот оказался девушкой, и это маскарад, так что чему удивляться… «Ты и без меня знаешь, кто тут больший олень, Грейвз», — прозвучал в голове полный сарказма голос Серафины.